Пересказы

Торговец приветствовал его в обычной манере и внешне выглядел безупречно. Король не мог понять, что являлось причиной его собственных негативных чувств по отношению к приветливому и опрятному торговцу.

Так продолжалось несколько дней – каждый раз, завидев торговца, король испытывал чувство непонятной враждебности. Он был удивлен и озабочен.

Желая выяснить скрытые причины случившегося, король вызвал министра, известного своей мудростью, и рассказал тому обо всем.

Выслушав короля, министр занялся исследованием проблемы.

Через пару дней министр доложил, что изучил суть вопроса и принял соответствующие меры.

В тот же день вечером король отправился на прогулку своим обычным маршрутом. К своему большому удивлению он обнаружил, что, подходя к лавке торговца сандаловым деревом, больше не испытывает гнева и раздражения! Враждебность по отношению к торговцу, ощущаемая им в течение нескольких прошедших дней, полностью исчезла.

Король был вполне счастлив, но изрядно удивлен. Он попросил министра объяснить происшедшее.

Министр ответил:

– Ваше Величество! Я обнаружил, что у торговца сандаловым деревом возникли проблемы с оптовыми покупателями. Крупная партия товара оказалась непроданной, он понес большие потери и оказался в отчаянной ситуации. Однажды ему пришла в голову мысль, что, если бы умер король, он смог бы продать много сандалового дерева для кремации. Вечером, когда, погруженный в эти мысли, он увидел вас, Ваше Величество ощутило в нем дурные чувства. Хотя вы не знали причин, вы смогли воспринять вибрации этих чувств, и они вызвали у вас ответные отрицательные эмоции. Я помог торговцу найти выход из кризиса, и он освободился от дурных чувств – Только и всего.

– Но взлеты и падения неизбежный атрибут всякой коммерции. Когда-нибудь его дела снова пойдут под уклон, тогда подобные чувства вновь овладеют им. Что ты скажешь на это?

– Не думаю, что он из тех, кто дважды наступает на одни и те же грабли. Мне не составило труда открыть торговцу глаза на истинную причину неудач – невозможность полностью сосредоточиться на деле из-за одолевавших его негативных мыслей. Я помог ему привести ум в спокойное состояние и научил некоторым несложным практикам. Он ощутил на собственном опыте насколько продуктивнее идет работа, когда ум чистый, незамутненный, чем тогда, когда им овладевают уныние или жадность. Осознание того, что негативные мысли не только ранят душу, но и препятствуют бизнесу оказалось для него самым действенным лекарством. Теперь это лекарство всегда при нем.

Чувства человека, добрые или злые, привносят в окружающий мир определенные вибрации, которые передаются другим людям. Мы все зависим друг от друга.

Какие вибрации передаете вы, какой мир создаете внутри и вокруг себя?

Как Спаситель в гости приходил

Сюжет этой притчи предположительно принадлежит архимандриту Павлу (Груздеву)

В одном селе прошел слух, что в такой-то день и такой-то час посетит их Спаситель, сам Христос, и заглянет в гости ко всем благочестивым сельчанам.

Одна женщина, которая на свечки в церкви не скупилась, поклоны перед всеми иконами в храме ежедневно клала, сразу стала готовиться к приходу Спасителя. Вымела горницу, напекла пирогов, наготовила разных сладостей, самовар вскипятила. Себя в порядок привела – сидит в горнице под образами, ждет.

Чу, шаги на крыльце! Она вскочила со стула, кинулась дверь открывать, а та уже открывается, но на пороге не Христос, а мальчишка соседский:

– Тетя Маня, пойдемте к нам, помогите – с мамой плохо сделалось. Жар большой, стонет, не знаю, как помочь.

Женщина с досады чуть щелчка малому не дала, но сдержалась:

– Не досуг мне, гостя жду. Попроси кого другого. – И выпихнула паренька за дверь.

Обед прошел – нет Христа. Ладно. Вдруг на крыльце сапоги чьи-то застучали. Кинулась снова к дверям, а то мужик из соседней деревни.

– Мария, коровушка телится, да неладно. Пойдем, помоги, ты по коровам-то понимаешь.

– Уходи, я гостя жду.

Прогнала и мужика.

Ждет дальше. Вечереет. Солнышко к закату клонится. Снова на крыльце чьи-то шаги, входит в дом другой мужчина и с порога ей:

– Слушай-ка, баба, я овдовел два года назад и с горя запил. Ты ведь знаешь: «стопочки да рюмочки доведут до сумочки». Обнищал до последней стадии. Видишь, бельишко на мне все в дырах, измызганное, ветром продувается. Будь ласка, залатай, постирай – век добро помнить буду.

– Ишь, что выдумал! У меня чистота, гостя дорого жду, а ты с грязными тряпками, в рваных ботинках лезешь! Выгнала непрошенного гостя взашей.

А Спасителя все нет. На варенье мухи насели, пирог зачерствел, самовар остыл. Устала ждать, уронила голову на стол, задремала и видит во сне Христа.

Она ему с упреком:

– Господи, я так ждала Тебя – что ж ты не пришел?

– Приходил три раза, да ты Меня все гнала.

– Господи, не было этого!

– Евангелие читаешь?

– Каждый день.

– Разве там не написано: «Был болен, и вы посетили Меня». А ты Васятку за моего посланника не признала, чуть щелчков не надавала, выгнала.

– Прости, Господи, не знала. Ну, а второй-то раз когда?

– Второй раз мужик пришел, попросил твоей помощи. Ты и ему от ворот поворот дала. Разве не читала, что сделав добро «для одного из братьев Моих меньших, ты для Меня делаешь»?

– Господи, не знала! А третий раз когда?

– А третий-то раз приходил Я к тебе в виде обнищавшего мужичка, дабы исполнить ты могла евангельское «Был наг, и вы одели Меня».

– Не знала, Господи!

Знала! Знала, нечестивая, все! Евангелие читаешь, значит, не могла не знать, что благочестие не в поклонах и свечах, а в любви и милосердии!

Наши и не наши

Однажды после воскресной проповеди и причастия кто-то из прихожан в церкви спросил у отца Петра:

– Скажите, а кто нам, русским православным людям, более близок: буддист, иудей или мусульманин?

– Разве близость человека определяется его национальностью или тем, какую религию он исповедует?

– А чем еще?

Отец Петр обвел взглядом собравшихся вокруг него людей и неожиданно предложил:

– Давайте, я поведаю вам притчу. – И, огладив ладонью бороду, начал рассказывать.

– Рано утречком в Великую субботу поехал один «русский православный человек» на своей машине в Лавру, к мощам Сергия приложиться и праздник светлый, Пасху, в святом для всех нас месте встретить. На полпути случилось так, что у машины спустило колесо. Остановился на обочине, достал запаску, поменял. Наклонился к канаве придорожной руки помыть, а сзади разбойники налетели. Побили изрядно, из карманов деньги вывернули. Мобильник, ключи от машины отобрали и укатили на его машине, оставив нашего героя валяться в придорожной грязи. Много ли мало ли времени прошло, сказать не берусь, но оклемался сердешный, вышел на дорогу, голосует проезжающим. Все мимо катят. Священник один притормозил было, да увидел замызганные грязью ботинки, порванную куртку и снова на газ нажал – салон у него в машине перед Пасхой начищен, ладаном пропитан – побрезговал батюшка в такую благость незнакомца приглашать. Депутат думский с мигалками, даже не притормозив, мимо проехал – его в Лавре журналисты с камерами ждали, чтобы засвидетельствовать набожность народного избранника. Бедолага уж совсем отчаялся, идет по краю дороги, шатаясь от усталости, голову опустил. Вдруг каблучок потрепанный впереди остановился и задний ход дал. Вышел из машины узбек, правоверный мусульманин, из тех, кого у нас в Москве презрительно лимитой называют. Дверку перед страдальцем открыл, помог в салон сесть, достал аптечку, ссадины тому на руках продезинфицировал, пластырем залепил. Разузнав о случившемся, отвез нашего героя в Сергиев Посад, устроил в гостиницу, деньги на мелкие расходы оставил. После чего уехал по своим делам в Дмитров, пообещав на обратном пути, в воскресенье, заехать за ним и отвезти домой в Москву.

– Так это вы евангельскую притчу о самарянине на свой манер рассказали! – раздалось сразу несколько голосов.

– Именно так! Так, кто для нашего героя близким оказался: православные священник с народным депутатом или узбек-иноверец?

– Ясно дело – узбек, – отозвался прихожанин, вопрошавший ранее о близости. – Но это частный случай, а хочется в общем знать – кто наши, кто не наши.

– Милосердный иноверец-самарянин и христианский Бог в евангелии неразделимы. Если Христос «НАШ», то НАШИ и все те, чьи сердца исполнены любви к людям, к божьему творению. Какой они веры, верят ли вообще в Бога, какой национальности, какого пола – значения для верующих во Христа не имеет.

Чудесный мост

Игумен со своим келейником возвращались в монастырь, но заплутали и вынуждены были заночевать на обрывистом берегу неведомой таежной речки. Проснувшись по утру, игумен увидел на другой стороне стадо коров и разбудил келейника:

– Илюша, переберись на тот берег, найди пастуха, спроси дорогу и умоли дать нам хлеба с молочком, а то что-то я совсем изголодался.

Илюша упал игумену в ноги, попросил благословения и, получив его, скатился вниз к реке. Вода была чистая, прозрачная до самого дна, а ее поверхность переливалась мириадами бликов восходящего солнца, как церковь в пасху переливается мириадами горящих свечей. Оглядевшись, келейник понял, что брода рядом найти не удастся. Плавать он не умел, но желание игумена для келейника закон, а главное почитал он своего хозяина на равных с Богом. Осенив себя и речку крестным знамением, он заговорил с ней.

– О, чистая, непорочная река, в тебе нет ни одного изъяна! И мой игумен чист и непорочен! Ты одаряешь своими благодатными водами всех, кто приходит к твоим берегам! И мой игумен одаряет благодатью Божьей всех, кто приближается к нему! Во имя господа нашего Иисуса Христа, во славу моего игумена, пропусти меня на тот берег за молочком для непорочного слуги Божьего.

И случилось чудо: течение реки на миг замерло, мириады солнечных бликов поднялись вверх, образуя над водой сверкающий мост. Восхваляя Бога, своего игумена и реку, келейник взошел на него и, не замочив ног, перешел на противоположный берег.

Спустя какое-то время он тем же путем вернулся обратно с холщовой котомкой за плечами, загруженной хлебом, маслом и молоком.

Игумен, в изумлении наблюдавший за этим чудом с высокого берега и слышавший все, что говорил его келейник, бросился к реке, чуть не сбив с ног своего верного слугу и, перекрестившись, смело ступил на еще не утративший своего блеска чудесный мост. Однако не успел он и до середины добежать, как блики вновь опустились на поверхность реки. Лишившись опоры, ноги игумена вытянулись, и святой отец камнем пошел ко дну реки. Лежать бы ему там до скончания веков, если б не случилось быть рядом пастуху. Не мешкая тот нырнул в реку и вытащил святого отца на берег. Продрогший, напуганный слуга Божий, долго молчал, обсушиваясь и согреваясь возле разведенного пастухом костра и наконец, с обидой в голосе произнес:

– Я тот самый игумен, во славу которого возник этот чудесный мост. Как же могло так случится, что подо мною, чистым и непорочным, он вдруг исчез? Я чуть не утонул!

– Святой отец, я человек малограмотный, – поразмышляв немного, ответствовал ему пастух. – Но позвольте, скажу свое мнение.

– Говори!

– Ваш келейник, когда подошел к реке восхвалял и Бога, и реку, и вас. Его сердце было переполнено благодарностью и почитанием. В нем не было места ни для чего другого – ни для страха, ни для гордыни. А ваше сердце, когда вы ступили на мост, переполняла гордыня. Может, в этом причина?

Колокола затонувшего храма

На острове был построен храм с тысячами колоколов. Большими, маленькими, медными, бронзовыми, из сплавов серебра, золота, платины. Колокола отливали лучшие мастера со всего мира. Когда дул ветер или налетала буря, все колокола звучали в унисон, создавая неповторимую симфонию звуков, вызывающую восторг в сердцах слушателей.

Однажды в результате землетрясения или цунами остров погрузился в море, а с ним вместе ушел под воду и храм с тысячами колоколов. Древняя легенда гласит, что колокола храма всё так же, как и тысячу лет назад, звучат не переставая. Раньше их раскачивали потоки воздуха, теперь – подводные течения. Звон колоколов и сегодня может услышать каждый, кто умеет внимательно слушать.

Один молодой человек, вдохновленный легендой, отправился в далекое путешествие за тысячи километров, в небольшую рыбацкую деревню, расположенную напротив того места, где когда-то находился остров. Несколько дней он провел на берегу, внимательно вслушиваясь в долетавшие с моря звуки. Но всё, что он мог услышать – это шелест накатывающихся на песок волн, свист ветра, крики чаек и далекие гудки пароходов. Он делал всё возможное, чтобы выделить среди этих звуков, звучание колоколов. Но безрезультатно, шум моря, казалось, заполнял собой весь мир.

Так прошло несколько недель. Жители деревни рассказывали о каких-то паломниках и легендарных святых, которые в те или иные времена слышали звон колоколов затонувшего храма. А кто-то из предков местных жителей и сам его слышал. Эти рассказы побуждали молодого человека вновь и вновь то припадать ухом к прибрежному песку, то, вытягиваясь на цыпочках, напряженно вглядываться в синеву, приставляя ладонь к уху. И снова ничего, хоть отдаленно напоминающего колокольный звон, невозможно было уловить в беспрестанном шуме моря

Наконец он решил отказаться от своей мечты. Может, и на самом деле был когда-то такой храм, но волны и подводные течения уже давно занесли его стены песком, окружили звонницы илом да морскими травами и заставили колокола замолчать.

Это был последний день отпуска. Он отправился на берег, чтобы попрощаться с морем, небом, ветром, кокосовыми пальмами. Он лежал на песке и в первый раз просто слушал шум моря. Слушал, не сопротивляясь ничему, принимая звуки без их анализа, оценки, классификации, без усилий и ожиданий услышать нечто необычное. Его ум полностью растворился в окружающих звуках и в какой-то момент перестал осознавать самого себя. За фасадом внешних звуков перед его внутренним взором открылась глубокая внутренняя тишина. И там, в глубинах этой тишины, он вдруг услышал! Вначале это был звон крошечных колокольчиков, затем к ним присоединились колокола покрупнее, еще и еще, и еще… и вскоре каждый из тысячи колоколов храма зазвучал в божественной гармонии со всеми остальными. Сердце молодого человека заполнили волны радости, благодарности и всеобъемлющей любви.

Вы хотите услышать колокола затонувшего храма? Слейтесь со звуками моря, растворитесь в них.

Вы хотите увидеть бога? Растворите свое Я в творении его рук.

Цепочка добра

Брайан Андерсен, проведя полдня в безуспешных переговорах с банком об отсрочке возврата ссуды, возвращался домой по пустынной дороге, когда увидел на обочине заглохший Мерседес. За рулем роскошной машины сидела пожилая женщина, которая выглядела совершенно растерянной.

Брайан затормозил, вышел из своего старого Понтиака и направился к отчаявшейся женщине. Дама испуганно смотрела через ветровое стекло на приближавшегося к ней незнакомого мужчину. Она уже больше часа сидела в машине, несколько раз выходила, махала рукой перед проезжавшими мимо дорогими машинами, но никто не остановился. А этот молодой человек, судя по машине из самых низов общества – не причинит ли он зла?

– Я помогу вам, мадам, – сказал он. – Пересядьте в мою машину, в ней вам будет немного теплее, мое имя Брайан Андерсен.

Он обнаружил, что у машины лопнуло колесо. Но в силу возраста женщина не могла заменить его сама. Брайан присел на корточки, заглянул под машину, определяя, куда поместить домкрат, потер руки, чтобы согреть пальцы, и принялся за работу. Поменяв колесо, он вернулся к Понтиаку, открыл даме дверцу, улыбнулся и сказал:

– Всё в порядке. Можете возвращаться в свою машину.

– Сколько я должна вам за работу? – Спросила дама, ступая на землю, и поспешно добавила: