Переменная константа

– Ты верно отметил – здесь. Вы на земле барона, и барон здесь всё решает. Сейчас барон решил пригласить вас к себе в замок. Он лично хочет увидеть тех, кто так рассмешил его. Наши придворные рассказали, как это было, и это очень позабавило господина барона. Собирайтесь.

– Уважаемый, так и не знаю твоего имени и звания, я и мои друзья, которые также как и я, являются владельцами замков и больших земельных угодий в Московии, принимаем приглашение барона и утром выйдем к нему в гости.

Такой, несколько неожиданный, даже слегка хамоватый ответ, немного озадачил десятника. Почти минуту он думал, а потом сказал:

– Хорошо, я доложу барону, что нашёл вас, и вы через два дня явитесь к нему в замок. Я оставлю вам трёх сопровождающих, чтобы они указали вам путь.

– Премного благодарен за заботу о нас. Передайте господину барону, что мы с радостью приняли его приглашение, и как можно быстрее прибудем к нему. А ваши солдаты укажут нам путь.

Десятник кивнул, и направил коня со двора. За ним потянулись остальные. Двое всадников спешились. Но почему двое?

– Господин, куда прикажете поставить коней?

– Справа от избы сеновал. Там и коней привяжете, там же и поедите, и кони ваши.

– Надеюсь, нам придётся есть не тоже, что и нашим лошадям.

– Нет. Ваш ужин и завтрак будет более, чем из одного блюда. Наша хозяйка мастерица на кухне. Кстати, хозяйка, вот тебе мешочек, что подарил нам старший лесоруб за дальним лесом, ну, когда мы за дровами ходили. Сходи к старосте. Он, паршивец, обещал прислать всего, но до сих пор нет. Мало будет, доплати, чтобы на всех хватило, и побалуй нас на прощание.

– Отчего же не сходить. Тем более на прощание. Хотя сие от вас самих зависит. А я схожу и этих дармоедов с собой возьму, пускай несут. Нечего на старуху всё нагружать. Вон колодец. Умылись по-быстренькому и догоняйте. Дорога одна, не заблудитесь.

Все мужчины пошли к колодцу. Омыть разгоряченное тело ледяной водой из колодца милое дело для любимого тела. Наспех ополоснувшись, солдаты бросились догонять старушку.

– Вроде нормальные мужики.

– Мы все нормальные, пока не на службе. Прикажут, убьют и фамилию не спросят.

– Кто на что учился.

– Точнее, за что деньги платят.

– Согласен. А эти ещё кто?– Все оглянулись на въезжающую во двор очередную партию всадников.

– Так, три мужика и старуха. Мужиков вижу, старухи нет. Да и дьявол с ней. Именем и властью первосвященника, приказываю вам идти с нами в город Штапель, чтобы предстать перед судом инквизиции за оскорбление пастора и богохульные речи.

– А не пойти ли тебе, пока уважаемый, к этому самому дьяволу. Да и приказ свой твой первосвященник может засунуть к себе в задницу. Подозреваю, большая она у него.

– Хамишь, чернь!

– Нет. Просто пока расставляю приоритеты.

– Кого?

– Тебе не понять, наёмник.

– Это ты не понял. Нам сказали, необязательно взять здоровых. Главное – пока живых.

– Приказали, возьми.

– Кто из вас старец?

– Допустим, я и что?

– Этих убить, а этого не щадить.

Зря он так сказал. Понятно, он никогда не сталкивался с русским спецназом. Не главное, чей спецназ – ГРУ, ФСБ, Внешней разведки или МВД. Российский Спецназ, он и в Африке Спецназ.

Когда вернулась бабулька с нагруженными провизией солдатами, во дворе, по-прежнему без сознания, в рядок лежало с десяток трупообразных, но живых, тела.

– А это ещё что такое?– Неудомённо спросил один из солдат.

– Да вот, решили разнообразить ужин, как обещали. Щи из голов, плов из пальчиков. Любите обсасывать варёные пальчики.

– Хватит добрых людей пугать, окаянные. Что намусорили? Опять убирать за вами. Не могли сложить их за заборчиком?

– Господин, но кто это? По одежде – наемники.

– Молодец. Наёмники. Церковники их наняли, чтобы предстали мы перед ясные очи первосвященника. Да вот хрен им с редькой.

– И вы втроём их так разложили?

– Ты что?! В Московии уважают возраст. Вдвоём. Уважаемому старцу не до таких мелочей.

– Я смотрю, Шкребень лежит. Разбойник городской. Но там его нельзя трогать. Там ему кто-то покровительствует. После любого ограбления всё равно отпускают. Злопамятный, собака. Он вам такого унижения не простит, господин.

– Ну и…

Солдат поймал взгляд Аркона.

– И.

– Тогда они ваши, и всё, что найдёте в их карманах, тоже. Очистите двор, чтобы не мешали хозяйке готовить еду.

– Всё сделаем господин. С удовольствием.

– Так сделайте. Не опоздайте к ужину.

– Ещё никогда я не опаздывал к ужину.

– Свой человек.

Когда солдаты, загрузив на соседскую подводу тела наёмников, выехали со двора, бодигарды усадили старца на самоё почётное место на завалинке и стали ремонтировать забор, немного пострадавший в нескольких местах после посещения гостей. Типа – драку заказывали? Нет? Всё равно получите, так как оплачено. Получилось неказисто, но крепко. Впрочем, как многое в армии. Старец, долго не усидевший на троне из сухостоя, поймал лошадей наёмников, привязал их возле сеновала, чтобы животины могли сами насыщать свой желудок, не напрягая людей.

Солдатики не обманули и не обманулись, прибыли точно к минуте «Ч», т.е. к ужину.

– Господин, я вот давеча подумал, что не гоже вам – знатным людям на таких лошадях к барону ехать. – Сказал солдат и махнул рукой в сторону сеновала. Барон лошадей любит и, если вы приедете на этом, он может обидеться. Мягко говоря.

– Недоработка городского воспитания. Чуть не лопухнулись.

– Недостаток, устранённый на месте, за недостаток не считается.

– Это, в натуре, только я один не умею на лошади ездить?

– Ёшкин кот, аналогично. А ты, старец?

– Я ж говорю, недоработка городского воспитания. И этому хрен научишься за один день. Верно, боец?

– Ну, не знаю, у нас это с детства в крови. Простите, господа, за нахальство, но у вас всё равно выбора нет. Поедем не торопясь, заедем в одно место, поменяем десяток на трёх нормальных. Может, даже денег заработаете. К приезду, по крайней мере, не будете падать с лошадей. Вам, главное, не упасть с лошади, пока будете въезжать во двор. А там уж мы подбежим, поухаживаем за господами, поддержим, если заваливаться начнёте.

– Тогда уж, и на грудь надо будет принять для достоверности.

– Не на грудь, а на рубаху. В армии – лишь бы запах был, а дури своей хватит.

– Не, ну, по стаканчику вина можно?

– По стаканчику – можно. Как антидепрессант. Боевые сто грамм ещё никто не отменял.

– Тогда, сынки, ешьте да на боковую. Вам лучше пораньше выехать. А я вам к утру пирожков простеньких испеку из зайчатины и из репы с тыквой.

Травница растолкала друзей ещё затемно. Солдаты, как и все рождённые и выросшие в деревне, уже умылись и готовили лошадей к продаже.

– Господин, мы с утречка съездили на речку, искупали лошадей. Не всё так плохо. Думаю, даже денег заработаете. Только не забудьте того, что здесь нашему командиру наговорили. Он передаст ваши слова слово в слово, а барон проверять начнёт. Он всегда так делает – боится, чтобы убийц не заслали. Поэтому часто невиновных убивает. На всякий случай. Как говорит наш первосвященник, делая крёстное знамение над привязанным к столбу еретиком, нет человека, нет проблем. Вот так мы и живём между бароном и первосвященником.

– Не позавидуешь. Но что-то напоминает мне из нашей истории.

– Особенно, способ решения проблем.

– Старец, но это же развязывает нам руки.

– Что такое шесть рук против десятка арбалетов?

– А ты у нас на что?

– Чтобы говорить умные речи, надо заранее знать тему разговора, чтобы прочитать подробности в интернете. А мы даже этикета местного не знаем.

– А зачем мне этикет, если я барон. Или я не барон, а старец?

– Барон, барон. Ещё какой барон, ёшкин кот.

– Э-э, старец, это моё слово. Хочешь, придумай себе своё.

– Не хочу. Мне хватит вас с Аркашей. И так через слово это вставляете. Хорошо хоть не материтесь.

– Поэтому и не материмся.

На завтрак были засоленные грибы, жареная краснопёрка, большая чашка варёных раков, пирог с рыбой и репа, тушенная с мясом.

– Вот, сынки, узелок с едой, крынки с кисленьким яблоневым компотом. А вот это кувшинчик, с кислушкой. Я туда и соку добавила. Его постарайтесь не пить, глядишь и пригодится.

– Я понял, бабуль. Будет у меня под присмотром.

– Вот и ладненько. Про каменную долину я вам сказала. Остальное зависит только от вас. В добрый путь, молодцы.

Приторочив перемётные сумы, с помощью солдат залезли на трофейных лошадей, потихонечку тронулись в путь.

Как учиться ездить на лошади, лучше не читать, а самому попробовать это удовольствие. Удовольствие – это первые десять минут, потом промежуток в неделю, и всю оставшуюся жизнь. Они же задержались в этом временном промежутке.

Явно после обеда они доковыляли, если так можно сказать о всадниках, но не о лошадях, до деревни.

– Стоять, подтянуть подпруги. Можно оправиться.

– О, у, наконец-то. Какое блаженство! О, как больно! – и всё такое в течении ближайших десяти минут.

– Ну, что, полегчало, господа?

– Он ещё и издевается. Запорю.

– Ха-ха, ничего, господа. Сейчас пешком войдём в деревню, потихоньку дойдём, и будет, как новенькие. А ваших лошадей мы привяжем с остальными.

Минут через пятнадцать ходьбы ягодицы немного размялись, и походка уже не так напоминала походку роботов.

Ворота купца, который торговал и лошадьми, были, как и положено, высокими и добротными. За забором лаяло несколько собак.

– Кто такие?! – Спросил из-за забора слуга, разглядывая путешественников через щель.

– Лошадей привели.

– Откуда?

– Не твоё собачье дело, любопытная скотина! Доложи хозяину!

– Одну минуточку. Господин в избе.

– Так поспешай, скотина!

Вскоре за забором стало слышно, как собак заводят в сарай. Звякнул засов, и отворилась калитка.

– Прошу, господа, хозяин ждёт вас.– Сказал слуга и указал на высокого, хорошо сложенного мужчину, стоявшего на крыльце под резным навесом.

– Здрав будь, хозяин.– Немного вальяжно играл свою роль солдат.– Господа хотят предложить тебе этих лошадей, а взамен купить трёх хороших скакунов, достойных московских баронов, что едут к нашему барону по его приглашению. Ты понял меня, хозяин? Чтобы приезжим баронам не было стыдно перед нашим, иначе тебе потом могут и шкуру с живого снять.

– К нашему барону? Десять? Хорошо, господа, подготовлю я вам трёх отличный рысаков, чтобы понравились барону. Подождите в кабаке, а я, как пригонят коней, извещу вас. Не здесь они. Здесь такое опасно держать.

– Держи где хочешь. Это твоя проблема, вот только деньги сверху должны остаться, господам и на кабак.

Хозяин кивнул, отвязал с пояса два небольших мешочка, и протянул солдату.

– Отдай господам. Здесь хватит.