Кровь Абхарта

Райхик стоял в недоумении. Запах спирта забивал нос, голова уже гудела от испарений. Подзельцев может использовать магию его мира? Что за чушь?

– Вы уверены в своих рассуждениях? – Райхик все никак не мог поверить в такое неправдоподобное событие. – Подзельцев обладает силой магии из-за энергии, которая вышла через разлом?

– Да, вероятнее всего, – коротко ответил Соордак и осушил стоящий у окна стакан и громко охнул. – Я бы посоветовал вам поспешить на помощь вашим сотрудникам, мало ли что произойдет.

– Отправляйтесь немедленно в штаб и доложите обо всем исследователям. Пусть подумают над этим. Пока будем придерживаться вашей теории, – сказал Райхик. – Даже если она и верна, как нам избавить человека от магии?

– О, над этим стоит подумать, – пошатнувшись, ответил Соордак. Видно, ему хватило спирта на сегодня. Делать было нечего, и Райхик, оставив ученого, поспешил к разлому.

***

– Смотри, очнулся, – добродушным голосом оповестил Де’ру Бадор. Подзельцев понемногу приходил в себя.

– Что случилось? – слабо прошептал он.

– Ты рухнул в обморок, как размазня, – рассмеявшись, сказал Бадор. Де’ра тут же шикнула.

– Чего ты так резко? Сейчас опять еще потеряет сознание, только время потеряем.

– Уж чего-чего, а времени у нас пока предостаточно, – отмахнулся дракон. – Пока Райхик не вернулся, мы вообще не знаем, что делать.

Де’ра молча согласилась. Ждать было мучительно скучно.

– Значит… – начал Костя, – вы драконы, – он еле удержал внезапный приступ тошноты. – И то, что вы появились примерно год назад – правда.

– Да, был грешок, не повезло, что так много наших засекли, – Бадор цокнул языком. – Но кто поверит в такие россказни?

– И то, что произошло со мной? – Подзельцев понемногу восстановил в памяти то, что ему привиделось, когда Де’ра ввела его в «гипноз». – Все правда?

– Еще какая! Сами не рады таким осложнениям, – вздохнула лейтенант.

– Так, – голова Подзельцева уже кипела от просящихся наружу вопросов. – Во-первых, я хочу знать, что драконы делают на Земле? Во-вторых, я хочу понять, почему у меня огонь из рук… тек? В-третьих, мне интересно, почему я не сгорел…

– Так, парень, – прервал Бадор Костю. – Хватит задавать вопросы, на которые мы не знаем ответов. А на первый… Как-нибудь потом. Мы еще даже не знаем, стоило ли тебе вообще говорить о нас. Руководство не одобрит.

Костя обратно лег в кровать. За последние несколько часов его жизнь превратилась во что-то сумасшедшее, приключенческо-опасное и необъяснимое. Однако разве не об этом мечтают большинство обывателей? Да разве сам Костя не думал о том, как раскроет мистическую тайну Клейма? Странно было то, что сейчас, когда он уже зашел так далеко, его перестал привлекать весь этот «экстрим». Косте было страшно до чертиков.

– А что я тогда сказал… – Подзельцев задумался, припоминая свой сон под гипнозом. Он точно помнил, как что-то произнес перед тем, как огонь полыхнул у него из рук.

– Лучше помолчи, мало ли что будет, если ты опять… ну… – Бадор покосился на Костю.

– «Пламя», – перебила сотрудника Де’ра. – Он сказал «пламя» на барне.

– На чем-чем? – поинтересовался Костя.

– Язык драконов, – отмахнулся Бадор. – Самое интересное, почему ты вдруг заговорил на драконьем?

Костя закрыл глаза, вспоминая все подробности. Клеймо очень сильно горело тогда, он его представил перед глазами…

– Слушай, а тебе не кажется, что это очень похоже на магию? – шепнула Де’ра Бадору, чуть отведя его в сторону.

– Да, это странно. Но этим все объясняется, – пожал плечами дракон.

– Ага, – Де’ра хмыкнула. – Но кто объяснит саму магию?

***

Райхик стоял напротив разлома, полный раздумий. Его разговор с Соордаком произвел на дракона сильное впечатление. Если все так, как говорит ученый, этот человек должен обладать магией драконов. Однако, черт побери, это настолько невероятно, что верилось с трудом. Надо было проверить и убедиться.

Разлом сочился буйством красок. В отличие от стороны Земли, здесь все происходило намного красочнее и самое главное – страшнее: ослепительные молнии били тут и там, земля то и дело сотрясалась под ногами, стоял оглушительный гул, а отвратительный запах серы забивал ноздри. Хорошо хоть разлом был не рядом с водой, а то ежеминутное цунами радовало всех жителей столицы.

Все прошло по стандарту: переход, перевоплощение в человеческий образ, и вот рядом с небольшой деревушкой стоял Райхик-человек, готовящийся к телепортации к своим сотрудникам. В этот раз все прошло более-менее гладко, без последствий и осложнений. Вероятно, военная сосредоточенность и серьезность способствовала этому.

Де’ра и Бадор вскочили со своих мест, когда дверь мотельного номера открылась. Райхик без всякого удивления посмотрел на лежащего в постели голого Подзельцева. Тот же выпучил глаза на пришельца.

– Ну, наконец-то, – хлопнул по плечу племянника Бадор. Де’ра коротко кивнула в знак приветствия. – Быстро ты. Что-то интересное узнал?

Райхик пропустил вопрос дяди мимо ушей. Резким движением он наклонился над Константином и быстро, но отчетливо, спросил:

– Ты когда-нибудь был в Австралии? В поселке Мадура или рядом появлялся?

Костя немного опешил от неожиданности и поэтому долго вспоминал. Наконец, он что-то промямлил о том, что приезжал примерно год назад туда для репортажа. Там что-то вроде землетрясения было, хотя никто никогда не замечал там сейсмической активности.

Райхик повалился на стул. Все сходилось, пазл собирался. Похоже, безумец был прав.

– Что за странные вопросы, Райхик? – возмутилась Де’ра.

– Еще не знаю, – протянул тот. – Ты помнишь, что произошло, когда появилось пламя? – обратился он к бедняге.

– Я помню, – ответила за него Де’ра. – Я вошла в его сознание и прочитала воспоминания.

Рассказав всю историю – про слово на барне, про поток огня из рук – Де’ра с интересом ждала реакции Райхика, у которого глаза на лоб вывалились. В следующий момент он резко встал с кресла и повел их с дядей на кухню, где рассказал им всю теорию Соордака. После повествования Бадор удовлетворенно кивнул, но Де’ра все равно не могла кое-чего понять.

– А при чем тут Австралия? Зачем ты его о ней спросил?

– Даже моя пустая голова помнит, что разлом находится именно в Австралии, лейтенант, – подмигнул Бадор. Де’ра немного притихла, переваривая всю информацию.

– А мне кто-нибудь что-нибудь внятнее объяснит? – крикнул из-за стены Подзельцев, находящийся не в самом лучшем расположении духа.

– Да, мы совсем про него забыли, – саркастически сказал Бадор. – И какие наши следующие действия?

– Сейчас Соордак рассказывает свою теорию в штабе. Я сюда вернулся, только чтобы удостовериться в ее правильности, – хмыкнул Райхик. Он, на самом деле, и сам сейчас не имел представления, что будет дальше. – Согласитесь, все ведь и ведет к тому, что он обладает магией. Нам теперь надо за ним следить в оба. Хоть это мы должны сделать качественно, а большее пока не требуется.

Де’ра и Бадор молча согласились. Из-за стены доносилось злобное бормотание Подзельцева, который всеми силами старался подслушать разговор драконов.

Косте начинало все это надоедать. Раздражение распирало его через край, он готов был взорваться от возмущения. Его уже пару дней держали под наблюдением, он ничего не ел за все это время, с ним происходило что-то очень странное, и ему ничего не объясняли! Райхик вернулся и еще больше напудрил ему мозги своими странными вопросами. Теперь Подзельцеву вообще ничего не было понятно, только еще больше все запуталось.

Костя пытался разобраться в происходящем, но у него не особо получалось. Что-то ему было слышно с кухни, но лишь обрывки фраз. Человек никогда не сталкивался ни с чем сверхъестественным, был не очень верующим, чудес он не понимал и почти все рационализировал. Объяснения всему случившемуся были только такими: либо он сходит с ума, либо мир сходит с ума. Все больше он склонялся к первому.

Бунтовать? Ну, нет, это вряд ли. С драконами, скорее всего, шутки плохи. Даже если они плоды его больного воображения. Сбежать? Да как он сбежит, если сейчас лежит голый в пригородном мотеле Станция “Холостяк”? Нет, этот вариант тоже отпадает. Но как бы он сейчас хотел оказаться в своей уютной квартире, со своими милыми салатовыми обоями, почти новенькой мебелью и теплым душем…

Подзельцев представил все это в деталях. «Дом, милый дом». Теперь Костя понимал всю глубину и смысл этой фразы. Никогда в своей жизни он так не скучал по своей квартирке.

На кухне сейчас бурно беседовали драконы. Драконы, черт побери! «Кому расскажешь – посадят в дурдом. Но ведь все и правда происходит. Ладно, пожалуй, подыграю, а потом посмотрим, что выйдет», – так думал Костя.

Наконец-то дверь распахнулась, и троица вошла в комнату, пристально смотря на Подзельцева. Что-то в их взгляде пугало и отталкивало, и казалось, что он какой-то кролик для экспериментов злого гения.

– Ты, парень, не сделай чего-нибудь глупого, как в прошлый раз, понял? – слова Бадора отдавались эхом в голове бедняги Кости. Он медленно кивнул. – Де’ра, сейчас мы с Райхиком подежурим, а ты иди спа…

Дракон не успел договорить. Его прервал стук в дверь номера. Бадор недовольно буркнул:

– Нет, нам не нужна уборка номера! Приходите позже.

Стук прекратился. Однако в следующее мгновение от сокрушительного удара замок, сломавшись, вылетел из проема, а дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял высокий белобрысый мужчина, улыбающийся противной слащавой улыбкой. Его карие глаза светились какой-то глубокой радостью, огоньки в них так и играли.

– И я тебя рад видеть, старый друг, – обратился он к Бадору, осматривая присутствующих.

– А, Дарфар, – махнул рукой дракон. – Что ты тут забыл? Ты же должен патрулировать разлом?

– Так я потому и пришел, – ответил пришелец и остановил свой вечно смеющийся взгляд на Райхике. – С этой щелью что-то не так. Как бы паршиво это не звучало.

Глава 4

Подзельцев чувствовал себя все хуже и хуже. В голове творилось что-то абсолютно неестественное. Иногда ему казалось, что он слышит рев. Рев тысячи тысяч голосов. Или это ему только мерещилось?

Костя лежал на кровати в холодном поту. Его знобило, бросало в дрожь. Драконы на кухне что-то опять обсуждали, уже с новым членом этой странной группировки. А он маялся тут. Как они все только не понимали, что ему чертовски плохо? С ним было что-то не так, он болен, а его оставили здесь… умирать? Вполне возможно. До него никому не было дела. Даже самому Косте иногда казалось, что он видит себя со стороны, вне своего тела. Это чувство в последнее время было все сильнее и сильнее. Его это напрягало и пугало не на шутку.

Рев.

Да, теперь он отчетливо его слышал. Гнев и злость чувствовались все сильнее. Костю переполняли эмоции множества людей. Людей ли? И вот началось.

Может быть, он ненадолго отрубился. Но на секунду, как ему показалось, он погрузился в какое-то очень странное состояние. Оно было похоже на сон. Перед глазами отчетливо встала картина.

***

На горе стояли тысячи воинов. В блестящих черных доспехах с пиками, алебардами и щитами они готовились к битве: натачивали острия мечей, разминали мышцы перед битвой. Лиц не было видно из-за огромных черных шлемов с тремя рогами. Напряжение так и витало в воздухе. Каждый здесь был готов умереть.

Перед войском пролетел один из воинов. Да да, именно пролетел. Его крылья цвета вороного пера отражали свет двух огненно-красных солнц, блестящая чешуя на коже отбрасывала тысячи бликов на забрала шлемов воинов. Он приземлился по центру.

– Сегодня, – оглушительным голосом начал воин. – Мы сможем отвоевать то, что потеряли. Почти каждого из нас ждет дома семья, а те, кого не ждет, скорее всего лишились ее из-за треклятой войны. Мы стоим здесь, чтобы отомстить, чтобы доказать, что мы способны защитить тех, кто нам дорог. Мы – единое целое. Мы – последняя надежда умирающего королевства! И именно на нас возложена ответственность сделать невозможное, – он выдержал паузу. Никто не смел даже пикнуть, – И мы способны на это!

Он поднял в воздух длинный обоюдоострый меч. Толпа взревела. Это был крик злости, отваги и мощи. Это был крик доблести и чести, свободы. Только вместе воины считаются войском. Единое целое, но по отдельности они были никем.

Полководец взлетел. Вместе с ним в воздух поднялся первый ряд бойцов. Алебарды были наготове, щиты прижались к груди, а все взгляды были устремлены вперед, туда, где в низине лежал город – столица главного королевства. Владения тирана-короля Гарлока. Война началась очень давно, но именно здесь она должна была закончиться. Закончится ли?

Следом за первым рядом поднялись второй и третий. Мечники обнажали клинки, расправляли крылья, бросали на землю не нужные во время битвы ножны. Смерть ждала большинство из воинов. Массовое жертвоприношение во имя свободы и чести. Самое страшное было в том, что каждый это знал.

На земле было начерчено около полусотни знаков. Маги должны были защищать всеми силами воинов, лечить раненых и придавать силы борющимся. Над горой повис глубокий гул: это тысячи магов одновременно начали произносить заклинания. От этого воздух начал вибрировать, а воины в воздухе начали светиться зеленоватым оттенком. Мечи удлинялись, щиты увеличивались, рога на шлемах становились грознее и острее. Готовность номер один.

Вдалеке показался противник. Над столицей, будто стая ворон, поднялась в воздух еще одна армия. Настроены противники были так же воинственно, как и нападающие. То и дело виднелись вспышки с обеих сторон. Это маги наводили заклинания, увеличивающие силу и ловкость бойцов. Одни из самых сложных заклятий. Готовность номер два.

По центру войска противников тоже летел воин. Его золотые доспехи слепили глаза, отражая свет солнц, четыре рога на его шлеме горели синим огнем, меч мягко мерцал, будто был раскален.

Когда войска подлетели на расстояние выстрела друг от друга, предводители подняли руки вверх, приказывая воинам остановиться. Все замерли. Даже гул утих. Лишь ветер завывал в щелях доспехов. Начался обряд приветствия.

С обеих сторон вылетело по пять-шесть воинов. Самые верные и доблестные они, во главе со своими предводителями, подлетели к середине поля, на котором должно было произойти сражение. Приземлившись, они медленным шагом подошли друг к другу ближе. Наверное, это был самый напряженный момент даже еще не начавшейся битвы. Все взгляды были устремлены на эту группу воинов.

– Вы можете в любой момент сдаться и отдать нам власть, – сказал главарь нападающих. Это было чем-то вроде ритуала, предложение о некровопролитной борьбе. Но обе стороны знали, что это невозможно.

– А вы можете в любой момент отступить и жить мирно на своей территории, – ответил так же издевкой король. Именно он должен был выступать во главе своего войска. Иначе что это за король, который не может сражаться за свой народ?

– Я так понимаю, это отрицательный ответ, Гарлок? – с усмешкой спросил предводитель нападающих.

– Понимай это как хочешь, Дарвод, – сказал король. Его воины довольно ухмыльнулись.

– Тогда не стоит больше временить. К войскам! – приказал Дарвод. Его воины поднялись, взмыли в небо, так же как и воины Гарлока.

С плеч одного из воинов слетел темно-красный плащ. Он бесшумно приземлился на землю, а боец этого даже не заметил. На свету его блестящая бордовая чешуя отливала цветом крови. Дарвод дал подзатыльник недотепе.

– Райхик, следи за своей экипировкой! Понаберут же в войско идиотов! Как ты только дослужил до такого ранга?

Дракон понуро опустил голову, заметил пропажу и уже собрался вернуться за плащом, но Дарвод, увидев это, отвесил еще одну оплеуху.

– Идиот, хочешь, чтобы тебя преждевременно убили? С этого момента, кто опустится на землю – труп. И не важно, жив он или нет. Для остальных он предатель и трус, а значит, мертв!

– Совсем вылетело из головы, милорд, – виновато побормотал дракон.

Подлетев к своим бойцам, Дарвод обратил свой взор на войско противника. Король уже встал на изготовку, намереваясь в любой момент поднять меч в знак атаки. По древнему обычаю нападающий должен был дать сигнал о начале битвы, поэтому король выжидал. Готовность номер три.

Снова начался гул бормотания магов. Небо над полем битвы нахмурилось. Настало время для самых опасных заклинаний: атмосферы и территории. Во время битвы они имели решающую роль. У стороны с лучшей тактикой было огромное преимущество.

Вокруг стемнело. Тучи загородили солнца, влажность увеличилась. Похоже было, какая-то из сторон хочет навести нешуточную грозу. Воины недовольно заерзали. Некоторые нетерпеливо фыркали, кто-то разминал суставы, делал последние приготовления. Надо было выждать момент.