Брат вождя, или Увидеть Кима и умереть

– На митинге выступит легендарный герой, вождь нашего народа Ким Ир Сен!

Во время митинга кто-то бросил гранату в сторону трибун. Младший лейтенант Красной армии Яков Тихонович Новиченко, который со своим взводом нес охрану, перехватил гранату, и она взорвалась у него в руке. Новиченко был тяжело ранен и остался инвалидом. Кроме него никто не пострадал: граната была самодельной, слабенькой.

Взрыв мало кто услышал, но выступавший на митинге сразу объявил, что на товарища Кима совершено покушение. Покушение сделало будущего вождя известным всей стране, о нем заговорили как о герое.

Тем временем в Пхеньян из Москвы поступило указание образовать новую партию. 28 августа 1946 года открылся учредительный съезд Трудовой партии Кореи. Печать и радио получили указание шире пропагандировать роль Ким Ир Сена. Для местных коммунистов-подпольщиков он был чужаком, они его не знали. Но им быстро объяснили, что выступать против Кима значит выступать против Советского Союза.

Когда Шувалов только начинал службу, в Ясенево еще можно было встретить ветеранов, которые помнили, как все начиналось в Корее. Шувалов однажды спросил одного из них:

– Почему выдвинули Кима?

Тот буркнул:

– Тебя бы выдвинули, да тебя там не было. – Нехотя пояснил: – Ким сам себя выдвинул! Он сам стал партизанским командиром, комбатом. У него лидерские способности от природы.

Кима многие недооценивали. Партизан, не закончил и восьмилетки, не умел толком читать и писать. Но будущий лидер с молодых лет проявил себя упорным, не знающим сомнений борцом. В партизанские годы он оказался достаточно осторожен, чтобы не попасть в руки японцев. И достаточно умен, чтобы сначала ладить с китайцами, а затем с русскими. Ким был покладист, сговорчив, дисциплинирован, вкрадчив, научился говорить по-русски. Обаятельно улыбался. Умел расположить к себе. Понравился советским офицерам.

В советской зоне оккупации ускоренными темпами строили социализм. В сентябре 1948 года была провозглашена Корейская Народно-Демократическая Республика. Местные лидеры получили приказ кричать: «Да здравствует товарищ Ким Ир Сен!»

Кима охраняли советские военнослужащие, пока войска СССР не покинули территорию Кореи.

– Ким был прост, доступен, – рассказывали ветераны Шувалову. – Его резиденция находилась через дорогу от советского посольства. Он приходил к нам поиграть в бильярд. Мог рюмашку выпить. Любил выигрывать. Проигрывая, мрачнел.

Вместе с советским послом они ездили отдыхать на озеро рядом с границей Китая. Там водились черные окуни. Киму и послу приносили стулья, ставили рядом холодное пиво. Дежуривший сзади адъютант старательно надевал червяка на крючок и передавал удочку вождю, Киму оставалось только забросить ее. Впоследствии Ким полюбил охоту. Он стрелял кабанов, фазанов и оленей, не выходя из специального переоборудованного для охотничьих забав «мерседеса».

Ким Ир Сен счел, что смерть Сталина освобождает его от всех обязательств перед Советским Союзом. В декабре 1955 года Ким произнес первую речь о чучхе.

Словосочетание «чучхе» означает примерно следующее: «сам себе хозяин». «Чу» по-корейски «хозяин», «чхе» – «тело». Чучхе – это следствие главного лозунга Кима, который по-корейски звучит так: «Чарек кэнг-сэнг», то есть опора на собственные силы.

В практической жизни это должно означать экономическую автаркию и политическую независимость. На самом деле северокорейская экономика самостоятельно существовать не в состоянии. Страна живет за счет внешней помощи.

Чучхе стало избавлением от советского политического влияния. Ким Ир Сен хотел получать оружие, продовольствие, ресурсы, создавать с помощью Москвы промышленность, ничего не предлагая взамен и не принимая на себя никаких обязательств.

На переговорах представители Пхеньяна бились за каждую копейку, потому что выторговывали спасение режима. Ким взял на вооружение шантаж как основной метод ведения дел. На официальных встречах сам вождь и его посланцы с ходу отодвигали в сторону расчеты, подготовленные советскими специалистами, и ставили вопрос прямо:

– Или вы нам поможете – безвозмездно, или дело революции на Корейском полуострове будет проиграно. Неужели страна Ленина готова стать могильщиком корейской революции?!

ВЯТСКОЕ, ХАБАРОВСКИЙ КРАЙ

Ким Чен Ира, преемника великого вождя, при рождении назвали по-русски – Юрой. Юрий Ирсенович Ким появился на свет в ночь с 15 на 16 февраля 1942 года в маленькой сибирской деревушке неподалеку от Хабаровска, где располагалась 88-я отдельная пехотная бригада, в которой служил его отец.

Когда Ким Чен Ир уже в роли лидера Северной Кореи приехал в Россию, хозяева решили сделать ему приятное и предложили свозить в село Вятское, где сохранился дом, в котором когда-то жил его отец. Ким Чен Ир от поездки отказался и настоятельно просил журналистам о Вятском не рассказывать.

Юру Кима привезли в Корею трехлетним ребенком в 1945 году, когда туда вошли советские войска, освободив север полуострова от японцев. Но северным корейцам об этом ничего не известно. В школе и на политических занятиях им рассказывают, что Ким Чен Ир родился в партизанском лагере, а его отец самостоятельно изгнал из страны японских оккупантов.

На священной для всех корейцев горе Пэкту построили монумент, изображающий партизанский дом, в котором будто бы появился на свет Ким Чен Ир. По партийной путевке молодые северокорейцы бросились искать места партизанской славы отряда Ким Ир Сена. В ЦК партии они доложили, что найдены две сотни стоянок партизанского отряда, которого не существовало…

В 1944 году у Ким Ир Сена появился второй сын. Его тоже звали на русский манер – Шура. Через три года, уже в Пхеньяне, несчастный мальчик, купаясь, утонул возле дома. Трагедия произошла на глазах старшего брата, они играли вдвоем.

Еще через два года во время родов умерла первая жена Ким Ир Сена. Ей был всего тридцать один год. Внезапная смерть матери не могла пройти бесследно для психического развития Ким Чен Ира. Ему не хватало материнской любви и нежности. Вероятно, поэтому он стал рано искать общества женщин старше себя. Некоторые специалисты считают, что в стремлении к потерянной матери он переходил от одной женщины к другой.

Первые годы жизни Юры вообще не назовешь веселыми. Тяжкая жизнь в Сибири. Нелады дома. Нелепая гибель брата. Смерть матери. И у Юры Кима не сложились отношения с мачехой.

Неутешный вдовец Ким Ир Сен быстро женился на Ким Сон Э, красивой женщине моложе него на двадцать лет. Она родила вождю двоих сыновей и дочь. Положение первенца, Юры, при дворе пошатнулось. И он возненавидел женщину, которая заменила его мать в постели отца.

Однажды, когда отца не было рядом, мачеха села рядом с Юрой в машину. Он вытолкнул ее:

– Уйди, тут не твое место.

Ким Чен Ир был заметно ниже отца. Рано располневший. Всегда сумрачный. Он с неудовольствием поглядывал на сводных братьев, унаследовавших от второй жены Кима красоту и довольно высокий рост.

В 1950 году, во время войны на Корейском полуострове, Юру эвакуировали в Китай, где открыли школу для детей пхеньянской номенклатуры. А когда война закончилась, он перестал называть себя Юрой. Он стал Ким Чен Иром.

Закончил Пхеньянский университет, носящий имя его отца, и был зачислен в организационный отдел ЦК, которым руководил его дядя – секретарь ЦК и член политбюро Ким Ён Чжу, брат Ким Ир Сена. Ён сочувствовал оставшемуся без матери племяннику, поддерживал его, при встрече одобрительно похлопывал по плечу, утешал:

– Все образуется.

В тридцать один год Ким Чен Ир получил пост заведующего отделом пропаганды и агитации ЦК Трудовой партии Кореи – самым могущественным подразделением в аппарате после орготдела. Теперь уже по долгу службы он повсюду сопровождал отца. Следовал за ним, и когда тот в конце недели уезжал в одну из загородных резиденций.

Чем тогда занимался будущий преемник «вечного президента» КНДР?

Отдел пропаганды руководит средствами массовой информации и политической учебой в стране. А политические занятия проходят каждый день во всей республике. На это отводятся два часа. В ячейках Союза социалистической молодежи Кореи коллективно читают газеты и обсуждают прочитанное; каждая суббота на всех предприятиях и во всех учреждениях полностью посвящена развитию политической грамотности. Кроме того, руководящие кадры ежегодно проводят месяц на курсах переподготовки в Высшей партийной школе имени Ким Ир Сена.

Отдел следит за выпуском серии книг, которые помечены грифом «Только для использования внутри страны» (то есть их запрещено показывать иностранцам), «Только для использования внутри партии», «Только для использования внутри армии». Эту систему Пхеньян позаимствовал у китайцев.

Раньше ограничительный гриф скрывал от советских и китайских представителей рассказы о том, что именно Ким Ир Сен отныне «руководит международным коммунистическим движением». Теперь от иностранцев прячут материалы, в которых говорится, что марионеточный режим в Южной Корее должен быть свергнут, потому что население южной части полуострова «мечтает жить под правильным руководством великого вождя».

Северная Корея не признает Южную в качестве равноправного партнера в достижении мирного урегулирования. В Пхеньяне вообще отрицают существование отдельного государства на Корейском полуострове. «Южная половина республики» считается незаконно оккупированной частью КНДР.

Северным корейцам внушают, что Юг захвачен американскими войсками, которым служат «военно-фашистские марионетки», что тамошние власти не пользуются никакой поддержкой в мире. Южную Корею представляют «международной сиротой, изолированной в стране и за рубежом».

Северян призывают «до конца вести непримиримую борьбу за свержение фашистской диктатуры». Президента Южной Кореи и его правительство объявляют «предателями», угрожают им карой: «Мы заставим их заплатить за их преступления».

Народу северной части полуострова постоянно напоминают, что надо готовиться к восстановлению исторической справедливости вооруженным путем, подчеркивая:

– Мир в Корее никогда не должен быть «миром» для закрепления раскола страны на две Кореи. Нашей нации дорог мир, но объединение государства еще дороже.

Главная задача сына на посту заведующего отделом агитации состояла в том, чтобы пропагандировать идеи отца. Но аккуратно. Надо было понимать, какие слова великого вождя повторять вновь и вновь, а какие вовремя забыть.

Ким Ир Сен обещал подданным, что через несколько лет каждый кореец будет носить шелк, жить в доме под черепичной крышей и трижды в день есть рис и мясной суп. Обещание не сбылось, и о нем не вспоминали. Нашлись другие поводы показать, что великий вождь заботится о народе.

Например, он предложил построить завод по производству жидкой тянучки. Агитаторы объясняли:

– Наша страна богата фруктами, каждый год свыше десяти тысяч тонн падалицы подвергается порче. Из них можно варить варенье и выдавать его детям и больным, находящимся на излечении в клиниках.

Но одновременно Ким ратовал за экономию:

– Некоторые учреждения, которым достаточно иметь одну столовую, заводят три-четыре. Это приводит к колоссальному расточительству. А народная мудрость гласит: «Когда много котлов, много лишнего наваришь».

Он распорядился выпускать бумагу потоньше, чтобы избегать расточительства. Предложил выпускать резиновую обувь, утверждая, что она оправдывает себя с точки зрения бытовых обычаев народа. Хотя понятно, что резиновая обувь не спасает от холода, а Северная Корея – страна с суровым климатом.

Ким Ир Сен поделил день так: восемь часов – работа, восемь часов – учеба, восемь часов – отдых.

Это означало, что кореец лишался какой бы то ни было личной жизни. Ким строго предупредил рабочих, чтобы они не пили лишнего после работы, а набирались сил к следующему трудовому дню. Он требовал от народа максимума, а давал ему минимум. Великий вождь убеждал людей, что они работают не за деньги и не за какие-то материальные блага, а во имя родины.

Улыбчивый Ким пускал в ход все свое обаяние; неустанно посещал трудовые коллективы. Беседуя с рабочими, не распекал их и не грозил. Напротив, льстил им, показывал, как высоко их ценит:

– Я призываю вас пробудить в себе патриотический энтузиазм, проявить такое же беспримерное мужество, с каким мы сражались с врагами во время войны.

Объявлял ударные вахты и раздавал ордена за трудовые успехи. Постоянно ставил новые задачи:

– Все члены Союза женщин и партийцы-женщины должны посадить по десять тутовых деревьев!

Ким требовал активнее придумывать пути ускорения технического прогресса. Но рабочим и инженерам не хватало образования. Учили-то их в основном идеям чучхе и истории борьбы Ким Ир Сена за новую Корею. А реализация принципа чучхе на практике давалась нелегко. Когда северные корейцы взялись осваивать советские тракторы без советских чертежей, то машины давали почему-то только задний ход. Прошло немало времени, прежде чем корейские трактористы научились ездить и вперед тоже.

А за закрытыми дверями разгневанный Ким санкционировал отсылку в исправительно-трудовые лагеря на перевоспитание тех, кто не справился с государственным заданием.

Министр общественной безопасности лично докладывал великому вождю о вопиющих случаях разложения:

– Рассмотрели дело семьи офицера, уже изгнанного с позором из рядов Корейской народной армии. Они тайком держали тридцать свиней, забивали их и продавали мясо, чтобы купить посуду японского производства у корейцев, которые переселились на историческую родину из Японии. Предлагаем всех отправить на перевоспитание.

Великий вождь согласно кивал.

Подчиненные его сына, профессиональные пропагандисты, на совещаниях в отделе ЦК часами спорили, какой лозунг точнее передает линию великого вождя: «Один день в месяц без еды» или «Есть не больше двух раз в день»?

Гордые, просились к начальству на прием:

– У меня есть хороший рассказ о передовике. На ваше рассмотрение.

– Излагай.

– Это рабочий, который трудился двадцать девять часов без сна и отдыха и перетаскал пятьсот восемьдесят мешков с песком, чтобы уложить дамбу, и справился с задачей за пять дней, а не за сорок, как предполагалось планом.

Ким Чен Ир снисходительно махнул рукой. И тут же заявил:

– Великий вождь установил параметры личного хозяйства для сельского жителя: одна овца, одна-две свиньи, три десятка кур. А тут мне сообщили о женщине, которая продавала лишние яйца, остававшиеся после сдачи государству обязательных поставок, а деньги оставляла себе, вместо того чтобы отдавать их государству.

– Возмутительно! – откликнулись подчиненные.

– Вот именно, надо организовать общенациональную кампанию возмущения ее антипатриотическим поступком.

С наибольшим удовольствием Ким Чен Ир занимался кинопроизводством. Он был частым гостем на Пхеньянской киностудии. В один из приездов распорядился:

– Незачем строить декорации к каждому фильму, это дорого. Надо создать постоянные интерьеры, в которых и будут сниматься все фильмы.

В его следующий приезд руководители студии почтительно доложили, что декораций потребуется совсем немного:

– Бар для фильмов об американских империалистах. Стена для картин о южнокорейских марионетках и индустриальный пейзаж для патриотических лент о трудовых подвигах нашей замечательной страны…

Других фильмов в стране не снимали.

Молодой Ким покровительствовал начинающим артисткам, юным и красивым. Раздавал понравившимся ему девушкам ведущие роли в революционных фильмах, операх и балетах, а потом награждал званием народной артистки. Принимая иностранных гостей, приглашал на ужин женский оркестр – все как на подбор красавицы…

Киноактрисе Сон Хе Рим достался главный приз – внимание и любовь сына великого вождя. Она была на несколько лет старше Ким Чен Ира и замужем за врачом, когда начался их роман.

Ким увел ее из дома и от мужа. Но брак остался тайной решительно для всех. Главный пропагандист страны избежал всех формальностей, чтобы легче было скрывать свою семейную жизнь. Когда супруга родила ему сына, он был счастлив. Но даже рождение ребенка держалось в секрете. Никто не должен был видеть счастливую семью вместе. И прежде всего – великий вождь Ким Ир Сен.

Президент не одобрил бы такого брака: актриса была заметно старше его сына и уже побывала замужем. Ким Чен Ир не посмел расстроить отца, открыто появившись с тайной женой и незаконнорожденным сыном.

Сыну Ким Чен Ира было четыре года, когда ребенок серьезно заболел. Мальчика отвезли в клинику для начальства. И вдруг эту больницу пожелала осмотреть мачеха Кима. Когда ее уже вели к детскому отделению, Сон Хе Рим, взяв больного сына на руки, вылезла в окно и скрылась в тополиной роще, окружавшей больничный корпус. Она осторожно ступала по земле, чтобы ее не выдал шелест опавших листьев.

Ким Чен Ир больше всего боялся, что мачеха узнает о тайном браке и сообщит отцу. Наследнику президента и самому в то время приходилось не сладко. Амбициозная мачеха хотела, чтобы не первенец, а ее сын, сводный брат Ким Чен Ира, стал преемником вождя. У нее было предостаточно возможностей воздействовать на мужа. Ночная кукушка дневную всегда перекукует…

И Чен Иру приходилось бороться с мачехой и братом за внимание и любовь Ким Ир Сена. Это были самые трудные годы в его жизни. Надо было выстоять в византийской атмосфере отцовского двора, чтобы самому стать вождем.

Но даже страх огорчить отца не оторвал Ким Чен Ира от Сон Хе Рим. Он действительно был покорён красивой киноактрисой.

А ей союз с сыном великого вождя позволил выручить семью из беды. Дело в том, что ее отец, процветающий землевладелец из Южной Кореи, симпатизировал коммунистам и вместе с семьей перебрался на север. Несмотря на такое самопожертвование, в Северной Корее он счастья не нашел. Ему устроили проверку на лояльность. Созвали общее собрание коллектива. Поставили бывшего богатея на табуретку. Все должны были его критиковать и обличать. Самые рьяные плевали в него. Он не выдержал, сдался, признал какие-то нелепые обвинения. Его репрессировали за принадлежность к классу эксплуататоров.

Любила ли его дочь Ким Чен Ира?

Скорее сочувствовала ему – ведь он вырос без матери.

Жизнь с сыном великого вождя была роскошной. В городе к их услугам был настоящий дворец, на морском побережье – вилла. Время от времени Ким позволял своей тайной жене вместе с ее сестрой ездить за границу за покупками. Но при всей невероятной роскоши это была странная жизнь. Ни жена, ни сын никуда не могли поехать без разрешения Ким Чен Ира. Они оказались в своего рода ловушке.

Каждое утро Ким Чен Ир стучался в отцовскую дверь и приносил тапочки. В конце концов ему удалось завоевать любовь великого вождя и устранить возможных конкурентов. Его сводных братьев – Ким Ён Ира и Ким Пхен Ира – держали подальше от Кореи на дипломатической работе.

Ким Чен Ир так и не посмел признаться отцу, что уже обзавелся семьей, что у него есть жена и сын. А старший и главный Ким думал о продолжении рода правителей Северной Кореи, о династии. Ему нужна была не просто невестка, а достойная жена для наследника престола.

Ким Чен Ир подчинился воле отца. Расстался с первой, тайной женой, которую любил, и безропотно ушел ко второй, официальной. Ему устроили свадьбу государственного масштаба. Новая спутница жизни была на десять лет моложе первой жены Ким Чен Ира, которой пришлось смириться с его одобренным властью браком и утешить себя тем, что официальная жена Киму не нравилась.

Новая супруга Ким Чен Ира родила ему девочку, первую внучку Ким Ир Сена. С годами страсть Кима к первой жене остыла. Вторая его по-прежнему не волновала. И он женился в третий раз. Верностью он не отличался, однако следил, чтобы его жены никогда не встречались.

Третьей стала Ко Ён Хи, танцовщица, которую Ким Чен Ир впервые увидел на сцене. Ко Ён Хи была кореянкой, родившейся в Японии.

В Японии живут примерно семьсот тысяч корейцев. Это потомки тех, кого японские власти когда-то привезли для выполнения трудовой повинности. Корейцы до сих пор ощущают себя в Японии дискриминируемым меньшинством. Среди них немало тех, кто поддерживает Северную Корею, считая, что там люди хозяева собственной судьбы. Кое-кто даже решил вернуться на историческую родину.

Примерно тысяча восемьсот японок последовали за своими корейскими мужьями в Северную Корею в шестидесятые и семидесятые годы. Через много лет в обмен на полученную от Токио помощь им разрешили съездить домой, повидать родных. Перед отъездом инструктировали, как вести себя в Японии:

– Постоянно улыбаться. За столом не жадничать. Есть медленно. Политические вопросы не обсуждать.

Третья жена родила Ким Чен Иру двоих сыновей. Но она умерла молодой. Через два года шестидесятичетырехлетний Ким женился в четвертый раз.

Его последняя жена Ким Ок была моложе мужа на двадцать два года. Она окончила в Пхеньяне университет музыки и танца и некоторое время работала секретарем Кима. Ни с одной из своих жен он на публике так и не появился.

Глава 5

Повар готовит острые блюда

ИСЛАМАБАД, ПАКИСТАН