Малыш

Я тяжело вздохнул, а потом медленно, чтобы было понятно, начал объяснять.

— Глаз, скажи, что лучше: один золотой слиток или девять?

— К чему ты клонишь? — недоверчиво покосился на меня напарник.

— К тому, что твой брат нас пристрелит, а всю добычу возьмет себе.

— Нет, — покачал годовой Глаз, — Лом не такой, он законы уважает.

— Богатство кому хочешь голову снесет, — продолжал я. — Сам посуди: что твоя жизнь против золота? Ничто, меньше даже, чем ничто. Плюнуть и растереть. Я абсолютно уверен, что Лом тебя пристрелит, а золото заберет. Потом и меня прикончит, чтобы свидетелей не осталось. Может — и напарников своих, чтобы уж ни с кем не делиться. Тела сбросит в воду и все, никаких улик. Скорее всего, Лом свалит все на «диких» — мол, напали, поубивали всех, а он один чудом спасся. Нами никто интересоваться не будет. «Крысы» часто в городе пропадают, дело обычное. Если Лом умный, то скоро по-тихому свалит из наших краев — с таким богатством его везде примут, причем с распростертыми объятьями. Отправится на юг, там жизнь сытая, да и затеряться легко. Отроет свою лавку, построит дом, женится, детей заведет. Будет здоров и счастлив. А ты в это время будешь медленно догнивать в земле, и я где-нибудь рядышком. Ну как тебе такая перспектива?

Глаз зябко поежился — видимо, представил картинку. Потом медленно кивнул:

— Хорошо, Малыш, ты меня убедил. Похоже, от шального богатства я совсем разум потерял. Спасибо, мозги на место вправил! Но как нам быть? Оставить все здесь?

— Возьми с собой три слитка, — посоветовал я, — и скажи Лому, что нашел такое, что никогда раньше не находил. Причем столь важное, что сообщить можешь только лично господину Линю. Лом станет допытываться, спрашивать, но ты держись — не могу сказать, страшная тайна. Он нас не убьет — самому интересно, что мы такое нашли, и отведет к Линю. А вот там все и расскажешь. И про сейф, и про золото. И слитки покажешь. Господин Линь закон блюдет, правила знает. Одну треть возьмет себе, две трети — тебе. Зато обеспечит охрану и гарантирует безопасность. Конечно, ты часть потеряешь, но того, что останется, хватит. Если правильно распорядиться, будешь по-настоящему богатым человеком… А если пожадничаешь, вообще без всего останешься. И жизни лишишься.

— Черт! — выругался Глаз. — Отдать этим уродам треть… Да это же просто грабеж. Одной десятой — достаточно!

— Не думаю, — покачал я головой. — Это особый случай, значит, и такса особая.

— А вдруг господин Линь прикажет меня убить? — засомневался Глаз. — Чтобы все себе захапать? Чем он лучше Лома?

— Лом — обычный бандит, — парировал я, — а господин Линь — деловой человек. Ему выгоднее постоянный доход иметь, чем хватануть один раз. Думаю, он не только тебя охрану даст, но еще постарается сделать тебе рекламу. Вот, мол, берите пример с Желтого Глаза — такое богатство нашел! После этого все рванут в Старый город, и прибыль потечет к господину Линю полноводной рекой.

Глаз задумался. Было заметно, что мои слова заставили его серьезно пересмотреть первоначальные планы. Я выложил последний аргумент:

— Подумай сам: деньги мертвому ни к чему. И вот еще что: если не последуешь моему совету, я с тобой не пойду. Не хочу погибнуть по-глупому. Лучше пережду, а потом спокойно вернусь к своим…

— Ладно, — кивнул Глаз, — сделаем так, как ты сказал. Три слитка возьму с собой, а остальные спрячу. Вот только куда?

— В сейф, — тут же предложил я, — это самое надежное место. Закроешь на замок, и никто, кроме тебя, не достанет. Шифр один ты знаешь…

— Ты тоже, — сказал Глаз.

— Мне золото ни к чему, — пожал я плечами, — от него одни хлопоты да неприятности. У меня другие интересы…

Глаз внимательно посмотрел на меня и кивнул:

— Знаешь, Малыш, а я тебе верю. Не знаю почему, но мне кажется, что ты меня не предашь.

С этими словами он запихнул в рюкзак три золотых слитка, а остальные положил в сейф. Не забыв, разумеется, тщательно перекрутить цифры. Я убрал в рюкзак папки — дома внимательно посмотрю, может, и пойму что, и вскоре мы тронулись в обратный путь. Через темный, запутанный лабиринт лабораторий и мрачную подземку — наверх, к свету. Туда, где нас ждет Лом со своими дружками. А, может, и не только он один…

Глава седьмая

Юродивый

Дорога назад всегда кажется короче. Особенно тогда, когда точно знаешь, что тебя наверху ждут яркое солнце и чистое небо. Так и хочется поскорее подставить свое лицо под его ласковые лучи после темноты и холода подземки! И пусть солнце скоро сядет, но увидеть хоть на минуточку очень приятно.

Мы стояли с Глазом на площади Согласия и решали — стоит ли выбираться из города сегодня или разумнее разбить лагерь и заночевать в развалинах, а выходить уже утром. С одной стороны, ни Глаз, ни я не хотели оставаться в городе еще на одну ночь (учитывая возможную встречу с очередным «диким»), но с другой стороны — солнце скоро сядет, а идти по темным ночным улицам чрезвычайно опасно. Да и просто страшно…

Наши размышления прервали самым неожиданным образом — от стены отделилась тень, и перед нами возник здоровый молодой парень в черной кожаной куртке. В руке он держал пистолет, ствол которого был направлен прямо на нас. Я узнал одного из подручных Лома. Кажется, его зовут Марк.

Глаз неодобрительно посмотрел на пистолет и сказал:

— Помнится, Лом обещал мне защиту, а не наоборот…

— Я вас и защищаю, — усмехнулся парень, — от самих же. Вдруг вы из-за добычи передеретесь и поубиваете друг друга? А Лом мне четко приказал — доставь их живыми. И по возможности — в целости и сохранности. Хотя последнее не обязательно.

— С чего бы такое к нам внимание? — скривился Глаз. — Или Лом уже так соскучился? Всего-то два дня прошло! Даже меньше…

— Не знаю, — пожал плечами парень, — но он здесь и ждет вас. Так что…

— А это не ты случайно за нами следил на станции? — прищурился Глаз. — И в засаде сидел?

— Верно, я, — кивнул парень, — только вы хитрее меня оказались, смылись по-тихому. А я, как последний идиот, потом полдня караулил! Лом, как узнал, что упустил вас, очень расстроился и приказал ждать здесь, на площади. Знал, что мимо не пройдете. И как встречу — сразу к себе.

— К чему такая спешка? — удивился Глаз. — Не мог подождать, пока мы сами к мосту выйдем?

— Не знаю, — равнодушно протянул Марк. — Но мне кажется, что Лом тебе, Глаз, не доверяет. Вдруг ты опять с добычей смоешься и не заплатишь, как положено?

— Разве я когда-нибудь кидал Лома? — с негодованием произнес Глаз. — Всегда ему честно отстегивал!

— Всякое в жизни бывает, — философски заметил Марк, — Вдруг вы что-нибудь особо ценное нашли и захотите тихо слинять, чтоб ни с кем не делиться? Вот Лом и придумал здесь ваши мешки проверить, чтобы все было по-честному. Короче, топайте по улице, а я за вами. Чтоб не сбежали. И прикрою заодно, как Лом обещал. Кстати, Глаз, отдай-ка ружьишко — тебе оно уже ни к чему.

Глаз пожал плечами и протянул трофейный обрез. Потом поправил рюкзак и зашагал в указанном направлении. Я, естественно, за ним. Завершал нашу маленькую процессию Марк, который, с одной стороны, стерег нас, чтобы не сбежали, а с другой — охранял. Он нервно крутил головой по сторонам и часто оглядывался назад — видно, на самом деле опасался, что на нас могут напасть.

Через десять минут мы очутились внутри маленького, хорошо сохранившегося домика. В его гостиной нас ждал Лом. С ним был и второй бандит из группы. Значит, все в сборе.

— Слушай, Дик, что за дела? — изобразил негодование Глаз, как только увидел своего родственника. — С каких это пор ты мне не доверяешь? Разве я тебя хоть раз обманывал?

— Береженого бог бережет, — веско ответил Лом, — а в нашем деле, сам знаешь, нельзя быть уверенным ни в ком. Большая добыча способна кому угодно башку вскружить, и люди начинают глупости делать. Вот я и решил перестраховать тебя, а заодно предостеречь от неприятностей. Чтобы ничего плохого не случилось… Брат ты мне все-таки, хоть и троюродный!

— Да я как-нибудь сам по себе… — начал Глаз, но Лом его резко прервал:

— Никаких сам по себе! Знаю я тебя! Вдруг смыться захочешь? Ищи тебя потом, долги выколачивай… Муторное это дело, и для здоровья вредное. Для твоего, разумеется.

Лом расхохотался, остальные бандиты тоже заулыбались. Зато Глаз скривился, как от зубной боли — видно, вспомнил что-то не очень приятное. Лом между тем продолжал:

— Короче, чтобы не было глупостей, я тебя здесь досмотрю. Давай-ка, открывай мешки!

Лом кивнул подручным, и те ловко вытряхнули из наших рюкзаков все содержимое. Главарь бандитов брезгливо поворошил палкой наши вещи, мои папки с документами и с интересом уставился на три пластиковые коробочки, выпавшие из рюкзака Глаза.

— Это что?

— Золото, — просто ответил Глаз, — довольно высокой пробы. Из институтского сейфа.

— Врешь! — не поверил Лом. — Его же никто открыть не может!

— Верно, никто, — кивнул Глаз, — а Малыш смог. Для того, собственно, и нанимал я его. Он большой специалист по сейфам…

Лом пристально посмотрел на меня, и я кивнул — да, так оно все и было.

— Рассказывай! — приказал Лом.

Глаз не спеша, с подробностями, изложил наши приключения. Не забыв, разумеется, упомянуть, как ловко оставил в дураках Марка. Но особое впечатление на бандитов произвел эпизод, когда мы расправились с «диким». На их лицах читалось явное недоверие, однако трофейный обрез и патроны говорили сами за себя. А когда мой напарник упомянул о том, что бо́льшая часть золота осталась в сейфе, глаза Лома загорелись жадным огнем.

— Значит, там еще много рыжухи? — не скрывая своей радости, переспросил он.

— Имеется, — кивнул Глаз, — и довольно порядочно. Только тебе, Лом, до него в жизнь не добраться. Шифр знаю только я, и как его найти — тоже. Без меня ты не сможешь ничего добыть. Там же настоящий лабиринт, заплутаешь, попадешь под обвал — и все, каюк, никто никогда не найдет. Так что не дергайся, не суетись, не делай глупостей, а веди нас прямо к своему боссу — господину Линю. Я лично ему обо всем расскажу и помогу то золото достать. Так лучше для всех будет — и для тебя, и для нас.

— Как будет лучше, я сам решаю, — зло скривился Лом, — не тебе, лоху, меня жизни учить!

С этими словами он выхватил пистолет и выстрелил… Нет, не в Глаза и даже не в меня. А в своих подручных. Оба упали, как подкошенные. У Глаза от удивления вытянулось лицо, я вообще не знал, как на это реагировать. Сидел ни жив ни мертв.

— Ну вот и все, дело сделано, — удовлетворенно произнес Лом, убедившись, что оба его подручные мертвы. — Лишние свидетели убраны, остались лишь мы с тобой. Да еще Малыш…

— И что же ты дальше делать будешь? — нервно спросил Глаз. — Убьешь нас?

— Нет, конечно, — усмехнулся Лом, — вы очень ценные, в этом ты, брательник, прав. Отведу вас к боссу, и пусть он сам решает, как с вами поступить. Но я без своего куска хлеба с маслом не останусь, это точно! При любом раскладе…

— Интересно, как господин Линь посмотрит на то, что ты убил двух его людей? — иронически спросил Глаз. — Думаешь, это ему понравится?

— Причем здесь Линь? — рассмеялся Лом. — Под словом «босс» я имел в виду совсем другого человека…

— Кого же? — удивился Глаз.

Он все еще не понимал, а вот я уже давно сообразил…

— Юродивого! — широко улыбнулся Лом. — Давно хотел к нему перейти, да все никак случай подходящий не подворачивался. А теперь, с такой добычей, он не только с радостью меня примет, но и сделает своим главным помощником, вместо этого идиота Реда. Как пить дать!

— Неужели тебе было плохо у господина Линя? — спросил Глаз. — Вроде ты там шикарно устроился…

— Верно, — согласился Лом, — и должность была, и деньги… Но, знаешь, братец, всегда хочется лучшего. У Юродивого возможностей больше, да и подняться легче. К тому же рынки под ним богатые, доходы немалые, есть где развернуться. Короче, и водка пьяней, и бабы веселей!

Лом громко расхохотался. А вот нам с Глазом было не до смеха. Одно дело — господин Линь, человек солидный, правильный, почти бизнесмен, соблюдавший (по крайней мере, формально) все законы, и совсем другое — отморозок Юродивый, про которого ходили слухи один страшнее другого. Но выбора, судя по всему, у нас не было.

— Ладно, хватить болтать! — скомандовал Лом. — Берите свое барахло — и на выход! Нам еще до заката на тот берег успеть надо!

Спорить смысла не имело, поэтому мы быстро покидали свои вещи обратно в рюкзаки и двинулись в путь. Лом, кстати, золото и обрез забрал себе — не доверял Глазу. А своих товарищей кинул прямо в доме, только пистолеты захватил. Расчет был простой — все должно выглядеть, как внезапное нападение «диких». Налетели, перестреляли бандитов, забрали стволы и смылись. Обычное дело в городе…

Мы молча шли к реке, разговаривать не хотелось. Да и опасно было. Глаз сосредоточено думал о чем-то своем, я просто смотрел по сторонам. Один Лом был всем доволен и весело насвистывал какую-то простенькую мелодию. Для него, судя по всему, этот день оказался весьма удачным.

Над мостом я увидел заходящее солнце. Его красный круг повис над рекой, почти касаясь воды. Значит, скоро ночь. А за ней — новый день. Что, интересно, он нам принесет?

* * *

Я думал, дорога до логова Юродивого займет по крайней мере день, но все оказалось гораздо быстрее. Мы провели ночь на берегу реки, а утром пришли в небольшое селение на границе владений господина Линя. Это была нейтральная территория — ни одна из банд не претендовала на нее. Лом быстро нашел двоих ребят, подручных Юродивого, и поговорил с ними. После чего нас погрузили в небольшой грузовик и повезли куда-то в восточном направлении.

Мы с Глазом сидели в кузове под присмотром Лома. Ехать было довольно тряско — машина то и дело проваливалась в ямы и попрыгивала на ухабах. Но все лучше, чем тащиться пешком. Чрез два часа, когда, казалось, из нас уже вытрясли все внутренности, мы достигли цели — небольшого военного городка. Вот, где, оказывается, логово Юродивого…

Хорошее место — со всех сторон защищено высоким бетонным забором (чудо, что уцелел), а казармы дают надежную крышу над головой. Кроме того, по слухам, под городком располагаются бункеры, в которых раньше были узлы связи. Там, судя по всему, и находится основная резиденция Юродивого.

На въезде в лагерь нас тщательно обыскали, отобрали у Глаза пистолет, его «дамскую пукалку», также полностью разоружили Лома. Ему эта процедура не понравилась, но он благоразумно промолчал. Правильно, еще не время качать права, надо сначала заручиться поддержкой Юродивого. А у него, говорят, нрав крутой и непредсказуемый — может приласкать, а может и сразу убить. Абсолютно неуправляемый человек…

После обыска мы оставили вещи наверху, в одной из казарм, и нас всех троих повели куда-то вниз. Опять спускаться в подземелье! Не нравится мне это дело… Но в отличие от бункера в городе, здесь все лестницы были в полном порядке, даже электричество имелось, что вообще было большой редкостью. Значит, где-то в глубине работает дизель-генератор, и имеется запас горючего…

Впрочем, если разобраться, в этом не было ничего странного; военные — люди запасливые, и они заранее готовились к войне, набили свои подземные хранилища до краев. Вот только не все пригодилось, точнее, не всем успели воспользоваться — раньше уничтожили. А уцелевшие склады и казармы и достались тем, кто первым успел их захватить. В данном случае — людям Юродивого.

Мы долго спускались по узким лестницам, миновали несколько тамбуров с толстыми металлическими дверями и, наконец, достигли своей цели. В небольшой комнате (очевидно, приемной) нас ждал Ред.

Он кивнул Лому и пожал руку, на нас же взглянул мимоходом. Понятно — мы же «крысы», люди маленькие. После чего скрылся за дверями, но уже через секунду позвал Лома в кабинет Юродивого. Лом заметно нервничал — видно, встреча с главарем бандитов сильно его напрягала. Мы с Глазом остались ждать в приемной.

Ред указал на узкие диванчики, стоящие у стены, и мы сели. Сам он расположился в кресле за столом. И сразу же положил на него ноги. Потом внимательно посмотрел на нас и сказал:

— Слушай, пацан, я тебя, кажется, знаю. Ты ведь сын мастера Дана?

Я кивнул — так и есть.

— А чего ты с этим связался? — он показал на моего напарника.

Видно, Ред относился к Глазу с неодобрением. Может, чего в прошлом не поделили…

— Это я Малыша нанял, чтобы он помогал в городе, — озвучил Глаз нашу официальную версию.

И, что удивительно, ничуть не соврал.

— Зря ты мальчонку в свои дела впутываешь, Глаз, — недовольно покачал головой Ред, — прикончат мальца, а кто за него отвечать будет? Уж не ты точно! А Дан — человек хороший, всегда налоги платит исправно, да и мастер отличный. Жаль будет его!

Глаз промолчал, давая понять, что у нас свои дела, в которые Реду совать нос не следует. Тот спорить не стал, а отвернулся и начал чистить пистолет. Делал он это, как я понял, больше по привычке, чем по необходимости — оружие и так находилось в идеальном состоянии. Что ни говори, а с дисциплиной у Юродивого было все в полном порядке — бойцы были хорошо экипированы и тщательно следили за оружием. Почти идеальная армия. Жалко только, что бандитская…

Через несколько минут дверь снова открылась, и в приемной вернулся Лом. Вид у него был очень довольный — судя по всему, он сумел произвести на Юродивого хорошее впечатление. Он подмигнул Реду (мол, все путем) и кивнул нам — теперь ваша очередь, ребята. Мы поднялись и вошли в комнату. Ред встал за нашими спинами — как конвоир.

Я огляделся. Что ни говори, а Юродивый умел устраиваться с комфортом, даже, пожалуй, с роскошью. Стены кабинета украшали настоящие старинные картины, на полу лежали дорогие ковры, а по углам стояли изящные фарфоровые вазы из бывших наших восточных провинций.

Юродивый сидел за огромным письменным столом из черного дерева, тоже старом и очень дорогом. Кожаные диваны и кресла дополняли обстановку, придавая комнате вид престижного офиса. Я подобные видел только на картинках в глянцевых журналах…

Юродивый молча нас разглядывал, мы пока безмолвствовали. Но стояли навытяжку — руки по швам, и даже толстый Ред подобрался и вытянулся в струнку — насколько позволяла его жирная фигура.

От Юродивого исходила такая мощная энергетика, что и я, и Глаз ее сразу почувствовали. Внешне главарь бандитов впечатления не производил — небольшого роста, почти лысый, с длинными, тонкими руками и старым, морщинистым лицом. Но глаза… Проницательные, черные, напоминающие бездонные колодцы. Взгляд Юродивого проникал прямо в душу, от него невозможно было спрятаться. Юродивый, казалось, видел все, что у тебя внутри. И даже то, то ты хочешь скрыть…

Через минуту Юродивый махнул рукой:

— Иди, Ред, ты мне не нужен.

Наш охранник тут же исчез за дверями, причем сделал это с явным облегчением. Юродивый откинулся в кресле и пристально посмотрел на меня:

— Здравствуй, Малыш, давно хотел с тобой познакомиться. Мне Мара много про тебя рассказывала. И про твои способности, и про твой возраст…

Значит, Глаз прав — Мара действительно работала на Юродивого. Я слегка улыбнулся и кивнул — мол, весьма польщен, это для меня такая честь… Юродивый между тем продолжал: