Руны поднебесья

– Спокойно, спокойно, Люся! Дела кое-какие были…, – отошел мужчина от двери подальше, чтобы дать своей кубышке Люси, войти с чемоданами.

– Здравствуйте! – поздоровался Антон, – собираясь выйти за дверь.

– Кто такой? Что ему надо в моей квартире? – допрашивала Люся своего мужа, преграждая Антону путь.

– Ну как…, кто такой? Участковый наш новый! – соврал клиент, – жалоба на тебя от соседей! Орешь много, концерты устраиваешь, спать мешаешь! – сам того не желая вызвал он на себя новый гнев жены.

– Я, – ору много…?! – усилила голос супруга, тыкая рукой себе в грудь с брызжущими искрами из глаз, – я, концерты устраиваю…?! Я – спать мешаю…!? Гражданин участковый, подскажите пожалуйста, – замотала хозяйка бесформенной, с прической как у барашка головой, становясь кирпично-красной, – какие такие концерты я устраиваю, если меня две недели не было дома? А? – допытывалась Люся, уставившись любопытными глазами на двух мужчин.

– Извините, простите! – попытался вырваться Антон за дверь.

– Стоять! – задержала его разгневанная Люся, в бурую крапинку.

– А…, а…, у вас варенье закипело! – произнес курьер, отвлекая жену клиента.

– Варенье! – спохватилась хозяйка, забыв про все, удаляясь от двери, – варенье…?

Антон вырвался из квартиры и дал стрекача.

– Куда! Стоять!

– Меня люди ждут! – оправдался он, бегом пересчитывая лестницы.

– Паскуда – барракуда! – раздался орущий женский голос.

– Я тебе все объясню! – продолжал успокаивать ее муж.

У подъезда Антон не задерживался…, «вдруг Люся вырвется на свободу…?» «Надо быстрее от сюда валить…» «А сегодня еще денек выдался жаркий…!» «Попить бы воды, а лучше что-нибудь поесть…». Вода в бутылке закончилась. Он пошарил по карманам. «Сто рублей! Хватит лишь на бутылку воды и доширак». Антон набрал отцу: – папа, привет! Мне нужны деньги, хоть самую малость.

– Сынок, давай вечером, у меня сейчас важное совещание…

– Давай, – согласился сын, – пока, – скинул Антон и набрал одному из близнецов:

– Кеша, кинь мне на карту пятьсот рублей.

– Не могу сейчас. Мы с Маратом Филимоновичем на деловой встрече…, ближе к вечеру или позвони Стеше.

– Стеша, перешли мне сколько не жалко, уж больно есть охота…, – позвонил он второму брату.

– Не получится…, я вчера потерял банковскую карту. Пришлось заблокировать, до перевыпуска.

«Не могу, не могу…, что ж, вода и доширак, до здравствуют!»

Ему достаточно сильно хотелось и поесть, и попить, но до двух ему еще надо успеть по одному заказу, так что придется потерпеть. «Потерпеть…!» Он до сих пор и не знал, что такое – «терпеть…» «Все и сразу – был его девиз по жизни». А на улице установилась ясная, прозрачная солнечная жара и где бы оживляющей воды раздобыть?

Отправившись на следующий заказ, где он уже однажды был, (выдавал карту Райченко Екатерине), Антон нажал на звонок. Дверь никто не открывал… Прождав с минуту, он позвонил еще раз. «Никого?» Дверь заиграла замком, открываясь на распашку и самое интересное – никого!

– Проходите! – прокричал девичий голос.

«– Ладно», – принял он приглашение и зашел в квартиру. Из ванны доносился голос: – располагайтесь в комнате, я сейчас!

«Зачем мне располагаться в комнате?» – усомнился Антон. – Спасибо, я тут постою! – отказал курьер голосу из ванны, оставшись стоять в коридоре. – Я к Ступиной Анне, – на всякий случай решил он предупредить.

– Прошу вас! – предстала перед ним мокрая девица, вышедшая из ванны, в прозрачном пеньюаре. – Помните меня?

– Вы Анна?

– Даже лучше…, – сказала она сердечными нотами, смакуя эти два слова. – Пообещали со мною встретится в выходной и исчезли…, – уклончиво ответила сексапильная девушка на вопрос курьера, – а я, представляете, все это время не могу вас забыть! – пропела она мелодичным полуголосом. И приблизившись к Антону поближе, глядя на него в упор заговорила мармеладным тоном: – черные завораживающие глаза…, густые волосы…, нос как у голливудского актера и губы, идеального формата! Так и напрашиваются, чтобы их поцеловали…

Антон превратился в ледышку. Не дышит, не шелохнется. Он не привык, чтобы на него так нападали. Сквозь засохшее горло он еле повторил ей свой вопрос: – Вы Анна?

– А вы как думаете, похожа я на Анну?

Антон пожал плечами: – я на работе, все-таки вы Анна?

– Я, Анна Ступина! – услышал он за своей спиной. – Ленка, имей совесть, не приставай к молодому человеку! – пристыдила ее Аня.

– Ну, ладненько, может еще свидимся…, – просвистела девица-красная и нагло рассмеявшись, блеснув ровными белоснежными зубами и исчезла куда-то… Курьер повернулся к Ступиной Анне, которая представляла собой толстушку, шире, чем была клиентка до этого.

– Мне порекомендовала карту двоюродная сестра. Говорит удобная в использовании… – разумно аргументировала девушка.

– Так и есть. Паспорт пожалуйста, – обрадовался про себя Антон, что еще немного и он свалит из этой квартиры, где его накрыло холодом, от через чур сексапильной девицы…

Вручив карту, он вышел на улицу и расправив спину, потянулся… «Сейчас бы искупаться» – подумал он, вспомнив про велосипед, которого не оказалось на месте. «Ну и понедельник!» А тут уже желудок напоминал о себе …

Вернувшись на работу, он смел за считанные минуты свой аппетитный доширак, запивая водичкой. Мозг включился, заставляя Антона подпрыгнуть на стуле – «велосипед!» Он же сам его пристегнул между первым и вторым этажом! Вот это да! – «перегрелся головой», да так, что вконец забыл, куда пристегнул своего коня, лишь бы велосипед оставался целым на том же месте.

В эту же минуту, у него звякнул телефон и на дисплее появилось сообщение: «зачисление зарплаты – 8000 рублей». «Раньше он кричал богат, когда банк-онлайн отображал восемь миллионов, а теперь для него огромные деньги не много, не мало – восемь тысяч…

– Класс! Я богат! – заиграло настроение на лице Антона. Вторая половина дня, прошла куда более позитивнее, чем первая.

Кое как отработав понедельник, Антон плавненько докатился до субботы…а там и воскресенье.

12

В воскресный день солнце смолило, устроив солнечный удар, а на тончайшем полотне синего неба ни единой тучки. И густая листа, устроившаяся тень, сдерживая натиск, чахла и сохла, ставя под удар свои пышные кроны.

Двое из яйца ворвались к Антону домой и устроив ему кофе, преподнеся его под спящий нос, накинулись будить безмятежно спящего. Антон непроизвольно отмахнулся, выливая кофе на постель.

– Что…, что это такое?! – взъерошился Антон, спросонок. – Хватит вламываться ко мне в квартиру и верните мне мои запасные ключи! – раздраженно произнес он, увидев перед собой двух братьев.

– Доброе утро! – поздоровались Кеша и Стеша с отутюженным видом. – Велено доставить к отцу!

– Не доброе! – фыркнул Антон, с сонно-заторможенным лицом. – В последнее время…, ваши лица не к добру, если я их вижу по утрам и оставьте ключи от моей квартиры на комоде, тогда я поеду к отцу. Не оставите – не поеду! – выдвинул он им меморандум, хмуро перекосив брови. – И не надо так на меня смотреть! А вдруг я с девушкой, в конце концов… отрываюсь с ней в эту самую минуту от земли!

Братья опустили глаза, покраснев.

– И все же надо сначала с Маратом Филимоновичем переговорить об этом…, – стыдливо пробурчал Кеша.

– Ага! И прежде, чем мне привести к себе барышню, мне тоже необходимо сначала посоветоваться с Маратом Филимоновичем, – колко отозвался Антоша с испорченным настроением.

– Мы хотели как лучше! – защитился Стеша безлукавым выражением лица.

– Отлично! У вас получилось, облить меня и мою кровать… Я мыться! – остреньким взглядом окинул их Антон, скрываясь в ванной, заставив себя ждать битый час, выпив потом неспеша кофе и задумываясь, еще час перебирал одежду на выход.

– Хорошо, что мы так рано его разбудили…, – подметил Кеша, терпеливый от природы.

– Точно! – поддакнул Стеша, спокойный по характеру.

13

Огромная территория вокруг семейного дома Ивушкиных, выглядела ухоженной в компании дубов великолепных, кустов ровно подстриженных и часто насажанных кипарисов. Приземистые деревца, зеленый ровный покров, цветы в клумбах, скамеечки с тентом вокруг фонтанчика – эстетичный ландшафт, солнечный фитоклимат для прогулок по проложенным плиткой дорожкам, где любила гулять мама Антона, сотворив всю эту красоту по своему личному дизайну.

Отец – презентабельный мужчина, с блестящей жилкой бизнесмена, с налитой, нестареющей внешностью встретил свое чадо, испытывая сердечность и благосклонность, сразу же пригласил его за обеденный стол.

Амелия Серафимовна – красивая женщина, с тонкими очерченным лицо и белизной кожи, завидев сына испытала ужас за сына, который сильно похудел.

– Матушка, ну полно вам, расслабьтесь и успокойтесь, пусть хоть работа из него человека сделает! Посмотри на него, ему закалка идет на пользу! Да сын!? – мягко произнес отец, замечая у сына перемену в характере.

– Конечно, пап! – ответил сын, наедая за обе щеки.

– Как работается, все ли получается?

– Нормально работается, все получается, – без сомнений ответил Антон, приняв свою участь, как должное.

– Молодчина! Обедай и пройдем потом ко мне в кабинет, расскажешь подробности…

– Непременно, пап.

После обеда, Марат Филимонович, закрылся в кабинете с сыном, устраиваясь поудобнее:

– Рассказывай сынок, мне нужна конкретная информация.

– «Мобил-сервис» активно распространяет потребительскую карту «покупки», привлекая тем самым новый контингент и расширяя свою основную клиентскую базу. Это им дает новые возможности… Думаю, такой маркетинговый ход, в целом позволит укрепить им свои позиции на рынке, – выложил Антон, что знал с возмужавшим взглядом и твердостью в голосе.

Отец призадумался, прикусывая черный ус: – Ну какая им от этого выгода? Если шестьдесят – семьдесят процентов неплатежеспособны вернуть заем по карте «покупки»? Они так обанкротятся…

– Может они с этого получают всего лишь свое вознаграждение, как сторонняя организация? Да и потом… Клиенты довольны, проценты по комиссии не грабительские, пользоваться можно. Отзывы отличные. Спрос порождает предложение…

– В этом ты прав, – голос отца звучал изысканно-холодным, – но долго не засиживайся на месте курьера и пробивай себе дорожку наверх! Обратись в отдел по подбору персонала, напомни о себе, может и вакансия подвернется. Мне нужны цифры!

– Постараюсь, пап, мне и самому надоело в курьерах бегать…

– Вот и не бегай! – заключил Марат Филимонович, окончательно закрыв тему.

– У меня тоже к тебе есть просьба, папа.

– Какая?

– Прошу вернуть мне мои запасные ключи. Мне надоело, что близнецы беспардонно приходят ко мне в квартиру.

– Антон, сын мой, пойми меня правильно…, – положил Марат Филимонович свою руку на плечо сына, – отдать не могу, мало ли что, а ключи заберу у охраны, обещаю!

– Хотя бы так…, – не настаивал Антон, уступая.

– А теперь пошли к маме, она нас ждет…

Семья вновь собралась за столом на чаепитии, и мама настоятельно угощала:

– Сыночек, попробуй тортик, хоть кусочек, твоя крестная, тетя Наира, передала от своей фамильной кондитерской, – деликатно сказала Амелия Серафимовна, переходя в наступление: – она спрашивает, когда ты уж нам невесту представишь… Вся родня желает погулять на свадьбе…

– Амелия, дорогая, пусть для начала он себе стаж наработает, а уж потом о невестах будет думать. Все-таки у нас так заведено, что мужчина кормилец, – заступился отец, намереваясь, чтобы сын поработал подольше, не отвлекаясь на невест.

Амелия бережливо одарила своего супруга взглядом и улыбкой, озаряясь бесконечно добрым светом: – конечно, милый, но все же… Годы идут, хотелось бы внуков.

– Женится! Надеюсь, подберет себе достойную невесту. А если не подберет, так мы подберем, – вовремя поменял отец тактику и подыграл матери, улыбаясь под усами.

– Папа, я вообще никогда не женюсь! – отрезал Антон с холодным сердцем, чуть не подавившись куском торта.

– Ты эти разговоры прекращай тут! – пресек его отец. – Человек приходит на землю, чтобы научиться зарабатывать, продлить свой род и посадить дерево!

– Спасибо за торт! Тете Наире передавайте привет, – замешкался Антон, зарозовев, засуетился, чуя, что пора тикать от родителей. – Торт был вкусный, а теперь, если вы не против, мои уважаемые родители, я поеду к себе домой, ибо завтра понедельник и мне снова на работу.

– Может ты еще посидишь с нами, сыночек, так редко видимся? – скромно спросила Амелия Серафимовна, с живым трепетом в глазах.

Отец настойчиво посмотрел на Антона и с явной решительностью заявил: – пора тебе сынок снова начинать соблюдать наши воскресные традиции.

– Ладно, выпью еще чашку чая…, но без разговоров о невестах, – уверенно проявил себя сын, внушая к себе уважение отца и матери.

14

И снова жаркий понедельник застал Антона врасплох. На горячую линию, на него поступила жалоба от некой Елены Часовой.

– Это какая-то ошибка, у меня не было такой клиентки!? – недоумевал курьер перед Тарасом Медковым.

– Выяснять это – времени нету, – не хотел начальник вникать в нелепую проблему. – Она недовольна обслуживанием. Елене Часовой одобрили карту «покупки», придется тебе ее доставить. Держи координаты.

Антон прочитал адрес: – и сразу понял, что за девица! «Опять она! Кошмар! Он не поедет туда! Ни за что!» Прилипчивая, развратная особа! – слишком таких он не любил, хоть и был дружелюбным с девчонками.

Тарас Медков надзирал за ним своими назойливыми глазами, внушая, «что надо Антон. Надо!»

Помимо Елены Часовой, заказов было уйму. Карта «покупки» подобно спаму, распространялась от одного к другому, охватывая все больше населения.

Антон оценил объем своей работы, и до того ему стало жалко себя, что охватила его внезапно острейшая скорбь и вспомнился ему на секунду тот сбитый чувак… «Заплакать бы, чтобы никто не видел! Но даже если он заплачет, то к Елене ему все равно придется ехать!»

В их отделе зазвонил телефон. Тарас Медков поднял трубку: – доброе утро, курьерский отдел, Медков Тарас слушает. – что, Ивушкин? Конечно работает, хорошо зарекомендовал себя. Угу. Понял вас, передам. Ожидаем завтра нового курьера….

Антон с нетерпением навострил уши. «Что опять Ивушкин? Еще одна жалоба?»