Руны поднебесья

Во дворе, преграждая дорогу его перехватили Кеша и Стеша не уставшие, с кипучим бодрячком.

– Куда?

– Туда! Работайте сами! – ответил Антон вызывающе.

– Не велено!

– Да пошли вы, вместе с папиком!

– Не велено идти! Велено работать, – напомнил крепенький незлобный Кеша.

– После работы, пицца за нами! – угощал могученький нежадный Стеша.

Антон остановился, обдумывая: – тогда подвезите на оставшиеся два адреса, у меня уже ноги отваливаются.

– Ладно, только Марату Филимоновичу не выдавай нас, – сдались болванчики.

– Не сдам, – пообещал Антон.

10

Если бы не оставшиеся два заказа на отцовской машине, он реально бы просто сдох. Работу курьером Антон сравнил с адом, где тебя поджаривают черти на костре.

Умеренно растворялся вечер, погружаясь в темноту, оставляя перед этим догорать на небосводе тонкий слой розового заката.

Усевшись дома после изнурительной работы на диван, Антон сразу приметил его мягкость, комфортность и уютность. «Если бы он сейчас работал продавцом диванов, то аргументированно продал бы десять таких за один день…» Его тело размякло, перетекая в сонливость. Так и заснул бы прямо здесь, не раздеваясь, если бы не болванчики Кеша и Стеша, которые так нагло подошли и уселись по бокам, задавив его своей массой.

– Марат Филимонович, просит, чтобы ты ему сейчас набрал, – передал Кеша просьбу своего боса.

– Передайте ему, что у меня совсем не осталось сил на разговоры, – проверещал Антон вялым голосом.

– Велено позвонить! – надавил на него не слабонервный Стеша.

Антон и сам знал, что раз отец просит, не стоит игнорировать. Вытягивая себя из братьев-близнецов, он заковылял к своему телефону в спальню, набирая отцу:

– Здравствуй пап! – Устроился пап; работаю пап; понял пап; пока пап, – отключил телефон Антон и вырубился не раздеваясь.

Поднялось кругосветное солнце, с радостью пробиваясь через окно солнечным светом, безвозмездно одаривая всех отличным настроением, а по небосклону медленно потянулись полусонные тучи, полируя собой голубую оболочку неба.

Двое из яйца склонились над спящим Антоном, тормоша его: – Антон…, Антон…, – пора вставать на работу.

Антошка открыл ввалившиеся, заспанные глаза: – Что-кто, вы такие? – спросил он, выходя из забытья.

– Стеша!

– Кеша! – представились близнецы, порозовевшие-похорошевшие за ночь.

– Точно! С вами не поспишь, ей богу…, неужели так быстро прошла ночь? – облюбовал Антон свою яркую от света спальню, что подстегивала настроение на весь день.

– Прошла как три часа назад, доброе утро! Чайник вскипел!

– Шутка такая? Даже чайник вскипятили? – не поверил Антон своим ушам. Поднявшись с кровати, он умылся и пришел на кухню, где обжегся об чайник. «Подумать только, додумались вскипятить!»

После завтрака он быстро оделся, и вся честная компания вышла на жужжащую улицу, душную благовониями, свежую пьянящим суховейным воздухом. Здоровское лето раздабривалось соком летним, звала красотами своими, сводила с ума своим пронзительным цветением.

– Подвезете на работу? – скромно спросил Антон у братьев.

– А то, велено отвезти! – ответили ему Кеша и Стеша.

Прибывшего вовремя на работу Антона нагрузили курьерскими десятью заказами.

– А жилет где твой? – спросил Тарас Медков, ухмыляясь шельмовато.

– Ну как сказать, потерялся где-то… «В кустах», – хотел было добавить Антон и промолчал.

– Психанул значит, ну ничего, ничего, все через это проходят… Выдам тебе новый жилет, а за старый у тебя снимут с зарплаты, уж извини…, – с пониманием отнесся главный менеджер их отдела, Медков. – Приступай к обязанностям и возьми все-таки велосипед. Легче будет.

Антон окинул своего начальника вникающем взглядом и присел за стол, обзванивать клиентов.

В этот день на голубом небосклоне весь день рисовалась белесая четверть луны, а Антон, проявив упрямую твердость, снова не воспользовался велосипедом, притаскиваясь к вечеру еле домой… Его пятки горели кипятком и к утру опухли.

На следующий день он так же набрал десять заказов и проходя мимо дорожного мини транспорта все же решился воспользоваться велосипедом, доставляя клиентам заказы и иногда натянутую улыбку.

Кеша и Стеша, контролируя Антона, глумились над ним, выкрикивая из окон автомобиля: – давай гонщик, давай, поднажми! – Что ты еле ногами крутишь, крути быстрее! Кто круче: – ты или мы, давай на перегонки? Записался на участие в будущей велогонке?

Шуруя педалями, Антон свернул от них во дворы, отрываясь от преследования двух братьев одинаковых с лица и до самого вечера, верные подданные папика не беспокоили его, а он их.

Велосипед, как верный конь, не подводил. И в гору, и в жару; с горы и в дождь… Проезжая мимо закрытой территории, случалось внезапно нападали на него сторожевые собаки, пролазившие под высоким забором и видимо ничего не евшие со какого-то неведомого вечера… Чуя горячую, свежую кровь, они неоднократно пытались ухватить Антона за крутящуюся курьерскую штанину, а одна так и оторвала ему кусок брючины. Он еле укатил от них… «Видать дырку под забором оставили специально – добрые владельцы…»

Антон как стойкий стержень, попав в зону не комфортности, смело натренировал свою нервную систему, сохраняя выдержку, закалял себя трудностями, преодолевал любые препятствия. Даже к людям, с которыми ему приходилось сталкиваться с понедельника по пятницу, он стал относиться терпимее и лучше, и где-то там, в какой-то части своего сердца он их даже полюбил… Они его угощали чаем и конфетами, одаривали улыбками и чаевыми, не стесняясь своих слез и перепадов настроения.

А в свои выходные он отсыпался… (и которое по счету воскресенье нарушая традицию, он не ездил к родителям на обед). Валяясь с утра до ночи на диване, Антон просматривал на телевизоре старые комедии и пил чай. Все лучше, чем в тюрьме…

11

Невзлюбив понедельники, Антон с горечью подумал перед сном о том, что завтра именно понедельник, и ему предстоит разгребать завал из заказов, на карты, телефоны, карты, телефоны и еще раз карты…

Спустившись утром к подъезду, его не ждала, как обычно отцовская машина с Кешей и Стешей. «Вот тебе сюрприз…» Отец прислал сообщение: – дальше сынок – ты сам!

«Вот вовремя…», – окатило Антошу холодным душем. «Справлюсь пап!» – написал он в ответ гордо.

Опоздав на работу, Антон обошелся без замечаний от Тараса Медкова, деловито указавшего ему на объем доставок.

«Утро в понедельник не бывает замечательным», – давно усек он, прочувствовав это в полной мере на себе…

– Алло, доброе утро! Вам звонит курьер, Антон, по поводу карты «Покупки», когда будет удобно подвезти, в первой половине дня или во второй? До двух или с трех до шести? Сегодня не можете? Безусловно можно и завтра. Заблаговременно наберу к этому времени. Не беспокойтесь, буду рад вам помочь. Всего хорошего!!!

«Можно подумать, я предлагаю откусить им лимон», – заводился Антон, набирая следующего клиента:

– Добрый день, курьер Антон, по поводу доставки карты «Покупки». В пожеланиях отмечено доставка до двух дня. Приготовьте пожалуйста паспорт. Что делать если залили его кофе? Без паспорта никак не получится. Другие документы не подойдут. Не подойдут! Простите, никак… Водительские права и загранпаспорт не подходят для оформления карты. Можете оставить отзыв на горячей линии. Я советов не даю. Конечно, попробуйте посушить страницы. В таком случае наберу вам еще…, – пламенел Антон, бледнел и зеленел.

«А по этому адресу я уже был! Только клиент на этот раз не Райченко Екатерина, а Ступина Анна», – незамедлительно набрал Антон указанный номер:

– Здравствуйте, курьер из «Мобил-сервис», готов привезти вам карту. – До двух дня…, отлично! Приготовьте паспорт. До связи.

Антон обзванивал, не останавливаясь:

«– Здравствуйте, курьер Антон из «Мобил-сервис». Здравствуйте, курьер Антон из «Мобил-сервис». Здравствуйте, курьер Антон из «Мобил-сервис»».

«О, боженьки!»

Вращая педали, курьер выехал по адресам. Улицы шумели автомобилями и заполнились смешанными запахами свежей выпечки и шаурмы. Позавтракать бы еще, поплотнее… «Что он там поел? Пустой чай?» Отец ограничил его жить на тысячу… «бесчеловечное решение». Он эту тысячу проедал в день, не позволяя себе ничего лишнего… Хоть и курил редко, но все же – купить сигареты, холодной водички, выпить кофе и что-нибудь иногда такое с градусом; пополнить себе телефон и проездной билет.

Он удивлялся сам себе: «как это он так, даже не заметил, как смирился с такой житухой…», и как бы там ни было, отец был доволен им и ждал его в это воскресенье на обед.

Антон быстро отстрелялся по первым трем адресам. Прибыв по четвертому адресу, его встретила курчавая девушка с круглыми глазами: – проходите, только тихо…, – шепотом пригласила она пройти в квартиру.

– Здравствуйте, я курьер…

– Шепотом говорите, пожалуйста…, пока мой муж спит… Узнает, что я беру карту рассрочки, убьет меня!

– Понял, – в полголоса ответил он, – паспорт ваш!

– Держите! – предъявила документ клиентка, с желанием быстро от него отделаться.

– У вас тут темно, можно я пройду к окну?

– Проходите…

Сфотографировав данные клиентки, он выдал большой конверт с картой и документ на подпись: – распишитесь.

– Хорошо, – черканула она, – ручка не пишет…, – сейчас я найду свою…, – суетясь, она вышла в коридор, шурша на полках шкафчика. – Вот, вот, нашла! – радостно сообщила клиентка и подписала договор.

– Это ваш экземпляр, а это мой, – поздравляю, – закончил Антон, собираясь удалиться, как его одернула клиентка: – лезьте под стол, муж идет, – еще тише заговорила она.

– Да вы что!?

– Срочно! И молчите, – подтолкнула она курьера под стол, прикрывая его своим телом.

На кухню, шаркая, приближались медленные шаги…

– Мусик, ты проснулся? – обратилась она к своему мужу.

Мусик, не открывая глаза, пробурчал: – воды попить!

– В чайнике, холодненькая.

– Угу, – ухватился муж за чайник и заглотив носик жадно впустил в себя литр воды.

Под столом, у Антона, глядя на бурно волосатые мужские ноги в растоптанных тапках, учащенно забилось сердце. Он покосился на засохшие хлебные крошки на полу и задержал дыхание.

Удовлетворенно вернув чайник на место, Мусик сказал, предупреждая жену:

– Я дальше спать, не буди меня!

– Сладких снов! – пожелала ему миниатюрная фигура в платье, прикрывавшая собой Антона.

Шаги откланялись в сторону комнаты, где после громко захлопнулась дверь.

– Ух…, вылазьте, – простите! Ручку вам дарю, – виновата улыбнулась клиентка, умиленно округляя и без того круглые глаза.

– Понимаю! Спасибо, всего доброго, – отчалил Антон на улицу, где насыщенно-зеленая листва удивительно трясла листочками, перекручивая их на изнанку. Не успев отдышаться и приметить свет божий, как на рабочем телефоне Антона раздался звонок. Мужской голос загорланил небрежно:

– Вы где, сколько вас можно ждать?

– Добрый день. Можно уточнить вашу улицу? – корректно уточнил Антон.

– Столовый переулок!

– Скоро буду! – видимо и ему пора начинать коллекционировать кактусы.

Антон оседлал своего двухколесного зверя и отправился на Столовый переулок, напомнивший своим названием о времени пообедать. В желудке заурчало. «Поесть бы что-нибудь…».

На этом адресе курьера встретил кряжистый мужчина средних лет. Взъерошенный и беспокойный:

– Вы как-то долго! – не скрывал он свое недовольство, коробя отвратительной гримасой свое вполне не отталкивающее лицо.

– Извините! Паспорт пожалуйста!

– Держите, ждет давно… Представляете какой я дурак! Деньги растратил на любовницу из копилки супруги.

– За снятие наличных большой процент! – ознакомил его с условиями курьер.

– Что поделать, пусть так, чем она меня заподозрит…

Антон сфотографировал страницы и протянул клиенту договор на подпись. В дверь позвонили.

– Ну все…, жена вернулась от тещи, что сейчас будет…, – почесал мужик свою маковку, собираясь разочарованно идти открывать дверь.

– Одну минуту! – задержал его Антон, – сначала подпись!

Мужчина остановился в нерешимости поглядев на Антона с авторучкой в руках, настоятельно просящего сначала поставить на документе подпись.

– Вы правы, сначала распишусь, – опомнился клиент, руководствуясь разумным доводом.

В дверь названивали, не переставая…

– Ну все, теперь мне точно хана! – подлетел клиент к двери, отворяя ее, и на него тут же обрушился поток бранных женских слов: – Ты что, мне не открываешь, бобик? Совсем оборзины наелся? Набил уши ватой? Не встретил меня на вокзале, да еще тут морозишь за дверью?! Ватником прикинулся!?