Записки Фомы неверующего

Мир уже погибал

Гром трещит пустым орехом.

Небо плачет сквозь прореху,

рваных черных туч испод.

И глумливым не до смеху:

Ливень смоет, как помеху,

человейник в бездну вод.

Старый Ной молчит угрюмо.

Тяжек вздох и тя́жка дума:

мир умрет и будет пуст.

Как из старого галью́на

дух звериный прет из трюма

тяжек, спёрт, кисельно густ.

И душа дрожит смятенно:

воды высятся как стены,

ширь безвидна и пуста,

Стылый ветер, злой, надменный,

с волн срывает шапки пены,

бьет в смолёные борта.

Тяжка божия секира.

Зло исторгнуто из мира

просветлел небес порфир.

Изготовясь к возрожденью

ждет уже освобожденья

чистый, светлый, новый мир.

Мир-отстиранный платочек,

как листочек прет из почек.

Но держись насторожѐ:

Бог не фраер, не начетчик.

Бог опять включает счетчик.

Слышишь? Тикает уже!

Прогресс

Я тень на плетень, я твой будущий день.

Я дух, об сову разбивающий пень.

Ты прах позади. Ты заноза в груди.

С дороги моей поскорей уходи.

Беги! И мешать мне в пути не моги.

Твой ужас мои не замедлит шаги.

В досаде слепой я ударю стопой

и стены осыплются мелкой щепой.

Разрушится дом, распадется скала

и выгорит бор стовекóвый дотла.

Ничто не порвет путеводную нить

Мой ход не скривить и не остановить.

Молитвы без эха уйдут в пустоту

мечту обменяешь ты на маету,

и злато просочится сквозь решето,

и душ миллиарды увязнут в ничто.

Машина заменит муллу и попа

а в храмах, слепа, будет биться толпа.

Не хочешь бежать, так внемли же и бди:

Пади предо мною, как ваши вожди!

Прими мою суть и уж не обессудь:

мой путь — это твой же рехнувшийся путь.

Отдай мне свой мозг! Я дарю тебе рай.

Но только играй со мной, милый, играй!

Я Альфа, Омега, предлог, послелог

Я миру начало, и я эпилог. Я — БОГ!

Джаннат и Джаханнам. Рай и Ад

Кому открываются райские двери?

Мужчинам пристойным, кто в Господа верил.

Коль жил беспорочно, все делал как надо

в раю ожидает достойных награда:

прекрасные телом, веселые пери,

нектары, хмельнее и слаще чем шерри,

веселье и песни, забавы и пляски

и радость в душе и любовные ласки.

А кто же еще будет в райских чертогах?

Да девы, конечно, грешившие много,

кто толк понимает в забавах и плясках

и ловок весьма на любовные ласки.

А скушные, постные, кислые девы

в геенну уйдут, где шайтаны и дэвы

чтоб грешным в котлах со смолой и дерьмом

морали читать где-то в круге седьмом.

Духи степи шепчут монголам

Земля дрожала от ужасной вести