Сотворение мира

      А если не расселились, а расселили? А если современные полудикие племена Австралии, Южной Америки, Полинезии не архаические рудименты прошлого, а деградировавшие потомки более окультуренных предков?

Страта шестая. Цивилизационная

Быт.1:31 И увидел Бог всё, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой.

Из множества известных определений цивилизации примем следующее, как наиболее точно отражающее существо явления:

«Цивилизация – локализованное во времени и пространстве общество. Локальные цивилизации являются целостными системами, представляющими собой комплекс экономической, политической, социальной и духовной подсистем и развивающиеся по законам витальных циклов». [27]

«Для цивилизации характерно выделение социума из природы и возникновение расхождений (вплоть до противоречий) между естественными и искусственными факторами развития этого социума». [27]

Социум, прежде всего, характеризуется коммуникативностью. Если между социумами контактные и информационные связи единичны, случайны, то принимается, что каждому такому социуму соответствует своя локальная цивилизация. Локальная цивилизация ограничена пространственными границами среды обитания социума и временной границей его информационной изоляции от остального мира.

В соответствии с определением о наличии локальной цивилизации можно говорить, если есть материальные подтверждения возникновения в социуме экономических, социальных и духовных подсистем. Посему предметы личного обихода и оружия еще не свидетельства наличия цивилизованного сообщества. А вот останки сооружений культового характера, ремесла или останки сооружений совместного проживания больших групп людей уже говорят о зарождении цивилизационных отношений. Если исходить из таких принципов, то известные факты наличия на Земле мегалитических сооружений, возникновение части которых оценивается давностью в 12-14 тысяч лет, говорят о том, что тогда уже существовали первые локальные цивилизации. Совершенство обработки поверхности каменных плит, точность их подгонки подтверждают довольно высокий уровень технического развития этих цивилизаций. Но тогда возникает вопрос, почему отсутствуют другие материальные следы их становления? Почему они выпадают из общей канвы эволюции жизни на Земле? Единственное логичное объяснение этому заключается в утверждении, что это следы чужой для Земли цивилизации. И, скорее всего, мегалиты – останки технологических сооружений или заготовок под них. Если это так (а другие объяснения, типа, что они результат усилий десятков тысяч людей неолита, едва освоивших обработку камней для охотничьих и бытовых нужд, просто выходят за пределы здравого смысла), то факт вмешательства неземной цивилизации вносит существенные изменения в принятую теорию становления земной цивилизации.

Эволюционировавшие в условиях жесткой конкурентной борьбы за ареал существования на территории Северной Африки кроманьонцы 40 тысяч лет назад выплеснулись за пределы ее территории и начали победное шествие по Земле. Этому способствовал относительно высокий уровень мыслительных возможностей вида, развитые родоплеменные отношения, навыки в изготовлении орудий труда и охоты, приручение мелкого домашнего скота и, самое главное, отличительные коммуникативные возможности вида, позволявшие в устном виде передавать большие объемы информации. Эти и другие отличительные особенности кроманьонцев обеспечили им подавляющие преимущества в освоении новых территорий, богатых источниками пропитания, что способствовало быстрому размножению и распространению вида.

Единственные конкуренты, ранее расселившиеся на этих территориях питекантропы и неандертальцы, были либо истреблены, либо ассимилированы. Если неандертальцам для освоения части Евразии потребовались десятки тысяч лет, то кроманьонцы освоили значительно большую территорию менее чем за десять тысяч лет. На освоенных территориях возникали родоплеменные центры, которые, в свою очередь, в последующие двадцать тысяч лет осуществляли экспансию на неосвоенные территории, в основном в погоне за охотничьими трофеями. Образовавшийся перешеек на месте Берингового пролива из-за понижения уровня океана по причине оледенения на Земле, да еще подогреваемый теплым океаническим течением, послужил идеальным мостом между Азией и Америкой для миграции травоядных животных, а вслед за ними и кроманьонцев. С потеплением климата сухопутный перешеек исчез, отрезав мигрировавших диких лошадей и верблюдов, а вместе с ними и кроманьонцев. За тысячи лет кроманьонцы, превратившиеся в аборигенов Америки, напрочь истребили этих животных.

Примерно 15 тысяч лет назад заканчивается очередное оледенение и начинается резкое потепление. В северном полушарии через тысячу лет потепление сменяется кратковременным похолоданием, которое вызывает массовую гибель многих видов животных. Но именно на этот период приходится появление многих мегалитов в разных частях света и так называемая неолитическая революция в среде кроманьонцев. И, что главное, совершается она исторически почти одновременно в разных частях света. Среди множества изменений, связанных с этой «революцией», следует выделить такие, как: появление керамики, широкое распространение земледельческой культуры, профессиональную обработку каменных орудий. По сути, возникает ремесленное производство и земледелие.

И еще. В последнее время находят останки людей гигантского роста, захоронение которых датируется примерно этим же периодом. Какое-то время эти археологические находки замалчивались в силу невозможности объяснения их появления эволюционной целесообразностью. Но все новые и новые такие находки заставляют вносить коррективы в устоявшиеся концепции. Выше отмечалось, что факт наличия мегалитов может быть удовлетворительно объяснен только существованием в этот период достаточно развитой цивилизации. В силу отсутствия каких-либо иных свидетельств ее возникновения и последующего развития остается утверждать, что такая цивилизация была привнесена на Землю извне. Не имея никакой информации о ее целях и исходя только из перечисленных фактов, совпадающих по времени их проявления, можно предположить, что так называемая неолитическая революция возникла не без вмешательства этой цивилизации. Такое вмешательство, скорее всего, было осуществлено на генном уровне в ограниченной популяции кроманьонцев с целью их привлечения к необходимым для данной цивилизации функциям. Чтобы обеспечить генетически модифицированную популяцию полноценным питанием была проделана работа и по генетической модификации ряда земледельческих культур, с привлечением кроманьонцев для их возделывания в рамках культурного земледелия.

Генномодифицированная популяция кроманьонцев просуществовала довольно долго, создав в ареалах своего распространения своеобразную культуру, археологические памятники которой воспринимаются современниками как менгиры, дольмены, алиньеманы, крытые проходы, кромлехи и т. п. – постройки из крупных каменных глыб или плит. Но что-то пошло не так или поддержание жизненного цикла таких созданий вне рамок цивилизации их породившей стало накладным и эта цивилизация, на исходе своего земного пребывания, провела масштабную санацию по уничтожению данной популяции. Доисторические предания о массовых потопах и прочих катаклизмах, видимо, и есть отголоски той масштабной санации.

Есть веские основания полагать, что известные египетские пирамиды, по крайней мере три из них, были воздвигнуты в рамках замыслов и нужд представителей доисторической цивилизации трудом гигантов-строителей. Размеры каменных блоков соответствовали их возможностям по транспортировке и укладке этих блоков. Это значительно позднее – во времена фараонов Хуфу, Хафра – была сделана попытка переоборудовать пирамиды под гробницы. Но ни в одной из этих пирамид так и не было произведено захоронений фараонов. Да и сама санация, при всей ее масштабности, вряд ли достигла абсолютного успеха. Какая-то часть гигантов в различных частях света выжила, но не смогла восстановиться как самостоятельный вид, оставив загадку своего появления на исторической арене. А вот зерна, брошенные в ту историческую эпоху этой цивилизацией в форме культуры земледелия, проросли в ростки новых локальных земных цивилизаций, зародившихся спустя несколько тысячелетий после рассматриваемых событий. И подавляющее число центров возникновения таких цивилизаций располагались либо в местах наличия мегалитов, либо в близости от них. В частности, самая древняя из известных цивилизаций – египетская – сохранила в письменных источниках, дошедших до нас, ссылки на то, что она являлась наследницей Великой культуры Атлантов. Ссылок на таинственных божественных прародителей много и в письменах шумеров. Да и позже возникшие китайская, индийская, боливийская цивилизации, цивилизация майя – все они, так или иначе, в письменах, дошедших до нас, упоминают о предшествующей им Великой цивилизации.

Время становления большинства локальных цивилизаций – поздний неолит. Оно характеризуется странной особенностью – переходом в большинстве из них от каменных орудий к бронзовым. И этот переход совершается исторически быстро. Это несколько озадачивает, если учесть практически полную изолированность упомянутых цивилизаций на тот момент. Доводы, что бронза относительно легко выплавляемый сплав – малоубедительны, хотя бы в силу того, что локальные цивилизации в Мезоамерике бронзы не знали, хотя у них были довольно высокоразвиты навыки плавления и обработки таких относительно тугоплавких металлов, как золото, серебро. Кроме того, все возникающие протоцивилизации как-то сразу демонстрируют довольно неплохие навыки земледелия, позволяющее обеспечивать пропитанием быстро увеличивающуюся численность населения. Исключение, пожалуй, составляет гипотетическая гиперборейская или мангазейская цивилизация, отрывочные сведения о которой все чаще появляются в ходе археологических исследований. Пока ясно, что эта локальная цивилизация, возникшая в зоне экстремальных климатических условий, отличалась высоким динамизмом ареала распространения. Условия ее выживания способствовали развитию навыков приспособления и развитию ремесел. Об уровне развития данной локальной цивилизации говорит факт начавшейся около 5 тысяч лет назад ее экспансии в южном направлении. Оружие из металла, приручение лошадей, изобретение боевых колесниц и, видимо, высокая организованность войска позволили племенам этой цивилизации наголову разбить довольно сильную армию египтян и установить на несколько веков свое владычество в этой высокоразвитой стране. За пару веков они распространили свое влияние на обширные территории Северной Африки, Синайский полуостров и, видимо, значительную часть Ближнего Востока. Во всяком случае, со времен их появления в последующих многочисленных войнах начинается широкое применение поначалу боевых колесниц, а затем и кавалерии.

Вторая волна экспансии спустя сотню лет шла уже в направлении южных областей Европы. Одним из результатов такой экспансии стало образование государства этрусков на Апеннинском полуострове.

По отрывочным данным, с северной локальной цивилизацией связано и начало распространения железа. Но, в отличие от бронзовых орудий, предметы из железа вытесняли бронзовые довольно медленно, по мере развития контактов между этносами.

Вслед за Египетской и шумерской цивилизациями возникают цивилизационные центры на территории Китая, Индостана и Индии, на территориях Южной и Северной Америки. Эллинскую и, тем более, Древнеримскую трудно назвать локальными цивилизационными формациями в силу определенной материальной и культурной взаимосвязи с этносами Египта, Ближнего Востока, народами Средиземноморья.

Интересную историческую особенность демонстрируют практически все локальные цивилизации или этнические формации. Достигая в своем развитии определенных вершин и преимуществ по отношению к соседям; обеспечив относительно высокий жизненный уровень большей части населения этноса, за счет чего существенно возрастает его численность, – этнос начинает осуществлять достаточно успешную экспансию в сторону соседей. Но эта экспансия исторически быстро истощает и морально разлагает этнос. Начинаются внутренние распри, которые приводят в упадок его культуру, и нередко некогда успешный этнос сам становится объектом экспансии. Так случилось с древнеегипетской цивилизацией, которая, просуществовав несколько тысячелетий и подчинив своему влиянию всех соседей в зоне досягаемости, но раздираемая эгоистическими притязаниями своей знати, пала под ударами более молодых этносов. Так завершили свое развитие эллинская империя Александра Великого, Древнеримская империя, а вслед за ней и Византийская. Так произошло и с северной цивилизацией, которая почти три тысячелетия осуществляла успешную экспансию в западном и южных направлениях, породив ряд этносов, основавших самостоятельные государства и княжества. Но истощилась. И во внутренних распрях местных князей пала под ударами татаро-монгольских орд. Под ударами конницы Чингисхана перед этим пала и могущественная Китайская империя. Не спасли ее и Великие стены.

Великая китайская стена, а точнее сказать – целый комплекс таких стен, еще одна историческая загадка, хотя бы в силу того, что наиболее протяженная и древняя ее часть проходит по хребтам труднодоступных гор. По большей части сами хребты труднопроходимы даже для отдельного человека, не то что конницы, и возникает естественный вопрос – зачем возводить в такой местности мощные стены, затрачивая колоссальные усилия, если заведомо ясно, что противник наверняка пойдет в обход? Даже на равнинной местности оборонительные свойства такой протяженной стены сомнительны, так как трудно организовать одинаковую ее защиту на всем ее протяжении от массированной атаки. А вот как способ до предела ограничить возможность бегства подданных из страны и затруднить действия мелких шаек она – идеальное средство. Видимо для этой цели у этого комплекса бойницы большей частью смотрят в сторону обороняемой территории Китая. Все эти особенности озадачивают, и наводят на мысль: а вообще она защитное сооружение или уникальная дорога, построенная таким образом в труднопроходимой местности и простоявшая века? Про другие подобные стены вопросов не возникает. Они явно носят оборонительный характер. Но возведены позднее и, скорее всего, скопированы с Великой стены, истинное назначение которой кануло на тот момент в Лету.

Египетская цивилизация за тысячелетия своего существования претерпела несколько взлетов и падений. В соответствии с принципом единства противоречий именно эти падения являлись источниками качественных цивилизационных изменений. О влиянии гиксовских (скотоводческих северных племен) завоеваний уже упоминалось. Но и времена первого упадка могущества Египта открыли возможность выплеснуться скотоводческим протоцивилизациям с иссыхающей Северной Африки на просторы Ближнего Востока, где они за короткое время создали ряд государств, а по сути, образовали новый этнос, вытеснив из истории шумеров.

Зарождающиеся цивилизации с самого начала разделились на две ветви: скотоводческие и земледельческие. Такая специализация предопределила и цивилизационные особенности в развитии каждой ветви. Первые, повязанные кормовой базой для скота, были сильно зависимы от климатических факторов и вынуждены были вести миграционный образ жизни. Такой образ жизни ведет к раздробленности, частым конфликтам за районы выпаса, что отражается на менталитете представителей данного образа жизни. Земледелие, напротив, требует оседлости. По меньшей мере, от урожаю к урожаю. А если земледелие увязывается с ирригацией, то это закрепляет на местности людей всерьез и надолго. Оседлость создает проблему организации обмена продуктами, то есть торговли. Торговля консолидирует людей в крупные поселения и города. Необходимость защиты таких образований толкает к объединению для защиты общих интересов, а это уже прямой путь к образованию государств. Полноценное государство консолидирует интересы не только землепользователей, но и скотоводов, в их защите и отстаивании прав на участки выпаса.

Возделывание культур, связанное с обработкой земли и зачастую с ирригационными работами, весьма трудозатратно и в силу одного этого опирается в большинстве случаев на общинное землепользование. А вот выпас скота уже на начальных этапах дифференцирует людей по размерам личных стад и, соответственно, социальному положению. Социальной дифференциации способствуют и многочисленные конфликтные ситуации с соседями. Поэтому в скотоводческих племенах очень рано формируются иерархические отношения с довольно жесткой зависимостью в поведении людей отдельно взятой общины. Оседлость способствует взаимодействию людей, развитию общения, культуры, развитию ремесел, скрашивающих жизнь. В скотоводческих племенах развиваются ремесла прикладного характера, большей частью по созданию орудий нападения и защиты.

Пока в природе господствовал индивидуальный способ выживания, биологическая защита организмов от наследственных предрасположенностей к заболеваниям срабатывала надежно. Но с переходом гоминид к охоте как способу выживания все большее значение стал приобретать стайный образ жизни видов. Возрастало и отрицательное влияние инцестных связей, свойственное стае. Механизмов противодействия этому природа предложила несколько. Один – в рождении многочисленного потомства с коротким последующим жизненным циклом, второй – в уничтожении особей мужского пола после спаривания, третий – в организации сложной социальной организации внутри стаи. В свою очередь, вариантов социальной организации известно несколько, и в частности: парный брак; доминирующий самец; дифференцированный отбор самкой сексуального партнера, как одного из нескольких претендентов и т.д. Доминирующий самец у приматов не самый лучший биологический вариант, но, пожалуй, оптимальный в условиях ограниченного ареала распространения и ресурсов пропитания. А вот для расширяющейся экспансии вида наиболее подходящей является доминирующая роль самки. И вполне естественно, что матриархат становится основной формой социальных отношений в сообществах первобытных людей.

Но как только внешняя среда накладывает ограничения на возможность экстенсивной экспансии, матриархат уступает патриархальным отношениям. Для скотоводческих племен смена приоритетов происходит еще раньше, в силу раннего развития имущественных отношений.

Государственные образования на основе скотоводческих племен занимали обширные территории с нечеткими границами. Напротив, государства на основе земледелия – компактные образования с четкими границами своих владений. Повышение продуктивности земледелия способствует применению рабского труда. В скотоводческих племенах рабский труд малоприменим, но захват рабов с целью перепродажи практикуется повсеместно. Но наиболее широко использовался рабский труд в обработке камня, добыче полезных ископаемых и строительстве.

Начало массовому применению рабов в строительстве положил Древний Египет. Однако содержание и управление большими массами людей требует развитой и многочисленной системы принуждения, которая нередко дает сбой. И тогда вспыхивают мятежи и восстания, расшатывающие устои государства. Что неоднократно происходило в Древнем Египте.

Первое такое падение централизованной власти произошло примерно за 2200 лет до нашей эры. На это же время приходится первое пребывание семитских племен в Египте.

Сформировавшись как скотоводческие племена на территории Северной Африки, скорее всего в саваннах некогда плодородной Сахары, гонимые ее иссушающим климатом, семитские племена выплеснулись примерно четыре тысячи лет назад на берега Нила, во времена временного упадка централизованной власти в Древнем Египте. Временное пребывание в Египте оказало сильное влияние на эти племена, способствовав их консолидации. Есть все основания полагать, что сильная египетская культовая система не могла не оказать влияния на формирование иудейской религии. Схожесть ветхозаветных постулатов иудейской религии с культовыми воззрениями египтян не может быть случайной. Закономерен и культовый монизм иудейской веры. Обилие египетских богов только запутывало главенство верховного божества Ра. Поэтому более примитивное воззрение просто отнесло всех остальных культовых персонажей в разряд вспомогательных сверхъестественных сил.

Можно предположить, что первый исход семитских племен из Египта был вынужденный, хоть и не столь драматичный, как второй. И неприятие египтян к семитским пришельцам проявилось, скорее всего, в силу определенной особенности социальных отношений, практиковавшихся ими еще со времен активного обмена товарами с Египтом, в пору пребывания племен на территории нынешней Ливии. Придя в Египет, они продолжили практику меновой торговли, вытеснив бартер и введя в оборот драгоценности, включая золото, в качестве денег и ссудного капитала. Не случайно, что именно на этот период в Египте приходятся массовые разграбления гробниц и захоронений в поисках таких ценностей.

Многочисленные, с самобытной культурой, сплоченные общей судьбой и, видимо, достаточно воинственные семитские племена, пройдя негостеприимный Синайский полуостров, вышли на территорию Ближнего Востока, где частично вытеснили, частично ассимилировались с местными племенами, расселившись по значительной территории. Прошло почти четыре столетия и многочисленные государства Ближнего Востока уступили натиску северных племен, пришедших от отрогов Кавказа. Это были также скотоводческие племена, но они имели на то время более совершенное оружие и доспехи, были лучше организованы и имели боевой опыт. И самое главное, у них была конница. Дикие лошади для всех племен были лишь предметом охоты. А здесь впервые встретились с одомашненной лошадью, да еще в качестве ударной силы на поле боя. Не вызывает сомнения, что при таком внушительном превосходстве «северные пастухи» – гиксосы – быстро оккупировали всю территорию Междуречья. В Междуречье гиксосы освоили еще одну военную новинку – боевые колесницы. Дело в том, что шумеры еще задолго до гиксосов изобрели повозки, в которые запрягали ослов. Их даже применяли в бою, запрягая ослов в подобие колесниц. Естественно, что гиксосы не преминули воспользоваться этим изобретением, но уже в лошадиной упряжке. Освоив технику управления колесницами и применения их на поле боя, они ворвались примерно за 1600 лет до нашей эры на территорию могущественного Древнего Египта, наголову разбив все его войска. Вместе с гиксосами на территорию Египта вошло и тыловое сопровождение, главным образом из евреев. Так евреи повторно вернулись в Египет, из которого они несколько веков назад были изгнаны.

Хозяйственные и управленческие навыки были оценены гиксосами, и евреи в короткое время стали ведущей хозяйственной силой в покоренном Египте. Почти двухвековое владычество гиксосов сформировало стойкое неприятие египтян и к еврейскому хозяйствующему субъекту. Поэтому, когда восстановившая военную мощь египетская знать, при активном содействии египетских священнослужителей, смела разложившуюся на то время власть гиксосов, евреев постигла печальная участь порабощения и превращения в рабов. Евреев нельзя было истребить как гиксосов, не порушив экономическую жизнь в стране, но, превратив их в рабов, египтяне за несколько веков вполне удовлетворили уязвленное тщеславие.

Время излечивает. Через века среди египетской знати появилась такая неординарной личность, как Иосиф, которая позволила подготовить почву для исхода евреев из Египта при фараоне Рамсесе II. Но склонило к принятию такого судьбоносного решения для евреев очередным египетским фараоном Мернептахом только сверхъестественное стечение суровых природных факторов, которые гениально обыграл сын Иосифа Моисей, предоставив их в целом довольно религиозной знати Египта как знамение богов. Но даже после принятия этого решения фараоном Мернептахом (сыном Рамсеса II), египетской знати и, прежде всего, первосвященникам, показалось столетий рабства евреев мало, и они настояли на том, чтобы Мернептах выступил с войском в погоню, чтобы истребить евреев как этнос. И опять невероятное стечение обстоятельств привело к гибели большей части наспех собранной египетской армии. Да еще умелое руководство в еврейских общинах способствовало тому, что почти все евреи были выведены на берега Синайского полуострова. Гениальная прозорливость Моисея спасла этнос от последующих преследований со стороны египетской знати в бескрайних просторах Синайского полуострова. А то, что такая угроза была реальной, подтверждает стела Мернептаха, где он бахвалится об истреблении семени израилева после своего повторного похода в земли израилевы.

Но и этого было мало. После битвы евреев с полудиким племенем амаликитян на Синайском полуострове Моисей понял, что, пока в его народе сидит рабская психология, рассчитывать на возврат в прародину, где их никто не ждет, нечего. Потребовалась 40 лет обитания в пустынях Синая, пока на смену не пришло новое поколение людей, свободных от рабской психологии и готовых ценой собственной жизни вернуть этносу место под солнцем.

Суровые испытания, выпавшие на долю этноса, пошли впрок. Евреи, коих Моисей через 40 лет привел на берега Иордана, создали жизнеспособное государство, которое смогло отстоять свою самобытность на протяжении многих веков, и даже во времена персидских завоеваний и завоеваний Александра Македонского. Исключая разве что времена вавилонского пленения Навуходоносором. Но и вавилонский плен евреев обошелся Вавилону весьма своеобразно.

В 556 году до н. э. в результате заговора вавилонским царем стал арамейский сановник Набонид. Его правление отмечено попыткой ослабить влияние гражданско-храмовых общин Вавилонии и сделать своих соплеменников-арамеев главной опорой государства. Как результат – вавилонцы без сопротивления сдались персидскому царю Киру II. После эдикта Кира в Иудею отправилось 42360 евреев. Но многие евреи предпочли остаться в Месопотамии.

Конница, а затем переход от бронзового оружия к железному кардинально изменили цивилизационный ход истории. Первым преимущество железа опробовал на соседях персидский царь Дарий I. Покорив многочисленные народности силой оружия, он основал огромную империю, включавшую всю Переднюю и Среднюю Азию, частично Египет и большую часть эллинских земель. Тем самым Дарий I открыл новую страницу в истории человечества. Железо и конница позволяли создавать беспрецедентные по масштабам державы. К VI веку до н.э. мест, где выплавляли железо, уже было много. Но, судя по тому, что в состав последующих империй непременно входила Средняя Азия, скорее всего там и была налажена не только выплавка железа, но и массовое производство оружия и доспехов из него.

Через двести лет Александр Македонский, разбив войска Дария III, царя разлагающегося государственного образования, основанного Дарием I, покорил всю эту территорию и даже расширил ее. Но и новая империя просуществовала не дольше своего завоевателя, постепенно распадаясь на враждующие части, доставшиеся в наследство военачальникам Александра.

Несмотря на широкое распространение рабского труда, начиная с Древнего Египта, классическое рабовладельческое государство устанавливается лишь в Древнем Риме, и на нем в основном и заканчивается, хотя рудименты рабства проявляются с разной интенсивностью до сих пор.

Рабство, порождаемое насилием по отношению к отдельным лицам, применительно к большим их массам сильно связано со степенью развитости самосознания в этой массе. Управлять большими массами рабов без тотальной системы принуждения, которая сама по себе настолько затратна, что ставит под сомнение эффективность рабского труда, возможно, только если сознание рабской массы подавлено осознанием своей ничтожности перед поработившей силой. Но для гомо сапиенс, даже на нижней ступени своего эволюционного развития, свойственна обучаемость (по крайней мере, за несколько поколений), а вместе с ней и осознание возможности противостояния рабской эксплуатации. Поэтому рабовладельческие республики, возникавшие на заре цивилизационной эволюции в условиях интеллектуального превосходства одних над средой отсталых варваров, исторически быстро теряли это преимущество. И это ставило под вопрос целесообразность политической формы их дальнейшего существования. С данных позиций гибель Римской империи была предопределена.

Занимая огромную территорию от Британских островов и Испании до Средней Азии, и от средней полосы Европы до Северной Африки, правящая элита Рима фактически растворилась на этой территории, обескровив ее центр. Роскошь знати, отсутствие централизованной власти в III веке привели к расцвету негативных явлений и падению нравов в общественной жизни Рима. Одновременно с этими явлениями среди бедноты Рима стали быстро распространяться идеи ортодоксального христианства, которое, пройдя суровую школу длительного преследования, сильно радикализовалась. Республиканская форма правления во главе с сенатом – в условиях непрерывных атак со стороны варварских племен по внешним границам империи, войны с Персией, частых восстаний – способствовала тому, что военачальники, возглавлявшие легионы огромной армии республики, состоявшей преимущественно из наемников разной национальности, фактически стали представлять власть на отдельных ее территориях. В итоге это логически привело к тому, что армия присягнула на верность самому успешному военачальнику – Диоклетиану. Не римлянину, сыну бывшего раба. Диоклетиан, пользуясь властью силы, по факту ликвидировал республиканское правление, установив императорское правление, но, трезво оценивая свои возможности, разделил бремя власти со своим другом, отдав ему в управление западные области империи, заложив тем самым основы предстоящего раздела империи. Довершил раздел очередной военачальник, избранный армией в императоры, – Константин, который перенес столицу империи в 330 году в Константинополь, лишив сенат даже видимости власти. Формально Константинополь был столицей империи до 395 года. Фактически уже со времени переноса единая империя распалась на Западную и Восточную.

Западная Римская империя, просуществовав полтора столетия и ведя ожесточенные междоусобные войны, а затем – с гуннами и многочисленными внешними племенами, прекратила существование в 476 году. Спустя несколько столетий окраинные варварские племена Западной Европы, поглотили территории Западной Римской империи. Эти племена, вторгшиеся в интеллектуально более высокое культурное пространство, довольно быстро трансформировали свои родоплеменные отношения в феодальные. Этому способствовала древнеримская знать и христианская церковь, найдя в этих племенах уязвимую точку – их суеверное преклонение перед природными силами. Спустя несколько столетий на обширной территории Западной Европы Карлом Великим было основано феодальное государство – Священная Римская империя.

Распад Восточной Римской империи – Византии – произошел намного позднее в силу того, что рабский труд на большей части ее территории не являлся основой их быта в силу более продвинутых в цивилизационном плане социальных отношений в большинстве соседних стран. Да и христианство вплелось в светскую жизнь не столь радикально, как на Западе. Оно вполне мирно уживалось с древнеримским философским мировоззрением на духовную жизнь. Это и предопределило ее государственную устойчивость на исторически длительном отрезке времени. Но была одна особенность ее начальной государственности, которая, в конце концов, и породила силу, уничтожившую империю. Эту особенность несло Израильское государство, входившее провинцией в состав Византии. Еще со времен возврата евреев на прародину они своей культурой и верой выделялись среди окружающих племен и народов. Особенно резкий контраст был по отношению к кочевым племенам Аравийского полуострова, которые в ранний период Византии тоже входили в состав империи. Особенно резко неприятие проявилось, когда христианская религия становится государственной. Как следствие, в недрах этих племен зарождается новое учение, которое, взяв многое от христианства, преобразовало его под свое восприятие мира и под бытовавшие на тот момент особенности своих социальных отношений. Это учение и легло в основу новой монотеистической религии – ислама. Ислам уже с самого начала своего зарождения противопоставил себя христианской религии, объявив ее религией неправедной. А постольку-поскольку ислам идеально подходил к социальным отношениям кочевых и скотоводческих племен, то он быстро стал объединительным знаменем для них. Это объединение через непродолжительное время приобрело системные черты, породив арабский халифат.

Возникшая объединительная идеологическая сила в лице мусульманской религии в сочетании с менталитетом кочевых и скотоводческих племен, владеющих многочисленными табунами лошадей и совершенными навыками применения конницы в бою, стала непреодолимой силой на большей части территории Византии, коренное население которой тяготилось многовековым порабощением римлянами. Вдобавок со временем, после падения Рима, гарнизоны римлян с их жесткой организацией и дисциплиной заменились на изнеженное греческое воинство, не прошедшее суровых горнил войн. Поэтому завоевания арабов происходили стремительно, и уже через десяток лет халифат занимал территорию от Африки до Индии, оставив от первоначальной Византии только Анатолию и ее Европейскую часть. А к началу VIII века халифат вышел к побережью Атлантического океана и, завоевав Испанию, стал штурмовать южные границы Франции.

Множество племен Западной Европы, в том числе и вошедших в Священную Римскую империю, стремительно превратившись в крошечные феодальные квазигосударства, сразу же включились в длительную кровопролитную междоусобную борьбу за главенство. Успех в ней был на стороне то одних, то других, в зависимости от случайности появления монархов с выдающимися организаторскими и волевыми качествами. В этих войнах родилось Датское королевство, затем английская монархия, королевства Франции, Испании.

В Восточной Европе, после канувшей в Лету северной цивилизации, из-за рискованного земледелия и наличия огромных лесных массивов охота и собирательство были основным занятием для населявших эту территорию племен. В большинстве своем это были родоплеменные образования, оставшиеся от некогда единой территории квазигосударства гуннов. Исключение составляли южные области, где под влиянием сначала эллинской культуры, а затем и византийской развивалось земледелие. Но и оно осложнилось многочисленными набегами кочующих племен. Толчок к превращению родоплеменных отношений в этих районах в феодальные дали скандинавские воины, которые обладали не только лучшим оружием и техникой его изготовления, но и более продвинутыми социальными отношениями.

Не минули эту территорию и многочисленные раннефеодальные распри. Конец им попытался положить князь Владимир, мечом покоривший многочисленных противников и сделавший попытку идейно объединить разрозненные племена общей религией. Если религиозно-идейная составляющая оказалась плодотворной, то государственно-организационная провалилась. Послевладимирская Русь фактически представляла из себя враждующий конгломерат феодальных княжеств. Как результат – порабощение феодальных княжеств Киевской Руси почти на три столетия и превращение их в улусы монгольской империи.

Переходный период от родоплеменных отношений к государственным образованиям выявил одну характерную особенность для всех времен и народов. Несмотря на более примитивные социальные отношения, воины племен на поле боя проявляли более выдающиеся качества, чем воины цивилизованных государств. Последних выручало лишь лучшее вооружение, да еще военное искусство полководцев. Но если этих преимуществ не было, то поражения бывали весьма сокрушительны.

Но не только сила оружия прокладывала путь цивилизационным отношениям. Военная сила раздвигала границы экономического взаимодействия этносов, локальных цивилизаций. Все больше возрастала роль и значение меновой торговли. И в этой связи нельзя не упомянуть уникальную роль еврейского этноса в формировании торговых отношений в цивилизованном мире.

После оккупации Израиля римлянами он целостным государственным образованием вошел как провинция Рима. Ряд политических свобод на тот момент израильтяне утратили, но зато они получили свободу перемещения по территории, покоренной римлянами. Чем и не преминули воспользоваться. По крайней мере, во времена Христа в Риме, да и других городах уже были еврейские общины. И надо полагать не в качестве рабов или наемных работников. Скорее всего, в качестве субъектов торгово-денежных отношений Древнего Рима. И ими был пронизана вся Римская Империя, включая и Иерусалим. Не случайно так бурно отреагировал Христос на менял в храме. И вполне объяснима та жесткая реакция и Понтия Пилата, и еврейской общины Иерусалима на эти действия Христа, покусившегося на фундаментальные экономические воззрения евреев, да еще и на источник финансового благополучия римского прокуратора.

Вместе с процветанием товарно-денежных отношений росло и социальное расслоение, которое, в конце концов, доконало Римскую империю как государственное образование, но отнюдь не мессианский и коммерческий дух еврейства, процветавший в стране. После падения Западной Римской империи вскоре восторжествовало христианское религиозное учение, как учение люмпенизированной части еврейской общины Рима. А вот более состоятельная часть еврейства, носителя коммерческого духа, подалась в бега, осев большей частью на территории Испании, где с давних времен, еще, по-видимому, со времен расселения еврейских племен с территории Северной Африки, существовали еврейские общины.

В Византии для евреев мало что изменилось с ее выходом из Римской империи, если не считать того, что христианское религиозное учение еврейской диаспоры быстро стало государственной религией Византии. Это обострило отношения с иудеями, представителями радикальной веры, вплоть до поддержки ими арабских завоевателей с их мусульманской верой. Во времена стремительного наступления арабов на Византию часть евреев покидает ее пределы и основывает большую еврейскую общину на территории Хазарского каганата. Влияние этой общины в каганате было столь сильно, что знать каганата даже сделало иудейскую веру своей официальной. Это в большой степени способствовало переходу скотоводческих племен, составлявших населения каганата, к оседлости и земледелию. Под ударами арабов, а позднее и руссов, каганат распался. Но даже на закате государственности Хазарского каганата евреи предприняли попытку продвинуть веру и в зарождающееся государство русинов. Увы, опоздали, влияние скандинавских викингов оказалось решающим. И хотя в последующем еврейская религия в двух ее ипостасях и стала господствующей на территории Европы, для ортодоксальных евреев на прародине – в Израиле – наступили тяжелые времена, когда их государственность сходила на нет. Евреи со времен Римской империи стали одним из самых распыленных этносов. Но вместе с этносом распространялись и набирали силу в странах Европы принципы их организации экономической жизни, вытесняя феодальные отношения. И вот ныне они достигли апогея, оформившись в господствующую в мире экономическую формацию.

Выход Европы из кризиса, поразившего рабовладельческий способ производства в первые века нашей эры, и перевод общества на феодальные рельсы были бы невозможны без Великого переселения народов, где участвовали большинство центрально-азиатских кочевых племен. Во всемирно историческом плане это событие сравнимо с удачной социальной революцией.

Империи Дария и Македонского привели в движение скотоводческие племена на просторах Азии и Восточной Европы. Это еще раз подтверждает, что Средняя Азия на тот момент была внушительным центром производства оружия. Конница, оружие и суровые родоплеменные отношения превратили эти племена во внушительную силу, которую они не замедлили опробовать на соседях. Гунны – на китайцах в течение последних веков до нашей эры и первых веков нашей эры, сарматы – вначале на скифах, а затем и на римских границах. После завоевания Европейской Скифии сарматы приобрели славу одного из наиболее могущественных народов Древнего мира. Вся Восточная Европа вместе с Кавказом получила название Сарматии. В свою очередь, Сарматия пала под натиском гуннов. Особо надо выделить царя гуннов Аттилу, который создал империю, простиравшуюся от Рейна до Волги с центром в Паннонии. Успехи гуннов были не только в большей численности войска, но и в лучшем вооружении, особенно в технике владения стенобитными орудиями, которыми они овладели еще в войнах с китайцами. В какой-то мере можно считать гуннов прототипом монгольских завоевателей, которые во многом повторили их воинский опыт. Но, в отличие от монгольской империи, империя гуннов просуществовала недолго.

Распад Западной Римской империи с одновременным нашествием гуннов привел в движение массу племен, как по окраине империи, так и в Восточной Европе. Огромные богатства и виллы, разбросанные по территории Западной Европы и оставшиеся беззащитными, стали вожделенной добычей для многочисленных племен, ранее сдерживаемых легионами империи. Пришли в движение практически все западные племена: готы, вандалы, бургунды, англы, саксы, юты, франки и др. В Восточной Европе также началось движение племен под ударами гуннов. Часть населения местных племен пополняли ряды армии гуннов и продвигались вместе с ними на Запад. Перемещение племен – процесс медленный, растянутый на десятилетия, поэтому вполне естественно, что в ходе такого переселения происходило перемешивание и ассимиляция гуннов с племенами, изначально населявшими Восточную Европу. В таком смешанном виде эти племена и оседали на территориях от современной Германии до Балкан. Этот процесс продолжался даже и после того, как начала распадаться империя гуннов. Именно так и сформировалось множество родоплеменных образований на территории Восточной Европы.

Есть одна странность, связанная с периодом великого переселения народов. Это – его продолжительность и то, что на период с VI века по IX не приходятся почти никакие крупные исторические даты. И еще. Мадьярам, для принятия решения о переселении потребовалось почти три века, так как достоверно известно, что вместе с гуннами сражалась и конница мадьяр, и скорее всего их диаспора уже тогда обосновалась вместе с гуннами в Паннонии. И только спустя три столетия туда переселились остальные племена мадьяр.

Восточную часть Римской империи – Византию – постигла та же участь, но спустя почти тысячелетие. Она, разлагаясь в роскоши и противоречиях, еще в начале своей государственности теряет свое могущество, уступая большую часть своих владений молодой мусульманской религии с ее государственным носителем – Арабским халифатом. Халифат стал настолько мощным государственным образованием, что затмил своими размерами все предыдущие империи, простираясь от Испании до Китая и Индии.

Арабский халифат создал, по сути, идеальные условия для становления Монгольской империи. Опасаясь восстаний на периферии империи, халифат делал все, чтобы там не было сильных ополчений. Поэтому набеги монгольской конницы, отличавшиеся высокой подвижностью, почти не встречали отпора. К тому же эти набеги были исключительно жестоки. Сказывалось изначальное отсутствие культуры и жесткость племенных условий, в которых происходило становление монгольских кочевников. Многочисленная, хорошо обученная и вооруженная, с крепкой и суровой дисциплиной, состоящая в основном из конницы, армия монголов, помноженная на полководческий талант Чингисхана, послужили основой его завоевательных побед вначале в Китае, а затем и в Средней Азии. Взяв на вооружение китайскую военную технику, наладив производство оружия, он сделал свою многочисленную кавалерию весьма грозным оружием, побеждавшим практически во всех сражениях. К 1260 году Монгольская империя занимала самую большую территорию в мировой истории с почти третью населения Земли.

В эту треть вошло и население Руси. Вся ее территория стала улусами Монгольской империи, а конкретнее – улусами Золотой Орды. Если не считать того, что такое положение Руси сильно повлияло на возможности самостоятельного развития и менталитет господствующего мировоззрения кочевого народа сильно угнетал и унижал более прогрессивное мировоззрение оседлого земледельческого населения Руси, то во всем остальном иго порабощения было относительно мягким. Оно ограничивалось ежегодной данью десятой части и в товарах, и людьми. Причем в своей массе мужское население пополняло вспомогательные войска Орды, а с достижением пожилого возраста им предоставлялись земли для ведения хозяйства. Именно на основе таких поселений и возникло позже казачество. Эта особенность становления казачества сильно отразилась на менталитете казаков, которые после включения их земель в состав государства Российского крайне негативно отнеслись к попыткам внедрения порядков и отношений, принятых на остальной территории России, ответив целым рядом восстаний, сильно напоминавших набеги войск Орды.

Большее зло терпело население Руси сначала от карательных походов Орды, а затем от набегов Казанского и Крымского ханства, когда помимо грабежа большие массы людей угонялись в рабство. Особенно досаждало Крымское ханство, которое паразитировало на работорговле с Византией.

Вслед за достижением пика могущества империи моголов начинают вызревать причины ее распада. Однако фактический распад империи начнется много позже, после пандемии чумы, поразившей практически всю завоеванную монголами территорию, и выплеснувшейся даже в Западную Европу. Но и потом еще не одно десятилетие будет продолжаться освободительная борьба на территориях многочисленных улусов, переставших подчиняться ослабевшему центру.

Появившаяся за более чем вековую оккупацию местная знать не очень-то желала делиться своим положением с чингизидами. За это время подрастало новое поколение, которое усваивало военные навыки оккупантов, их вооружение, тактику. И такие местные вооруженные формирования становились ощутимой силой, способной противостоять распыленной и слабеющей армии чингизидов. Так случилось в середине XIV века в Средней Азии, когда там среди местной знати появился талантливый военачальник Тамерлан. Его судьба была удивительно похожа на судьбу Чингисхана. Вплоть до пленения. Примерно так же, как Чингисхан он стал начальником крупных местных вооруженных отрядов, которым раз за разом сопутствовала военная удача. В результате за полтора десятка лет он сумел завоевать огромную территорию, ранее контролируемую чингизидами. Как и Чингисхан, он вошел в историю не только как талантливый полководец, но и довольно свирепым и беспощадным правителем. Именно его завоевания фактически поставили крест на всей западной части империи моголов, а вместе с успехами китайских повстанцев и вообще на всей империи.

Но и империя Тамерлана ненадолго пережила его самого. Многочисленный клан Тамерланов в междоусобных войнах быстро расправился с наследством. Одним из первых из Тамерландской империи отпало Османское государство, покоренное Тамерланом. Окрепшие, обученные и хорошо вооруженные племена турок-сельджуков постепенно оприходовали огромную территорию, оставшуюся от Тамерлана, и пошли дальше. Именно под их ударами пал Константинополь, а вместе с ним и вся Византия. В отличие от Тамерлана турки сумели наладить административное управление расширяющейся территорией Оттоманской империи. По своим размерам и способу управления Оттоманская империя к концу XVIII века была похожа на Арабский халифат. И поэтому, даже после продолжительного периода распада она, пусть в усеченном виде, но сохранилась до наших дней.

Характерна в историческом плане судьба Испании.

Освободившаяся в XV веке от арабской зависимости Испания уже в XVI веке стала самой большой империей в Европе при императоре Священной Римской империи Карле V. В то время часто говорили, что Испания является империей, над которой никогда не заходит солнце. В борьбе с наследием арабов, засильем мавров и евреев на территории Испании ее правители сделали ставку на чистоту веры, за которой должна была следить Инквизиция. Поскольку поле деятельности для нее на тот момент было широким, Инквизиция быстро радикализовалась. Тяжелое дыхание Святой инквизиции, объявлявшей ересью любое свободомыслие, сковывало развитие феодальных княжеств, входивших в Священную Римскую империю. И они прилагали немало усилий, чтобы обрести независимость. Достаточно сказать, что наряду с радикализацией инквизиции на территории Италии набирал силу Ренессанс – возрождение культурных и духовных начал человечества. По мере падения влияния радикального крыла католической церкви, падало и влияние Испанской короны. Второе дыхание испанской монархии дало открытие Америки и последующее ее разграбление. Огромные богатства, свалившиеся на монархию, подогрели их притязания на ведущие позиции в Священной Римской империи.

«На протяжении XVI века Испания получила эквивалент 1.5 триллионов долларов США (в ценах 1990 года) золотом и серебром, полученным из своих колоний (Новой Испании). В конечном счете, импорт драгоценных металлов превысил объемы производства и привел к инфляции Испании в последние десятилетия XVI века. Такая ситуация была усугублена изгнанием евреев (1492 год), представители которых играли важную роль в торговле и ремесленном производстве». [27]

Испанские монархи тратили эти богатства на ведение войны по всей Европе, и особенно на борьбу с Англией за господство на море и из-за притязаний на ее колонии. Бездарная политика испанских монархов, в конечном счете, привела к перекачке богатства ее соседям: Англии, Франции, Нидерландам и потере своего влияния на многих заморских территориях. К началу XIX века влияние Испании фактически сошло на нет. Вслед за ней теряла силу и могущество Святая Инквизиция, открыв дорогу стремительному возрождению интеллектуальной культуры – Ренессансу.

По мере того как теряла свое могущество Испанская империя, возрастало колониальное могущество Англии, которая к середине XVI века перешагнула рубеж новой экономической формации и быстро превращалась в буржуазное государство.

После поражения Франции в наполеоновских войнах Великобритания оказалась главной морской и политической силой XIX века (с Лондоном – крупнейшим городом в мире примерно с 1830 по 1930 годы) и оставалась сверхдержавой до середины XX века. Не имея конкуренции на море, Британия приняла на себя роль мирового полисмена. Это также был период быстрого экономического, колониального и индустриального роста. Британская империя присоединила Индию, большие Африканские территории и многие другие территории по всему миру. Помимо административного контроля, который она устанавливала над своими колониями, британское доминирование в мировой торговле означало и эффективный экономический контроль над многими странами, как например, Китай, Аргентина.

В Восточной Европе, вытесненные гуннами западные сарматы, осев в горах Силезии и на прибалтийских равнинах, смешавшись с местными и пришедшими вместе с гуннами славянскими племенами, оформились в народность – поляне. В XII веке эта народность, подчинив соседние племена, основала польское государство, которое стало быстро разрастаться на Восток, подчиняя многочисленные племена. Быстро оправившись от удара монгольских завоевателей, объединившись с Литовским княжеством, оно образовало довольно воинственную унию – Речь Посполитую. Последняя, воспользовавшись тем, что восточные славянские племена были сильно ослаблены татаро-монгольской оккупацией, стала активно их поглощать, расширяя свои границы. И только решительная позиция Ивана IV, строящего Московское государство, сдержало на время их восточные амбиции. И тем не менее к концу XVI века Речь Посполитая стала одним из самых больших государств в Европе на то время. Только провал восточной акции по покорению Московского государства не только остановил ее расширение, но и стал началом ее развала.

Московское государство, становление которого началось фактически с Грозного, напротив, начало стремительно расширяться за счет присоединения восточных земель. Быстро теряющие силу осколки некогда могущественной империи моголов, особенно по ее окраинам, стали представлять собой лакомые куски для соседей, вставших на путь цивилизационного развития. Массовое внедрение огнестрельного оружия в русских полках и дружинах, начатое еще Иваном IV, оказало решающее влияние на ход и исход сражений. За короткое время Московское государство превратилось в территориально самое большое мировое государство. А политические реформы и энергичная внешняя политика Петра I, позволили закрепить позицию расширяющегося государства среди развитых стран Европы.

Своеобразие Российской империи состояло в том, что она довольно долго представляла собой конгломерат из феодальных структур ведущей нации и народностей с родоплеменными отношениями. В этом была и сила, и слабость государства Российского. Сила состояла в том, что родоплеменные отношения позволяли формировать войска с высоким боевым духом и самоотдачей. Слабость проистекала от устойчивости родоплеменных отношений, активно сопротивлявшихся стремительному наступлению цивилизации. Из-за этих особенностей в России с трудом укреплялись ростки новых экономических отношений, и она существенно отстала от более динамичных в своем развитии западных стран. Такое экономическое и техническое отставание обернулось тем, что Наполеон попытался использовать преимущества, даваемые новым буржуазным строем во Франции, для распространения своего политического влияния и на Россию.

Можно считать почти общим местом, что все революции порождают у основной массы населения большие надежды и ведут к грандиозным подвижкам в обществе. Бисмарк писал: "Революцию замышляют романтики, осуществляют фанатики, а плодами ее пользуются мерзавцы". Не исключением была и Французская буржуазная революция, плодами которой умело воспользовался Наполеон. На порыве масс он создал сильную боеспособную армию, используя которую буквально за десять лет покорил почти всю Европу и возложил на себя венок императора. Но еще быстрей растерял свое могущество, столкнувшись в России с силой, хотя и уступавшей по численности и вооружению, но более самоотверженной, выносливой и упорной. По существу, это было первое серьезное столкновение двух экономических формаций: нарождающейся капиталистической и дряхлеющей феодальной.

В тот раз французская буржуазия проиграла. Зато очень выиграла английская, развернув по всему Земному шару победоносные колониальные войны. А в Европе в целом если и произошла реставрация монархизма, то в весьма убогом и обреченном виде. И эту обреченность почувствовал Бисмарк, объединивший земли Германии и поставившим точку ее феодальной раздробленности. С этого времени Германия превращается из носителя духа Священной Римской империи в осязаемого и грозного претендента на физическое его воплощение в пределах Европы. Но такой оборот грозил Великобритании потерей ее главенствующего положения в мире. И вот, объединившись с Францией, давним соперником земель Германии, совсем не желающей видеть столь грозного соседа рядом с собой, она находит повод для достижения экономических целей военным путем. Россия в сей драке оказалась на стороне Великобритании чисто по экономическим причинам, набрав большие долги, преимущественно в банках, контролируемых Ротшильдом. И все это вопреки тому, что сама царская семья находилась в довольно тесном родстве с немецким высшим обществом.

При всей сложности механизмов реализации капиталистических отношений в обществе, принцип их организации достаточно примитивен и во многом подобен иерархической организации воровского сообщества, у которого на самом верху находятся люди вне законов. Так и в капиталистической системе – на самом верху находится весьма ограниченный круг лиц, интересы которых и диктуют поведение всей системе. И когда интересам одного клана пытаются противостоять интересы другого, претендующего на свое место под солнцем, то срабатывает чисто биологический механизм: доказать силой свое безусловное превосходство, либо уничтожив конкурента, либо превратив его в безропотного вассала. А верх в такой спекулятивно-ростовщической среде формируется быстро.

Так, еще на начальном этапе становления капитализма на его небосвод взошла звезда семьи Ротшильдов, которая сначала баснословно обогатилась на Французской революции, обобрав в тисках кредитов многочисленных эмигрантов-феодалов, бежавших от революции. А затем и на наполеоновских войнах. По иронии судьбы и Ротшильды, и Бонапарт ненавидели друг друга, вплоть до того, что Наполеон ставил целью физическое уничтожение Ротшильдов. Но это не помешало последнему нажиться на поставках армии Наполеона товаров по завышенным ценам, через подкуп его интендантов. И в самом конце войны выиграть свою финансовую битву Ватерлоо на лондонской бирже, фантастически обогатившись за один день.

«К исходу войны с Наполеоном страны – “победители” задолжали империи Ротшильдов свыше 70 миллионов фунтов стерлингов». [29]

Считается, что к концу XIX столетия клан Ротшильдов контролировал половину мировой экономики (Lev GUNIN «GULAG of Palestine», Canada, 1995). Став самыми могущественными финансовыми воротилами мира, семья Ротшильдов разбросала свои щупальца по ведущим странам Европы, предоставляя кредиты правителям и оказывая тем самым сильнейшее давление на нее. Именно так, на основе кредитов, Ротшильдами в самом начале ХХ века был дальновидно сформирован союз Великобритании, Франции и России. Ну а направить военную мощь этого союза против набирающих силу немецких магнатов было делом техники. Разжечь большой пожар можно и одной спичкой. Где-то здесь и лежат скрытые пружины развязывания Первой мировой войны.

Но человек предполагает, а Бог располагает. С началом Первой мировой все, видимо, пошло не так. И результат ее оказался не тем, который ожидался ее инициаторами. На вершину финансового Олимпа прорвались американские мультимиллиардеры Рокфеллеры, Морганы, Борухи, потеснив на ней Ротшильдов. Да и события в России пошли явно не по сценарию, когда в полукапиталистической, полуфеодальной России, не выдержавшей напряжения войны, стали стремительно развиваться процессы ее перехода в другую формацию, грозившие в условиях войны распадом государства на национальные образования. Взять под контроль эти процессы пытались и Ротшильды, и Рокфеллеры, естественно и Германия – в своих военных интересах. Финансовые возможности Германии после трех лет войны были довольно скудными и все, чего они могли добиться, так только способствование разложению армии Временного правительства. Результатом явилась вторая революция, которая, по сути, была попыткой на совершенно новой политической идеологии спасти страну от распада и превращения ее в зависимую от Запада полуколонию. Устоявшееся мнение, что гражданская война, последовавшая за второй революцией, – прямой ее результат, сомнительно, в силу указанных выше причин внешней подконтрольности. Наиболее вероятный сценарий планировался тот, который и произошел в 1991 году. Распад страны на национальные образования, с их переходом под управление странами-победителями в Первой мировой войне, и последующей гражданской войной, по типу Югославской. Собственно говоря, первая половина гражданской войны и развивалась по такому сценарию. Просто кукловоды опять не учли упорства и стойкости русского народа, да и определенной социальной заразности событий, происходящих в России. Но когда такое осознание пришло и пришлось убирать экспедиционные силы, то, как бы случайно, большевикам были оставлены большие запасы вооружения и боеприпасов, а скорее – из расчета как можно более длительного продолжения этой гражданской войны, изнуряющей нацию.

Второй отрицательный результат войны для Ротшильдов – появление серьезных конкурентов в финансовой сфере в лице, прежде всего, Рокфеллеров. Процессы в политической жизни, запущенные Первой мировой войной, – революционные волнения в странах Европы и начавшийся распад колониальной империи Великобритании – ударили по финансовому могуществу Ротшильдов. В качестве защитной меры последние в существенной мере помогли возникновению экономического кризиса – Великой депрессии, начав на биржах скупать золото, обесценивая доллар. Спасая капиталы, Ротшильды стали активно инвестировать в Россию и Германию. Эти инвестиции быстро возродили военно-промышленный потенциал Германии, а в России обеспечили проведение индустриализации в короткие сроки. Инвестируя в Германию и Россию, они озаботились созданием противовеса возрастающей мощи этих стран в лице нацистов во главе с неординарным и по-своему талантливым Гитлером, который по своей амбициозности и прагматичности никак не уступал Сталину. Прямым следствие такой политики явилась Вторая мировая война.

Противовес, вызванный к жизни усилиями финансовой элиты США, вышел из-под контроля, и Гитлер, как в свое время Наполеон, решил самостоятельно перекраивать мир. Правда, на первых порах кукловодам представлялось, что Россия сможет оказать серьезное сопротивление вермахту и война приведет к взаимному обескровливанию, как в Первую мировую. Но успехи в первый год военной кампании Гитлера в России были столь внушительны, что сомнений в том, что ситуация вышла из-под контроля не осталось. Была развернутая масштабная поддержка Советской армии военной техникой. Поддержку живой силой союзники стали оказывать только тогда, когда стало ясно, что СССР справится с Германией самостоятельно, пусть и с большими жертвами, но взамен поставит под свой контроль территории, принадлежавшие гитлеровской Германии, то есть практически всю Европу. До открытия второго фронта была сделана еще одна попытка вернуться к довоенному статус-кво путем устранения одиозного Гитлера. Но она провалилась.

«Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью <…>. Поэтому мы, представители соединенных Штатов Америки, собравшись на общий Конгресс, призываем Всевышнего подтвердить честность наших намерений».

(Из Декларации независимости США от 4 июля 1776 года).

И что? Если что и может подтвердить Всевышний – так это продолжающееся больше века попрание прав и свобод коренных национальностей, а на плантациях Джорджии, месте подписания декларации, усиленную эксплуатацию рабов. Вот и получается, что за красивыми словами нет уточнений, кого за людей при этом считают, или за тот же народ. Но и игнорировать значение Декларации тоже нельзя. Она сыграла огромную роль в становлении демократических принципов не только в Штатах, вдохновляя северян на борьбу с рабовладельческим злом южан, но и для многих других стран, в которых происходили социальные изменения и даже революции на пути становления капитализма. Декларируемые в ней принципы, разительно контрастирующие с феодальными установками Европы, да еще и необъятные территории Северной Америки привлекли огромное число творческих, инициативных людей, создавших за короткое время промышленные основы технической цивилизации. Увы, не без издержек по части массового попрания продекларированных принципов.

Это еще раз подтверждает, что принципы построения цивилизованного капиталистического сообщества и принципы организации людей в мафиозные структуры сходны. Различаются только степенью общественного неприятия последних.

Географическая удаленность территорий от Европы и возросшая экономическая мощь позволили Штатам серьезно нажиться на военных бедствиях Европы и заявить о себе к ее окончанию как о серьезной силе в мировой экономике. И не только. Уже с 1898 года Штаты затевают войну с Испанией за овладение частью ее многочисленных заморских территорий. Итог этих войн известен. Но и в последующем Штаты продолжали методично теснить менее удачливых соседей, расширяя число штатов или включая эти территории в зону исключительного экономического влияния. Так произошло и по результатам Второй мировой войны. На начало XXI века США – самая крупная мировая держава по контролируемой де-факто территории и по уровню экономического развития.

Гегель отмечал, что все великие всемирно-исторические события и личности повторяются дважды: первый раз как трагедия, а второй – как фарс. Увы, не всегда второй раз оказывается фарсом. Иногда не менее кровавой трагедией. По крайней мере, завоевания Гитлера это подтверждают. До удивления повторив Наполеона, он за еще более короткий срок организовал восстановление военного потенциала Германии после ее поражения в Первой мировой войне и, покорив всю Европу, как и Наполеон, обломал зубы на России (Советском Союзе). И там, и тут решающую роль сыграли иностранные кредиты и поддержка, только там – в лице Ротшильдов, здесь – в лице Рокфеллеров. Советский Союз, победив фашистскую Германию, вышел из войны, почти полностью восстановив исторические границы царской империи и образовав из сопредельных с ним стран значительную буферную зону, включив население этих стран в орбиту строительства социальных государств на принципах исключения банковской частной собственности и частной собственности на крупные производства. Такой результат никак не устраивал элиту капиталистического мира. Нетерпимость к такой откровенной угрозе их благополучия и перспектив была столь велика, что вполне серьезно рассматривались планы массированного ядерного удара по Советскому Союзу. И только предупреждения авторитетных ученых о непредсказуемых последствиях для Земли таких ударов сдержало реализацию этих планов.

Одновременно с наращиванием Штатами собственной ядерной мощи, финансовая элита США инвестировала огромные средства на восстановление экономики западных стран, и прежде всего Западной Германии. Эти инвестиции вполне оправдали себя, создав за короткое время экономически привлекательный образ западных стран, как по уровню промышленного развития, так и по качеству жизни населения этих стран. Это до предела обострило отношения Союза с социалистическими странами, для населения которых достижения западных стран стали неоспоримым доводом в пользу капитализма. Но если создавшееся положение в противостоянии социализма Советов и капитала Запада о чем-то и говорило, то в основном об одном: важен не капитал сам по себе, а возможность его массированного вливания в экономику в нужном месте и в нужное время. Это как на войне. Залог успехов Наполеона был в массированном применении подвижной артиллерии на поле боя. Залог успехов Гитлера был в массированном применении бронетанковой техники. Залог успехов Советской армии был в массированном применении и танков, и артиллерии, и авиации. А так как триллионные состояния финансовых воротил Запада и Америки не шли ни в какое сравнение с возможностями Советов, даже при условии почти полной мобилизации всех его сил, то и успех в экономическом противостоянии в отдельных точках мира был прогнозируем. А отчаянная суета власти Советов казаться себе лучше, чем позволяют обстоятельства, подрывало доверие народа к этой власти.

Следующей стратегической точкой удара были крупные инвестиции в Японию и Южную Корею. Если экономическое чудо Японии воспринималось в Советах с завистью, но с пониманием, то успехи Южной Кореи и Сингапура просто доконали нашу интеллигенцию, сформировав у нее твердое убеждение в явном превосходстве капиталистического способа производства над социалистическим. Последним стратегическим экономическим планом, направленным на уничтожение социалистических принципов в Советах, было начало массированных инвестиций в Китай. Их начало пришлось как раз на период вооруженного противостояния Советов с Китаем на Даманском. И, исходя только из этого, можно полагать, что, восстанавливая экономическую мощь Китая, финансовые круги Штатов преследовали цель сформировать на границе с Советами многочисленную современную армию, способную своей численностью раздавить Советы в территориальных притязаниях и в сырьевых потребностях.

Падение такого гиганта, как Советский Союз, произошло так стремительно и резко, что создалось полное впечатление о безвозвратном уничтожении всей государственности на его территории, и вопрос деструкционного последующего распада представлялся делом ближайшего времени. Главное для Штатов в вопросе предстоящего дележа было не передраться с претендентами и не допустить экономического коллапса на территории России и отпавших республик, чреватого последующей кровопролитной гражданской войной.

Первый тревожный сбой в реализации расчетов произошел в связи с Чеченской войной, показав нарастающее сопротивление планируемому развалу. Потом эксцессы в Югославии и позиция России в Приднестровье. Результаты перевыборов Ельцина, в которых его фактически прокатили, и только откровенный подлог спас положение; последующий экономический коллапс, закончившийся дефолтом по причине повального разворовывания финансовой помощи и беспомощности власти, – окончательно убедил Штаты, что в России надо менять президента, что и было сделано в последний день уходящего века. Кампания по накачиванию имиджа новому кандидату в президенты, дотоле совершенно неизвестному обществу, была проведена быстро и блестяще, путем принесения в жертву режима в Чечне, который скатился к откровенному терроризму и стал головной болью для Запада.

В противостоянии Ротшильды-Рокфеллеры первыми после развала Советского Союза сориентировались Ротшильды. Они учли многолетнее окучивание Рокфеллерами Советского Союза, стремящегося расширить приложение своих капиталов в его экономической политике, и поторопились создать на территории России филиал корпорации BP. Поэтому следующая кандидатура в президенты деятельно готовилась Ротшильдами в лице Ходорковского.

Арест Ходорковского насторожил Запад и Штаты, подтвердив их опасения, что Россия с ее новым президентом Путиным выпадает из обоймы безропотных вассалов. Естественно это насторожило и Ротшильдов.

Но Ротшильды не были бы Ротшильдами, если бы «складывали все яйца в одну корзину». Помимо «ЮКОСа» в нефтяной отрасли России присутствует детище Ротшильдов «Бритиш петролеум». Именно сделка между ВР и «Роснефтью» о взаимном обмене акциями считается «сделкой века» и вызывает у Рокфеллеров дикое раздражение, поскольку речь идет не просто об обмене акциями, но о глобальном сотрудничестве в стратегически важном арктическом регионе.

Еще большее раздражение у финансовых кругов Штатов вызвало заявление Путина с трибуны ООН о переходе к многополярному миру и конкретные шаги по созданию альянсов типа БРИКС. Ответной реакцией Штатов была попытка «поставить Россию на место» и одновременно проверить новое руководство России в лице президента Медведева «на вшивость», дав отмашку Саакашвили на начало операции против Цхинвала. Неожиданная ответная военная реакция Медведева-Путина окончательно убедила Штаты в твердой решимости России вести самостоятельную политику как суверенное государство.

С этого времени политика Штатов в отношении России кардинально меняется. Россия выводится из международного «Большого клуба восьми» и делается попытка дожать экономику России, зависящую от импорта сырья, путем резкого снижения нефтяных котировок на бирже. Но инерционность рынка нефти оказалась сильнее возможностей Штатов по давлению на этот рынок, и он к 2010году полностью восстановился.

Тогда финансовые воротилы Штатов зашли с другой стороны. Пользуясь высокой ценой на нефть, они осуществили крупные инвестиции в разработки сланцевой нефти на своей территории, доведя объем добычи нефти на своей территории до рекордных значений к 2013 году. Запасы нефти в США стремительно растут, что приводит в 2014 году к долговременному падению цен на нефть. Одновременно блокируется строительство «Южного газового потока» и проводится большая работа по дестабилизации внутриполитической обстановки на Украине, как основного транзитера природного газа из России. В связи с ответным и неожиданным для Штатов ходом по присоединению Крыма к РФ в отношении России раскручивается система экономических санкций, направленных на ограничение инвестиций. Нарастает силовое давление путем вовлечения ближайших соседей России в орбиту НАТО и поставок на их территорию новейших вооружений. Разворачивается информационная война против России и, прежде всего, против ее руководителя Путина.