Нащупав плот, ступает смело на него,
к другому берегу плывет, орудуя веслом.
Мария вздрогнула. Ну, вот и все,
подкралась тихо смерть и чудище,
сокрытое, как мышь летучая, в плаще,
к ней тянет руки, как мертвец во сне.
Зажмурив очи, Мария вскрикнула.
«Постой! – сказала тень и цепи,
словно бусы распустила одним рывком.
– Кто так жесток? И кто обрек тебя на верную гибель?» –
спросила тень и отступила на шаг назад.
Мария, вытерев слезу, все рассказала и спросила:
«Кто ты? Кого благодарить мне за чудное спасенье?».
Но тень качнула головой
и скрылась средь листвы густой терновника,
что плотною стеной раскинулся у речки.
Лишь быстрый взгляд мелькнул
раскосых карих глаз, –
единственное, что осталось в памяти о незнакомце,
что ее от смерти спас.
* * *
Теперь, спустя десяток дней и ночей,
Мария узнает в правителе города Теней
освободителя, своего верного спасителя.
Она склоняет в почете голову и произносит:
«Правитель! Сын доблести и чести!
Ну, чем тебя благодарить?
Мне век тебе не отплатить
за то добро, что мне принес
и за цветы, что не для нас сажали вы».
Лисагор, улыбаясь, отвечает:
«Я благодарность не ищу,
лишь просьбу выполни одну:
как только ступишь на тропу,
раскинь волшебную росу,
что дам тебе я в пузырьке, –
и лес не будет угрожать,
опасность будет миновать,
удача будет расстилать спокойствия ковры
до берега твоей реки».
Ну, вот и все, Мария собрала цветы
и приняла в дар пузырек росы,
простившись с Лисагором и его людьми,
ушла из города Теней, оставив свет
в душе своей.
* * *
И шесть рассветов полыхало над землей,
как пламя из костра, а на седьмой
Марию удивила мать:
с кровати встала, затопила печку,
открыв окно, впустила солнца луч.
Цветов волшебных соки, –
правителя зароки,
сумели ей помочь.
Мария не молчит, любому говорит
о том, что нет причин
для ненависти и вражды,
о том, что нет нужды
бояться света луны,
о том, что в городе Теней
она повстречала таких же,
как она людей.
И нет ужасных чудищ,
они, – лишь выдумки толпы,
и нет причин для суеты:
настало время окончания
бессмысленной войны.
* * *
Не верит ей народ,
запуганный легендами
по-прежнему ночами добровольно
взаперти живет.
Тарок, правитель города их,
ужасно недоволен:
Мария ставит под сомненье
его любимое изреченье:
«Держись подальше от реки,
за нею обитают уродливые чужаки!».
После доносов, Марию тащат к Тароку
для допросов.
Ее рассказ ему не мил.
Не верит ей правитель:
он топчет сердито ногой
и качает упрямо головой.
Марию запирают в темнице:
«Пусть не болтает небылицы!».
Проходят дни и ночи,
сменился за городскими окнами пейзаж,
и лето, уступив дорогу осени,
исчезло, словно незатейливый мираж.
Мария, с темнотой-сестрицей
по-прежнему в тюрьме томиться.
Недолго нынче горевать:
ей скоро умирать, ведь холоду и голоду
нет сил противостоять.
* * *
Тем временем, правитель города Теней
почуяв беду, отправил во враждебный город
дозорную сову.
Она неслышной тенью в город пронеслась