Искромсанные снова

- Я хорошо стреляю из этой штуки, так что тебе лучше поторопиться.

Глава 6

Кэти ползла на четвереньках так быстро, как только могла. Камни и палки врезались ей в колени и лодыжки. Ее грудь все еще пульсировала там, где провод продолжал врезаться в ее плоть. Кровь и жировая ткань продолжали капать из сдутой молочной железы, пока она пыталась уползти как можно дальше. Наблюдатель стоял в дверях, наблюдая, как ползет Кэти.

Ее похититель был одет в кожаную куртку и черную балаклаву с темными очками на глазах. Как будто наблюдатель даже не был человеком. Просто форма пустой оболочки, лишенной каких-либо человеческих чувств или эмоций. В нем не было ни жалости, ни сочувствия. Кэти была удивлена скоростью, с которой она двигалась. Несмотря на всю свою боль и отсутствие ног, она преодолела довольно большое расстояние. Она почти миновала поляну и приблизилась к лесу.

Как раз перед тем, как она достигла леса, мимо просвистела стрела, ударив в дерево всего в нескольких футах перед ней. Она оглянулась и увидела, что наблюдатель все еще стоит в дверях и машет ей рукой. Этот больной ублюдок играл с ней. Она даже не задумалась о том, что произошло с ее телом. Может быть, ей смогут починить ноги или сделать пластическую операцию на груди, чтобы привести ее в порядок. То есть, если она сбежит. Если она не сбежит, все это не будет иметь значения. Несмотря на нанесенный ей ущерб, она хотела вернуться домой. У нее была трехлетняя дочка, которая должна была ждать ее прямо сейчас. Ее сестра помогала ухаживать за девочкой, пока Кэти работала. Как бы ей ни было больно, она должна найти способ вернуться к своему ребенку.

Мимо просвистела еще одна стрела, ударив в ближайшее дерево. Кэти ускорилась, насколько это было возможно, перенося вес тела на колени и локти, а затем на ладони. Наконец она добралась до леса и начала пробираться внутрь. Сколько времени прошло с тех пор? Пять минут? Двадцать? У нее было тридцать минут, чтобы преодолеть как можно большее расстояние. От дома до леса было всего несколько сотен футов. Наблюдатель мог покрыть эту землю в лучшем случае за пару минут.

Она продолжала ползти и нырнула за большое дерево. В лесу двигаться было труднее. Все еще голая, она была окружена кустами, палками, камнями и шипами, которые кололи или кололи ее кожу при каждом движении. В какой-то момент она отодвинулась на несколько дюймов назад, но ветка задела один из ее обрубков. Она взвыла от боли, когда рванула ногу прочь так быстро, как могла. Все еще двигаясь вперед, она пыталась думать о том, как она оказалась в этой ситуации.

Она возвращалась домой с работы бармена. Идти домой пешком было небезопасно, но она жила всего в нескольких кварталах от работы и носила с собой Мейса. Наблюдатель буквально появился из ниоткуда. Она никогда не видела, чтобы кто-то двигался так быстро. Машина остановилась, и не успела она опомниться, как ее уже запихнули в багажник. Наблюдатель двигался так быстро и без малейшего колебания. Как защитить себя от того, кто так решительно настроен причинить тебе боль?

С тех пор все было как в тумане. Она боялась, что ее изнасилуют и убьют. Теперь изнасилование и убийство были бы предпочтительнее, чем эта медленная и мучительная смерть, которой она подвергалась. Если наблюдатель хотел убить ее, почему бы просто не покончить с этим? Зачем так мучить ее? Она никому ничего не сделала.

Оглянувшись, она увидела, что наблюдатель идет через поляну. Время вышло. У Кэти не было больше времени. Особенно с этим луком и стрелами. Наблюдатель мог взять ее издалека и легко убить. Или выстрелить ей в спину и оставить истекать кровью или умирать от инфекции. Черт, если ей суждено умереть, она хочет умереть быстро и безболезненно. Прямо сейчас ей было так больно.

Ее ноги пульсировали, а грудь горела при каждом движении. Она так устала, что просто двигала руками и ногами, чтобы ползти, как будто поднимала огромные тяжести. Ей приходилось ползти, чтобы выжить, и она ползла. Она углубилась в лес, когда услышала странный звук. Это была не очередная стрела. Что же это было? Она замерла и прислушалась, но ничего не услышала. Может быть, ей показалось.

Она подождала секунду и снова начала двигаться. По крайней мере, на данный момент у наблюдателя не было шанса точно попасть в нее. Ему придется подойти гораздо ближе, чтобы иметь шанс попасть. Она снова начала двигаться, когда послышался звук ломающихся веток. Неужели наблюдатель уже так близко? Но звук раздавался впереди, а не позади нее.

Вскоре она поняла, что это было. Из кустов впереди показалась стая кабанов. Все они были огромными, весом в двести фунтов или больше, с большими клыками, торчащими из нижней челюсти. Кабаны фыркали и хрюкали, приближаясь к ней. По ее лицу потекли слезы, когда она попыталась отодвинуться, но они кружили вокруг нее. Их был минимум десяток. Один из них, большой, пристально смотрел на ее голову.

Большой поднял морду кверху, принюхиваясь и фыркая. Они чувствовали запах крови на ней. Она была буквально раненым животным, шатающимся по лесу. От нее пахло смертью, и они не собирались ждать. Она подняла руку, отчаянно надеясь, что на каком-то уровне они будут ручными.

- Привет, хрюша. Все нормально. Я не причиню тебе вреда. Хороший поросенок, хорошо? Будь хорошим поросенком.

Свинья хрюкнула, бросившись к ней, ее лоб врезался в нее, опрокинув на спину, и воздух вырвался из ее легких. Она хватала ртом воздух, пока они кружили вокруг нее. Она почувствовала, как в ее разорванную грудь впились огромные клыки. Он вцепился в свободный лоскут кожи, прожевал и оторвал его. Ее дыхание восстановилось настолько, что она закричала от невыносимой боли.

Еще больше свиней набросились на ее окровавленные обрубки, чавкая и грызя ее поврежденные ноги, как будто это были барабанные палочки на обеде в День благодарения. Она попыталась вырваться, но их зубы были слишком крепко сжаты. Она плакала и кричала, но ее усилия были бесполезны против сильных животных. Подняв глаза, она увидела большого борова, стоявшего прямо над ней, существо приблизило морду в нескольких дюймах от ее лица и хрюкнуло, прежде чем открыть пасть и впиться зубами ей в лицо. Кэти начала кричать, но быстро замолчала.

Примерно в дюжине ярдов от них приближался наблюдатель с луком и стрелами наготове. Крики Кэти были громкими, и наблюдатель сначала не понял, что происходит. Возможно, эта женщина совсем сошла с ума. Затем наблюдатель подошел к большому дереву и огляделся, чтобы увидеть стаю диких свиней.

Кабаны были повсюду в Южном Техасе, и то, насколько хорошо их кормили, могло повлиять на то, насколько агрессивными они становились. Раненый и истекающий кровью человек, лежащий на земле, был легкой добычей для них. К тому времени, как наблюдатель осмотрел тело Кэти, от него не осталось ничего, кроме костей и клочьев волос. Свиньи все еще грызли тушу, когда наблюдатель повернулся и пошел обратно. Это была хорошая тренировка. Эбби, однако, так легко не отделается.

Глава 7

Эбби сидела напротив психотерапевта. После взлома она совсем сдала. Она не только не спала, но и ее ночные страхи сменились дневными. Ей даже не нужно было спать, чтобы переживать ужасные воспоминания и образы смерти и хаоса. Последнее пугало ее больше всего. Джордж на улице жарил хот-доги. Он вошел внутрь, держа хот-дог в клещах, но то, что она увидела, было особым инструментом Родни, который он называл чистильщиком, с огромным куском плоти.

Эбби вскрикнула, выбила его из рук Джорджа и побежала в спальню, заперев за собой дверь. Джордж говорил с ней через дверь почти час, прежде чем она наконец успокоилась. Этот инцидент напугал их обоих, и с нее было довольно. Одно дело – бороться со сном, но Родни был мертв. За исключением того, что она позволяла ему жить в ее голове.

- Я рада, что ты пришла, Эбби, - сказала ее психотерапевт Колин Кэссиди. - Похоже, тебе пришлось нелегко.

- Можно и так сказать.

- Твой доктор посвятил меня в историю твоей болезни и все такое. Но как насчет того, чтобы рассказать мне побольше о тебе и Джордже? Похоже, он действительно любит тебя.

- Да.

- И вы встретились с ним после того случая?

- Да. Может быть, через три или четыре месяца.

- Вау. С твоими страхами и проблемами с доверием он, должно быть, произвел сильное впечатление. Как вы познакомились?

- Мы оба были в группе поддержки людей, перенесших травму. Его жена погибла несколько лет назад в автомобильной катастрофе. Он был за рулем, и хотя это был внедорожник, который проехал на красный свет, он винил себя.

Колин кивнула.

- Такое не редкость.

- Думаю, что нет, - продолжила Эбби. - Я не хотела идти, потому что ненавижу ходить куда бы то ни было. Но мой врач настоял на этом, и я решила попытаться. Я села на автобус, потому что слишком боюсь ехать. Это было чертовски нервозно. Мне понадобилось два ксанакса, чтобы сесть в автобус. Но я сидела рядом с Джорджем, и в нем было что-то успокаивающее.

- Как ты думаешь, почему?

- Я думаю, что он не знал и не интересовался, кто я такая. Все остальные в группе сразу узнали меня по новостям, и у всех возникли вопросы. Некоторые хотели сделать селфи со мной. Это было действительно чертовски странно.

- Ух ты, - сказала Колин. - Как неуместно.

- Так оно и было. Лидер группы сказал им, чтобы они оставили меня в покое, но некоторые продолжали настаивать. Наконец, Джордж велел им прекратить это. Но он не похож на психотерапевта, который был в группе. Он просто накричал на них. Сказал, чтобы они убирались к чертовой матери. Они все отстали. После этого меня никто не беспокоил, и он всегда сидел рядом со мной. Во время первых встреч он даже не разговаривал со мной напрямую. Наконец он спросил, как я поживаю.

- Ты хотела, чтобы он поговорил с тобой, до этого?

- Думаю, что да. Как я уже сказала, я нервничаю в присутствии людей. Но он был таким обезоруживающим, что у меня не хватило духу заговорить с ним самой. Но когда он спросил, как я себя чувствую, я почувствовала себя хорошо, разговаривая с ним. Итак, после одной встречи он пригласил меня выпить кофе, и с тех пор мы просто не хотели расставаться.

- Это действительно здорово. Он хорошо о тебе заботится.

- Да, - Эбби опустила голову. - Я вроде как ненавижу это. Я хочу быть его женой, а не ребенком, но именно так я себя и чувствую. Я не хочу сказать, что он обращается со мной, как с ребенком. Я просто иногда чувствую себя такой беспомощной, а он всегда рядом и никогда не жалуется. Я знаю, что отчасти он все еще чувствует себя ответственным за смерть своей жены. Поэтому он очень хорошо заботится обо мне, чтобы компенсировать это. Он признал это, но я не возражаю. Я просто иногда жалею, что не могу отплатить ему тем же.

- Это хорошо. Он понимает, что то, через что ты проходишь, не будет длиться вечно.

- Я все время это слышу, но понятия не имею, как вернуться к тому, какой я была до похищения.

- Никто не говорит, что ты будешь или должна быть такой, какой была раньше. Но ты можешь перерасти этот ужасный опыт, чтобы стать лучшей версией самой себя. Если ты этого хочешь.

- Это совершенно то, что я хочу.

- ОК. Тогда я могу помочь тебе с этим. Но это будет большая работа. Для нас обоих.

- Я знаю, - кивнула Эбби. Она заметила, что по мере того, как говорила, большая часть ее опасений исчезла. Она все еще немного нервничала, но уже не так сильно, как раньше. Колин была очень спокойна и приветлива. Совсем не снисходительна, как некоторые психотерапевты, с которыми она разговаривала. Они еще немного поболтали, прежде чем Колин попросила ее закончить сеанс.

- Я хочу тебе кое-что подарить, - сказала Колин, прежде чем подойти к комоду и вынуть оттуда большой конверт из плотной бумаги. - Там некоторая информация и упражнения, которые можешь сделать, чтобы избавиться от ночных и дневных страхов. Прочти это, и если у тебя возникнут какие-либо вопросы, позвони мне. Я хочу увидеться с тобой на следующей неделе, чтобы мы могли приступить к делу. Я очень надеюсь на тебя, Эбби.

Эбби взяла конверт и открыла его. Часть информации содержалась в журналах, брошюрах и листовках. Она была рада, что психотерапевт не пыталась отправить ее на сайт, так как Эбби не собиралась выходить в интернет. В пакете был еще один конверт. Это был ярко-красный конверт, похожий на поздравительную открытку. Она показалась Эбби неуместной, и она вытащила ее.

- Что это такое? - Спросила Колин.

- Вот это? - Эбби подняла конверт. - Это было в пакете. - Эбби открыла его и вытащила карточку с надписью на одной стороне. Она прочитала ее, и ее желудок сжался.

- Это что, чертова шутка? Ты сейчас серьезно? - Она указала карточкой на Колин.

- Какая шутка? Что там написано?

- Это было в твоем пакете в твоем гребаном кабинете! Как ты можешь не знать?

- Знаешь что? Я не знаю, что это такое.

Колин взяла у Эбби записку и прочитала ее вслух:

- Психотерапевт не сможет тебе помочь, Эбби. Никто не может. Я иду за тобой. Р.

Глава 8

Джордж расхаживал взад-вперед, пока Эбби объясняла ему, что произошло. Он все еще не сказал ей о мотиве взлома. Когда она вышла к машине, ее трясло и она плакала. Он вошел и поговорил с психотерапевтом, которая казалась такой же растерянной и ошарашенной, как и все остальные. Джорджа все это не устраивало. Она пошла туда за помощью, чтобы поправиться. Нельзя же выходить оттуда в слезах и дрожи от нервного срыва.

- Кто это делает? И откуда он это знает? Это Родни? Он все еще жив? Как он вообще жив? Я видела его мертвое гребаное тело! - Причитала Эбби.

- Только не нервничай, - сказал Джордж, садясь за руль. По дороге домой он изо всех сил старался успокоить ее. Вернувшись домой, они зашли внутрь, где он достал визитную карточку офицера Шайтлера и позвонил. Он попал на голосовую почту и оставил короткое сообщение. Через несколько минут он перезвонил. Джордж объяснил ему ситуацию, и тот сказал, что скоро вернется. Не прошло и часа, как капитан Шайтлер вернулся на своей машине.

Он вошел в дом, где Джордж показал ему записку. Текст был напечатан, так что идентифицировать почерк было невозможно. Осмотрев его, Марк поднял глаза на Джорджа.

- Значит, вы не видели, чтобы кто-то еще приходил или уходил от психотерапевта? - спросил он.

- Нет. Она была там одна, когда мы приехали. Больше за все время никто не показывался.

- Ну, кто-то положил ее туда. Она не попала туда сама по себе. Как зовут этого психотерапевта?

- Колин Кэссиди. Вот ее визитка. - Джордж протянул ему визитную карточку, и Марк просмотрел ее.

- Ладно. Как дела у Эбби?

- С ней все в порядке. Довольно потрясена тем, что произошло.

- Как у тебя дела? Ты убил парня голыми руками прошлой ночью.

- Да. Я в порядке. Я стараюсь не думать об этом. В основном я думаю о ней. Но она крепкая девочка. Просто сейчас переживает трудные времена.

- Понимаю. Я с трудом перевариваю то дерьмо, которое я видел, - сказал Марк. - Я могу только представить, каково ей сейчас. В любом случае, спасибо, что дали мне знать. Я сообщу, если что-то выясню.

- Как вы думаете, кто это? Это что, какая-то изощренная шутка?

- Сначала я так и думал. Послать кого-то вломиться в ваш дом – это не розыгрыш. Кто-то хочет поиздеваться над вами. Но не могу сказать, что им нужно. Но это касается меня.

- Да. И меня.

- Ну, смотри в оба. Я буду патрулировать здесь несколько раз сегодня вечером. Позвоните 911, если увидите или услышите что-нибудь странное. Хорошо?

- Хорошо.

- ОК. Ладно. Передай Эбби привет, а я вернусь через несколько часов.

Марк повернулся, сел в машину и уехал. Джордж направился в спальню, чтобы проверить Эбби. Она полулежала, приподнявшись на подушках и читала книгу. Когда он вошел, она подняла голову.

- У тебя все в порядке? - спросил он.

- Да. Просто пытаюсь отвлечься.

- Отличная идея.

- А что сказал твой приятель-полицейский?

- На самом деле он мне не друг. Он сказал, что это касается меня, и он собирается поговорить с Колин, - сказал он. - Может, она что-то видела или у нее был странный пациент.

- Кто-то из ее пациентов случайно оставил там эту записку? Это даже не имеет смысла. Зачем им это делать? Не говоря уже о вероятности того, что пациентом окажется тот, кем бы ни был этот сталкер. Родни или кто там еще.

- Может быть, один из его поклонников? - Сказал Джордж.

- Чей поклонник?

- Родни.

- У Родни были поклонники? Какого хрена ты несешь?

- Да. После того, как ты засветилась во всех новостях, появились тематические страницы. Большинство были созданы сумасшедшими цыпочками. Одной из них было Правосудие для Родни. Они подали иск, чтобы тебя обвинили в убийстве и все такое.

- Ты что, издеваешься? Что, черт возьми, не так с людьми?

- Я знаю. Это какое-то больное дерьмо.

- Почему ты никогда не говорил мне об этом?

- Для чего? Это только расстроило бы тебя, и если бы я сказал, это не остановило бы их. Как ты и сказала, Родни мертв. Эти сумасшедшие суки просто выкладывали его фотографии и делали мемы о нем и все такое.

- Какой идиотизм. Скорее всего, они бы послали, когда он был жив. Чувак был гребаным психом. Возможно, ему следовало похитить одну из них. Наверно, им это понравилось бы.

- Я хочу сказать тебе сейчас, что, возможно, это один из них. У него есть и поклонники-мужчины, очень много. Парни, которые думают, что это то, что нужно делать с такими заносчивыми женщинами, как ты, которые отвергают их. Что девушки, которые не идут на уступки, заслуживают того, чтобы их пытали и убивали.

- Да. Я больше никогда не выйду в интернет. Чем дольше я буду вдали от него, тем меньше буду скучать по нему.

- Да. Я не виню тебя. Я собирался войти в инет позже, чтобы посмотреть, нет ли какой-нибудь странной информации на какой-нибудь из этих страниц. Если это кто-то из них, то, может быть, им не терпится похвастаться.

- Сомневаюсь, что это так просто.

- Не помешает попробовать. Как ты себя чувствуешь?

- Встревоженная, напуганная и злая. Ну знаешь. Как обычно.