Большая проблема

В общем началось всё на севере Ахитского королевства, в владении Нагай. Местный владетель, который, если переводить на земные титулы, был кем-то вроде герцога, взял и помер, став единым с Светом, как любит говорить Сил. И если владетелю может и неплохо было по ту сторону кромки, то вот у оставшихся началось веселье. Детей мужского пола он не оставил, но зато у старика была дочь четырнадцати лет отроду, которую тот назначил второй наследницей и вроде как хотел сделать первой. На Земле в развитых странах в этом возрасте было как бы ещё рановато для брака, семьи и прочего. Но здесь и сейчас вокруг самое что ни на есть дремучее средневековье, а потому девочка считается готовой к брачной ночи уже после того, как первый раз сбросит кровь. А лет так в двадцать в дамах соответственно видели старых дев… Ну или наоборот подозревали, что она уже успела с кем-то, вот её папаша порченную ни за кого отдать и не может.

Отец подумывал выдать дочку за Килана м'Осато, как раз того недожаренного паренька-лучника. С его отцом, владетелем оного Осато на юге королевства они были давними товарищами, насколько это конечно возможно для влиятельных аристократов. Может кстати потому и товариществовали, познакомившись на очередной войне с орками, что на разных концах государства жили и их интересы мало пересекались, подумалось мне. Да, у меня уже были причины не ждать от местной аристократии ничего хорошего. В общем для свадьбы препятствий не было. Даже возраст у младшего сынка в принципе подходил, чай почти ровесники. Титулы у родителей опять же равные, никакого урона чести, всё чин-чинарём. Кайлос даже отправил сына на север с малым отрядом и его воспитателем, чтобы они с невестой наладили контакт. Ну и соответственно привезли юную деву в столицу, где подразумевалось сыграть пышную свадьбу. Чай не каждый день владетели роднятся. Потом по плану молодожёнам следовало ехать обратно на север, где старик должен был вводить новоиспечённого консорта в курс владетельных дел. Но как оно обычно бывает, что-то пошло не так.

Старикан преставился очень не вовремя и не успев поменять очередь наследования. Ему соответственно наследовал его младший брат, которому такой вот брак племянницы был не то чтобы серпом по одному месту, но где-то близко. Другой герцог, который южный, уже привык к мысли, что его младшенький будет рулить на севере, а его внуки наследуют ещё одно владение. Пусть фамилия у них будет разная, но семья-то получится одна. Это же какое влияние внутри государства! А тут такой облом. Я бы на месте нового, не укоренившегося владетеля тоже начал искать варианты, ведь было бы обидно случайно отправиться за старшим братом до того, как получится укрепить свою власть. В общем помолвку Вилло, владетель Нагайа расторг, а племянницу твёрдо решил выдавать за одного своего престарелого вассала. В первую очередь потому, что тот был уже не способен заделать юной Алаиде детей. В общем план был надёжен, как швейцарские часы. Вилло извиняется перед владетелем Осато, даже выплачивает ему некую виру за расторжение помолвки, а заодно придерживает у себя паренька, как почетного гостя. Именно гостя, не заложника, Свет упаси. Племянница тем временем женится, муж становится главой их рода и официально отказывается от любых прав на владение Гемон. Все счастливы, герцог Вилло и его потомки правят доменом на севере. Но вот беда, детишки таки успели наладить контакт, Блом ма Краман был не только хорошим педагогом и бойцом, но и в целом весьма ловким малым, а в Гемоне была вполне сложившаяся политическая партия сторонников союза с югом. Всё таки на границе со степью не только проблемы с орками, но и чернозём и прочие сельскохозяйственные радости, а чем дальше на север, тем хуже с пахотной землёй и тем больше купцы дерут за южный хлеб. В общем однажды утром новоиспечённому герцогу сообщили, что его племянница и её жених благополучно сбежали. Разумеется была отправлена погоня, но вероятно она несколько саботировалась людьми, стоящими за старую помолвку, а Блом решил двинуть не самым коротким и удобным путем по обжитым местам, поехав окольными дорогами. В том числе и потому, что его с воспитанником действия вообще-то можно было трактовать, как похищение. Что там думает сама жертва дело десятое, глава рода её дядя и он добра ни на что не давал, наоборот юную девицу увезли вопреки его воле. В общем так они и убегали, пока наконец люди Вилло не встали на след и не нагнали их в таком неудачном для себя месте.

А дальше вот это вот всё с чьими-то мозгами на моей дубине, потому что шлем её удар не выдержал. И теперь я ломаю голову над ситуацией. А она довольно двоякая.

Нет, с одной стороны всё хорошо и замечательно, если погоню не считать. Мы с Силом спасли двух юных влюблённых, несчастная девочка не должна теперь пойти замуж за сморщенного старика, за которого её сватал злобный дядя, до кучи лишивший бедняжку наследства. Мы прям герои в сверкающих одеждах, Силанилю можно смело выдавать нимб и крылья, а мне наполированные до блеска латы и белого мамонта. О чём нам кстати и сообщил Блом с компанией вечером у костра. Да, в первой интерпретации история беглецов звучала прям как в дамском романе, не хватало только сестры юной девы, которая обязана влюбиться в одного из спасителей, млять. Но мы с братом-госпиталом дураками не были и быстро вызнали подробности. Да что говорить, если Сил вообще с самого начала дурной запашок почуял?

В общем с другой стороны выходило, что эти ухари, сбежали от владетеля Нагайа, грохнув двух человек группой лиц по предварительному сговору. Заодно похитили его племянницу. По пути, в предыдущей стычке, отбиваясь от погони убили несколько северных рыцарей и бросили их на поживу зверю, даже не озадачившись нормальным погребеньем. Конечно потому что у них ни лопат не было ни шамана с духом земли, а время было дневное, не вечер, как при нашей встрече… Но сам факт! Определённо это обстоятельство, которое усугубит вину на любом суде. А теперь к этой гоп компании добавились я и бродячий монах. Но Силаниль хоть северного рыцаря, его мага и отряд на отбивные не пускал. А я вот получаюсь стопроцентным соучастником всего этого цирка с конями.

В общем остаётся надеяться, что суда всё таки не будет, мы просто сопроводим этих милых людей в Осато и местный владетель нас прикроет от неприятностей, а заодно вручит какую-то награду за помощь и спасение его младшего сына. И тем мою легализацию в человеческих землях можно будет считать успешной.

Не завидую кстати королю. Только что у него всё было в порядке во владениях… Ну насколько оно бывает в порядке в средневековье, когда то орки внезапно набегут где-нибудь, то дракон деревеньку спалит, то где-то в одном из торговых городов случится вспышка демон разбери чего и его нужно будет окружить войсками, чтобы не дать заразе вырваться. Здесь кстати в отношении всяких эпидемий поступали ровно так же, как и на Земле в своё время. Окружали заражённый населённый пункт и убивали всех пытающихся из него сбежать пока там все не перемрут или не выздоровеют. Ну да демон с ними, с мелкими неприятностями, которые слабо влияют на среднюю температуру по больнице. Главное что только что владетели северного и южного герцогств чуть ли не в дёсны долбились, а теперь внутриполитическая ситуация резко поменялось и могла бы быть вообще на грани гражданской войны, если бы двух рассорившихся аристократов не разделяла большая часть государства. Хотя может и до такого дойдет, если с владетелями по серёдке договорятся или войска через дикие земли водить начнут. Или на севере заполыхает пламя конфликта между сторонниками нового герцога и старых соглашений. В общем мрак… А может король наоборот сейчас закатил пир, где рвут уже третий баян или что у них тут вместо него. Чуть не сложилась коалиция двух герцогств, но в последний момент случится облом, излишнее усиление одного из аристократических домов больше не угрожает королевской власти. Жаль, но Силаниль не очень хорошо ориентировался в большой политике, а Осатцам я не особенно доверял.

Тем временем Блом впереди нас начал тормозить коня, за ним возница начал натягивать поводья у скакунов, запряжённых в карету. Им кстати стал один из кавалеристов, который в приснопамятном бою был ранен в ногу и не мог целый день сидеть в седле. Вообще надо отметить, что путешествия верхом на лошади — это тот ещё развлечение. Во-первых это требует весьма значительных сил и выносливости, седло со стременами — это нифига не удобное автомобильное кресло. Во-вторых сама лошадь — это не машина, в которую достаточно залить бензина. Вот и сейчас на привале люди слезали с своих транспортных средств и начинали водить их кругами, давая остыть после скачки, прежде чем пускать к реке. Если дать волосатым мопедам напиться сходу, то они почти наверняка заболеют и вскоре придётся идти пешком. Не знаю уж как воспаление между копытами и костью ног из-за питья сходу звалось на Земле, но тут его именовали опойницей, если переводить на русский, который я постепенно стал подзабывать, общаясь на местном человеческом. Мне кстати с лошадьми тоже пришлось нарезать круги, радуясь, что у меня они тащат не здоровых мужиков в бронях и при оружии, а только сёдла и железо. По началу коняги меня дичились и переловить их удалось только использовав немного шаманства, на которое одомашненные скотинки откликнулись значительно проще, чем дикие звери. Но зато теперь я чувствовал настроение своего маленького табуна и мне их было откровенно жалко. Нет, лошади конечно тоже любят скачку и ветер в морду, что развивает гриву, но скакать целыми днями — это уже совсем другая история, как говорил один усатый старикан. Так что да, от таких развлечений копытные были так же недовольны, как и я. А я тоже задолбался бежать, даром что шаги у меня широкие. Двигаемся мы на юг четвёртый день и я уже готов к встречи с погоней, лишь бы было на ком выместить своё раздражение.

Но рано или поздно всё заканчивается, касается это не только хорошего, но и плохого. Так что закончилось и обхаживание лошадей, к тому же Сил мне помог. А теперь настало время немного передохнуть и подкрепиться. Вихти, один из воинов Блома, уже разжёг костер и поставил на огонь котелок. Каша конечно меня уже устала, но она готовилась быстро, а у нас довольно остро стоял вопрос времени, которое мы тратим на приемы пищи. Эх, не озадачился я заведением пернатого фамилиара, а стоило бы. Ну да задним умом все крепки. Теперь же приходится просто шевелить ногами, не зная, где погоня и висит ли она у нас вообще на хвосте. Может тот сбежавший всадник ведет пол сотни рыл по наши души, а может прискакал к командиру и тот вообще отказался от преследования, потому что у него у самого меньше десяти человек добралось так далеко, а чтобы справиться со мной и молодцами эра Крамана этого маловато. Мог бы знать всё это точно, увидев дорогу позади глазами какого-нибудь сокола, но увы.

— Брат Силаниль, присоединяйтесь с вашим другом — внезапно раздался голос предводителя отряда, который махнул нам рукой.

Мы не стали отказываться и сели у костра, я снова почувствовал себя взрослым, что присоединился к компании детей. Причём разных возрастов, подростки ведь тоже были здесь, а они габаритами куда как по меньше того же Крамана. Алаида из-за которой закрутился весь сыр-бор оказалась черноволосой, сероглазой и весьма подвижной девочкой, я бы даже сказал шабутной. Даже не знаю, где во всей истории начиналась инициатива южан и заканчивалась её. Килан, местный Ромэо, был светловолосым, голубоглазым пареньком, который то проявлял детскую непосредственность, то старательно изображал сына лорда. Мысль про героя трагедии Шекспира заставила меня усмехнуться. Ту историю ведь тоже можно рассказать по разному. Чай там молодой отпрыск знатного рода, тайно и без приглашения проникает на торжество другой знатной семьи, знакомится с тринадцатилетней девочкой, в последствии соблазняет её, находит какого-то мутного священника Лоренцо, который их тайно венчает, дальше у нас педофильское порно, а потом соблазнитель убивает брата бедной девочки и тикает из города, потому что за такие художества ему звезда, да не небесная… Ладно, это меня куда-то занесло, а Вихти тем временем уже начал кашеварить.

Блом тем временем оглаживая кучерявую, блондинистую бородку вёл беседу с моим спутником, рассказывая о том, что его замок стоит на холме близь реки Жалены, которая недостаточна велика, чтобы быть судоходной, но зато вполне позволяет не опасаться приступа со стороны одной из стен. Ну или как минимум опасаться его меньше, всё таки там с лука даже часть реки простреливается.

— Ваши предки определённо выбрали удачное место для родового гнезда — вежливо ответил на это Силаниль.

— Да, Глорх Лев был не только силён, но и мудр — согласился с ним Краман, а потом усмехнувшись добавил ответ на, вероятно, не раз заданный вопрос — Да, потому что у него тоже была грива светлых волос.

— Значит кровь вашего рода сильна. Кстати Краман… Это же на орочьем?

— Да, отец не стал менять названия места, так что мы «с Крутого берега». Аври вроде бы с эльфийского высокий холм?

— Ваша правда — улыбнулся монах, который даже будучи бастардом получил право на фамилию, уйдя в церковь — Хотя откуда в своё время взялось название урочища неизвестно, ни о каких поселениях долгоживущих рядом семейные хроники не говорят.

— Ха, не зря в меня мой наставник учил, не давая спуску — улыбнулся рыцарь, с намёком посматривая на своего подопечного — Знать значение имён и фамилий тех, с кем ты сталкиваешься в этой жизни бывает весьма полезно.

Я на это только усмехнулся. В Ахитском королевстве, как и почти во всех землях людей, среди аристократов было принято носить фамилии по названием родовых доменов с приставкой ма или м, если сам домен начинался гласной. Это напоминало мне Францию с их де Бюси и прочими д'Артаньянами. Паренёк же видимо превратно понял взгляд учителя и обратился ко мне с вопросом:

— А что значит ваше имя, уважаемый великан?

Отношения с коллективом у меня сложились немного странные. Если Сила тут вполне принимали за своего, то вот меня побаивались, хотя и убедились, что существо я вполне мирное и просто так стукать всех на право и на лево привычки не имею. Однако в разговоры со мной старались не вступать и если что обращались через монаха. Если же не получалось, то обычно добавляли к своим словам уважаемый, видимо это что-то значило в местных неписанных правилах общества, но я всё не успевал задать этот вопрос Силанилю. То мы были в окружении людей, то дыхалку на бегу берёг, то спать хотел больше, чем разговоры разговаривать. Вопрос же тем не менее требовал ответа, тем более ко мне для разнообразия обратились напрямую, а не через брата-госпитала.

— Мудрый из Свободных. Ну или из Дикарей. Значение второго слова разнится, тут как смотреть. Моё имя своего рода дань памяти одной из легенд моего народа.

— И что же за легенды рассказывают великаны? — включилась в разговор северянка, которая видимо решила не отставать от своего суженного. Тяжело ему с ней будет однако, тут всё таки немного другие нравы, нежели на Земле в двадцать первом веке.

Я посмотрел на котелок и прикинул время, которое у меня есть и заговорил:

— Ну раз дама спрашивает, что ж не рассказать. Жили-были два брата, судьба отняла их у отца, величайшего шамана нашего народа и пришлось им вырасти в очень разных местах и у разных племён. Магнус, прозванный Рыжим, рос и мужал среди мудрых шаманов, сам он был умён, любопытен и открыт новым знаниям на пути видящего. Русса же, прозванного Волком, судьба закинула в дикое племя суровых охотников, что ценили превыше всего не знания о тонком мире, но охотничью доблесть и смекалку. Обоих из них нашёл отец и вернул в своё племя, но оказались они слишком разными, чтобы стать добрыми друзьями. А однажды настал для всей их семьи тёмный час и Магнус, чтобы предупредить отца воспользовался помощью темных духов, вопреки его же запрету. Разумеется окончилось это плохо как для мудрого родителя, который оказался навек заперт в своём жилище, так и для сына, что стал вечным рабом тех, чьей помощью воспользовался. Русс же в тёмный час не польстился на искушения, ибо помнил запреты предка и не считал себя умнее них, а потому сохранил свободу. Поныне он ходит по дальним лесам, отринув все племена и ищет способ вернуть отцу возможность вновь ходить среди их народа — рассказал я одну из «легенд» своего прошлого мира в адаптации для местных, а потом добавил — Вихти, готово вроде?

— Ага — ответил молодой воин, сняв пробу — Подставляйте плошки.

Подставив свою деревянную миску, вырезанную этой зимой от безделья, я посмотрел на слегка загруженные лица спутников. Очень вряд ли что мне вдруг довелось стать великим сказителем или кем-то вроде того. Но тут всё таки средневековье, развлечений мало, до интернета как до другой галактики пешком, до телевизора, как до луны, театры если где-то и есть, то в столице и может быть крупных городах. Кем тут вообще может быть представлен шоу-бизнес? Скоморохи да менестрели с трубадурами, их приезд даже для благородных людей событие. Так что и мои скромные таланты на ниве рассказчика оценили, тем более история свежая и незнакомая, а не заезженная вдоль и поперёк, как «Рейны на Кастамере» в мире Игры престолов. Может быть кстати и о том, как отважный Килан с сотоварищами вызволял свою невесту, прекрасную Алаиду, сочинят новую песню. И было бы очень недурно быть в ней добрым великаном, что помог влюблённым вместе с мудрым святым отшельником, а не злобным гигантским чудовищем. Эх, главное чтоб вообще какой-нибудь дичи не придумали из серии… Ну скажем на самом деле я веселый дворф, просто меня злая колдунья прокляла, превратив в «это». Принцев же превращают в жаб, даже тут похожая легенда есть, почему бы дворфам не становиться великанами?

Привал тем временем закончился, мы быстро сполоснули посуду в реке, собрались и двинули вперёд. Вновь стук копыт, вновь скрип осей кареты и мои шаги, которые отмеряли километр за километром. К своему удивлению я оказался даже несколько выносливее лошадей, всё таки образ жизни, свежий воздух и здоровая пища наложили на моё тело свой отпечаток, да и генетику с помощью от тотема забывать не стоит. Хотя возможно сравнение просто некорректное, я ведь ни груза ни взрослых мужиков на горбу не тащу. Так же надо заметить, что кое в чем я лошадям определённо проигрываю. Подковы у них оказались куда как по прочнее моих мокасинов, так что я уже топчу дорогу босиком, а то так никакой обуви не напасёшься. А впереди, хочется верить, человеческие города с их улицами. Вот теми самыми, на которые гадят лошади, а ещё выплёскивают из окон ночные горшки. Там мокасины будут просто чудовищно актуальны. А ещё заказ нормальных сапог и одежды, благо добычи я для этого взял более чем достаточно, даже Силаниля переодеть денег хватит, а то после жизни в глуши и дороги по лесу, на его сутану, или как она правильно называется, без слёз не взглянешь. Хочется всё таки благ цивилизации, а шкуры животных это нифига не ткани, ощущения от них на коже не те, особенно когда потеешь. Прям как, люби его мать, сейчас!

Тем временем, пока я размышлял о преимуществах добрых сапог перед мокасинами, а рубахи из ткани над волчьей шкурой, наши преследователи действительно двигались позади нашего отряда и их предводитель был в плену противоречивых эмоций. Эр Жезмо из Светлолесья предводительствовал тремя дюжинами конных воинов, одним средне-паршивым магом и одним долбанным трусом. Последний его откровенно бесил. Этот кусок тролльего д@рьма был в передовом отряде эра Эдмента, который решил, что ему никто не указ, а славой можно и не делиться. Сей мудрый рыцарь со своими людьми и магом покинули лагерь перед рассветом и нагнали беглецов. На свою голову. Светлолесец же выдвинулся чуть позже, а вечером к нему навстречу из-за поворота дороги на взмыленной лошади выскочил урод, который утверждал, что и отряд северян и южан с каретой изничтожил великан, а спасся лишь он один. Прикинув варианты и посоветовавшись со своим заместителем, уже седым воякой, эр Жезмо решил встать лагерем, развернувшись и проскакав пол часа назад к небольшому лугу в петле реки. Великаны не тролли, поодиночке ходят не часто, обычно живут племенами, а потому в темноте, где не будет возможности воспользоваться луками, а нападение случится неожиданно, можно нарваться на большие проблемы. Несмотря на все опасения, им удалось спокойно дождаться утра и осторожно двинуться вперёд. Рыцарь, сжимая зубы, назначил самых молодых, а потому наименее ценных воинов в передовой дозор, который должен будет в случае чего выявить великанью засаду и почти наверняка погибнет под дубинами. Но минута шла за минутой, час за часом, а нападения всё не было. А потом они наконец достигли места схватки, следопыты его осмотрели и один собачий сын получил плетью сначала поперёк лица, а затем и по спину. По хорошему его вообще стоило казнить за бегство с поля боя, но он был дружинником другого рыцаря, а это порождало определённые трудности в взаимоотношениях в будущем. Так что засранцу предоставили возможность искупить свою вину в бою, тем более что кого-то должен будет идти в атаку на великана первым. Сам же осмотр выявил, что гигант действительно выбежал из леса, атаковал преследователей, перебил их… А затем начинались странности. Великан встал напротив людей, потом из леса к нему присоединился неизвестный человек в мягкой охотничьей обуви, удобной для леса. Этот «лесовик» начал оказывать помощь раненым южанам, а гигант обирать трупы. Затем тела похоронили на скорою руку в ближайшем овраге, причём похоже не без магии, если не врёт его колдунишка. Ночью вышедшие из леса встали общим лагерем с южанами, а утром опять же вместе двинулись в путь.

Ещё больше ситуацию запутывало то, что на поляне остались едва уловимые следы магии Света. Эр Жезмо мог бы поверить в то, что демоновы южане столкнулись и договорились с лесным колдуном, которому служит великан. В конце концов и не такое в жизни бывает. Но поверить в адепта Света, что словом направил лесное чудовище против северных рыцарей, а потом так же словом укротил ярость огромной злобной твари? Есть вещи хоть и очень странные, но реальные, а есть невозможные. Служители Света, которые управляют чудовищами были определённо из вторых. Это давило на рыцаря, как будто мало было того, что он преследует дочь своего прошлого сюзерена по приказу нынешнего. Но присяга есть присяга, а рыцарская честь велит выполнять волю владетеля не смотря ни на что. Потому отряд продолжал нахлестывать коней, стремясь сократить разрыв, который недавно увеличился.

Глава 11

Дорога благополучно оставалась безлюдной ещё несколько дней, мы всё так же двигались вперёд настолько быстро, насколько могли, тратя минимум времени на привалы и ночные стоянки. Но в какой-то момент тракт сделал очередной поворот и вскоре нам предстал не лес, а хоть и не большие, но поля, а чуть дальше был виден частокол какой-то деревушки. Блом предупредительно поднял руку, призывая всех к остановке и громко проговорил:

— Дальше шагом. Попробуем пополнить припасы в посёлке, а при удаче и переночевать.

И то и другое было бы весьма неплохо. Совершая побег южане не очень-то здорово запаслись продуктами, сейчас осталась одна местная перловка, которая хоть и имела массу достоинств от калорийности до срока хранения, но уже набила всем жуткую оскомину. Присоединившись к беглецам, мы конечно поделились запасами вяленого мяса, но его было немного и оно уже благополучно закончилось. А желудок вчерашнего добра не помнит. Переночевать не в поле было бы и вовсе замечательно. А в идеале так и помыться как следует. Я уже даже не знал, кто тут больше благоухает, моя огромная туша и несколько мелких мужиков после стольких дней в седле. Мы конечно старались окунаться в реку, когда делали остановки на берегу, но за полноценное мытьё и стирку одежды оно считаться не могло, что железобетонно доказывал запашок. Хотя бани тут к сожалению не найдёшь, да и если бы она нашлась, я бы там не развернулся. Гадство.

— Эр Краман, возможно нам с Магнусом стоило бы пока немного от вас отстать? — задал тем временем вопрос Сил.

— Не думаю — нахмурился рыцарь — Дозорный на вышке всё равно наверняка уже заметил, что с нами великан.

— Меня трудно проглядеть — хмыкнул я, слыша своими чуткими ушами удары по какой-то железке, видимо набату. Вышка у поселка действительно была и часовой нас не проспал. Зачёт за караульную службу, что сказать.

— Двигаемся шагом, оружие не достаём. А там разберёмся — отдал указание Блом. Спорить никто не стал.

Шли мы тем же порядком, всадники впереди, карета с подростками посередине, а мы с Силанилем замыкающими. Сам приграничный посёлок впечатлял. Нет, я понимал, что в таких местах строятся либо так, чтобы в случае неприятностей дома было не жалко бросить, либо так, что врагу их придется брать приступом, как настоящую крепость, но такого всё таки не ожидал. Населённый пункт опоясывала земляная насыпь метра полтора в высоту, на которой находился трёхметровый частокол. То есть я со своим великанским ростом не мог за него заглянуть. Для полноты картины не хватало только башен для защиты стрелков, но видимо это уже должно было стать перебором. Зато в наличии была дозорная вышка в центре селения, торчащая значительно выше крыш домов. Сами крыши тоже кстати внушали основательностью… Думая о дремучем средневековье ждёшь на них какую-нибудь солому, но тут внахлест лежали деревянные пластины. Кажется это называется дранка… Но я не уверен, надо будет поинтересоваться у людей, они же строят. Местные кстати благополучно закрыли ворота и повылезали на стены с луками и даже несколькими арбалетами. Богато живут, раз такое есть, да и считай у половины кожаные брони.

— Сил, а тут все поселенцы такие серьёзные или нам просто так повезло? — поинтересовался я.

— Скорее второе — ответил монах — Я когда с колонистами ехал ничего подобного не видел, но слышал, что порой на Восток идут отставники из королевской армии и дружин владетелей, понятно не с пустыми руками. Да и вроде как у них пожизненное освобождение от налогов, а потом ещё и у их детей десять лет без них.

— Это многое бы объяснило — глубокомысленно ответил я. Хорошая плюшка для отставных солдат, заодно убирающая профессиональных убийц в низком сословии на дальний рубеж государства. А солдаты во все времена они и есть, их работа не на строевых смотрах красиво ходить, а убивать себе подобных. Вот значится и живут они тут почти как казаки чуть ли не полтора поколения, прикрывая рубежи заодно. Сомневаюсь, что такую «деревню» сможет взять какая-нибудь залётная банда орков, скорее плюнут и пойдут искать что по проще. Хотя ценности у местных должны водиться, да и подъёмное пособие таким должно быть по щедрее, чем обычным колонистам, всё ж свои седые ветераны. Служат-то тут не год и не два до дембеля, совсем другие сроки, нежели у меня в прошлом мире.

За эти размышлениями и разглядыванием полей, где уже взошли злаки, похожие на пшеницу, мы дотопали почти до самого поселения. В конце идти было откровенно неприятно, под прицелом взведённых-то арбалетов. Хоть лучники пока только сверлили нас взглядами, ну да оно и понятно, натягивание тетивы требует значительных усилий, никому нет интереса уставать ещё до первого выстрела, держа оперение стрелы, оттянутым до уха.

— Остановитесь, путники, и назовите себя — раздался зычный голос бородатого и внушительного мужика, чья голова и часть груди были видны из-за частокола рядом с воротами. Кстати одет сей славный муж был не в кожу, а настоящую кольчугу, которая в местных реалиях ох какая не дешёвая штука.

— Я, эр Блом ма Краман, со своими воинами, а так же братом-госпиталом Силанилем м'Амри и великаном Магнусом Изруссов сопровождаем Килана м'Осато с его невестой в путешествии домой и просим вашего гостеприимства — проговорил рыцарь, слегка исковеркав мою «фамилию». Ну да духи с его дикцией, другой вопрос, что мужик был прям донельзя официален. Многие аспекты взаимоотношений среди людей мне были ещё не известны, ну судя по рассказам Сила, Блом использовал какую-то форму обращения опоясанного рыцаря к вольным городам. Были на людских землях и такие населённые пункты, которые официально не подчинялись ни одному аристократу и платили налоги исключительно в королевскую казну. Перед нами конечно был далеко не местный Каркасон, но людьми он населён свободными, стену поселение имело, так что юридически всё наверно даже правильно. И наверняка такое обращение налагает как на нас, так и на местных ряд некоторых обязательств в дальнейшем общении. Знать бы ещё каких.

Мужик на стене тем временем, вероятно, подумал о том же и пожевав губами наконец выдал ответ:

— Если наш жрец не найдет в вас зла, а в ваших словах лжи, то мы его окажем.

Нам осталось только ждать прибытия священнослужителя, которые видимо был коллегой Силаниля, по крайней мере на коньке одной из крыш был изображён знак Света, напоминающий солнце с расходящимися лучами. Хм, ответил мужичок, который скорее всего местный староста, как по писанному. Уже слышал подобное и повторил, имеет личный опыт, достаточно образован? Ответа нет. Но по идее «ветеранскую» деревню должен бы возглавлять как минимум бывший десятник, а то и полусотник. Пока суть да дело на стены прибыл деятель культа, который сходу почти крикнул довольно молодым голосом:

— Да благословит вас Свет, дети мои!

Руки человека в сутане, похожей на ту, что носил Силаниль, засветились золотым светом и от них к нам по воздуху покатилась едва заметная волна, оставившая после себя лёгкий запах озона, как после грозы и некоторое ощущение свежести. Сил же не менее громко, чем коллега проговорил:

— Благодарю, брат Глимхив. Да пребудет Свет и с тобой.

В этот раз рука засветилась уже у нашего жреца, правда работал он более «адресно». Силаниль вообще не раз говорил, что исцеления отдельных людей давались ему куда как лучше, чем благословения, да ещё и нескольких. Но свой статус он подтвердил железно, к тому же тут же выяснилось, что с этим самым братом Глимхивом наш святоша был хоть и шапочно, но знаком. Священнослужители, которые отправляются на восточную окраину королевства часто проходят через Гиланский монастырь, который является самым крупным на означенном же востоке Ахита. А наш новый знакомый по пути к нему ещё и умудрился приболеть воспалением лёгких, из-за чего попал в палаты исцеления, хотя и не в чуткие руки Сила. Но однако же между собой два молодых служителей Света тогда познакомились и это сняло большую часть вопросов. Было бы лучше, если только нам бы здесь встретился кто-то, кто отправился в этот медвежий угол в прошлом году одним табором с Силанилем. Но в любом случае нас впустили внутрь.

Эр Блом с сотоварищами и Силом отправились в дом старосты, который, как и положено такому дому, выглядел слегка больше и добротнее остальных. Я же присел у него, облокотившись спиной на стену. Из окна доносились голоса, обсуждающие ночлег, цены на провиант и даже пиво. С вином тут дело не задалось, как я услышал. Виноградников в округе нет, так что оно исключительно привозное и влетает в копеечку, до кучи сейчас начало лета, а торгашей следует ждать к его концу, когда будет собираться урожай. Хм, надо будет кстати узнать, а чего весной не ездят, прям никому и никогда не надо еды по весне подкупить или семян? Что-то в такую благодать не верится.

Мои размышления тем временем прервала местная ребятня. Если взрослые близко не маячили, хоть и присматривали за огромным лбом, заявившимся к ним на порог, то дети решили повести себя иначе. Группка мальчишек лет десяти-двенадцати потопталась в отдалении, о чем-то пошушукалась, то ли тяня жребий, то ли беря одного самого невезучего на слабо, но через минуту один пацан подошёл ко мне и задал вопрос, от которого я чуть не засмеялся.

— Дядька великан, а вы настоящий?

Приложив усилие, чтобы удержать серьёзное лицо и потратив пару секунд на обдумывание ответа, я проговорил:

— Да нет конечно, я те снюсь, парень — по мере выслушивания моих слов, глаза ребёнка росли в размерах — Кстати ты все утренние дела проспал, сейчас тебя родители разбудят и зададут по первое число…

В этот момент, как по заказу, раздался громкий женский голос, вероятно мамаши, которая вдруг увидела, что её сын стоит в метре от огромного страшного великана.

— Мих, а ну бегом сюда, мелкий негодник!

Паренёк резко обернулся на женщину, потом на меня, а затем задал стрекача в сторону своих друзей под мой добродушный, раскатистый смех. Зря он так, тут же почти как от снайпера бегать, в итоге только розг от мамки получит уставшим. Дама в погоне кстати промчалась мимо меня, не особо комплексуя от того, что я мог бы её схватить, а из окна дома высунулся Сил со словами:

— Что происходит?

— Развлекается народ — пожал я плечами, внутренне радуясь, что визит в первое человеческое поселение кажется проходит неплохо и на меня никто не кидается с вилами — Что там на счет еды, договорились?

— Ага. Только как с тобой не знаю, в дом-то тебя за общий стол не пригласить.

— Мда, в эту дверь я вряд ли протиснусь — помял я подбородок, осматривая вход в крестьянское жилище — Пожалуй не буду в обиде, если мне тут накроют и кто-то из местных переломит со мной хлеб.

— Ага — ещё раз повторил Силаниль и скрылся в окне.

Всё таки реальность заставляет соблюдать определённые нормы поведения и поддерживать некие маркеры социального статуса. Хозяева должны разделить с гостями пищу в знак добрых намерений, это обязательное действие, которое подтверждает, что ты всё таки гость и трогать тебя «харам», как сказали в одном фильме про десантников. Наоборот, в случае опасности для гостя, закон гостеприимства велит хозяину его защищать. А вот если все будут есть в доме, а меня и лошадей покормят на улице, то это уже совсем другая песня и статус у меня в ней на уровне сторожевого пса, который зверушка крайне полезная, но с человеком у него общего ничего нет. Трудно не благодарить духов за то, что мне подвернулся гид по людским обычаям, чай тут всё не менее хитро, чем с правильным заходом в хату на зоне на Земле.

Стол мне и правда накрыли во дворе, даже приволокли чурбак под задницу, но от него пришлось отказаться. И сидя по-турецки к столу приходилось наклоняться. Не представляю как всякие японские традиционалисты всю жизнь так едят, неудобно же. Потому люди и придумали стулья, а столы сделали выше! Хлеб со мной прибыл переломить седой, но подвижный и жилистый мужик без левого глаза, представившийся Атлом. Без фамилии. На первое был горшок горохового супа с гренками, от которого я отправился на седьмое небо от счастья. Духи, боги и демоны, наконец-то это была нормальная, человеческая, не походная еда. Да ещё и с хлебом, который я ел впервые в этой жизни. Горячим, деревенским хлебом с хрустящей корочкой и нежной мякотью, которая таяла во рту. Воистину амброзия лишь жалкий фаст-фуд рядом с этим караваем. На второе была принесена каша вроде гречневой с целой курицей. Естественно всё было употреблено с не меньшим удовольствием. И квас. В этом мире был квас! Холодный квас из погреба!!! Это была нирвана, за этим я шёл к людям. Только ради этого стоило двигаться на запад три года. Атл в конце хитро прищурился и проговорил:

— Здоровяк, пиво будешь?

— Не откажусь — живо откликнулся я — До этого о нём только слышал.

— Ну тогды я сейчас — подмигнул мужик и бодро ретировался, а я кажется понял, почему ко мне отправили именно его.

Пока я допивал квас из кружки, которую старательно держал своей лапой, из дома вышел Сил и поинтересовался:

— Ну как тебе?

— Божественно — хмыкнул я — Надо признать, что с нас с тобой кашевары, как с говна арбалетный болт.

— Ну палку-то не перегибай, это старостина жена готовит как не во всякой таверне для благородных, а мы уже столько дней одну перловку жрём… — начал отмазываться святоша, хотя и сам понимал, что я в общем-то прав. Всё таки кулинария, она как музыкальный слух, кому-то духи её дают, а кому-то только показывают.

— Ага. И мясо у тебя пригоревшим не бывает — хмыкнул я — Что с ночлегом?

— Молодёжь, ма Краман и я в доме, ты с остальными на сеновале.

Тем временем вернулся одноглазый с кувшином пива. Сил попытался было что-то вякнуть на тему того, что мне алкоголь даже не стоит пробовать, да и вообще некоторые плоды с древа цивилизации не стоит срывать, но я ткнул его носом в тот факт, что от него самого ровно тем же напитком пахнет. Так что сообразили на троих. Пиво кстати оказалось отвратительным, ни шло ни в какое сравнение с тем, что я пил в прошлой жизни и попахивало ни то плесенью ни то чем-то похожим. В общем сплошное разочарование. Правда оно обострило мой мыслительный процесс и я припомнил, что была какая-то история с верхним и низовым брожением, а так же чистой дрожжевой культурой или чем-то таким… В общем нормального пива мне здесь скорее всего попробовать не придётся, остаётся надеяться на вино. Кстати интересно, а сколько мне его надо чтобы запьянеть? Масса тела-то у меня не маленькая, но и алкоголь до сегодняшнего дня я не пробовал.

Заодно с выпивкой удалось разговорить Атла о житье-бытье. Как выяснилось идти со мной вечерять он вызвался, потому что вдовец и вообще своё отбоялся ещё на службе. Но меня честно говоря больше заинтересовала информация о том, почему поселение так укреплено. Оказалось это не следствие привычки профессиональных вояк, просто не так и далеко отсюда расположено небольшое нагорье, где обитают тролли. Вроде как не много, но бывалые люди решили перестраховаться. Ну да оно и логично, поступай старые солдаты иначе — не дожили бы до седых волос. Так что народ бдит, в сторону нагорья ходят патрули, ища следы активности серокожих здоровяков, но не заходят на само нагорье, чтобы не накликать беду. Хорошо хоть ареал обитания этих тварей почти в неделе пути, иначе бы тут и вовсе всем пришлось переселяться с хорошего места. А место тут действительно достойное, рядом с рекой, без всяких оврагов, в половодье поля не заливает, в общем красота.

На сеновале мы расположились вполне комфортно, был он тут воистину великанских размеров. Парни правда шутили, что мне не стоит расслабляться на мягком, а то разбужу всех на день пути храпом.

— Лучше смотрите чтоб я во сне никого из вас не задавил — хмыкнул я и заставил бойцов задуматься, всё таки в каждой шутке только доля шутки. Ну да и демон с ним, главное что они местных девок сюда не таскают… А то было бы завидно.

Глава 12

Ночь прошла спокойно, я благополучно выспался, остальные тоже. Даже когда один великан ворочался во сне, никто не пострадал. Распрощавшись с местными, наш небольшой отряд двинулся в дальнейший путь. Настроение у всех после ночи под крышами, а не на свежем воздухе, было приподнятое.

Мне вспомнилась песенка бременских музыкантов, для которых стенами были сосны великаны, крышей небо голубое, а счастьем жить такой судьбою. Что ж, надо признать, что я бы в их компанию не вписался отнюдь не потому, что паршивый музыкант. Мне всё таки ближе крепкие стены, а не холодный ветер, который норовит залезть под шкуру, крыша, что защитит от дождя и снега с небес, удобная кровать, а не земля под боком, а ещё нормальная, а не походная еда. Хм, драконы вроде бы имеют привычку похищать принцесс. Только вот какая в этих белоручках практическая польза? В жизни не поверю, что хоть одна принцесса способна готовить хотя бы на одном уровне с женой местного старосты! Кстати в местных легендах и правда были упоминания, что огнедышащие ящеры не ровно дышат к особам королевской крови женского пола. Силаниль рассказывал о двух принцессах и одной молодой королеве, попавших в чешуйчатые лапы. Причем, что характерно, здесь дело как-то не кончилось тем, что рыцарь в сверкающих доспехах насадил чудовище на копьё. Просто дракон нападал на августейших особ во время путешествий, жёг и рвал охрану, хватал девок пастью и улетал в неизвестном направлении. Дамы вероятно были всё таки живыми, сгребали челюстями гигантские рептилии их аккуратно, но за каким бесом — загадка и тайна за семью печатями. Вот и думай теперь, строя теории, а ещё размышляя о земных рыцарях. Кто у нас драконов валил? Георгий вроде как в странах загнивающего запада. До него Зигфрид отличился в песне о нибилунгах, но не уверен, что он был рыцарем, а не викингом. На одной шестой части суши отличился князь Пётр, грохнувший змея Агриковым мечом, который кажется до того был припрятан в каком-то монастыре. В той истории, к слову о всяких странностях, Змий умел оборачиваться человеком и подбивал клинья к одной барышне из княжеской семьи, которая как раз и вызнала, какая вундервафля опасна для ухажера. Язык бедняги определённо был его врагом. Андрею правда тоже драка с ним в прок не пошла, кровь Змия, попавшая на убийцу, была дюже ядовита и заразна, князь весь покрылся язвами и струпьями. В итоге ему пришлось жениться на хитросделанной лекарке, избавившей его от недуга, но потребовавшей свадьбы и княжеского престола. Предсказуемо счастья у мужика в том браке с шантажисткой не было, детей тоже, в конце Пётр упрятал благоверную в женский монастырь, а сам отправился в мужской. В общем история довольно грустная, а потому может даже имеет какое-то отношение к реальности. А может и нет. Если я её вообще правильно помню.

Ну да это всё проблемы глобальные, до которых мне не было особого дела, пока дракон не объявится где-то поблизости. А это всё таки вряд ли. Крылатые ящеры любили горы за пещеры и живнось, которая порой залезает на чуть ли не отвесные склоны, откуда их легко скинуть в полёте. Любили они охотиться в степи, на ровной как стол равнине стадам травоядных было от них никуда не деться. Вроде как далеко на севере жили ледяные летающие змеи, что охотились в тундре. Были и морские драконы, но эти к счастью не летали, впрочем местные мореходы от них всё равно были отнюдь не в восторге. Но вот с лесами драконы не дружили, между деревьев летающим рептилиям было не развернуться. Максимум кого здесь можно было встретить — это молодую виверну, которая ещё не достигла своего взрослого размера. Но и такое случалось невероятно редко.

Но тем не менее выехав из деревни мы усилили бдительность. Пять-семь дней пути это не так уж не много для троллей, а нарваться, зайдя так далеко, было бы глупо. Мы даже изменили порядок движения, я теперь бежал впереди кареты в передовом дозоре, а рыцарь с подчинёнными и монахом двигались сзади. Черновой план ма Крамана был прост, как палка, самый большой и сильный член отряда должен в случае нападения связать тролля боем, а остальным следует разогнаться и налететь на серокожего здоровяка, ударив в копья. Этих самых копий правда было ровно два, одно у Блома, второе я взял трофеем с предводителя нападавших и отдал Вихти, как наиболее ловкому и обученному воину. Понятное дело, что тролль мог напасть и на хвост колонны, тем более лошади с поклажей по прежнему были там, но эта вероятность рассматривалась предводителем беглецов как более низкая. К тому же большая часть из нас понимала, что любой план существует только до начала сражения, а дальше всё идёт кувырком.

На четвёртый день пути мы вновь встали на ночевку на берегу реки. Комары доставали нас всё так же, хотя по каким-то причинам больше вились над людьми, чем надо мной. Возможно моя кожа по крепче, а может великанятина просто не отвечала изысканным вкусам насекомых, другой разговор голубая герцогская или на худой конец эрская кровь. Шутка это уже звучала несколько раз в разных вариациях, даже Сил схохмил о том, что летающему гнусу положить на то, что он бастард, таких тонкостей он не разумеет.

Наш же ужин вновь порадовал, каша конечно опять, но теперь со свининой, приправами и даже зеленью. Так можно жить, с уверенностью подумал я, зачерпывая очередную ложку, когда мои ноздри уловили неуместный запах. Подгнившее мясо. Так пахнет не от стряпни Вихти, ветерок донёс запах из пасти хищника. Я закинул очередную ложку в рот, бросив взгляд на своё копьё, лежащее рядом. Хорошо, когда всё под рукой. Плохо, что ма Краман так ценит лошадей, что они пасутся стреноженными между нами и рекой, а не со стороны леса. Если бы зверь напал сначала на них, то его было бы проще ухайдакать. Кстати надо предупредить тех, кто не обладает столь чутким обонянием.

— Народ, у нас гости, со стороны леса попахивает гнилым мясцом и мокрой шерстью.

— Тролль? — побледнев даже в свете костра, спросила единственная девушка в нашей мужской компании.

— Может и он, я их пока не встречал и запах не знаю — ответил я, стараясь не выдать того, что догадался о ночном госте. Если враг до последнего момента считает, что его нападение будет внезапным, то это нам на руку. О том, как биться с троллем я думал уже не первый день. Роста мы должны быть примерно одинакового, но эта тварь скорее всего несколько шире в плечах и тяжелее. Он немного сильнее, но его ноги чуть короче, а потому я должен оказаться ловчее и подвижнее. Тролли любят метать камни, но хоть я и был на стороже, но не очень верил, что противник тащил метательные снаряды несколько дней. Им это не свойственно.

Внезапно за моей спиной громко заржала одна из лошадей, вероятно тоже почуяв запах хищника, а потом события понеслись вскачь. Из леса раздался утробный рёв, я вскочил на ноги, схватив копьё, раздался треск веток и противник наконец стал виден. Все идеи о противостоянии троллю вылетели из головы, на нас нёсся короткомордый медведь. Своей первой жертвой зверь явно избрал меня, как самого здорового и вероятно опасного. Мне осталось только попробовать встретить его копьём, как рогатиной, но идея потерпела крах, деревянное остриё лишь ранил плечо слишком вёрткого для своего размера зверя. Мне пришлось резко отпрыгнуть в бок от острых когтей, а потом, с помощью Феанора, выдать из левой ладони короткую струю пламени в морду развернувшегося медведя, чтобы выиграть лишние мгновения для извлечения дубины из-за пояса. Огонь зверю не понравился и он даже немного попятился, опуская башку к земле и сберегая глаза. Я наконец вытащил дубину, заорал во всю мощь легких и пошел в атаку, стремясь завладеть инициативой. Пещерный медведь в холке примерно равен росту взрослого человека, мне он был по пояс, примерно как собака очень крупной породы в прошлой жизни. Тогда я бы сто раз подумал сумею ли забить такую палкой, сейчас думать было некогда. Осталось только махать дубиной, наступать, не давая зверюге опомниться, а ещё следить не только за пастью, но и за лапами с когтями, надеясь не прозевать контратаку. Любая рана в бою с таким противникам может сразу же стоить победы и жизни. Но топтыгин меня удивил, он вместо попытка ударить меня лапой или укусить резко встал в полный рост на задние конечности. И в этот момент я понял, что размеры и масса сыграли со мной злую шутку. Я заставлял медведя пятиться, нанося удар за ударом и идя вперёд, а теперь из-за инерции, бессердечная она сук@, просто не мог резко отпрыгнуть назад или даже в бок! Мысли о том, что сейчас зверь опустится вниз, сбивая меня с ног уже своей тушей, а потом порвёт к демоновой матери, вихрем пронеслись в моей голове и на следующий шаг я решился раньше, чем сумел его обдумать. Я буквально шагнул вперёд, роняя дубину и обхватил медведя под мышками, сцепив руки за его холкой в замок и подпирая нижнюю челюсть врага своей макушкой. Мы на мгновение застыли, когда он понял, что опуститься передними лапами на землю не получается, а я изо всех сил сдавил его грудь. Зверь взревел и попытался добраться когтями до моей спины, я ответил не менее грозным рыком, сквозь стиснутые до хруста зубы и продолжил давить его рёбра через боль в спине и кровавую пелену в глазах. И в какой-то момент они не выдержали! Кости зверя сломались с влажным хрустом, а из его пасти на меня плеснуло что-то мокрое и горячее. Ещё одну долгую секунду я удерживал пошатнувшуюся тушу, а потом разжал замок из пальцев и она упала на бок. Моё же тело стояло сейчас вертикально пожалуй только на морально-волевых, да и то не долго. Я, качаясь как пьяный, сделал два шага, а потом приземлился на задницу у костра, хорошо хоть не в него.

Схватка с медведем показалась мне почти вечной, но на деле заняла дай духи минуту. А может две, у меня похоже был адреналиновый отходняк и я ни черта не соображал. Но по крайней мере мои спутники, пока дрались «титаны», успели разбежаться в стороны, схватить копья и начать заходить с боков, стремясь не попасть ни под когти медведя ни под мою дубину, которой я махал, как вертолёт лопастями. Обладатели мечей шли наверно за Бломом с Вихти да думали, а чем, млять, могут пригодиться их зубочистки? В общем помочь мне так никто и не успел, а потом медведь сдох от обломка ребра, проткнувшего внутри что-то критически важное. Пока я пытался думать мысли своим очумевшим мозгом, ко мне наконец подбежал Силаниль с начал стаскивать волчью шкуру с моих плеч.

— Маг, Свет тебя дери, да помоги стащить с тебя эту дрянь, надо осмотреть раны! — гаркнул он в несвойственной для себя манере, а потом переключился на остальных — Какого демона вы пялитесь, принесите воды, раны надо обработать!

Я начал наконец шевелиться, а народ так и вовсе забегал, причём с котелком к реке отправились аж трое, один из воинов и двое подростков. Шкуру наконец стащили, а я поинтересовался:

— Чем меня твой свет драть-то может, у него дралка что ли есть?

— Ну раз шутишь, то жить будешь — хмыкнул госпитал и снова скомандовал — На живот ложись.

— Полежать я всегда не против — хмыкнул я, осторожно растягиваясь на пузе. Если шевелиться не торопясь, то вроде было не так уж и больно — Как моя спина-то?

— Ну могло быть хуже, твоему мохнатому другу было, видать, неудобно выворачивать лапы, чтоб её как следует разорвать. Но раны всё равно глубокие.

— Ну рёбра не повыдёргивал и ладно — я улыбнулся — Закрыть-то сможешь?