Новогодняя Полька

— Это лишнее… — простонала я, двигаясь навстречу его руке.

— В сексе ничего не бывает лишнего — кроме слов, так что молчи…

Пришлось закусить губу, когда огонь из живота перебрался на грудь…

— Гай, прекрати…

— Я еще ничего не начинал…

Не начинала я — даже не проверила, есть ли тут на что натягивать резинку — руки проверяли на ломкость исключительно волосы на голове и порой — на груди. Идеально выбрит — когда успел, пока сидел в машине? И еще не оброс, а прошла уже вечность с нашей встречи, ну не говори, что мы и пяти часов не знакомы…

— Гай, ну пожалуйста…

— Ты же еще не готова… — проговорил он, вынырнув из темноты на уровне моих глаз.

— Я готова…

— К чему? — Ко всему…

— Это будет быстро.

— Шампанское стынет…

— Что тебе важнее: получить оргазм или выпить шампанского?

— Съесть ананас…

— Со вкусом клубники, поэтому и не предлагаю…

— Кто пробует его на вкус…

— Ограничиваются запахом…

— Лучше ананас… — выдохнула я ему в губы.

— Я принесу…

— Разбудишь собаку…

— Я осторожно…

— Я тебя не отпускаю…

— Но впускаешь?

— Безусловно…

— Я думал, с условием… Вы, бабы, всегда ставите условия…

— Не в последние минуты старого года…

— Выходит, получу все скопом в новом…

Я прижималась к нему сильнее и сильнее, пыталась ограничить его передвижение ногами, но он увертывался — наконец я поймала его конец и это было только начало. Снова поцелуи, сомкнутые пальцы, скомканные простыни. Я искала одну точку соприкосновения, он находил их тысячу махом. Нельзя все отдавать новому году, нужно оставить хоть маленькую благодарность году старому… Один, два, три… Я не считала последние минуты уходящего года. Я глотала стоны, прижавшись губами к мужскому уху. Гай держал меня крепко, пытаясь не вдавить, а оторвать от матраса — крылья не выросли, просто матрас переквалифицировался в батут, и с каждым прыжком Гая вниз, я подлетала вверх, и в какой-то момент зависла в невесомости: глаза в глаза, губы на ширине губ, грудь впечатана в грудь…

Я не нашла бы сейчас на своем теле даже миллиметра кожи, не впитавшей в себя аромат Гая — не клубники, не ананаса, а новогодней тайны — что же там в ларчике, за поволокой его глаз, сбитым дыханием и тремя капельками пота, катящимися с моего носа на приоткрытые губы … Ничего — пустота, и в пустоте счастье. Пустоту можно наполнить, пустота может ответить эхом, если кому-то захочется вдохнуть в нее жизнь…

— Хочешь посмотреть, который час? — спросил Гай, трогая губами мой вздернутый подбородок.

— Мне плевать на календарный год. Мой новый уже наступил…

— И что в нем будет? Много секса?

— Откуда ему взяться? — тронула я его губы, ставшие вдруг твердыми, словно гранит. А я же их секунду назад грызла — точно знания о том, что такое быть женщиной, которая может позволить себе новогоднюю радость, заключенную не в пузырьке шампанского, а в скатившемся на лоб шарике пота… С запахом клубники… Ну кто тебя выдумал, клубничка…

— Лежи и не двигайся!

Если бы я могла, поползла бы следом, чтобы увериться, что ты не съешь по дороге лишний ломтик ананаса…

— Не открывай глаза… Я их закрыла, чтобы продолжать качаться в лодке блаженства, и сейчас оно приобрело новый вкус — терпкий, сладкий, сочный — я тронула кончиком языка протянутый из темноты ломтик ананаса, провела по его краю, собирая сок и… Нашла губы, которые украли у меня почти весь кусок, почти всю меня и последние минуты уходящего года…

— Первый — всегда самый вкусный, ты не могла не поделиться, — тронул Гай мою ухо липкими губами.

— Ты мог бы отказаться в мою пользу. Было б по-мужски…

— Было б глупо… Я не глупец… Три минуты до старта. Пульнуть пробкой или ждем полночи?

— До полуночи… Три минуты осталось.

— Это много… Обними…

Руками, ногами — мысленно, но нет, Гай подтянул меня к себе, усадил на колени, насадил на иглу — он снова был в ударе и без зазрения совести принялся ворошить угли в моем затухающем пожаре.

— Гай, осторожней…

— Я не собираюсь кончать эту мутотень до нового года… Еще успею с клубничкой, сейчас у нас шампанское по плану…

А если выстрелит прямо в нос… Я отклонилась совсем на чуть-чуть, самой не хотелось терять его.

— Ура?

— Еще двадцать секунд, — следила я за электронными часами на тумбочке. — Давай!

Не двигайся, нет… Я сильнее обхватила его ногами, чтобы пробалансировать между матрасом и старым годом лишние десять секунд.

— Ура!

Пробка ударила в потолок, но не отрекошетила. Я вздрогнула, когда шампанское капнуло мне на живот. Гай не извинился — уверена, он выпьет шампанское из складочек на моем животе даже охотнее, чем из простого бокала. Я прижалась губами к стеклу, чтобы удержать пену на кромке бокала — сладкий вкус, холодный компрес, а я все равно горю и хочу ананаса…

— С Новым годом…

— С Новым…

— Так целый год?

— Как?

— В тебе… Если ты веришь в новогоднее проклятье.

— Я — это проклятье?

— Еще какое… Я встречал однажды новый год в постели, но в девушке — никогда.

— И ощущения?

— Пока мне нравится… Начало года. Конец я хочу оттянуть хотя бы на пару минут… Или часов. Мы же не сожрем всю миску сразу… Знаешь, что такое ананасы на шпажке?

— Ну…

— Взгляни на свои соски…

— Дырявить ананасы… Фи…

— Зато какие канапе… — хмыкнул Гай, делая глоток шампанского. — Где еще такие попробуешь…

Я приблизилась, он не отстранился — мой мир сузился до горлышка бокала для шампанского, или того хуже — до горлышка бутылки, стоящей на полу подле кровати.

— Не надо так сильно… Я не железный…

— Оденься…

— Для этого нужно выйти, а мне хорошо…

— Тебя выгонят…

— Мечты… Ты пей-пей… Новый год твой спрятан на дне бутылки — там еще на пару бокалов минимум…

— Гай, пожалуйста… Я не хочу прерванного.

— Я не хочу прерываться… Я себя контролирую… После третьего бокала я бы не рискнул, а сейчас… Не прогоняй… Не порти первые минуты нового года…

— А если испортишь мне год?

— Бери выше — жизнь. Но я же сказал, что все под контролем… Потом у нас миска ананаса… Ты представляешь, сколько в тебе будет кислоты — никто не выживет…

— Я не настолько дура…

— А настолько обжора?

Он придавил меня к матрасу и нашарил рукой миску — через секунду ананас мягко лег мне на губы.

— Получай удовольствие и ни о чем не думай… Просто пей, ешь и трахайся — чего еще в жизни надо…

— Спокойствия…

— Это в старости, сейчас отпадает…

— Стабильности?

— Земля круглая и вертится… Спроси у китов, какого хера сбежали — было бы проще лежать на плоской земле… Ты скатываешься, куда?

— Куда-то… До чего докачусь?

— До миски с ананасом… Ты мыла когда-нибудь волосы шампанским…

— Гай, ну елы…

— Я просто предупреждаю, что могу облить…

Он не держал в руках бутылку, уже облизал руки от сладкого сока — неудачно, ладони все равно склеились, когда его пальцы сомкнулись поверх моих.

— Гай…

— Все под контролем…

— Контрольный выстрел?

— В живот, не в голову…

— В голову было бы спокойнее…

— Сколько ананасов мне нужно съесть, чтобы перебить вкус клубники?

— Один, у нас больше нет…

— С Новым годом, я уже сказал?

Ничего не говори, просто следи за… Не языком, а за другим, куда более виртуозным органом.

— Ты боялась?

Я не открывала глаз — я вдыхала не запах ананаса, но запах спокойствия.

— Немного… В другой раз предохраняйся, как человек…

— А сейчас как?

— Ну… Как… Как Гай…