Помоги проекту - поделись книгой:
Этот браслет Галка обычно носила на левой руке, над часами. Он часто съезжал, и тогда, чтобы узнать время, ей приходилось отодвигать его повыше. В классе она сидела впереди него на соседнем ряду и часто смотрела, сколько ещё минут осталось до звонка.
Игорь зажал половинку браслета в кулаке, потом обхватил кулаками голову и снова принялся раскачиваться туда-сюда. Кричать он больше не мог, слёз не было и ему просто мучительно хотелось проснуться. Он подумал, что если он спит, то надо ущипнуть себя за руку, но когда, приоткрыв глаза, увидел на своей руке синяки от мёртвой хватки крылатого существа и царапины от его когтей, то вскочил на ноги. После удара о воду болело все тело. Он попробовал потянуться и застонал. С огромным трудом он смог присесть на корточки, а потом распрямиться и сделать наклон.
Игорь огляделся. В паре метров от него торчал из песка ботинок с коньком. Интересно, Зайца или «Зги»? Поодаль ветерок дёргал рукав присыпанной песком зимней кожаной куртки. Ещё чуть дальше из песка торчала человеческая кость. Желтоватобелая, вероятно, отполированная водой, песком и ветром, и уж наверняка зубами его нового знакомого. Он зажал рот руками почти машинально, первоначального ужаса не возникало. Мысли в голове ворочались вяло, его тошнило. В голове Игоря медленно возникла картинка скелета из «Детской энциклопедии» и он как-то отстранённо подумал, что, скорее всего, это бедренная кость. Подняв глаза, он уви дел вдалеке знакомую покатую скалу. Он вспомнил запах на обеденном столе твари и вьющихся вокруг мух и его наконец вырвало. Прополоскав рот, он плескал себе в лицо водой до тех пор, пока не почувствовал себя лучше и стал осматриваться.
Это была небольшая песчаная отмель в форме вытянутого полумесяца посреди реки. Впрочем, повсюду была вода и берегов не было видно, так что слово «река» пришло ему в голову из-за течения и слабого шума водопада, слышавшегося где-то дальше, с закруглённой стороны островка. А со стороны рогов полумесяца примерно в километре от островка виднелась скала из серого камня. Игорю казалось, что он видит тёмные разводы от засохшей крови, а в какой-то момент ему почудилось, что ветерок снова донёс вонь разлагающейся плоти.
Он подошёл к небольшому камню, сел и постарался облокотиться на него, и вдруг вспомнил не такую уж и давнюю мечту, появившуюся сразу после того, как Игорь прочёл «Приключения Робинзона Крузо»: оказаться на необитаемом острове и осваивать его. Он обвёл взглядом песчаную косу длиной метров в двадцать. Дурацкая мечта. На его острове были только песок, несколько вещей из его мира…и под слоем песка наверняка много костей.
Ветерок слегка обдувал его и в голове всё больше прояснялось. Теперь вся история выглядела понятно и просто… если путешествия в параллельные миры (или на другие планеты? или в прошлое Земли? куда он вообще попал?) считать простым делом. Эта крылатая тварь, неважно, насколько она разумна, нашла способ открывать окно (он вспомнил красивое слово из фантастических романов — «портал») в его мир и заманивать детей к себе, сюда. И жрать их. Видимо, этому существу особенно нравились мозги, раз оно так приноровилось так метко кидать тела с высоты головой о камень. Ему повезло вырваться и повезло второй раз, когда он упал не на обеденную скалу твари, а рядом, в воду. И, как все объедки жертв чудовища, его принесло течением сюда. Интересно, почему это чудовище ловило детей именно парами? Может, это было условие, без которого не мог открыться портал. Или ей просто нравилось добывать сразу двойную порцию еды. А может, такие твари… с «третьим глазом»… частые гости на Земле?
Игорь нашёл того, кто ловит детей на мосту, но главное теперь было не это. Как выбраться отсюда? У него была твёрдая уверенность, что крылатое существо вернётся за ним. Он почувствовал, как внутри нарастает волна паники, ощутил желание стать маленьким-маленьким, превратиться в незаметную песчинку на этом пляже, чтобы его было невозможно найти.
Он закрыл глаза и повторил, как заклинание, фразу отца: «Наш сын мужчина».
Но что же он, мужчина… ха, мужчина двенадцати лет, сделает с этой летучей дрянью? Выколет ей глаз дедушкиным ножиком? Или перережет горло? Даже если он справится в драке с монстром, который вдвое, а то и втрое тяжелее его, — что он будет делать дальше на этом куске суши посреди реки? Пухнуть с голоду? Или попытается доплыть до одного из берегов, которых отсюда не видно, сколько ни смотри на горизонт? Или поплыть вперёд, к водопаду? Плот здесь построить было не из чего, а сам он, в отличие от близняшек Сафроновых, пловец был неважный. Он старался гнать прочь мысль о том, что может навсегда остаться в этом мире, где жрать друг друга в порядке вещей.
«Как можно выйти из другого мира в свой?»
Игорь повертел между пальцев обломок Галкиного браслета, сунул его в нагрудный карман куртки, встал и побрёл вдоль берега. Под подошвой встопорщилась деревянная ручка второй сафроновской скакалки. Он выдернул тёмно-красный резиновый жгут из песка и поводил пальцем по облупившейся краске на ручке.
«Как правило, выход находится там же, где и вход».
Он осторожно, одной рукой поднял кожаную куртку «Зги», и, отстранив от себя, несильно потряс. В дружелюбие этого мира Игорь не верил и боялся напороться на местного скорпиона. Из куртки сыпался песок. Осмелев, он перехватился двумя руками и встряхнул куртку как следует. На песок упало что-то круглое. Это была пластмассовая рыболовная катушка с леской. Вероятно, «Зга» ходил с отцом на подлёдный лов. Он проверил все карманы куртки, но ничего больше не нашёл.
Игорь почти улыбнулся. Что ж, во всяком случае, теперь ему, как настоящему Робинзону, осталось сделать крючок, наживить его лоскутом кожаной куртки, закинуть удочку и попытаться что-нибудь поймать. Например, гигантскую пиранью, если он вдруг заскучает до прилёта твари. Игорь смотрел на катушку лески на своей ладони, подбрасывал её и ловил снова, пытаясь поймать начавшую оформляться мысль.
«Мы чего-то не видим», — так всегда говорят следователи в кино, пытаясь вычислить преступника. Игорь ощущал себя в таком же положении: ожидаемое озарение никак не наступало.
— Я чего-то не вижу, — сказал он вслух и вздрогнул.
Секунду назад он был в растерянности, а сейчас мысль возникла сразу как единое целое. Игорь вдруг понял, что именно должен сделать, и ему стало жутко. Потом он медленно засунул руку в карман джинсов, вытащил дедушкин ножик и раскрыл его.
Самым сложным было сохранять спокойствие и неподвижность.
— Коооо…вааааааа…хоооооооо… — донеслось издалека, словно позывные радиостанции.
Он лежал на песке, раскинув руки, солнце просвечивало сквозь веки красным и его била дрожь. Хлопанье крыльев приближалось и завершилось скрипом песка под лапами.
«Если она поймёт, что я притворяюсь, она просто прыгнет и вцепится мне в горло… Надо просто ждать… поймать момент». Шорох песка. Перед закрытыми глазами мелькнула весёлая и улыбающаяся мама, в центре семейного застолья, а рядом с ней бабушка. Потом возник отец, и в голове Игоря всплыла его фраза. «Когда ты целишься, ты не должен думать о том, что хочешь попасть в центр мишени. Ты должен просто задержать дыхание и потянуть спусковой крючок. И ничего больше».
Скрип песка совсем близко, хлопанье крыльев. Вонь. Песок скрипел часто, и он понял, что тварь передвигается на четвереньках.
«…просто задержать дыхание и потянуть спусковой крючок…».
Он не знал, сможет ли притворяться дальше, если это существо сядет ему на грудь. Он почти перестал дышать. Ему казалось, что он видит, как это чучело подбирается к нему, рассматривая лежащее на песке тело, а потом, убедившись в его беспомощности, протягивает к нему лапу. Запах становился всё гуще.
«…просто задержать дыхание…»
Он почувствовал, как его хватают за куртку на груди, как один из когтей прорывает ткань и впивается через майку прямо в тело. Тварь пыталась приподнять его. Может, чтобы понять, жив он или мёртв. А может, чтобы удобней было перегрызть горло.
«…и потянуть спусковой крючок…»
Он широко открыл глаза и вцепился левой рукой в жёсткий мех на груди существа. Глаза чудовища широко раскрылись, и в этот момент правая рука Игоря с зажатым в ней камнем, описав дугу, ударила тварь в висок. Он успел ударить ещё раз, прежде чем правая лапа существа сомкнулась на его горле. Он успел вцепиться левой рукой в лапу существа на своей груди, а правой бил и бил его камнем в голову. Он чувствовал, как когти впиваются в шею, сразу стало невозможно вдохнуть. Тварь то пыталась навалиться на него, то встать на задние лапы, то увернуться от ударов камня, испуская звуки, средние между рычанием и громким кашлем. Оскалив зубы, она попыталась вцепиться ему в лицо.
Игорь отпустил левую лапу и схватил тварь за шею. Теперь чудовище душило его двумя лапами. Перед глазами всё было красным, в ушах звенело, существо скалило зубы, а он лупил и лупил его по голове ставшим совсем неподъёмным булыжником.
Всё кончилось внезапно. Тварь судорожно дёрнулась, раскрыла и тут же сложила крылья и от очередного удара повалилась набок.
— Как бы я хотел прирезать тебя, мразь!
Игорь подумал, что разговаривает сам с собой, наверное, просто, чтобы не сойти с ума. Он сомневался, что это существо может понять русский язык.
— Я надеюсь, у тебя крепкий череп, Гарпия Горгульевна, и я не убил тебя.
Он поймал себя на том, что копирует уверенный тон среднестатистического героя боевика. Так было легче. Говоря все эти небрежные фразы «крутого мужика», он не давал себе раскиснуть. Он осознавал, что для последних нескольких часов с ним случилось слишком много страшного, и опасался совершить промах. До сих пор ему везло и он сможет выжить, только если не начнёт паниковать и ошибаться. Вот он и говорил с этой тварью и сам с собой тоном Шварценеггера, словно у него за спиной «калашников», а рядом стоит отец с парой друзей.
— Ведь ты, красавец, мой обратный билет, так что пока живи.
После того как Игорь оторвал лапы чудовища от своего горла и наконец смог прокашляться, в первый момент он действительно хотел даже не прирезать, а забить этого монстра камнем насмерть. Но вовремя остановился. Теперь он боялся, что повредил голову твари настолько, что та не сможет взлететь. Вполне земная кровь красного цвета засохла на половине морды, один глаз заплыл.
— Хоть жизни ты и не заслуживаешь…
Из кожаной куртки он заблаговременно, до драки, нарезал несколько ремешков. Передние лапы твари он, придя в себя, сразу же связал ей спереди. Между ступнями задних привязал в качестве распорки ту самую торчавшую из песка бедренную кость. Возясь с этой костью, он и начал беседовать вслух то ли с собой, то ли с этим летучим людоедом.
— …Но мне ты ещё пригодишься.
Он вспомнил кое-что из читанной в прошлом году книжки по морским узлам. Кроме того, рядом с первым коньком (с ботинком) он неожиданно нашёл второй, парный (но без ботинка), связал их куском скакалки и соорудил из них для твари нечто среднее между намордником и рыцарским забралом. Сложнее всего было с толстенными когтями — ни срезать, ни обломать их было невозможно. В конце концов он примотал леской пальцы монстра друг к другу, а поверх когтей навязал кусков кожи. Но не на узлы и не на все эти смехотворные путы он надеялся. Игорь завязал двойную леску на основании «третьего глаза» монстра и надеялся, что таким образом сможет пресекать все его попытки освободиться. Концы лески он связал таким образом, что получилось нечто вроде повода, обмотанного в месте хвата куском кожи, чтобы леска не резала руку. Из кожи он соорудил свободный пояс и ошейник для твари. Нельзя сказать, чтобы эти поделки из старой кожаной куртки выглядели надёжными, но это было лучшее, что он мог сделать.
К пробуждению твари он постарался подготовиться, и всё равно оно было пугающим. Резкий выдох, утробный кашляющий рёв и рывок. Он стоял у существа за спиной, готовый к чему-то подобному, и всё же еле успел вскочить очнувшемуся монстру на спину, между сложенных крыльев, поставив ноги на пояс, левой рукой ухватившись за ошейник. Правая рука сжимала поводья из лески.
Игорь никогда не ездил верхом и не представлял, что это такое — сидеть на живом существе, желающем от тебя освободиться. Тварь заметалась по всему островку, взметая песок, пыталась встать на задние лапы, но распорка между ног не давала держать равновесие. Она то падала вперёд, то валилась назад и каталась с боку на бок, пытаясь придавить Игоря. Несколько раз в этой скачке он случайно дёргал за поводья. В этом случае чудовище взвизгивало и на момент обмякало, а потом чехарда начиналась снова.
Наконец, когда существо очередной раз встало на задние лапы, Игорь громко выматерился, зло дёрнул поводья и, стараясь не свалиться, постарался ударить своего «коня» коленями по рёбрам. Тварь заорала, неожиданно расправив крылья, часто замахала ими, ощутимо дрожа всем телом, тяжело поднялась в воздух и зависла в полуметре над песчаной косой.
— Ну! Давай, давай!
Игорь, не трогая повод, пинал коленями и понукал чудовище. Да, существо было сильным, а Игорь весил не так уж много, но удары камнем по голове явно не остались для твари без последствий. Он слышал хриплое, с повизгиваниями, дыхание и ощущал дрожь существа. Крылья оглушительно хлестали его с двух сторон.
Потеряв терпение, он, не выпуская из руки повода, хлопнул существо по затылку. И тут тварь замахала крыльями чаще и полетела. Игорь прижался к спине твари, опустил голову и увидел, как песчаный полумесяц уплывает назад. Он посмотрел вперёд: скала из серого камня была впереди и чуть слева от них. Он сжался и хлопнул тварь по левой части головы. Тварь вздрогнула и повернула направо.
— А, чёрт!
Он залепил монстру леща по правому уху и тот, ухнув-кашлянув, свернул налево и, чуть вихляя, полетел прямо к своему обеденному столу. Чем ближе становилась скала, тем быстрее существо, явно понявшее конечную точку их маршрута, стремилось её достичь. Над гниющим месивом из человеческих останков всё так же вился рой мух. Тварь зависла над скалой и, часточасто замахав крыльями, начала опускаться. Игорь спрыгнул, удержался на ногах в скользкой слизи, но при этом дёрнул чудовище за затрещавший ошейник. Существо, коснувшись связанными задними лапами скалы, сложило крылья и начало заваливаться назад. Игорь прыгнул обратно на спину твари, попытавшись толкнуть её посильнее, чтобы не дать ей опрокинуться на спину. Он перестарался. Тварь упала ничком и с Игорем на спине поехала по скользкому камню к краю скалы. Вытянув замотанные передние лапы вперёд, она пыталась тормозить. В нескольких шагах от края обеденного стола твари они остановились. Сразу налетели мухи.
— Давай!
Игорь сам не понял, как очутился на загривке существа, сидя на коленях и дёргая одновременно ошейник и повод.
— Давай, мразь!.. Давай, открывай!.. Я домой хочу!..
Ничего не происходило. Тварь ревела и ухала, а он орал на неё на пределе голоса. Горло снова заболело, и боль вдруг отрезвила его. Он отпустил ошейник и неожиданно для себя, протянув левую руку вперёд, нащупал кожистый «третий глаз» твари и сжал его в кулаке.
— Ххеу? — сказала тварь, как показалось ему, с вопросительной интонацией. И тут же он почувствовал что-то. Сначала ему показалось, что он ощущает пульсацию крови в кулаке, а потом он понял, что это вибрирует зажатый «третий глаз».
Невидимый великан снова прикоснулся к хрустальному камертону, звук превратился в странно присвистывающую ноту ситара, которая дала начало красивой мелодии. Красивой, но и только.
— На меня твои песни больше не действуют… — прошептал Игорь. — Где окно?
Как и утром, портал раскрылся неожиданно. Через дыру в окружающем мире чуть выше головы чудовища не было видно ничего, кроме клубящейся мглы. Игорь зачарованно смотрел на раскрывающееся окно и в первые пару секунд даже не обратил внимание на уже привычное хлопанье крыльев.
Тварь взлетала, и портал двигался вместе с ней.
Он вцепился в ошейник, лупил существо коленками по бокам, дёргал повод, но оно неумолимо поднималось вверх и в сторону. Они успели подняться примерно на высоту девятиэтажки чуть сбоку от скалы, когда через несколько секунд тварь внезапно сложила крылья, издала похожий на смешок кашель и… осталась висеть в воздухе. Со спины чудовища был виден открывшийся портал — тоннель в другой мир, задёрнутый серой занавеской. Окно открылось и держало в воздухе открывшего его. Возможно, именно портал позволил твари сопротивляться даже воздействию на самое чувствительное место. Оттолкнувшись от плеча чудовища, можно было просто шагнуть в другой мир. Игорь представил как грохнется с этой высоты о каменный мост через Стешу. А может, он попадёт в мезозой? Или вообще в открытый космос?
Впрочем, выбора не было. Во рту стало горько. Он вцепился в шерсть на спине отдыхавшего чудовища, рывком влез на загривок и сделал шаг вперёд.
Шаг показался ему очень долгим, словно он задумался о чём-то.
Потом Игорь грянулся лицом о сосновый ствол и в раскоряку сел на ветку. Было больно, но не слишком. Никогда ещё он не рассматривал с таким благоговением красновато-жёлтую сосновую кору.
Вдруг он осознал, что звучавшая фоном мелодия привлекает его внимание, вновь очаровывает и зовёт взглянуть на её источник. Он поневоле обернулся и вжался в ствол дерева. Портал был совсем рядом, сантиметрах в двадцати, и с его стороны, как и сегодня утром, был проницаем для человеческого зрения. По ту сторону портала, трепеща радужными крылышками, реяла прекрасная фея в бело-золотых одеждах с большими карими глазами. От феи ощутимо несло протухшим мясом. От «третьего глаза», радужно пульсировавшего во лбу существа, тянулась через портал леска к руке Игоря. На какой-то краткий миг молитвенно сложенные точёные руки прекрасного существа превратились в две лапищи с жёлтыми когтями, пытающиеся вырваться из остатков пут.
— Ты к нам больше не придёшь, — сказал Игорь.
Увидев тёплые глаза Галки на лице этого существа, он понял, что уже не может остановиться. Сжав ногами ветку, на которой сидел, Игорь залез левой рукой в нагрудный карман куртки, вытащил половинку красного браслета и протянул в сторону чудища.
— Узнаёшь? Это тебе! — он швырнул половинку Галкиного браслета в портал.
Карие глаза прекрасной феи расширились и внимательно следили за куском пластмассы, медленно, словно в масле, плывущим к ее лицу.
— Ковахо? — спросил Игорь, старательно скопировав насмешливую интонацию твари, и двумя руками дёрнул за леску.
Лицо феи, услышавшей вопрос на своем языке, исказилось ужасом. Вслед за этим леска по ту сторону окна натянулась, «третий глаз» на лбу вспух кровавым фонтаном, личина прекрасной феи вмиг испарилась, зубастое существо завизжало и начало заваливаться набок. Игорь сдёрнул с руки петлю и бросил в медленно закрывающийся портал. Потом, вцепившись в ветку, он опасливо попробовал заглянуть по ту сторону окна. Он увидел, как тварь пыталась планировать, но потом опрокинулась навзничь, сложив крылья, камнем пошла вниз и с глухим звуком ударилась о скалу.
Поёрзав на ветке, Игорь прислонился к сосновому стволу, и стал смотреть в закрывающееся окно.
В мире летучей твари начинался закат. Он успел полюбоваться вспыхнувшими тусклым золотом водами реки без берегов под синими небесами, а потом прореха между мирами закрылась.
В мире Игоря ещё даже не наступил вечер.
Как прислать рассказ
Для ваших рассказов существует специальный почтовый адрес
Каждый месяц лучшие рассказы публикуются в «Литературном приложении «МФ», а автор рассказа номера награждается призами от редакции.
Над выпуском работали
Татьяна Луговская литературный редактор и корректор
Сергей Серебрянский технический редактор
Сергей Ковалёв дизайн и вёрстка
Поделиться книгой: