Имя всего Сущего

Небо потемнело.

Огромная тень накрыла лес, проплыла над полями, скользнула обратно к Мерейне. Люди бросились врассыпную.

Брат Коун вскинул голову. Гигантская фигура волной прошла по небу, расправив крылья, подобно огромной птице. Заходящее солнце осветило силуэт чудовища, но не смогло скрыть его мерцающего белого цвета, опалово светящегося изнутри голубым и фиолетовым, отчего казалось, что фигура состояла изо льда. Голова напоминала змеиную, но ни одна змея никогда не была столь огромной и не парила на массивных крыльях.

Дракон понесся вниз.

Люди с криками упали на землю, и чудовище, расправив крылья, пронеслось над лугом.

Слоны, понял брат Коун. Дракон охотился за слонами.

– Нинавис! – воскликнула Джанель, рванувшись обратно к основной группе.

– Граф! Подождите! – крикнул брат Коун ей вслед, но у него было столько же шансов поймать ее, сколько и у дола, преследующего сокола.

Нырнув, дракон схватил по слону в каждую переднюю лапу, а затем на могучих крыльях взмыл обратно в небеса.

Все побежали. Большинство бросилось в разные стороны, но были и другие: Джанель, брат Коун и отряд Нинавис рванулись вперед. Оставшиеся слонихи неистовствовали, мечась взад и вперед, тщетно пытаясь вернуть своих похищенных сестер.

С полдюжины стрел, выпущенных откуда-то из высокой травы, ударили в дракона, но он лишь продолжил свой полет. Пусть стрелы и попали в цель, но они не причинили зверю никакого вреда. Казалось, дракон даже не заметил, что на него напали.

Когда брат Коун добрался до Джанель, она стояла над сидевшей в траве Нинавис. Главарь банды натянула тетиву лука и выстрелила в уносящегося прочь дракона. Увидев, что это не дало никаких результатов, Нинавис разразилась проклятьями:

– Ублюдок! – заорала она. – А ну вернись сюда, ты, ублюдок!

– Не думаю, что он тебя слышит. – Джанель скрестила руки на груди. – И не думаю, что нам бы действительно этого хотелось. Главное, что, стреляя в него из лука, ты не привлекла его внимания. Это было бы просто глупо.

Нинавис разразилась новыми ругательствами.

– Брат Коун, – сказала граф Джанель, – не мог бы ты позаботиться о ранах Нинавис? Кажется, она опять пострадала.

– Не я, а лишь моя гордость, – проворчала Нинавис.

– О? А я могла бы поклясться, что ты, должно быть, ударилась головой.

Нинавис нахмурилась и натянула тетиву лука.

– Что это было за чудовище?

– Дракон, – откликнулся брат Коун. – Раньше я никогда не видел их живьем. – Брату Коуну очень хотелось сказать, что существо показалось ему очень красивым, но он побоялся, что эти чувства не найдут ни в ком отклика.

– Тогда пошли. – Граф Джанель протянула руку Нинавис: – Обопрись на меня. Нужно успокоить слонов и как можно быстрее двигаться дальше. – Она указала на небо.

Стоило дракону улететь, и небо начало темнеть, но не от приближения ночи, а от грозовых туч.

– Что?..

– Надвигается буря, – сказала граф. – Так что, где бы ни находилось ваше убежище, надеюсь, оно близко.

12: Пир демонов

Провинция Джорат, Куурская империя.

Через два дня после того, как королева Хаэриэль, находясь в Доме Де Мон, потеряла терпение

– И что дальше устроила Эйан’аррик? – спросил Кирин.

Комната резко содрогнулась. Причина была очевидна: что-то массивное только что приземлилось на склон холма, расположенного над таверной.

Вероятно, что-то такое тяжелое, как гигантский дракон.

Разговоры в таверне мгновенно смолкли. Все уставились на потолок, ожидая, не повторится ли это снова.

В наступившей тишине Кирин отчетливо услышал, как сидевшая около бара старуха сказала:

– Ты же не думаешь, что она начнет рыть?

В этот момент Кирин отчетливо понял, что посетители таверны прекрасно знали, что происходит снаружи. Они не паниковали, не кричали и не спрашивали, что это за шум. Они не оглядывались по сторонам, пытаясь определить, откуда исходит угроза. Они дружно уставились на потолок.

Они все прекрасно знали.

Кирин встретился взглядом с Джанель. Она не оглядывалась по сторонам. Она наблюдала за ним.

– Ты думал, я им ничего не скажу? – спросила она.

– Ну, предполагал.

Она встала со стула и, проведя пальцами по руке Кирина, вышла в центр комнаты:

– Так, ребята, внимание!

И все сразу повернулись к ней. Немедленно.

– Уверена, что вы уже все слышали о той небольшой проблеме, что ждет нас снаружи, – сказала Джанель.

– Да, и что нам с ней делать?! – спросил крупный мужчина. – Из-за этого проклятого дракона мы потеряли тринадцать человек в Ферре[71].

– Мы потеряли пятнадцать человек в Ферре из-за того, что они не выполняли приказов! – рявкнула бармен, рассеянно откинув волосы.

На ее лице виднелось родимое пятно винного цвета.

Может быть, это было просто совпадение… Но нет. Кирин так не думал. Нинавис.

– Что за… – Кирин снова огляделся по сторонам. Здесь было слишком много жеребцов – особенно теперь, когда он знал, как они выглядят. Такого не могло бы быть в маленьком городке, а вот в военном отряде – вполне. Кирин взглянул на брата Коуна; он тоже не выглядел особо удивленным.

– У меня есть предположение, что здесь происходит, – сказала Джанель. – Надеюсь, я ошибаюсь, но в то же время мы можем только ждать. И да, Дорна, если бы она хотела прорыть сюда ход, она бы уже это сделала. Эйан’аррик не пытается нас убить. По крайней мере пока.

– Но как она нас нашла?.. – спросил крупный чалый мужчина с впечатляющими усами. Сэр Барамон.

Джанель не дала ему договорить:

– Не знаю, но это ничего не меняет. Устраивайтесь поудобнее, не тушуйтесь.

Джанель вернулась обратно к столу.

– Не смотри на меня так, – сказала она Кирину. – Или ты хочешь сказать, что сам никогда не устраивал подобного трюка при встрече в нейтральном месте, когда всех можно заменить своими людьми? Вообще ни разу?

– Устраивал, но все закончилось тем, что я оказался на аукционе, так что я не рекомендую так делать.

– Если бы у меня был выбор, я бы этим не занималась.

Кирин обвел комнату взмахом руки:

– Эти люди ведь все из Мерейны, да?

– Здесь есть несколько людей, которых я не узнаю, – сказал брат Коун. – Но мы давненько не виделись.

– Мы кое-что приобрели, кое-что потеряли, – хмыкнула Джанель. – И я бы рассказала тебе все гораздо раньше, Кирин, но ты показался мне достаточно подозрительным.

Как ни крути, в этом была доля правды. И все же…

– Ты сказала, у тебя есть какое-то предположение по поводу нашего друга – дракона. Не так ли? Или ты сказала это лишь для того, чтобы их успокоить?

Джанель покачала головой:

– В отличие от тебя, меня можно выследить с помощью магии, так что, скорей всего, это Релос Вар сообщил Эйан’аррик, где меня найти.

Кирин уставился на нее. Похоже, она не шутила. Хотя в принципе он вообще не мог придумать никаких обстоятельств, при которых было бы забавно упоминать Релоса Вара.

– Но вы не знаете точно, что это сделал именно он, – сказал брат Коун. – У нас нет никаких этому доказательств.

– Верно, – сказала Джанель. – И я надеюсь, что ошибаюсь. Полагаю, что, когда мы встретимся в следующий раз, мне просто надо будет его об этом спросить. Так я продолжу свой рассказ?

Кирин выдохнул:

– Разумеется. Мы уже собрались на этой вечеринке. Так почему бы не спеть?

Рассказ Джанель.

Руины эставы, Знамя Барсина, Джорат, Куур

К тому времени, как мы добрались до убежища, все уже отчаянно в нем нуждались. Вскоре после того, как дракон умчался, начал накрапывать мелкий дождик, но уже через несколько минут он превратился в ужасный ливень. Сильные ветры хлестали ледяным дождем с градом, который постепенно усиливался. К счастью, крона деревьев, под которую мы вошли, пропускала не так уж много влаги, но мы все равно промокли. Деревья скрипели, гнулись под усиливающимися порывами ветра и порою трещали от напряжения. Молнии резкими вспышками освещали воздух, а парочка промелькнула так близко от нас, что вся земля содрогнулась от последовавшего раската грома.

– Оно впереди! – завопила Нинавис. – Как раз под этим холмом!

Она указала на прогалину между деревьями, в сторону зеленого, заросшего деревьями холма, на склонах которого виднелись старые каменные блоки и осыпающиеся руины. От подножия вверх шел грубый каменный пандус, ведущий к зияющему черному отверстию. Вход в пещеру можно было бы принять за естественный, если бы отверстие не было столь симметрично.

И когда я поняла, что передо мной, на меня нахлынуло облегчение.

– Что это за место? – спросил брат Коун.

– Эстава[72], – ответила я. – Слава Восьми.

– Что? – Он выглядел озадаченным.

– Убежища, построенные Хорсалом и его кентаврами. – Дорна поморщилась, словно попробовала на вкус что-то мерзкое.

– Поскольку она спасает наши жизни, мне плевать на ту кучу лошадиного дерьма, которая его построила, – сказал Нинавис. – Все внутрь, прямо сейчас. Живо, живо, живо!

Присматривающая за слонами Сана покачала головой:

– Эти места прокляты!

Я повернулась к женщине:

– Кобыла, если под проклятием ты подразумеваешь «место, где Нинавис и ее люди скрывались от капитана Дедрю несколько месяцев», то ты совершенно права, но у нас нет времени разыскивать что-нибудь получше. Поэтому будь любезна, иди внутрь! – Я старательно изобразила тоном, что обращаюсь к ней совсем не с просьбой.

Сана хотела возразить, но люди Нинавис уже двигались вперед. Треск молнии и раскат грома, раздавшийся почти рядом с нами, решили проблему. Женщина повела оставшихся слоних внутрь.

Брат Коун спросил:

– Что значит эстава?

Дорна ответила первой:

– Штормовое убежище. – По ее лицу скользнула мерзкая ухмылка. – Ты ведь не видел еще ни разу джоратского торнадо, жеребенок?

Он в ужасе распахнул глаза.

Дорна схватила его за мантию, и я с трудом удержалась, чтобы не рассмеяться.

– Пошли, – сказала она. – Этой ночью нельзя оставаться на улице.

Пусть и не все джоратские дома представляют из себя землянки – хотя и очень многие, – мы стараемся не забывать, что именно у нас могут разразиться самые ужасные бури, какие только можно найти в империи. Джоратская архитектура происходит от эстав, так что сейчас подземные дома не особо от них отличаются – разве что масштабами. Они не были крепостями; скорее они были укрытиями для тех случаев, когда, по каким бы то ни было причинам, Повелители Лошадей не хотели уводить свои табуны от приближающихся бурь.

Когда мы вошли в убежище, люди Нинавис зажгли несколько ламп. Слишком мало для столь огромного помещения. Вероятно, для бандитов в бегах ламповое масло было редким удовольствием.

Туннель вывел нас в поддерживаемый массивными гранитными колоннами гигантский каменный зал – такой огромный, что лампы не освещали дальние стены. Эстава была очень древней – на полу виднелись трещины, кое-где с потолка обрушились камни. За пределами света, отбрасываемого факелами, эхом разносился шум бегущей воды, но не знаю, шумел ли это дождь, стекающий по холму, или в убежище был постоянный доступ к свежей воде.

А Нинавис вместе со своим отрядом наверняка знала.

Нынешние владельцы зала оставили свой след. Вдоль каменных стен стояли раскрытые ящики, заполненные продовольствием и свертками с тканями, припасами и пайками, украденными со всего знамени. Я даже опознала, у каких торговцев их позаимствовали. Там – чай от торгового консорциума «Восемь монет», а вон там – сушеное манго, переданное не кем иным, как семьей Сифен. Основное место для сна отмечала огромная груда подушек и ковров, и вдобавок кто-то потратил время, чтобы изготовить глиняную печь.

Беженцы не нуждались в инструкциях; рассредоточившись, они сложили свои пожитки и начали разбивать лагерь.