Месть с того света

Довольно быстро после свадьбы Клара поняла, что тоскливо ей со стороны наблюдать за подвигами мужа, она ощущала себя заброшенной. Михаил в семейной жизни оказался скупым на эмоции. Жена для него скорее была визитной карточкой, которая так необходима в политике.

К концу пятого курса Клара хотела подать на развод. Но именно тогда у ее матери диагностировали лимфому. Миша моментально среагировал, нашел деньги, хорошую клинику. После химиотерапии женщина ощутила себя здоровой, но через три года болезнь вернулась. Дальше лечение в Германии, Израиле. Благодаря недюжинным усилиям мать прожила десять лет. Клара чувствовала себя перед Мишей в неоплатном долгу, и вопрос о разводе уже не стоял. Так потихоньку она привыкла к статусу жены успешного карьериста.

Помимо борьбы за здоровье матери, в те годы на Клару с Мишей обрушилось еще одно несчастье. Оказалось, что она не может иметь детей. Притом, что муж обычно был скуп на эмоции, в этой ситуации он жену крепко поддерживал. И Клара тогда поняла, что человек он хороший, преданный, хоть и устроенный по-другому, чем она. Не могла она его обидеть. И прожила по чужим правилам до сорока пяти лет, пока инсульт не унес жизнь Михаила Воронова.

Переосмысление к Кларе пришло только недавно. А что, если все было совершенно неправильно?! Михаил помогал лечить мать, потому что человек он такой и не мог поступить иначе. Но вовсе не для того, чтобы привязать Клару к себе. И поддерживал жену искренне, когда речь коснулась бесплодия. Все дела бросил и месяц из депрессии вытаскивал. Но опять же, не для того, чтоб ее удержать! Может быть, он в глубине души и хотел другую семью с кучей детей. Может и жизнь сложилась бы по-другому? Может быть, той семье он уделял бы больше внимания и не умер так рано, загоняя себя на работе? Возможно, это Кларино терпение привело к большой трагедии?

Получается, что терпение во имя чего-то может быть разрушительно?

А что складывалось сейчас? Клара проявила сдержанность ради чувств Василия. Но в душе скребли кошки. Безусловно, она понимала, что серьезные отношения требуют ограничений. Но дело в том, что Клара сама не определилась, кто же ее сердцу по-настоящему мил. Красавец Антон, который настолько хорош, что хочется прикасаться к нему каждую минуту. Но настолько молод, что серьезные отношения утопичны. И при этом так пылко влюблен, что нельзя упустить момента…. И Василий. Обаятельный, оптимистичный. Он, словно ледокол, прорубает вечную мерзлоту для того, чтобы Клара могла продолжить свой путь. Это же он затеял расследование, благодаря которому, продвинулось следствие.

Откиснув в теплой ванне, Клара двинулась к гардеробу и выбрала коктейльное платье молочного цвета. «Ледокол долго сохраняет инерцию, — решила Клара. — Да и тем более, Василий сам настоял, чтобы я поехала развлечься».

…

Такой соседку-огородницу Антон еще не видывал. Струящееся на тонких бретелях платье обтекало тело, подчеркивая крутые изгибы. На высоких каблуках ее ноги стали еще длиннее, а волосы блестящей волной ниспадали с плеч. Она выглядела как нимфа из комиксов фэнтези. Когда они с Антоном появились в фойе кинотеатра, то сразу же привлекли всеобщее внимание. И стали объектом охоты папарацци.

«Щелк, щелк, щелк», — затрещали камеры, ослепляя вспышками. Режиссер Ковровский, заметив в толпе Антона и Виталину, тут же выдвинулся навстречу и, полный радушия, пригласил в свой междусобойчик.

— Какие же вы оба фактурные! — отметил он.

Катя — хлопушка была сегодня напомажена ярко. В утягивающем платье она еле дышала, поскольку успела накидаться салатов и шампанского. Увидев издали высокого красавца Антона, она тут-же бросилась к нему. Какой же был ужас, когда Катя обнаружила, что он пришел с кралей, у которой попа полочкой, а у Катюхи полочкой торчал только живот. Катерина следила за Антоном в соцсетях и знала, что в последнее время он встречался с богачкой Вороновой. Но эту девицу она видела впервые.

В зале ошивалась скандальная журналистка Рената Кравец. Она подлавливала гостей, огорошивая компрометирующими вопросами. Никто ее на подобные мероприятия не приглашает, но она всегда появляется сама. И выгнать ее не представляется возможным, иначе в пух и прах разнесет. Все считают, что с ней лучше не ссориться. Катюха, не дойдя до Антона, сменила курс, направившись к Ренате.

— Добрый вечер, — обратилась она к журналистке.

— Добрый! Ты, кажется, хлопушка?

— Да, Катя я.

— Катюш, есть какие-нибудь инсайты про съемки?

— Есть кое-что. Вон, видите красавчика, который стоит возле режиссера и продюсера?

— Да, кто это?

— Это Антон Смирнов, новый актер. У него эпизодическая роль. А сейчас он тусит с самим продюсером. Вы в этом ничего не находите? — спросила Катя, многозначительно ухмыльнувшись.

— Кажется, он с девушкой.

— Девушка — для прикрытия, неужели не ясно?! Сейчас — он любимчик продюсера, а до этого с богачкой Кларой Вороновой встречался. Ему, похоже, не важно с кем спать: с мальчиком или девочкой, главное, с кошельками.

— Спасибо тебе, моя пташка, — журналистка дружественно положила руку на плечо Кати.

— Ой, смотрите, вон же она! — Катя ошеломленно указывала на вошедшую в зал Клару. — Воронова приехала.

— С меня магарыч, — пообещала Рената и ломанулась прямиком к ней.

К этому времени в фойе было людно. Среди всей собравшейся публики Клара узнала лишь пару актеров, которых видела в кино. Пьяные и вальяжные киношники балагурили, шумели. Премьера еще не началась, но градус был изрядно высок. Никто не замечал появления Клары. Она себя чувствовала неприметной маленькой девочкой, забредшей на вечеринку для взрослых.

— Клара Кузьминична! Приветствую! — к ней подошла женщина с встрепанными короткими волосами и маленькими бегающими глазками.

— Добрый вечер! Мы знакомы?

— Рената Кравец, корреспондент газеты «Желтый буревестник». Могу я вам задать пару вопросов?

— Мне-то зачем? Я в кино не снималась.

— Вопросы касаются Антона Золотова, сыгравшего в фильме подручного мафиози.

— Не поняла, при чем тут я? У него и спрашивайте, — Клару начала раздражать эта назойливая особа.

— Понимаете ли, вопрос щепетильного характера. Люди поговаривают, что — он фаворит продюсера. А пришел на премьеру с девицей. Вы, как его бывшая партнерша, можете прокомментировать этот треугольник?

— Кто я? Бывшая партнерша?! — почва уходила из-под ног. Возвышенное состояние, навеянное грезами о большой и чистой любви, враз сменилось на вселенский гнев.

— Послушайте, милочка, я сейчас отменным джебом вынесу либо вашу челюсть, либо Антона, либо вашего продюсера. Ан нет, скорее все три сразу. Пошла вон! — Клара перешла на крик.

— Кларита, ты здесь?! — Антон, увидевший Клару, сквозь толпу протискивался к ней.

— Третий акт. Кульминация! — восторженно произнесла Катя-хлопушка, довольная удавшейся интригой.

Подбежавший Антон раскинул свои объятья. Его лицо светилось счастьем. Клара, увернувшись от близости, нанесла сокрушительный удар коленом в пах своему ухажеру.

— Ненавистная продажная подстилка! — прошипела она.

— Что вы себе позволяете?! — выпалила подоспевшая Виталинка.

— А ты кто еще такая?

— Невеста его, — горделиво заявила девушка.

— Клара, не слушай ее! — куксясь от боли, выкрикнул Антон.

— Знаешь, что, невеста! — заявила Клара. — Быть тебе его бородой. И терпеть всю жизнь его гульки с продюсерами! Совет да любовь!

— Клара, все не так! — пытался ее остановить Антон.

Но Кузьминична уже убегала к выходу. А довольные журналюги рассылали кадры в свои редакции, чтобы первыми опубликовать скандал.

….

Этим вечером Василий пытался сконцентрироваться на чтении детектива, но мысли постоянно пытались соскочить с ровного ряда букв. «Я — третий лишний», — крутилось в голове. На смену этим мыслям приходили думы о том, что работа по хозяйству у Клары не закончена. Да и следствие пускать на самотек нельзя, Крюков опять в загуле. Затем мысли пытались опять ухватиться за сюжетную линию книги, и снова срывались туда, где Кларе было не до него. Из этого мазохистского транса Василия вывело появление любимой женщины.

Его голубка с перемазанным тушью лицом вся в слезах переступила порог гостиной. Подол ее расклешенного платья был залит вином и вымазан грязью. Она ковыляла кривой походкой на единственном каблуке.

— А где же каблук? — Василий не нашел спросить ничего лучшего.

— Ы-ы-ы-ы… — заревела Клара и плюхнулась на кушетку.

— Не плачь, милая! — Василий попытался обнять, но Клара оттолкнула его.

— А знаешь?! — торжественно произнес Василий. — Я починю твой каблук!

Клара на мгновение замолкла.

— Починишь? — недоверчиво переспросила она.

— На раз два! — прочеканил он.

Клара повисла на шее своего доброго друга.

— Наливка не кончилась? — спросила она.

— Оппля! — Василий достал флягу из своего кармана. — Отведайте, барышня, живой воды!

Накрыла теплая ночь. Деревянная беседка из тонких рей, сплошь увитая лозами клематиса и усыпанная бело-розовыми огромными цветками, походила на домик хоббита. Желтый свет подвешенных фонариков делал ее еще более сказочным.

Пыхтела маленькая печка. На мангале шкворчали жирком колбаски, а на столе стояла початая бутыль наливки с двумя кружками.

Как же надрывались цикады, рьяно благоухали цветы, и как нежно обласкивал залетавший робкий ветерок! Кларе уже не было больно. А может, и вообще не было больно. И отношения с Антоном были лишь прихотью, блажью, кризисом среднего возраста. Сейчас все вернулось на свои места. Никто ей не баламутил голову. И стало необыкновенно легко.

Полумрак прорисовал лицо Василия более жесткими линиями. «Скуластый ты у меня, — отметила Клара, — черты волевые». И плечи у него, и бицепсы играют из-под майки не хуже, чем у Антохи. А предплечье вовсе — здоровая махина.

— И почему ты не сбежал от меня? — спросила она.

— Я понимаю тебя.

Клара лишь пожала плечами. Как он мог ее понимать?

— Я и сам стреляный воробей.

— А я про тебя ничего и не знаю, — пожала плечами Клара.

— Свою жену Таньку любил, как любят жену. Зарплату всю в дом таскал, не утаивал. Ну самую малость, на поллитра заначку оставлял. По дому шуршал, как прикажет. Как-то я ее в отпуск на море отправил, а сам в райцентр поехал по делу. Там и познакомился с Ксенией. Одинокая, сама дочь растит. Ее бывший муж, осужденный за убийство, только с тюрьмы вышел. Психованный он. Я и заступился за нее. Да и завертелось у нас. Больно ласковая она, приголубила так, что чумной ходил.

Клара сидела, опустив плечи и погружаясь в жизнь Василия. Этот мужчина был для нее приятной данностью до этого момента. Но почему-то только сейчас он в ее глазах обретал идентичность.

— Любил я двух женщин всем сердцем, но всем эта любовь жизнь испортила. В итоге жена с детьми в Польшу переехали к родственникам. А Ксения на себе моего друга женила. Вроде все верно, я был неправ. Двух женщин заставил страдать. Но ведь я тогда не мог иначе. И волком выл, и пытался бросить Ксюху, а ничего не выходило. Тогда я понял, что любовные треугольники способно развести только время. А воля человека в этой ситуации бессильна.

Нависла пауза. Какофония ночных звуков усилила пафос последней фразы.

— Благо, у меня это время не затянулось, — сказала Клара.

Ночные звуки перебило громкое басистое пение.

«При луне шумят уныло

Листья в поздний час,

И никто, о друг мой милый,

Не услышит нас»3, — надрывался Антон. С бутылкой виски в руках он ввалился в беседку. За ним вошел Палыч:

— Клара Кузьминична! Не мог не впустить охламона этого. Он уселся прям у ворот, песни орал. Когда я его выгонять начал, он сказал, что никуда не уйдет, и вопрос касается жизни и смерти. Ну я и подумал, может, что важное.

Антон, покачиваясь, плюхнулся на колени перед Кларой.

— Прости меня, прекраснейшая из женщин! — он примкнул губами к ее колену.

— Вставай уже, — буркнула Клара.

— Колбасу будешь? — прервал неловкий момент Василий.

— Буду, — согласился Антон и сел за стол.

— Я звонил Крюкову, — Василий перевел разговор в деловое русло. — Из запоя не вышел.

— Так я его приведу в чувство, — пьяным голосом пробухтел Антон.

— Тебя самого приводить в чувство надо, — сказала Клара.

— С завтрашнего дня займемся разработкой окружения Бурсова, — сказал Василий. — Надо установить его связь с той женщиной на видео и с Княжной.

Глава 8

Хоть и засиделись ночью, поутру Клара долго в постели не валялась. Она выяснила у Регины место работы Бурсова и получила видеозапись, на которой он был с девицей. Николай работал в отделе реставрации при музее изобразительного искусства им. Пушкина.

Клара и Василий, не откладывая, выехали. К удивлению Клары, отделом реставрации оказался не кабинетик, а целое здание, современно оборудованное. В мастерской реставрации живописи высокие окна давали хорошую освещенность. Кроме этого, словно в хирургии, над столами висели огромные светильники. Сотрудники в белых халатах корпели над картинами. Скрупулезно работая инструментами, они походили на врачей, главный принцип которых — не навредить.

Увидев посетителей, пожилая женщина встала из-за стола и подошла к ним.

— Добрый день! — обратилась к ней Клара.

— Здравствуйте! Вы кого-то ищете?

— Николай Бурсов здесь работает?

— Да. Он ведущий сотрудник.

— Где его можно найти?

— Николая сегодня нет. Вчера звонил, предупредил, что пару недель на больничном будет. Может вам его телефон дать?