Хроники Гондваны. Тупик

— Очень рад. Меня зовут Тупик, лучник второго уровня. Я в игре только четвертый день и правила не особо знаю. Поэтому не удивляйтесь, если буду задавать глупые вопросы.

— Да тут в песочнице все мало знают, да и игру недавно запустили, так что не парься. Почему твой ник — «Тупик»?

— Ммм, ну в общем так получилось. Птичка такая в Исландии живет — Я смутился. Не рассказывать же о том, что все вводные для меня вводил редактор, а я, как полный идиот, только забрался в капсулу. — Подскажите, Карповна еще что-то говорила за маскхалаты.

— Так они ж на складе были. Не заметил кучу тряпья в большом шкафе? Это они и есть. На самом деле это одежда погибших игроков, вернее ее куски, связанные леской между собой и покрашенные в цвета полей. Надеваешь и становишься похож на пугало. Если неподвижно стоять, можно и подстрелить кого. Вот только против мишки это тоже не действует. Он в первую очередь на пугала и кидается. — весело объяснил Гном. Кролики большие тоже на них тренируются, прыжки с дальнейшим ударом в морду отрабатывают.

— А десяток в день набить реально?

— Реально. Даже больше. Фарм здесь один из лучших в Песочнице. Но из-за мишки и личности Хозяйки охотников немного. Любителей мучительно умирать и терять при этом уровень, сам понимаешь…

— Но вы же нанялись? И вроде не мазохисты.

— Мы здесь оказались по разным причинам. В основном позарились на быстрый взлет уровней, об этом посты есть. На форуме тоже бывает, рассказывают, но там среди всеобщего срача трудно раскопать зерна истины. Короче, тоже тупили.

— Ничего не тупили, — поправил Кол. Если можно взлететь на 6 уровень между приходами мишки, то риск вполне себе оправдан. Надо только формулу действий изобрести.

— Это вы о чем сейчас?

— Не обращай внимания. — ответила Иоланда. — У нашего олимпийского шнурка своя теория прохождения этого квеста. Называется «Сквозь тернии к смерти». Он здесь уже два раза сдох и снова приходит. Зацепило не по-детски.

— Да, зацепило! — разгорячился Кол. — У тебя своя теория, как из этого болота выбраться, не правда ли? Травки собираешь, по вечерам сорта дерьма мешаешь и варишь, да с таким успехом, что чуть сарай один раз не спалила. Хорошо, Хозяйка не видела, как мы стены тушили, а то бы заставила прилюдно любить друг друга, невзирая на гендерное различие, еще бы в компанию собачку свою позвала.

— Что за теория? — прервал я разгоравшийся спор.

— Вот смотри! Как правило, с этим согласны все, я надеюсь. Сначала на поле выходят кролики только первого уровня, потом появляются и второго. Мы их бьем. Когда достигается некий критический уровень, то появляется третий уровень, с которым охота превращается в хорошую драку. Независимо от ее исхода, через какое-то время, не очень большое, в драку ввязываются волки и мы отступаем, вернее это больше похоже на бегство, если с нами не дежурит собака.

— Волкодав? — заинтересованно спросил я.

— Дебил. — ответил Гном. — Для него эта игра. Хочет — рвет, как Тузик грелку. Хочет — уйдет. И тогда точно без тяжелых ранений и смертей не обходится. Это вшестером. Вчетвером нам труба даже без мишки.

— А мишка когда появляется?

— Вот с этим проблема. Может раз в три дня, может больше. Вчера был, например, так у нас минус двое. И еще одна проблема. Если заметишь вовремя, смыться можно, но только сломя голову, при этом неминуемо топчешь урожай. А потом в игру вступает Карповна. Насчет этого в моей теории пробел. Если его заполнить, выход из Песочницы нам гарантирован. Еще и плюшек накидают, скорее всего. Таких квестов в этих местах два, этот и с крысами. Но лазить по древней канализации та еще тема. В темноте и вони биться не каждому заходит.

— Как обячно выходят из Песочницы?

— Донат, — коротко изрекла Иоланда. — Кто-то сразу башляет и идет на экскурсию с провожатыми НПС опыт набивать. От трех до пяти тыщ тратят. Зато через неделю в Большой игре. Кто-то сначала зарабатывает игровые деньги и тратит на те же экскурсии и снарягу с одеждой. Для остальных в основном схема найди-купи-продай. Это от двух недель до месяца в зависимости от ума и изворотливости. Часть пытается навыки качать перед Большим миром. Эти не меньше месяца здесь торчат и безумно гордятся своей подготовкой. Правда потом все также донатят, только меньше. Мы тут маргиналы нетрадиционных способов добычи шестого уровня.

— Вместе отрядом пробовали действовать?

— Тупик, поверь, на этих полях перепробовали всё! И у кого-то точно получалось, но сведений об этом — ноль. Почему так, не ведаем. Есть только одно подозрение — каким-то образом всем выполнившим задание затыкают рот, чтоб инфа не дошла до жаждущих. — Кол ненадолго задумался. — А если это так, то наш квест явно стоит свеч. Все, пора работать.

Через час я вместе с новыми знакомыми стоял на поле в накидке пугала и всматривался вдаль. Уже через минут десять появились первые кролики и стали вовсю хомячить. Поле было действительно большим, с пару гектаров навскидку и было разделено по ширине на четыре части. Сначала шла зелень, затем морковь, капуста и на самом дальнем участке брюква. Мы, как скомандовал Кол, выстроились в ряд между капустой и брюквой. Упросив товарищей, что я сегодня не столько буду заниматься геноцидом, сколько понаблюдаю за действиями ушастых противников, а они со мной потом поделятся добычей, а заодно постараюсь не пропустить подход продвинутых красноглазых, я принялся глазеть на усилия противника по пожиранию урожая. Уже через полчаса я понял первый подвох в этом поле. Обычным кроликам нахрен не была нужна зелень и даже морковь, они вполне себе довольствовались тем, что росло на двух ближних участках, и охотники вынужденно кучковались на дальнем от усадьбы участке поля. И когда приходилось бежать к спасительному жилью, оставалось только два варианта: либо крюк до дороги вдоль поля, либо напрямки через грядки зелени. Со страху выбирали, естественно, второй. Итог закономерен — у ворот усадьбы Карповна с люлями и штрафами. Причем штрафы казались ягодками по сравнению с первым.

Уяснив про себя проблему, я начал наблюдать за действиями отряда. Все стояли неподвижно в своих накидках обиженных жизнью пугал и ждали, пока обнаглевшие ушастые не подойдут поближе. Потом полет стрелы или точный бросок, и после двух-трех метких попаданий сбор добычи. Кролики, как только начиналось движение, испуганно уносились прочь, но довольно быстро возвращались. Колу, как мечнику, было труднее всех, но и он приноровился. Положив возле себя выдранную с грядки морковину, он дожидался, пока кто-нибудь польстится на это и подойдет совсем близко, ну а дальше взмах меча и все. Но в основном бездействовал, поджидая красноглазых. А вот они меня удивили. Во-первых, повышенной пугливостью при резких движениях, во-вторых, любовью именно к моркови. Интересненько. Не, ну этот просто наглец. Прет, как танк, прямо мимо меня. Такое я не прощаю. Тренькнула спущенная тетива. Облом, однако. При моих силенках и уровне эта тварь с первой стрелы сразу не подохла! Зло, поглядев на засранца, улепетывающего на пьяных ногах со моей стрелой в боку, я скрипя зубами, признал свою убогость и зарядил стрелу с «волчьей кровью». Вот та прихлопнула красноглазого с первого раза. Надеюсь, с третьего уровня дело у меня наладится и с обычными стрелами, благо живой пример перед глазами. У Иоланды уже полмешка заполнено. Внезапно сам для себя я заорал:

— Надо чтоб меч и копье били только красноглазых, а мы с Фиалкой будем отпугивать обычных, чтоб не сожрали все! — После моих криков поле моментально опустело.

— Ты дебил? — подошел ко мне Кол с глазами, полными ярости. — Они теперь не скоро подойдут, а на крики волки могут сбежаться! И кто от них отмахиваться будет — ты с жалким вторым уровнем и стрелами из стартового набора?

— Извините, не подумал, — горя красным пламенем от стыда, промямлил я. — Тогда, если волки придут, а кроликов не будет, надо отступить за морковь и к краю дороги. Поле-то охранять пока не надо. Мне казалось, их только запах крови влечет, вот они и появляются.

— А парень дело говорит, — подбодрил мои рассуждения своим замечанием Гном. — Если волки, то и бежать лучше по дороге. Парочку уроем и смоемся, коли большая стая подвалит.

— Ага, и без еды останемся. Сколько у кого? У меня шесть.

— Два простых и один красноглазый. — хмуро сказал Кол.

— Четыре простых и два красноглазых. — это уже Гном.

— Один простой и один красноглазый. Второй убежал. — смущенно произнес я.

— Итого девятнадцать. А надо сорок. — подытожила Фиалка. — Ну, что будем делать? Краба слушать или кролей бить?

— Отступать к дороге надо сейчас, а потом еще набьем. Успеем до вечера. — Предложил Гном.

— Вечером у меня ритмика в реале, да и у вас, думаю, свои дела есть! — парировала Фиалка.

— Тогда бьем своих тридцать и не делимся, а Тупик либо набивает норму, либо ночует не жрамши, прижавшись к хозяйкиному алабаю, если тот согласен будет такому соседству. А сейчас отступаем по моркови.

— А если он не согласен будет? — тихо спросил я.

— Увидишь. Никто еще не пробовал. — едко ухмыльнулся Кол.

Глава 3 Полевые испытания

Я уныло топал к краю поля среди грядок моркови за остальными, как вдруг почувствовал сильный удар сзади, от которого перехватило дыхание, и пришлось по законам физики рухнуть на землю, едва не выбив зуб от торчащий из земли корнеплод. Не успел я подумать, что это было, как на автомате развернулся, нащупывая нож. То, что я увидел перед собой, кроликом уже трудно было назвать. Скорее, его внебрачный отпрыск от кенгуру. Животное тем делом взметнулось в воздух, чтобы со всей дури хряпнуться на грудь и с высокой вероятностью ее проломить, но в воздухе нечаянно встретилось с копьем Гнома. Как же оно заверещало! Стало понятно, что именно привлекало волков на поле. Не слышать звук сирены из ближайшего леса не может только абсолютно глухой и самый тупой зверь, даже компьютерный.

— Должен будешь! А сейчас подстрахуй. — Сказал Гном, помогая подняться и пошел вытаскивать копье.

Впрочем, дальше сюрпризов не было. Мы дружно пятились к дороге, ощетинившись оружием и поджидая новых нападений, и, пока шлепали туда, успешно грохнули еще двоих переростков.

— Двадцать пять! — отдышавшись, сказала Иоланда. — Не так уж и плохо по нынешним временам. На ритмику похоже, успеваю.

— Успеешь. Два волка справа для лучников, один по центру мой. Гном караулит правый фланг, дальше по обстоятельствам. Разобрали цели. — Скомандовал Кол.

Первым выстрелом я бессовестно по-своему волчаре промазал. А вот вторым попал, хотя только подранил. Третьей стрелы тот не стал ждать и бросился в атаку. Пришлось это сделать и остальным. Около моей головы просвистело копье и вонзилось в землю. Опасно, черт возьми! Наверно на одной линии стоим, вот и попал под дружественный огонь. Я сделал шаг в сторону и стал разворачиваться, чтоб выдать Гному свое «фи», но тут в шаге перед собой увидел пролетающую серую массу и с испугу выстрелил. Волка сбило на землю и я, судорожно нащупав следующую стрелу и не особо утруждая себя в полном натягивании тетивы, хлопнул еще разок, поскольку взбешенная тварь уже открыла пасть, чтоб откусить от меня что-нибудь. Вот туда стрела и воткнулась. Как я понял, я тоже вошел в состояние транса, потому что очнулся только тогда, когда получил увесистый тумак, и думаю, что не первый, пока до меня достучались.

— Тупик, у тебя точно с «крышей» все в порядке? — услышал я из пелены ярости голос Фиалки.

— Уже да. — Глухо прорычал я в ответ, мотая головой и развеивая остатки тумана перед глазами.

— А я уж думала на всякий случай пристрелить тебя от греха подальше. А то сейчас начнешь, как младенец истерить. Здесь было такое.

— Не дождешься! — Уже более нормальным голосом произнес я. — Младенцы истерят, когда от сиськи отрывают, а моя здесь лежит. — С этими словами я подошел к волку и стал пытаться разрезать ножом его пасть, чтоб освободить стрелу, в очередной раз обещая себе, то на первые крупные деньги, заработанные в игре, найму себе носильщика. Настоящего, в лохмотьях и с грязными пятками. И обязательно ноющего, что ему холодно и плохо. Уж я эту братию знаю! Пожалеешь, купишь ему вещичек, а утром он опять в таком же виде. На базаре гад сразу продает, такой у них бизнес в виде побочного заработка.

— Точно ненормальный. Зачем тебе сломанная стрела?

— А вот зачем! — Я, наконец, выдернул остаток стрелы из пасти. Подтверждая мою догадку, наконечник тут же впитал в себя остатки волчьей крови и немного окрасился в красный цвет.

— Ого! Сила +1. Точность +1. Почему у меня не так?

— В мозг надо воткнуть и убить. Я вчера в глаз попал вот этой. — Я показал вчерашнюю стрелу. И спросил:

— Интересно, можно ли ее починить с сохранением статов?

— Думаю, да. Надо у кузнеца спросить местного, я у него стрелы заказывала. Вроде ничего получились, хоть и подороже. А ты везунчик, таких стрел я здесь не видала еще.

— Хорош языками чесать, пошли кролей долбить. — Кол развернулся и пошел вглубь поля.

— Волков всех перебили?

— Всех почти. — подтвердила Фиалка. — Двое справа еще были, так на свою беду они алабая в кустах потревожили. Он одного и задрал, а второй убежал, смекнув, что дело плохо.

Дальнейшая охота была неудачной. То ли волки всех распугали, то ли еще чего-то, но все норму еле набрали, а я только одного красноглазого подстрелил, но внезапно для себя, получив третий уровень, свалился в уже привычном беспамятном экстазе и еще долго приходил в себя, попадая то в капусту, то в небо. Принимая мясо, Карповна брезгливо посмотрела на мою добычу.

— Это все?

— Так кролики закончились. В лес убежали.

— Шутишь? Как они могут закончиться? А ну, пошли со мною, тупик-халупик.

Выйдя на поле, тетка внимательно посмотрела вокруг себя.

— Действительно, мало нагрызли. И нет никого. И не растоптали много. Подозрительно. Вы, случаем химикаты не разбрасывали? — И угрожающе добавила, — правду говори, засранец, чего делали? А то сейчас самого в капусту превращу неестественным способом!

— Да ничего не делали! — Отчаянно заверещал я, почти как тот переросток, в которого копьё гномовское влетело. — Кроликов били, потом волки набежали. Потом волков били. Потом кролики убежали и все. Урожай ваш целый — целый! Я не виноват, что кроликов больше нет! Не дадите ночевку — с алабаем спать буду. Или в поселок пойду хвосты продавать, там и заночую.

— Так, сопли вытри! — Несколько более спокойным тоном произнесла Карповна. — С алабаем спать не дам, он у меня на вас натаскан, еще испортишь собаку. Спать будешь здесь, все ж заразы меньше из поселка. На ужин вареная брюква, которая после кур осталась. А теперь забейся в угол, чтоб я твой противный писк больше не слышала. Чеши, да побыстрее с глаз моих!

Я тут же выполнил ее приказ, с радостью поняв, что избежал наказания, а возможно и гибели. Спросив, где осталась брюква, с той же скоростью понесся к ее местоположению и наложил себе полную миску. Потом побежал обратно к навесу, зацепив ведро, шмякнулся, все рассыпал, стер следы преступления, опять наложил себе брюквы и уже не торопясь, двинулся к навесу. Стал есть и тут понял, что это тоже такой вид наказания, только более изощренный. Так что ел я это древнерусское лакомство не спеша, если давился, то спешно запивал водой и от этого пузо в конце ужина стало похоже на барабан. Хрюкнув всем на прощание борясь с отрыжкой, лег на тюфяк в сеновале и вышел из игры.

Очутившись дома после ванны, я сразу сел за ноут. Есть не хотелось, вкус толченой брюквы, да еще после кур, отбил аппетит даже в реале. Теперь в моей личной копилке два нелюбимых овоща: тыква и брюква. Раньше думал, что еще авокадо, но оказалось, что если его есть не на территории России, то оно вполне съедобно, а у нас картошечка лучше заходит. Просмотрев свою будущую статью, которую уже завтра надо будет сдавать, я откинулся на спинку кресла и глубоко задумался. Потом решительно все стер и стал писать заново и о другом. Ночь длинная, успею.

Утром, поспав всего четыре часа и войдя в игру, я был совсем никакой. Застав своих временных соратников за завтраком, я мрачно бухнулся на лавку и за неимением кофе налил себе молока.

— Бухал вчера? — участливо спросила Фиалка.

— Хуже! Работал.

— А ты забавный. — неожиданно для меня сказала девушка.

Стоп! Вот таких фраз, а тем более сказанных игривым тоном, точно не надо, ничем путным они не заканчиваются. Напрягся я изрядно, но вслух только буркнул:

— Вы все тоже. Извини, но у меня настроение, как будто с алабаем переспал, а после этого с ним жутко поссорился.

— Надеюсь, ты сегодня не будешь повторять вчерашних ошибок, и мы вернемся с добычей? — внимательно глядя на меня, спросил Кол.

Я, как можно приветливей улыбнулся в ответ, и моя улыбка ему явно не понравилась.

— Осталось проверить пару идеек, а так все норм. Бьем кроликов, потом отходим к морковке, херачим переростков, отходим к дороге и встречаем волков. Если их больше, чем вчера, уматываем нахрен с поля.

— И опять недобираем норму. Это вчера Карповна добра к тебе была, даже не выпорола для порядку, а сегодня может все быть иначе.

— Урожай-то цел останется, а это для нее главное. Пусть привыкает. Откажет в ночевке, в поселке заночуем. А на еду клыки волчьи есть, на них в столовке талончики дают.

— Много ты в той столовке после трех дня наешь! Таких умников с клыками десятки! Думаешь, они на экскурсии в лесу, как мы, кроликов долбят?

— Не ссорьтесь, девочки! — вставил Гном. — А ты, Тупик, просто не ори и не пугай живность. Бьем двадцать пять — тридцать мелочи и отступаем в морковь. Там догоняемся вторыми и переростками и отступаем к дороге. Потом достойно встречаем волков или смазываем пятки жиром, то есть позорно бежим. Остатки разгонит алабай.

Так и поступили. На этот раз получилось совсем неплохо и все были удовлетворены, даже Карповна, выкатившая с щедрот нам на ужин по кружке уже прокисающего пива. Ну почти все. Кол явно бесился, что в его теорию внесли поправки и это был не он. Хмуро поздравив всех с удачным днем, он с трудом дожевал ужин, отказался от пива и вышел из игры, сославшись на неотложные дела.

— Не вовремя он ушел. Завтра медведь может появиться, а мы не договорились, как будем действовать. — озабоченно сказала Фиалка.

— Так давайте без него договоримся, — беззаботно предложил Гном.

— Ты как хочешь, но этому я не доверяю пока — указав на меня пальцем, утвердительно выдала Фиалка. — Увидит мишку, опять какую-нибудь глупость сморозит, с него станется.

Уф, отлегло. Никаких «забавных» с другими интонациями не прозвучало, а в рабочем порядке лаяться с противоположным полом мне не привыкать, так что ситуация пришла в норму. Когда-нибудь потом таких умниц в этой игре я точно поимею, но не сейчас.

Предлагаю завтра сделать так: как появится мишка, всем быть около дороги. Если зелень не затопчем, убежим и остаемся здесь еще на три дня, добиваем уровни до пятерки, у кого еще нет и думаем, как завалить мохнатого. Дальше. Я попробую провернуть такой же фокус с копьем, как Тупик со стрелами. Тогда шансов станет больше. — Гном замолчал. — Дружище, ты как думаешь?

— Пока никак. Надо покумекать вечерком. Утро вечера мудренее, потому что ночью порой снятся неплохие идеи. Предлагаю всем хорошо отдохнуть. — С этими словами я поднялся на сеновал и вышел из игры.

Моясь после капсулы, я вдруг понял, что у меня сегодня целый день свербело в голове. Дерево! Я сегодня увидел дерево посреди поля. Наверное, его оставили, чтоб крестьяне могли под его тенью отдыхать днем. Еще одна заумная мысль посетила меня во время ужина. Я быстро набрал адрес форума песочницы и написал там вот что:

Тупик: Что можно собрать с медведя для продажи в песочнице?

И сразу понеслось. Набросил, называется, дерьма на вентилятор.

Ворон: Тупик, ты там вконец отупел чтоль?

Умный лошарик: Это тот краб, что про лут с волка спрашивал. У тебя сколько смертей на счету, чучело?

Веснянка: А разве медведей здесь бьют?

Колобок 33: Бьют конечно. Догонят и еще раз бьют. Флудит чувак.

Пантера: Лично один такой, я имею ввиду медведя, нашу экскурсию по всему лесу гонял целый день. Половина группы уровней лишилась, и я тоже. Так обидно было опять с третьего начинать!

Искуситель: Не плачь. Дай свой номерок, я тебе такие запредельные уровни покажу!

Пантера: Дурак озабоченный!

Вам не дам: Тебе опять дам. Но опять совет. Поройся на форумах алхимиков или магов, им много чего надо. Я только про желчный пузырь слыхала.

Искуситель: Опять ему дала? А мне когда?