Помоги проекту - поделись книгой:
Я посмотрел на часы: скоро вечер. Три дня назад моя красавица-змея, не дождавшись героя, вынуждена была пойти с другим. Надеюсь, она не слишком огорчилась, пошипела сердито и утешилась с каким-нибудь красавчиком. Пора утешиться и мне.
Красотка краем глаза наблюдала за моим приближением. Когда я невзначай коснулся ее локтем, она удивленно посмотрела на меня и, указывая на кровавую сцену внизу, сказала что-то на местном диалекте.
– Я не говорю по-бельгондски, – ответил я.
– Откуда вы? – спросила она на всеобщем.
– С Дангора.
Она, конечно, была очарована.
– О! Из метрополии.
– Вы живете в очень красивом городе, – заметил я любезно.
– Вы находите?
– Да. Оч-чень уютный, старинный, романтичный… Я не провел бы здесь всю жизнь, но на час, – бросаю пламенный взгляд в ее декольте, – нахожу его вполне подходящим…
Она засмеялась.
– Наша Столица скучна, ей не сравниться с блистательной метрополией. Чтобы жить здесь, не теряя вкуса к жизни, надо иметь свои привычки…
– Вот я и спрашиваю себя, не приобрету ли я их с вашей помощью!
Это ей понравилось. Она слегка порозовела под загаром. Я не мог отказать себе в удовольствии вообразить все, что проделал бы с ней, если бы она пожелала. Сегодня я свободен, как ветер. Что же этому ветру придется одиноко завывать в ущелье?..
– Вы один на Бельгонде?
– Увы! И к тому же свободен, как ветер!
– Вы не женаты?
– Увы! А вы?
– Да, – ответила она и добавила, словно говоря, «пользуйся случаем»:
– Мой муж по делам на Торбасе…
Прекрасный человек! Хоть я с ним не знаком, не могу удержаться от выражения горячей симпатии к нему. Чем еще может побаловать мужчина братьев по полу, как не быть по делам без жены, которая так хороша.
– Так значит, вы вынуждены глядеть на эти ужасы, чтобы убить время?
– Да-а…
– Не пойти ли нам выпить чего-нибудь?
Это перепутье наших отношений. Тест. Если она согласится, можно считать, что вечер у меня в кармане. А может быть и утро, день… Но не будем загадывать… Ну-у?!
Скромно потупив глазки, она отвечает:
– С удовольствием…
– Тогда руководите мной, я только что прибыл в Столицу и не знаю ни одного заведения…
– Может быть поступим проще: сделаем это дома?
Умопомрачение! Вот женщина, которая не находится во власти принципов. Она знает, чего хочет, и рассчитывает получить это в самое короткое время. Конечно, она права, делать ЭТО дома гораздо удобнее.
Я поражен ее оперативностью и раздумываю, может быть пригласить ее в нашу Службу. Красота, рационализм, скорость – все, что надо.
Превратно истолковав мое молчание, она добавляет:
– Я одна дома, служанка в отпуске…
Ну что на это скажешь! Последний гвоздь забит.
– Я весь к вашим услугам.
– У меня маленький домик недалеко отсюда…
У нее фиолетовый, под цвет глаз, экипаж. Я усаживаюсь рядом с куколкой. Мы едем по набережной, потом сворачиваем в жилые кварталы с конусообразными домиками, покрытыми, словно широкополыми шляпами, крышами с волнистыми краями.
Прелестная лачужка. В ней пахло богатством и затхлостью. Сразу заметно, что горничная в отпуске.
Она бросила сумку на диван и сняла перчатки. Тишина и полумрак опьяняли. Царило первоклассное «побуждение к преступлению». Я обнял хозяйку за тонкую гибкую талию, а свободной рукой исследовал декольте. Оно содержало все, необходимое для соблазна.
– Как вас зовут, прекрасная дама?
– Люэн.
– Чудесно.
– Вы находите?
– Да.
– А как вас зовут?
– Ронбер.
– Ронбер… – повторила Люэн и подставила мне рот. Губы ее были горячи и мягки. Поразмяв бедняжек, я стал подталкивать красотку в сторону дивана. Ловко уворачиваясь, она сдерживала мой маневр.
– Нет, нет! Не так сразу!
А как?! Интересно, что ей еще надо? Может быть раздеться догола и, надев на голову суповую миску, промаршировать браво, стуча в барабан? Может быть это ее возбудит?
Не люблю я сложностей.
Она выскользнула из моих рук.
– Что будем пить?
Мой взгляд был красноречивым ответом. Она совершенно смутилась. У каждого свои привычки, она делает ЭТО только после доброй порции алкоголя.
– У меня есть боргейн…
– Пойдет! – Черт знает, что это такое, но какая разница! Скорее! Давление подошло к критической отметке! Ситуация становится слишком опасной для молнии на штанах.
Она вернулась очень скоро, держа два стакана, из которых один был щедро наполнен.
– Это все для меня?
– Да. Ты же такой большой!
Ты еще не знаешь, КАКОЙ я большой и какой НЕОБЫКНОВЕННЫЙ. Я чокнулся с ней и попробовал напиток. Он был не из лучших, что я пил. Ну да ладно, зато она была достаточно хороша, чтобы забыть об этой мелочи. Я сделал второй глоток, поставил стакан на низкий столик и вместе с Люэн упал на диван. Она прижалась ко мне, и мы поцеловались. Молния пронзила мои чресла и рука моя крепко сжала ее бедро. Она слабо протестовала, но не могла сдержать неумолимое движение моей руки – все выше, выше…
Странное дело, рука моя вдруг потяжелела. Я весь налился свинцом. Улыбка Люэн исчезла…
По инерции я пытался достичь цели, скрывавшейся между нежных и совершенных бедер, но это мне никак не удавалось.
«Черт побери! Вторая осечка за пять дней! Это слишком!» – подумал я и провалился в небытие.
Очнулся я от того, что меня начало рвать. Раскидав по полу остатки национальных блюд, я утерся и стал оглядываться по сторонам, одновременно пытаясь сообразить где я и что со мной.
Вокруг была кромешная темнота. Достав из кармана маленький фонарик, я попытался исследовать место своего нахождения. Слабый огонек осветил пустую комнату с железной дверью. Пожалуй, отсюда не выбраться. Склеп, да и только…
Господи, как мне плохо! Желудок схватывало каждую минуту, ледяной пот струился по лбу, сердце билось совершенно ненормально…
Меня снова вырвало, еще и еще… Когда внутри стало пусто, как в вакууме, я отдышался и поднялся на дрожащие ноги. Осветил фонарем дверь. На ней не было замка. Немного подумав, я понял, она заперта снаружи на засов.
Какая неприятность! Уменьем и настойчивостью можно совладать с замком, но ничего нельзя поделать с засовом, когда находишься по другую сторону от него.
Я совсем пал духом. По всей видимости, мне суждено умереть с голоду в этом склепе. Когда меня найдут, я буду маленький и сухой, и меня продадут какому-нибудь коллекционеру мумий.
Я терялся в догадках, пытаясь понять, кто же дал приказ о моих досрочных похоронах. Кто бы это ни был, в любом случае он должен знать о моем задании. Это невероятно, только я и Командор знали, что я буду делать на Бельгонде… Стоп! Стоп! Пустая башка, а Моргено и его группа! ЕГО ГРУППА!!!
Мой тысячелетний опыт подсказал мне сохранять спокойствие и как следует разобраться в ситуации. Я начал исследовать свои карманы. Может быть я все же добрался до цели прежде, чем отключиться, и этим тронул черствое сердце Люэн. Может быть это не входило в ее планы. Во всяком случае в карманах я обнаружил все свое снаряжение. Кучу разных предметов, которые могут сослужить добрую службу. Не было только моего маленького любимого бластера-бульдога. Намек был понят – сиди и не рыпайся. О тебе позаботятся.
Я подошел к двери и тихонько простукав ее, определил местонахождение запора. Потом открыл свой фонарик с задней стороны и достал миниатюрный резак. Резачок!
«Моя милая, – мысленно обратился я к куколке Люэн, – первая заповедь: имея дело с мужчиной, забери все удлиненное, режущее, проникающее, если хочешь обезоружить его. Иначе он достанет тебя тем или иным концом».
Мой резачок быстро управился с запором, и я не замедлил сменить декорацию, выбрался в темный коридор.
Посветив фонариком, я узрел лестницу, круто ведущую вверх. На цыпочках я поднялся по ней… Наверху путь к свободе преградила новая дверь. Тоже запертая.
Приобретя уже некоторую сноровку, я быстро расправился с нею. Затем чуть толкнул и прислушался. Издалека доносилась музыка. Чуть погодя раздалось покашливание. Вот как! Меня сторожат. Я снял пояс, нажал, где надо, и, содрав с него камуфляжную оболочку, получил гибкую отточенную металлическую полосу. Она быстро затвердела на воздухе, превратившись в превосходное мачете. Обмотав полосы, скрывавшей ее материей, я крепко сжал импровизированную рукоять и осторожно отворил дверь. Шагнув вперед, я очутился в холле, покашливание, как радиомаяк, указывало мне путь.
Застать стража врасплох, однако, не удалось. Только я шагнул на порог комнаты, как навстречу метнулось черное обросшее густой шерстью тело с оскаленной мордой. Я рубанул по морде ножом, и удар отбросил тварь к стене, где она и осталась лежать, корчась и истекая кровью. Мой добрый «меч» разрубил ее почти надвое.
С кресла вскочил здоровенный седоватый тип и схватил лежавший перед ним на столе бластер. Я тоже схватил… стоявшую на комоде тяжелую вазу и метнул в типа, целясь в руку с бластером.
Опа! И оружие полетело в угол. С победным кличем я бросился на стража, собираясь прикончить его одним ударом, но не тут то было. Он проворно выхватил откуда-то ножище поболе моего и с ответным кличем ринулся на меня.
Мы сшиблись с треском, как два петуха, дерущихся за право, кому топтать несушек. Натиск стража был таким яростным и стремительным, что первые мгновенья у меня не было возможности сделать ответный выпад, я только-только поспевал защищаться. Ну да ничего! Я помоложе и могу подождать.
Я подождал и дождался: возраст и усталость дали о себе знать – удары стража замедлились и утратили прежнюю силу. Отразив очередной выпад, я нанес ему ответный удар прямо в грудь. К несчастью он не был точен, и мне удалось лишь распороть рубашку и поцарапать противнику кожу.
Страж быстро ретировался за стол и некоторое время стоял, сверля меня ненавидящим взглядом и судорожно хватая ртом воздух.
Я дал ему полюбоваться собою и швырнул в него первый попавшийся под руку тяжелый предмет. Он уклонился. Я швырнул следующий – нельзя дать ему остыть.
– Ну, старичок, запетушись, а то что-то ты скис. Яйца отвалились?
Он поджал губы.
– Ошибся! По твоим гримасам вижу, тебя мучает геморрой. Повернись ко мне своей жирной задницей и я вырежу из нее все лишнее. Ну, давай, давай!
Судя по его реакции, я угадал. Тип бросился на меня, как разъяренный бык. Но я опрокинул ему под ноги стул. Он резво перепрыгнул через него и, раскорячась, стал наступать на меня.
– Да ты спортсмен! – рассмеялся я, пятясь вокруг стола.
Дзинь, дзинь, звякали наши клинки. То и дело что-нибудь рушилось на пол или хрясало в стену. Я глянул на перевернутый стул за спиной стража и у меня появилась идея. Поднатужившись, я с воплями погнал его назад. Так, так, еще немного… Он запнулся о стул и невольно оглянулся. Воспользовавшись этим, я подскочил вплотную и вонзил ему в грудь свой клинок. Затем выдернул его и проткнул стражу живот, снова рванул нож и наотмашь ударил типа по горлу. Он зашатался и с хриплым стоном рухнул, как гнилое дерево.
Я подошел к столу. Странно, но на нем все сохранилось так, как было, когда Люэн гостеприимно потчевала меня боргейном, щедро разбавленным снотворным. Наши стаканы все еще стояли рядом. Я понюхал свой, потом ее, от моего исходил слегка горьковатый запах. Я обошел дом. Здесь давно никто не жил! Это была самая настоящая ловушка. И я в нее попался.
Я прошелся с тряпкой по комнате, уничтожая свои отпечатки пальцев, помыл стакан, огляделся еще раз на всякий случай. Вроде бы ничего не забыл, все мое было при мне. Где я еще мог наследить?.. В подвале?.. Я не поленился спуститься вниз.
Где еще?.. Разве что на чудесных ляжках Люэн. Но думается, она уже сменила колготки, и мои «пальчики» на них не достанутся эсбэшникам Бельгонды. А жаль, я был бы горд, обнаружь они мои многочисленные автографы в столь интимном месте. Ну да ладно…
В прихожей я глянул в зеркало – у меня был вид эксгумированного трупа.
Я вышел и неподалеку от дома нанял экипаж, доставивший меня в центр. Там я расплатился, прошелся немного, проверяясь на предмет хвоста, и сел в другой экипаж, который привез меня прямиком к дому.
По дороге я всячески ругал себя на всех известных мне диалектах Четвы, СОХа, нейтралов и пиратов. Так попасться! Так подставиться! Как зеленому сосунку, которому первый раз показали, дали подержаться и даже позволили сунуть. Мать-перемать!
Если бы Командор не сорвал меня в одночасье, не поломал свиданье, дал спустить пар, меня б не заклинило на этой сучке. Все равно, так дешево купиться! Стыд! Стыд! Стыд!
Сровняв себя с землей, я немного успокоился и стал заново выращивать чувство собственного достоинства. В конце концов, нет худа без добра. ОНИ засветились! Пусть я не знал пока, кто они такие, но я уже знал, что ОНИ СУЩЕСТВУЮТ. Я знал, что должен прежде, чем делать следующий шаг, трижды оглянуться. А вычислить этого паскудного червяка, который забрался в чистое яблоко нашей Службы, будет не так уж трудно. Нужно предупредить Моргено и шефа… Хотя старика можно и не беспокоить, запаникует, начнет вмешиваться, еще больше осложнит ситуацию. Никто из команды Моргено не знает о моем задании. Да и он сам не знает, что его напарником являюсь я.
Предупрежу его осторожно, не называясь, данного Командором кода достаточно, чтобы мое послание обрело вес и заставило Моргено призадуматься…
Нет, так не пойдет, сказал я себе. Если жучок в команде Моргено, их всех надо немедленно и внезапно брать и изолировать. Ведь главная задача стоит перед его группой, не передо мной.
Очень скоро я вышел на связь с шефом и рассказал о своих злоключениях. С присущей ему живостью Командор охарактеризовал их в таких выражениях, что я подумал, в нем погибает великий лингвист.
Поделиться книгой: