ИИ-2041. Десять образов нашего будущего

— Ну нет так нет. Считайте, сегодня ваш день. Скорее, вон роботы-полицейские!

Дверь машины распахнулась, Чен Нань юркнула на заднее сиденье. Она еще не успела как следует усесться, как двигатель заурчал, и машина рванула с места. Неожиданное ускорение вдавило девушку в спинку дивана.

— Простите, мисс, сами знаете: везти пассажира без мембраны — большее преступление, чем работать в пиратском такси.

— Пиратское такси? — такого Чен Нань не знала.

— Простите, вы, конечно, не помните — давно такое было. Аренда пиратских такси. Раньше, если попадешься полицейским, то просто платишь штраф, а данные вносят в досье водителя. Но сейчас пассажир без цифрового профиля здоровья — нарушение правил борьбы с пандемией. Это считается преступлением против общественной безопасности, так что все гораздо серьезнее, — мужчина говорил совершенно спокойно. Он, конечно, совершил преступление, посадив Чен Нань в машину, но на преступника похож не был. Девушка — чего уж теперь стесняться — так его прямо и спросила.

— Ну, если у вас нет мембраны и вам надо в Цзиньшань, я уверен, причина у вас очень веская, — мужчина поймал взгляд Чен Нань в зеркале заднего вида.

Девушка вспомнила, каким бледным был Гарсия, как страшно выглядела кислородная маска, закрывавшая его рот и нос. Слезы опять потекли по щекам. Они попадали на защитное забрало комбинезона, и изнутри на стекле образовались мокрые дорожки.

— Эй, вы что? — водитель заметил слезы. — Если попадемся, плакать придется мне.

— Но мне-то что делать? — Чен Нань пыталась сдерживаться, но все еще всхлипывала.

— Давайте-ка сначала займемся биосенсорной мембраной. Без нее вас все равно никуда не пустят, — водитель поддерживающе улыбнулся.

Машина въехала в туннель, освещенный теплым желтым светом. Вскоре они уже были на западном берегу реки Хуанпу.

По дороге водитель — его звали мистер Ма — принялся рассказывать Чен Нань свою историю.

Когда-то он был инженером в технологическом стартапе, отвечал за оптимизацию алгоритмов. «По сути, это означало, что я смазывал механизм», — он пожал плечами. Используя генеративно-состязательные сети, их компания пыталась повысить точность распознавания изображений искусственным интеллектом, чтобы тот мог лучше обслуживать умную систему безопасности, быстрее и надежнее идентифицировать объекты в различных сложных ситуациях, особенно когда все вокруг в защитных масках и костюмах.

Фирма делала успехи, и ее купила Yishu Tech Co, гигант, лидер отрасли. Приобретенный вместе со стартапом запатентованный алгоритм оказался ключевым шагом на пути к изготовлению биосенсорных мембран.

Первоначально команда планировала встроить ультратонкий коммуникационный модуль в мембрану для синхронизации данных в реальном времени. Но масса опасений затормозила реализацию. Сомнения вызвали стоимость (не слишком ли высока?), батарейка (не слишком ли быстро разряжается?), температура (не перегреется ли?), ну и сохранность данных (вдруг украдут?). Биосенсорная мембрана должна прилегать к коже, поэтому всех беспокоила безопасность (вдруг аллергия?) и комфорт (вдруг будет мешать?).

Тогда команда разработчиков изменила первоначальный дизайн, и мембрана стала преобразовывать собранные физиологические данные пользователя в распознаваемый машиной формат. Благодаря широкой сети умных камер наблюдения и целевым оптимизированным алгоритмам мембрана могла асинхронно загружать и выгружать информацию из облака.

Биосенсорная мембрана оказалась гораздо более удобной формой, чем синхронизация профиля здоровья с приложением для трекера на смартстримах. И, подобно медицинской маске два десятилетия назад, мембрана вскоре стала обязательным аксессуаром. Многие молодые люди даже смотрели на нее как на тренд, точно так же, как несколькими годами ранее — на смартстримы.

— Но, как это обычно бывает, всегда найдутся люди, которые не поспевают за новой тенденцией, — торжественно провозгласил мистер Ма.

И плавно перешел к следующей истории. Он рассказал, как однажды за городом увидел на обочине пожилую пару. Старики дрожали от ледяного ветра — тонкие и хрупкие, словно засохшие мертвые деревья. Мистер Ма остановился, спросил, что они здесь делают, почему тут стоят.

Оказалось, старик заболел, у него очень высокая температура, но без действительного цифрового профиля здоровья ни один водитель не соглашается отвезти его в больницу. Не можешь доказать, что безопасен для окружающих, — стой на дороге.

Мистер Ма решил помочь — проигнорировал предупреждение бортового смартстрима о том, что это опасно, что, возможно, он будет наказан. На счастье, у старика оказалась только тяжелая простуда.

Но случай заставил мистера Ма задуматься от «невидимках» в новом цифровом обществе — их, должно быть, немало в социально незащищенных слоях, среди стариков, инвалидов, рабочих-мигрантов, других приезжих. Доступ таких людей к новым технологиям ограничен, и это только усиливает нежелание использовать достижения прогресса и страх перед ними. Социальная машина меж тем продолжала вырождаться, превращаясь в монстра жесткости и безразличия, а пропасть неравенства в обществе становилась все шире и глубже.

Мистер Ма понял: невозможно добиться перемен, работая в крупной частной компании. Он продал свои акции и основал платформу взаимопомощи Warmwave («Теплая волна») — набрал добровольцев для помощи людям, выброшенным на обочину цифрового общества. Одной из услуг, которые они оказывали, и были пиратские такси.

Многие обвинили его в нарушении общественного порядка и угрозе общественной безопасности, но мистер Ма искренне считал, что его работа важна и полезна, и поэтому не испугался. Он был совершенно уверен: доставка до места назначения людей, которым закрыт доступ в общественный транспорт, иногда спасает жизни.

Очарованная рассказом мистера Ма, Чен Нань на время даже забыла о бедном Гарсии.

— Но как вы это придумали? — Девушка несколько озадачилась великой решимостью этого человека, хотя, конечно, была тронута.

И тогда мистер Ма рассказал еще одну историю.

— Шесть лет назад я уехал в командировку. Моя жена была на тридцать шестой неделе беременности, и у нее неожиданно отошли воды. В тот день в Шанхае шел проливной дождь. Дороги встали, даже скорая не могла проехать. Я чуть с ума не сошел — взывал о помощи в чат-группе нашего жилого комплекса. Откликнулись сосед и охранник.

Они посадили жену Ма в электрическую тележку для доставки еды, и водитель против всех правил домчал ее до самой больницы по полосе для немоторизованных транспортных средств.

— Если бы не они, у меня бы не было ни жены, ни дочери, — закончил рассказ мистер Ма. Теперь он тоже прослезился. Немного отдышавшись, он продолжил. — Я в вечном долгу перед ними. И свою работу рассматриваю как способ выразить благодарность. Все боятся вируса. Я тоже не такой уж и смельчак, — мистер Ма отчаянно крутил головой, выбирая место для безопасного маневра. — Но если мы из-за этого страха перестанем помогать друг другу и перестанем любить людей, то чем мы будем отличаться от машин?

Эти слова поразили Чен Нань. Мы с Гарсией были так счастливы вместе… И вот он болен, а я совершенно ничего не могу сделать. Она затихла — эмоции превратились в полный и абсолютный хаос.

— Приехали, — вдруг нарушил тишину мистер Ма.

Чен Нань огляделась. Она знала это место — район бывшей французской концессии. Но это — не клинический центр!

Место, куда привез девушку мистер Ма, было вполне узнаваемым, хотя она тут была в последний раз еще школьницей. Сейчас оно напоминало некий водоворот пространственно-временной дезориентации. Дома в стиле барокко с более чем столетней историей соседствовали с небоскребами из умного стекла. У французских ресторанов, отмеченных мишленовскими звездами, притулились палатки-пельменные.

По улочкам дефилировали шикарно одетые горожане, а у них над головами в открытых окнах разноцветными флагами развевалось на ветру сохнущее белье. Древнее и новое, иностранное и местное, обычное и причудливое — все смешалось в идеальный коктейль, будоражащий чувства тех, кого сюда занесло.

Они припарковались на Чангл-роуд, рядом с бывшим супермаркетом, перестроенным в галерею для VR-игры. С помощью приложения Safety Circle Чен Нан старательно обходила людей, набившихся в замкнутое пространство. VR-шлемы скрывали лица геймеров — тут все увлеченно отбивались от инопланетных монстров или участвовали в напряженных состязаниях по космическому серфингу. Чен Нань грустно подумала, что при других обстоятельствах с радостью присоединилась бы к этим ребятам.

И вдруг мистер Ма толкнул панель на боковой стене — открылась потайная дверь. Вместе с Чен Нань они вошли в маленькую душную комнату. Вдоль стен стояли серверы; они обрабатывали игровые данные каждого геймера, переносили их в реальном времени в облако, а затем возвращали в шлем, в соматосенсорную униформу, максимально реалистично имитируя тем самым разный чувственный опыт.

Посреди комнаты, облапив коробку с едой, взятой навынос, сидел толстый парень. Он просиял, увидев мистера Ма, а потом на его перемазанном маслом лице возникло выражение удивления: «О, босс! И что привело вас сюда сегодня?» Он отложил палочки для еды:

— Дайте угадаю. Что, новая игрушка, Adventure 2080? Или опять Techno Shaman? Должен признать, ваш рейтинг в боевой лиге реально впечатляет…

— Погоди, Хан, — Ма перебил, да еще и посмотрел сурово, — извини, что помешал, мне нужно, чтобы ты прямо сейчас помог этой юной леди с биосенсорной мембраной. Это срочно.

— Да не вопрос, — толстяк был бодр и благодушен. Он оттолкнулся ногой и подкатил в кресле к рабочей станции, увитой разноцветными проводами и покрытой какими-то электронными штуками. Чен Нань опять подумала про космос, только на этот раз решила, что это кабина космического корабля. Парень почти уже врезался в станцию, но за мгновение до катастрофы ловко остановил кресло мыском кеда и лихо развернулся, замерев прямо перед экраном.

Чен Нань прошептала мистеру Ма: «Спасибо», — и уселась рядом с Ханом. Он попросил закатать левый рукав. Чен Нань отдернула руку, даже не успев испугаться.

Парень улыбнулся:

— Не боись, у меня тут все стерильно.

Чен Нань смутилась и кивнула. Расстегнула молнию, поддернула рукав, обнажила левое запястье. И почувствовала, как голую кожу покалывает от соприкосновения с воздухом. «Это всего лишь психологический эффект», — успокаивала она себя.

— Оп-па! А где мембрана? Мембраны нет… Давай смартстрим, так, посмотрим… — толстяк ловко подключился к облачному аккаунту девушки.

— Ого, да у тебя нет данных за целых три года… — парень глянул на Чен Нань с удивлением. — Ты из пещеры или что-то в этом роде?

— Заткнись, а? Делай свою работу, — вмешался мистер Ма.

— Босс, у нее нет записей обо всей необходимой вакцинации. Даже если я сделаю ей биосенсорную мембрану, система автоматически отнесет ее к группе повышенного риска. Это — карантин как минимум на три недели. Вы же сказали, нужно срочно?

Чен Нань оторопела. Три недели? Протянет ли Гарсия столько? Она тяжело вздохнула, опустила голову — слезы опять были на подходе.

— Ну-ну! — мистер Ма ободряюще похлопал ее по плечу и повернулся к парню. — А обойти никак нельзя?

— Вы имеете в виду камуфляж? Но это же незаконно!

— А это что такое? — Чен Нань в надежде вскинула голову.

— Камуфляж выглядит как обычная биосенсорная мембрана. Единственное отличие — на фальшивке выводятся не реальные данные, а анимированная информация. Камуфляж может обмануть большинство человеческих глаз, но не машину, — объяснил мистер Ма. — Вам придется сканировать его при входе в клинический центр. Машина не сможет сопоставить информацию, отображаемую камуфляжем, с данными в облаке, поэтому на несколько секунд сбойнет. И это будет ваш единственный шанс проникнуть внутрь. Это незаконно и очень опасно. Вы уверены, что человек в клинике стоит того?

У Чен Нань закружилась голова. Она еще никогда не рисковала по-настоящему и была уверена, что всегда принимает правильные решения, необходимые для выживания в ковид-эпоху. Но теперь она вспомнила о Гарсии на больничной койке, и ее захлестнуло чувство вины. «Возможно, я только принимала его любовь к себе и почти ничего не давала взамен», — подумала она.

Чен Нань даже не могла произнести три коротких слова: «Я тебя люблю», — потому что боялась, что после этой волшебной фразы изменится динамика их отношений и она, Чен Нань, станет более слабой, уязвимой, более заботливой.

Гарсия сейчас страдает от боли и неуверенности в завтрашнем дне, а вчера он рисковал жизнью, чтобы показать, как ее любит.

— Да, он того стоит, — едва слышно, но твердо произнесла Чен Нань. — Как вы говорите, мистер Ма, — мы не должны переставать любить людей из-за страха? Я готова.

Мужчины переглянулись и синхронно кивнули.

На все ушло несколько минут. Чен Нань разглядывала тонкую гибкую мембрану, приклеенную к запястью. Мелькали данные, якобы отображавшие персональные показатели ее физиологического состояния. Самыми главными тут были несколько символов разной формы и цвета — они, переливаясь мягким светом, подтверждали прививки определенными вакцинами. Итак, теперь у нее имелась вполне реалистичная биосенсорная мембрана, но девушка не знала, как далеко она сможет с ней зайти.

Рабочую атмосферу взорвал резкий сигнал тревоги. На мониторах, передававших картинку главного зала, Чен Нань увидела встревоженных геймеров, которых внезапно выдернули из игры в реальную жизнь. Вспыхнул свет, игровые консоли замерли.

Зажглись красные сигнальные лампы на стене, динамики приятным женским голосом повторяли объявление: «Уважаемые клиенты, согласно данным цифровой системы контроля и предотвращения вирусов возникло подозрение, что в здание проник человек из группы высокого риска. Роботы-полицейские начинают поиск. Просьба всем оставаться на местах и содействовать представителям закона».

Чен Нань побледнела, на виске противно запульсировала жилка. Камуфляжная мембрана, словно в насмешку, показывала, что девушка чувствует себя исключительно хорошо, да и кардиограмма была отличной. Но Чен Нань узнала свои ощущения — приближалась паническая атака. Еще несколько секунд, и она не сможет контролировать свое тело, не сможет пошевелиться, ноги онемеют. И вот как только это произойдет — всем планам конец.

— К пожарному выходу! — Хан ткнул пальцем в угол комнаты, Чен Нань увидела там еще одну небольшую зеленую дверцу, заставленную коробками.

Мистер Ма схватил Чен Нань за руку, оттолкнул коробки плечом и одновременно ногой распахнул дверь. Они бросились в темноту, побежали по узкому проходу, почти спотыкаясь друг о дружку. Дверь за ними закрылась.

Грандиозный побег, похоже, удался. В игровом зале уже появились три робота-полицейских, похожих на безголовых механических сторожевых собак. То и дело вспыхивали красные лучи лазерных сканеров — роботы проверяли биосенсорные мембраны геймеров.

Мистер Ма практически затолкал Чен Нань на заднее сиденье.

— Ну все. Теперь порядок, — он уже выруливал с парковки.

Чен Нань глубоко вздохнула — паническая атака куда-то делась, не дойдя до возможного пика. И тут девушка ногой ощутила вибрацию. Это двигатель или смартстрим? Пришлось лезть в карман за гаджетом.

Новое уведомление. Обновление цифровой медкарты Гарсии.

Она открыла сообщение, и у нее перехватило дыхание.

Цифровая медицинская карта показала, что у Гарсии тяжелая форма сердечной и легочной недостаточности. Он подключен к аппарату ЭКМО, его кровь насыщается кислородом вне организма и возвращается обратно. По сути, это искусственные легкие — последнее средство.

Чен Нань с трудом заставила себя хоть немного успокоиться и позвонила доктору Сюй.

Он отозвался почти сразу. Да, они изо всех сил пытаются найти средство для лечения от агрессивного штамма, которым заражен Гарсия. Когда-то на это уходили месяцы, а то и годы; теперь срок сжался до пары-тройки недель, максимум — месяц. Но продержится ли Гарсия столько?

— Сегодня не только Гарсии нужно больше времени, — мрачно сказал доктор Сюй. — Это необходимо всему человечеству.

Чен Нань так зарыдала, что доктор с трудом разобрал ее вопрос:

— Ско… Сколь… Сколько… вре… ме… ни… осталось?

— Сложно сказать. Может, несколько часов… Или — минут… — врач замолчал.

— Пожалуйста… Поехали быстрее, — умоляюще попросила Чен Нань мистера Ма. Тот резко нажал на педаль газа. Автомобиль помчался на юг по шоссе Шэньхай.

Доктор Сюй, оказывается, был еще здесь.

— Возможно, как врач я не должен вам этого говорить… Но как свидетель, да просто как человек я не могу… Гарсия все время повторяет ваше имя, даже когда почти теряет сознание. Он, похоже, пытается сказать вам что-то важное.

— А что, что именно?

Доктор Сюй отправил аудиофайл — наверно, сейчас он был не на смене.

— Нань… Нань… Нань! Нет-нет… Тупиковая петля, тупиковая петля… Нань, прошу, вырвись из нее, — Гарсия хрипел, он очень устал, но не умолкал, только делал паузы, чтобы набраться сил.

Чен Нань представила его под аппаратом ЭКМО — жизнь на волоске, а он в горячечном кошмаре настойчиво повторяет два слова. Тупиковая петля… Их первая встреча, тайный язык, кодовая фраза для обозначения их любви. Он в шаге от смерти, но думает только о ней. Он хочет, чтобы она наконец вырвалась из тупиковой петли и смело приняла реальный мир. Пусть даже после того, как он его покинет.

— Мне так жаль. Поверьте, я постараюсь не допустить самого страшного. Мне пора, до свидания, — вот теперь доктор Сюй отключился.

Чен Нань в оцепенении сидела со смартстримом в руке, по щекам текли слезы. Защитный лицевой щиток костюма запотел так, что она уже совсем ничего не видела. Накатила волна удушья. Медленно, словно в трансе, Чен Нань подняла забрало и опустила окно машины.

В салон ворвался нежный ночной ветерок, принес с собой свежий, живой аромат весны. Чен Нань глубоко вдохнула и вдруг почувствовала, как к ней возвращаются силы — страх и тревога куда-то улетучились. Надо же, она и не помнила, когда в последний раз попробовала на вкус вольный воздух.

Огни Шанхая под ночным небом тускнели. Машина проезжала мимо комплекса зданий в форме куба, испускающих мягкий белый свет. Чен Нань видела такие в новостях — это были умные зеленые дома, у которых процесс фотосинтеза мог идти и в темноте. Чтобы достичь к 2070 году углеродной нейтральности, все больше городских зданий в Китае покрывали живыми стенами из растений. Эти бесчисленные вертикальные леса круглые сутки поглощали углекислый газ и перерабатывали его в кислород и органические вещества.

Чен Нань изо всех сил старалась не думать о худшем — о том, что она может вообще никогда не увидеться с Гарсией. С живым Гарсией. Но страшные мысли отогнать не получалось. Она ведь его ни разу не видела по-настоящему и теперь, может, никогда и не увидит. Она не сможет прикоснуться, обнять и поцеловать в реальном мире молекул мужчину, который все это время был рядом с ней в виртуальном мире байтов.

И ее дальнейшая жизнь будет одной бесконечной цепочкой сожалений.

— Я отвезу тебя в клинику, — мистер Ма принял решение. — Слушай внимательно, — его твердый голос волшебным образом вернул девушке уверенность. — Это не конец. Не сдавайся.

Чен Нань в полумраке кивнула.

Автомобиль съехал с эстакады, несколько раз повернул и подкатил к воротам Шанхайского клинического центра общественного здравоохранения — белоснежного здания, особо величественного на фоне ночного неба. Чен Нань содрогнулась — центр живо напомнил ей модульные госпитали, которые она видела на видео, когда была маленькой.

В тех построенных на скорую руку больницах могли разместиться тысячи ковид-пациентов, эти люди ели, спали и пользовались туалетом, но друг от друга их отделяли обычные невысокие ширмы-перегородки. Высокую концентрацию вируса в воздухе никто не принимал во внимание.

— Твой выход. Ты знаешь, где его искать? — мистер Ма повернулся и посмотрел Чен Нань в глаза.

— Да. В цифровой карте есть номер койки. И я нашла в сети подробную схему клиники, — уверенно ответила девушка.

— Удачи! Возьми, пригодится, — мистер Ма достал из бардачка и протянул ей очки, на больших линзах которых перламутровой пеленой блестел слой светодиодов, — умная камера примет тебя в них за мультяшного персонажа. Бери, бери.

Девушка сунула очки в карман, выскочила из машины и бросилась ко входу в клинику.