Биоэффект

Несмотря ни на что, полностью обстановку я не контролировал. Не контролирует же человек движение каждой клеточки своей крови? И не контролирует собственные рефлекторные движения. Также и я: общую обстановку мониторю, так что мощное вторжение не пропущу, а вот какого-нибудь диверсанта — запросто.

— Да? — мой голос раздался в ушах Вацлава. Слышал меня лишь он.

“Князь, я прошу вас явиться лично,” — он был весьма серьёзен.

— Восемь минут.

Моя аватара находилась не то, чтобы близко, но с помощью моего мегамозга я мог серьёзно ускорять своё движение, а учитывая ещё и физические показатели моего тела…

— Что ты хотел, Вацлав? — неслышно возникаю рядом с ним.

— Магия, князь.

— Магия? — я недоумевал. Можно было, конечно, прочитать мысли, но для этого необходимо было использовать тело моего Воеводы, как аватару. Он, конечно, ничего не скажет, но не думаю, что обрадуется, ведь даже не знает о такой возможности.

— Магия. Не наша.

— Да скажи ты уже, как есть!

— В одной из стычек тёмный рыцарь, командовавший двумя десятками вампиров и пятёркой солдат столкнулся с отрядом из трёх десятков рыцарей Очищающего Креста. Среди них был странный священник, который в бою использовал магию.

— Результаты боя?!

— Восемь пленных. Священник — тоже. Только он сильно ранен.

— Тёмного рыцаря ко мне и проведите к пленным! — шутки кончились, случай был слишком серьёзен.

Пройдя к пленникам в сопровождении подошедшего рыцаря, который детально описал мне магию священника, я был уже весьма хмур. Это точно была магия, во всяком случае серый свет, обжигавший моих воинов ничем иным быть не мог. Продемонстрированная рана рыцаря подтвердила догадку: клетки, попавшие под свет, были мертвы. Просто мёртвая плоть, ничего к тому же не ощущающая, но всё также соединённая с живой. Оживить клетки я смог… точнее запустить процесс ускоренной регенерации, после чего прошёл-таки к пленному священнику.

Его поле было… не таким, как моё или природное. Оно было плотнее, у него имелась собственная, более развитая, нежели у обычных людей, пси сила. Когда я зашёл, он попытался направить на меня излучение собственного поля, одновременно с пси ударом. Интересная техника. Глупая, но интересная. Мою даже природную защиту он не пробил, но раздражение доставил.

— Нечисть… погань… Господь покарает вас! — почти прорычал он мне в лицо.

— Он карает… только не нас, а вас… — хватаю человека за вихры и с помощью мегамозга начинаю давить его сообственным полем. Дело было в районе внешней стены, а не крепости, так что здесь оно было весьма сильно, а уж если направить… Священник сумел продержаться целых семь минут, истощив часть моих энергетических запасов.

Сосредоточившись, я занял его тело, как аватару, не щадя его сознание.

* * *

— Братья, в этот нелёгкий для нас час, когда отродья Сатаны пришли на наш порог, когда с востока над нами дамокловым мечом нависла угроза, Господь не оставил нас, рабов своих, один на один против этих тварей! — человек в белом плаще и чёрной рясе вещал перед несколькими десятками человек, стоя на небольшом каменном возвышении в каменном же зале. — Вы — вот Надежда, которую он нам послал. Вы станете экзорцистами, карающей дланью Церкви и орудием в руках Бога в нашем грешном мире! Вы станете теми, кто сразит нечистивых рыцарей нечисти! С этого момента вы — экзорцисты Ордена Очищающего Креста! Вам многому предстоит научиться…

* * *

— Вот так вот! Молодцы! Молодцы! — ладони Персиваля едва светились, но наставник хвалил. Удерживать свет, будто идущий тёплой волной изнутри, было тяжело, но парень старался изо всех сил.

* * *

— Аккуратней отрабатывайте! Этих тварей очень нелегко поймать! — лежащий на столе вампир уже давно корчился от боли. — Ваше внутреннее тепло, ваш внутренний свет, пытайтесь заставить свой внутренний огонь гореть так, чтобы его пламя было наиболее едким, острым, горячим, резким для этих отродий! Вот так! — исходящий от простертых рук учителя свет был для вампира явно гораздо болезненней попыток учеников. Кожа начала буквально плавиться, от извивающегося тела пошёл дымок… — Вот так! А когда лечите союзника, то наоборот подбирайте такой ритм пламени, чтобы оно было наиболее мягким, понятно?! Персиваль! Теперь ты!

Свет, раньше бывший тёплый и приятный, либо же прохладный и чистый, теперь превратился в рой ледяных игл, которые при попадании в хрипящую жертву превращались в капли раскаленной до бела лавы. Силы уходили с невероятной скоростью, но наставник махнул рукой раньше, чем молодой экзорцист упал обессиленный. Взглянув на дело рук своих, Персиваль увидел труп. Большая часть тела была страшно и неровно обожжена, лицо застыло в корчах, а во множестве мест проглядывали кости. Мясо? Оно вообще едва ли не везде было.

— Молодец, Персиваль. Только вот ты нам испортил учебный материал. Этих тварей весьма мало в городах, придётся теперь ловить нового. Ничего, у нас есть ещё девушка. Та ещё тварь.

— Такая мерзкая? — спросил кто-то.

— Да нет… — махнул рукой сморщившийся учитель. — Разорвала горло двум охранникам. Идиоты, хотели с этой нечистью позабавиться. Видимо, демоница специально взывала к их порокам, а они и не устояли, вот и отправились Туда. Господь и да смилостивится над ними…

* * *

— Персиваль, ты достойно закончил обучение и отправишься в четвёртую крепость Ордена Очищающего Креста завтра же со следующим отрядом.

— Почему так скоро? Мне говорили…

— Знаю, два месяца, но Очищающий Крест — это очень молодой Орден. Орден, который ещё только формируется. В тех краях слишком много проблем. Король Польский мёртв вместе со всеми своими наследниками, претендентов на трон слишком много, усобицы, войны… Крепости Ордена ещё не достроены, а буквально два дня назад пришла весть о захвате поганью второй крепости. Вы — воины нашего будущего, наша надежда. Мы обучили вас здесь, как силой собственной веры и той, что дарует тебе Господь, сражаться с поганью. Рыцари Очищающего Креста научат тебя сражаться клинком. Те немногие экзорцисты, что уже были там, проверили: колдовство почти не действует на вас. Во всяком случае, большая его часть. Чем скорее начнётся ваш путь как воинов, тем меньше жертв будет, тем меньше нечисть заберёт людей, — священник тяжело подошёл к стоящему невдалеке столу и поднял оттуда серебряный массивный крест на стальной цепочке. — Возьми, тебе потребуется, Персиваль.

— Я не подведу! Во имя всех людей и Господа нашего!

— Аминь. Иди…

* * *

— Персиваль, отправишься с разъездом. Вурдалаки иногда выходят небольшими группами из леса, патрули должны их уничтожать. Если не повезёт и встретите нежить, то получишь первый опыт.

— Почему не повезёт? — недоумённо спросил молодой экзорцист.

— Потому что обычно с нежитью ещё и упыри ходят. Часто ранним утром или вечером, когда солнце не сильно светит. Они не любят солнце, так что в полдень их не встретить. Если повстречаете вампиров, то точно будет тяжёлый бой. Слишком сильны.

— Не дело нам, слугам Его, бояться каких-то упырей! Где ваша вера?!

— Ты обвиняешь меня в отсутствии веры? — якобы спокойный голос буквально звенел металлом. — Запомни, парень, здесь без веры никуда, только на Их сторону! Да только не боятся либо те, кто ни разу не сражался, либо идиоты. Наша вера должна нам помогать справиться со своим страхом, а не избавлять нас от него, ясно?

— Да, сотник, я прошу прощения…

— Иди, не задерживай патруль. И да хранят вас Небеса.

— Аминь… — кивнул Персиваль, перекрестившись.

* * *

Я вынырнул из воспоминаний юноши, смотрящего на меня пустыми глазами. Выхожу из помещения, там меня уже встречает Вацлав.

— Тело парня скиньте в болото. Ни в коем случае не добивать. Что касается магов… Их называют экзорцистами, на данный момент у ООК должно быть что-то около полусотни таких и готовится ещё вдвое больше. Это пополнение должно поступить в период от года до трёх. Из способностей только этот свет. В зависимости от желания экзорциста наносит раны, сопоставимые с ожогами, либо лечит союзников. Лечение весьма слабое, но первую помощь оказывать они могут. Ах да, магия на них будет действовать слабее, но только прямая. Молнии, огонь, холод и жар… это всё работать будет также, а вот давить их тела телекинезом не стоит. И, Вацлав… выбирай сам, нам нужно укрепить Крепость Тёмных Рыцарей хотя бы вдвое, либо захватить ещё одну цитадель. Когда их, — киваю на дверь, — станет больше, нам станет намного труднее. Один наш рыцарь стоит десятка экзорцистов, а маг — троих-четверых, но их уже точно скоро будет больше пары сотен.

— Насколько опасен их свет? Если они попытаются атаковать вместе со средней дистанции…

— На стене воинам будет почти пофиг, в Крепости… там чуть сложнее, но в общем-то тоже. Ах да, забыл сказать, они могут пропитывать своё оружие своим же светом. Чем больше в сплаве клинка серебра, тем лучше эффект. Впрочем, Церковь не слишком щедра, экзорцистам не делают клинков с долей серебра больше одной сотой.

— Это значит лишь то, что они планируют много таких экзорцистов, — мрачно бросил воин.

— Только вот пока что они очень редки. Церковь усилено ищет людей с даром, но по всей Европе за семь лет они отыскали всего две сотни человек. Ну, может чуть больше. Насколько мне известно, две сотни — это всё, что есть у них сейчас, не считая уже отправленной в ООК полусотни и их бывших учителей, которых всего девять человек. Ах да, забыл ещё один момент. У всех них есть серебряные кресты. Они выступают концентратором силы экзорцистов. Я видел, как обжегся рыцарь, удар ведь был нанесен как раз рукой с крестом. От чистоты сплава и массовой доли серебра зависит эффективность. Срубите крест, и экзорцист ослабнет на треть, а то и наполовину. У этого, кстати, крест особенный, он крупнее и чище других.

— Я понял, Князь. А чего с телом-то?

— Я попытаюсь создать из него нечто особенное… хотя вряд ли получится…

Экзорцисты… они меня сильно волновали. Да, пока они слабы, но что дальше? Откуда у Церкви вообще взялись свои маги? Гм… что-то я слышал о массовых молитвах ещё в период смерти Сигизмунда… может ли быть так, что энергия пси, вроде той, что идёт от моих верующих, как-то повлияла на этих людей? Может, но почему тогда их так мало? Ведь, насколько я помню, молились очень много… десятки, если не сотни тысяч. Это сильно. Хотя… я точно имею дело не с подобным себе, поле хоть и не природное, но точно не такое, как у меня и не похожее. Это было личное поле экзорциста, а значит и направлять энергию эффективно было некому.

Что касается самого экзорциста… его мозг был чуть более энергонасыщен и вырабатывал несколько больше пси, чем обычный человеческий. Я несколько повредил его, однако если чуток поработать, то можно будет поставить в крепость. Вживить в то дерево, в корнях которого сидит первый мозг в этой самой крепости. Гм… забавное, кстати, дерево вышло. В темноте трещины в коре тускло светятся, как и листья. Натуральные Меллорны. Гы… может мне ещё своим людям острые уши отрастить? Хотя ну нафиг. Станут ещё высокомерными придурками…

Спустя полгода пришли новые вести. Годунов придумал, куда направить лишнюю энергию своих подданых. Литва, отделившаяся от Польши и тоже бывшая относительно раздроблённой, его прямо так и ждала. Туда пошли в первых рядах самые проблемные личности, если я правильно мог судить. Судил я, кстати, по факту. Новости доходили с заметным опозданием, так что узнал я всё уже когда русские войска были на границе с Литвой. Ну… проблемы литовцев — это проблемы литовцев. Я же предпочту соседство с Православной Церковью. Во-первых она может быть и не так агрессивна, как католики, а во-вторых, даже если и будет, я всегда могу попытаться стравить их с западными коллегами. Хоть меньше внимания направят на меня. К тому же, ООК — штука своеобразная. Они находятся на самой границе с Русью и не так далеко от Османов, а очищать можно не только леса.

* * *

Для переговоров, что характерно, русские пришли всего через полгода после того, как у нас с ними появилась общая граница. В “проклятое место” они сначала не сильно верили, но гигантские пауки их убедили, так что отряд в полсотни человек был выслан ими так или иначе. Ну… выслал его Воевода, Годунов явно ещё в курсе не был. Подойдя достаточно близко к обители пауков, глава делегации не нашёл ничего лучше, чем изъявить своё желание говорить. Громко изъявить. Впрочем, я услышал. Аватара была недалеко как раз на такой случай.

— Говорить хотел? — шёпот ото всюду. — Говори, я тебя слушаюююю…

— Покажись! — воины уже успели обнажить оружие и встать полукольцом, а трое священников молились.

— Ну, показался, а дальше что? — замечаю весьма ехидно, выходя прямо за спиной людей. Те быстро перегруппировались, но командир их быстро рявкнул, так что оружие было убрано, но вот строй не рассыпался.

— Кто ты?

— Ну, ты же хотел говорить с хозяином этих мест? Это я. Или не веришь? — сильный ветер после моих слов начал трепать волосы и одежду присутствующих, не трогая только меня. Впрочем, он быстро стих. В тишине было слышно молитву священников. — Коли спросить чего хотел, спрашивай, а коли переговорить о чём надо, так пойдём, с глазу на глаз побеседуем. Нечего тут толпой стоять. Можешь взять с собой одного ещё, — махнул я рукой, видя его неуверенность.

— Отец Михаил…

— Я сопровожу тебя, сын мой.

Отойдя достаточно далеко, я сел на небольшой холмик земли.

— Ну так о чём говорить будем?

— Ярослав Никитич, Воевода наш, послал меня узнать, кто обитает в этих местах и почему лес этот зовётся проклятым, — он вопросительно посмотрел на меня.

— Что же, изволь. Проклятым этот лес зовут, потому что боятся заходить сюда. Боятся, потому что мы отличаемся от обычных людей, а когда к нам с огнём и мечом пришли, то все у нас и полегли. Сами мы первые не нападаем, но защищать себя будем от кого угодно. Пауков наших видел? Они стражи здешние. Не пустят никого, а кто попытается пройти, тот уже вряд ли вернётся. Как-то пропало здесь людишек… не много, но и не мало. Без малого, два десятка человек, что попытались слишком глубоко пройти. От того и крестьяне местные проклятым место это звать стали.

— То есть не устраивали вы набеги на деревеньки соседние?

— Те что вымерли? Нет. Там Король Сигизмунд со своим войском прошёл. Оттого и повымирали все. А там, где не было его, все живы до сих пор. Нам люди не нужны. Не стоит на меня коситься, святой отец. Если желаешь, перекрести или там святой водой побрызгай. Нас зовут нечистью, но перед вашим Богом мы чисты, — священник не медлил, тут же осенил меня крестом и брызнул водичкой. Не видя результата, брызнул ещё раз, после чего начал быстро бормотать какую-то молитву. Я не вспыхнул и не умер, так что явно его относительно удовлетворил.

— Я передам Ярославу Никитичу твои слова. Как нам звать тебя?

— Меня по-разному величают. Лесным Князем зовут чаще всего. Можете ещё Владимиром звать, пусть имя это и не моё, но я им называюсь, да и нравится оно мне. Коли говорить захотите, приходите числом не более пяти на эту же полянку позовите меня трижды, я сам к вам выйду.

Встаю и неспешной походкой ухожу за деревья, после чего облегчаю свой вес многократно и совершаю мощный прыжок. Вверх они не смотрели, так что мне снова удалось красиво раствориться в лесу.

Глава 7

В какой-то момент я задумался, а правильно ли я поступил тогда, приняв сбежавших крестьян? Не так давно я научился погружаться в себя, используя доступные мне вычислительные ресурсы для расчета конкретной задачи. И вот, в качестве интереса, мне захотелось посмотреть это своё решение.

Конечно, не стоит забывать, что я бессмертен и время для меня сейчас, после прожитых десятилетий, психологически не так уж и много значит, а даже полное уничтожение леса меня уже не убьёт. Будет неприятно, да, но не убьёт.

Я мог бы сидеть тихо и никому не мешать, исходя из соображений безопасности… только мне и так в перспективе ничего особо не грозит. К тому же, что бы кто-то там не говорил, люди всё-таки сильно ускорили моё развитие. Если бы они не выступали, как рабочая сила или разносчики той же плесени, то я сам ещё не скоро достиг бы нынешних результатов. Когда пришли люди, в области моего обитания хорошо если треть живых организмов была моей частью. Только после появления мощных источников поля, людей, которые стали ещё и рабочей силой, и разносчиками, и двигателем моего процесса, развитие стало расти по экспоненте. К тому же, кто же думал, что у церкви появятся маги? Так что на тот момент какие бы заварушки не устраивали бы люди, я всё равно расширяюсь и не сказать, что медленнее. А делать абсолютно то же самое, что и без людей, я и так могу. Грубо говоря, те методы расширения, что мне были доступны без них, с их появлением никуда не делись.

К тому же, попав, я не превратился в компьютер. Мне тоже нужно какое-то взаимодействие там, ещё и самое, пожалуй, главное — развитие в перспективе. Я — выходец из 21-ого века. Я примерно представляю скорость развития людей, которой сам, без них или аналогичных помощников, достигну очень, очень не скоро. А ведь меня сейчас может уничтожить любой катаклизм. Хорошо, если просто ледниковый период, а если извержение супервулкана? Я боюсь, хотя, скорее, подсознательно. И именно этот страх лежит в основе некоторых моих действий.