Гарики из гариков

“ ”

Курю я самокрутки из газеты, боясь, что по незнанию страниц я с дымом самодельной сигареты вдыхаю гнусь и яд передовиц.

“ ”

Здесь воздуха нет, и пощады не жди, и страх в роли флага и стимула, и ты безнадежно один на один с Россией, сгущенной до символа.

“ ”

Тюремные насупленные своды весьма обогащают бытие, неведомо дыхание свободы тому, кто не утрачивал ее.

“ ”

Не только непостижная везучесть присуща вездесущей этой нации, в евреях раздражает нас живучесть в безвыходно кромешной ситуации.

“ ”

Над каждым из живущих – вековые висят вопросы жизни роковые, и правильно, боюсь я, отвечает лишь тот, кто их в упор не замечает.

“ ”

В камере, от дыма серо-синей, тонешь, как в запое и гульбе, здесь я ощутил себя в России и ее почувствовал в себе.

“ ”

Как есть забвенье в алкоголе, как есть в опасности отрада, есть обаяние в неволе и в боли странная услада.

“ ”

Тюрьма весьма обогащает наш опыт игр и пантомим, но чрезвычайно сокращает возможность пользоваться им.

“ ”

Я жил сутуло, жил невнятно и ни на что уже не в силах; тюрьма весьма благоприятна для освеженья крови в жилах.

“ ”

Я всякое начальство наше гордое исследовал, усилий не жалея: гавно бывает жидкое и твердое, и с жидким – несравненно тяжелее.

“ ”

Пойдет однажды снова брат на брата, сольется с чистой кровью кровь злодея, и снова будет в этом виновата высокая и светлая идея.

“ ”

Чтобы мечта о часе странствий могла и греть и освежать, душа нуждается в пространстве, откуда хочется бежать.

“ ”

Судьба послала мне удачу — спасибо, замкнутая дверь: что я хочу, могу и значу, сполна обдумаю теперь.

“ ”

В эпохах, умах, коридорах, где разум, канон, габарит, есть области, скрывшись в которых разнузданный хаос царит.

“ ”

Неважно, что хожу я в простачках и жизнь моя сумятицей заверчена: душа моя давно уже в очках, морщиниста, суха и недоверчива.

“ ”

Проворны и успешливы во многом, постигшие и цены, и размерность, евреи торговали даже с Богом, продав Ему сомнительную верность.

“ ”

О счастье жить под общим знаменем я только слышал и читал, поскольку всем земным слияниям весь век любовь предпочитал.

“ ”

Здесь мысли о новом потопе назойливы, как наваждение: в подвале гниющих утопий заметней его зарождение.

“ ”

Сколько бы вина моя ни весила на весах у Страшного суда, лучше мне при жизни будет весело, нежели неведомо когда.

“ ”

Забыт людьми, оставлен Богом, сижу, кормясь казенной пищей, моим сегодняшним чертогам не позавидует и нищий. Судьба, однако же, права, я заслужил свое крушение, и тень Вийона Франсуа ко мне приходит в утешение.

“ ”

Что мне сказать у двери в рай, когда душа покинет тело? Я был бездельник и лентяй, но потому и зла не делал.

“ ”

Хилые и рвущиеся сети ловят мелюзгу и оборванцев, крупную акулу здесь не встретить, ибо рыбаки ее боятся.

“ ”

Надежны тюремные стены. Все прочно, весомо, реально. Идея разумной системы в тюрьме воплотилась буквально.

“ ”

Когда все, что имели, растратили и дошли до потери лица, начинают любить надзирателей, наступает начало конца.

“ ”

На папертях оставшихся церквей стоят, как на последних рубежах, герои легендарных давних дней, забытые в победных дележах.

“ ”

Кто с войной в Россию хаживал, тем пришлось в России туго, а мы сломим силу вражию и опять едим друг друга.

“ ”

Прогресс весьма похож на созидание, где трудишься с настойчивостью рьяной, мечтаешь – и выстраиваешь здание с решетками, замками и охраной.

“ ”

Когда мы все поймем научно и все разумно объясним, то в мире станет жутко скучно, и мы легко простимся с ним.

“ ”

Дух нации во мне почти отсутствовал. Сторонник лишь духовного деления, евреем я в тюрьме себя почувствовал по духу своего сопротивления.

“ ”

Путь из рабства мучительно сложен из-за лет, когда зрелости ради полежал на прохвостовом ложе воспитания, школы и радио.

“ ”

А Божий гнев так часто слеп, несправедлив так очевидно, так беспричинен и нелеп, что мне порой за Бога стыдно.

“ ”

Вселяясь в тело, словно в дом, и плоти несколько чужая, душа бессмертна только в том, кто не убил ее, мужая.

“ ”

Нет исцеления от страсти повелевать чужой судьбой, а испытавший сладость власти уже не властен над собой.