Свадебные дары дракона

– Они уже благословили этот отбор, пусть ты еще и не объявил о нем. Посмотри, как жарок огонь!

– Объявление и созыв будут сегодня. Ровно как того и требуют традиции – в полночь.

– Знаю, милый, жрицы уже готовятся принять твой зов. Я верою, что твоей парой станет достойнейшая...

Мама поджала губы и отошла от кубка.

– И к лучшему, что новоявленная жрица рода де Лавер не примет зов. Она его все равно не услышит, раз в первородное пламя ее еще не окунали.

Скрыть свою неприязнь мама не смогла. Ей не нравилось, что глава клана де Лавер посмел перечить отцу. Никогда такого не было, чтобы Владыке ставили ультиматумы, но этот род посмел.

И дал однозначно понять, что свою жрицу они не позволят принуждать ни к чему. Они, видите ли, никуда не торопятся. Пусть ребенок обвыкается в спокойной обстановке, узнает о новом для себе мироустройстве и порядке, учится ем вещам, которых она была лишена, привыкает к новой силе и облику...

И то, что традиции нерушимы совершенно не означает того, что они не устаревшие, и непременно обязательны к исполнению всем. Разве наши предки могли учесть такую ситуацию, когда жрица, уронившая первую кровь, не имела раскрытого аруана, не знала не только о своей семье, но и обо всем драконьем роде, а также не была посвящена богине? Могли ли они представить, чтобы такое случилось?

Если бы могли, то на этот случай непременно бы имелись инструкции. Увы, их нет, а потому род де Лавер не повторит своей ошибки и за свою единственную жрицу, если потребуется будет драться. Принимать это или нет, в воле Владыки, но заставлять леди Эстель спешно учить положенные отбору знания, немедленно окунать девушку в первородный огонь – они не станут. Она пройдёт ритуал, когда будет к нему готова.

– Сегодня ночью... Это произойдет сегодня, – будто вторя моим мыслям, произнесла мама. – Леди де Лавер будет посвящена богине этой ночью.

Еще одно попрание традиций – в ночь объявления отбора и созыва жриц, не должно проводиться никаких других ритуалов. Только ритуал призыва тарианом.

Речи о том, что девушка сквозь первородное пламя и представление богине услышит зов – минимальна. Что примет – стремится к нулю.

И мне это не нравилось. Нет, я был солидарен с доводами лорда Лекроя, он прав в том, что леди, несмотря на свое физическое развитие, для общества и всего драконьего края – ребенок. Слепой ребенок, которого нельзя выпускать в мир неподготовленной. Однако...

Впервые за сто двадцать лет у рода де Лавер появилась жрица. Жрица, которая в будущем по силе могла затмить даже Мариэлу.

Я видел в том знак и был против того, чтобы в отборе участвовали не все старшие жрицы кланов. Мой дракон был против.

– Сынок, я хотела рассказать о леди, на которых стоит обратить пристальное внимание.

– И кто же тебе так понравился, матушка? – я усмехнулся.

От рекомендаций все равно не отмахнуться и даже если среди названных девушек не окажется амарии, в будущем они смогут стать поддержкой для мой жены, войдя в число ее доверенной свиты.

– Жрицы родов де Верга и де Мантори, Аллиан. – Мам не стушевалась, прищурилась только, как бывало, когда она не желала слышать споров. – Я бы хотела, чтобы ты обратил на них внимание и буду невероятна рада, если кто-то из них в итоге окажется твоей амарией.

Вряд ли рад буду я.

Но улыбнулся. Смотрины для того и устраиваются, чтобы обратить свой взор на самых лучших девушек кланов. А лучшими всегда по праву считались именно старшие жрицы.

– Конечно, мама. Я буду внимателен.

– Ох, Аллиан! Дай богиня и скоро я стану бабушкой!

Я позволил обнять и поцеловать себя и только после этого покинул храм.

Мне требовалось подумать. Все эти дни, что шли приготовления к смотринам, я не мог выкинуть из головы дерзкую девчонку и ее мать. Мариэла так просто не отпускала. Ни она, ни то, что с ней и ее дочерью сотворили в Ордаре.

Последние уже поплатились.

Я взмыл в облака, обернувшись на ходу, вспоминая трясущегося в страхе короля отбросов. Его трусливую свиту. Паникующих людишек, впервые видящих столько драконов, свободно парящих над их небом. Жалкие попытки их магов атаковать нас и закономерный итог...

Я обещал Эстель вернуть ее земли, она получит больше, если согласится принять первый дар. Весь Ордар будет принадлежать только ей.

Я и сам не понял, как оказался на территории поместья де Лавер. Но лгать себе не стал, я хотел снова увидеть нахалку, посмевшую, заявить мне, что если и выйдет за меня замуж, то я стану триста восьмидесятым мужем. И если она снова не станет дерзить, я бы много мог рассказать о том, как Мариэла оказалась в Ордаре и как познакомилась с ее отцом...

***

Эстель Этвор тар Кальнесс де Лавер

Купание в первородном огне отсрочили на неделю. Эти семь дней я училась оборачиваться и привыкать к себе новой. А еще была настолько заворожена морем, что вытащить меня на берег или затащить в дом, являлось практически невозможным событием.

И неважно в каком облике я была. Нет, моя драконица не считалась морским драконом (я уже видела, как он выглядит на примере наследника рода Ройклера), но... плавать умела и даже очень комфортно себя чувствовала в море. И пусть ненадолго, всего каких-то десять минуточек, но могла не дышать под водой.

Все же не зря род носил имя Лавер, что с амстарийского (древнего драконьего) языка оно означало водоворот.

Если честно. Я немножечко завидовала лорду Ройклеру, который как раз не имел проблем с дыханием ни под водой, ни на суше.

Откровенно говоря, я всем слегка завидовала, но по-доброму. Они были большой и сплоченной семьей. Такой, как была у меня... Когда-то...

Да, я относилась ко всем настороженно, но не отталкивала. Внутри меня сидела уверенность в том, что если я не сделаю шаг навстречу, то погрязну в обидах, а там и до ненависти недалеко... А гордость... Гордость она разная бывает.

Все чаще я думаю о том, а смогла бы и я так поступить со своим ребенком? Насильно запереть его сущность, не позволить раскрыться дару в полную мощь... Растить во лжи...

Моя мама явно не сумела простить свой род, иначе бы вернулась для проведения ритуала после моего рождения. Никто бы ей не отказал в этом праве. Никто. А там бы и она узнала, что ее семья раскаялась в своём поступке.

Я видела, как драконы относились к детям. Здесь в родовом поместье малышей хватало...

Да что там малышей.

Когда я говорила о семье, я и не представляла какой огромной она могла быть. Родовое поместье – это не просто дом. Это несколько городов на побережье.

Герцогство Кальнесс по сравнению с ним, так мелкая точка на карте...

Род делился на две ветви – младшую и побочную. Первая, понятное дело, была приближена к главе рода. Кто-то жил в огромном особняке главы рода, кто-то в стоящих рядом домах, побочная ветвь уже рассредоточились по всему поместью де Лавер, занимавшего большую территорию.  Все вместе растили детей, были друг у друга на виду...

Малышей баловали, им чуть ли не поклонялись. Вот только особой плодовитостью все равно никто похвастать не мог. Это прадеду повезло, помимо старшего сына, он мог похвастать еще тремя сыновьями и двумя дочерьми.

Связано ли это с тем, что леди Альера являлась его амария – бог весть, у того же тариана сестер и братьев не было, хотя его мать амария для Владыки. У моей матушки было два брата Марк и Руман, который был старшим среди них.

Вообще насколько я поняла, драконы живут долго, юность у них вообще может длиться до двухсот лет, а у кого-то затянуться и до трёхсот.

Понятно, что при таком раскладе, семьи не часто радуются появлению малышей. А потому деток так сильно балуют. Для той же Майлоры я единственная внучка, Руман женился лет пять назад, но детьми с женой они так и не обзавелись. Пока еще...

Мне было о чем подумать, было над чем поразмышлять, сравнить, присмотреться... Я получала интересующую информацию дозированно. Знакомилась с родом, знакомилась с миром заново, с богами, бытом... Возможностями...

И сейчас однозначно могла сказать, что я рада обретению себя. Совей драконицы. Я полюбила ее, полюбила себя новую. И ни за что на свете бы не смогла отказаться от крыльев.

Полет дарил ни с чем несравнимое удовольствие. Сейчас я четко могла сказать, что раньше я была лишена очень важной части себя. Теперь – нет. А ночью окончательно стану целостной.

Я сидела на берегу и любовалась утренним небом. На самом деле высыхала от своих же забав. Я успела и полетать, и поплавать до завтрака.

И обсохнуть до него же успею. Время есть.

А еще знала, что меня никто тревожить не станет. Я облюбовала это место в первый же полет с Маркари. И каждый рассвет встречала здесь. И никто не лез в мое уединение. Утренние часы были только моими. И за это я также была благодарна своей новой семье.

Я щурилась от солнышка и не разу заметила то, что в небе появилась точка, которая буквально на газах становилась больше... Пока не стала огромным драконом...

Очень знакомым драконом...

Я не ожидала увидеть его так скоро. Меня должны будут представить Владыке после того, как я пройду ритуал, и буду готова к этому представлению. По подсчетам лорда Лекроя не раньше, чем через год. Тут много нюансов, от этикета до контроля силой.

Поэтому нет, увидеть тариана собственной персоной, да еще в день объявления смотрин, никак не ожидала. Думать о мужчине – думала. Сложно о нем не думать. Когда Виталина перед сном рассказывала о детстве и юности матушки. О том, как с тарианом они были дружны...

И все бы ничего, но он явно заметил меня и летел ко мне, а не в сторону поместья. А я вообще-то голая... Пока так и не училась при обороте сохранять одежду. А посему всегда брала с собой сменную одежду, благо той меня обеспечили сверх всякой меры.

Поняв, что встречи избежать не удастся, я скрылась за камнем, за которым, и было развешаны легкое платье и белье...

Конечно, гарантии того, что я успею переодеться к тому моменту, как тариана окажется на песке – нет, но... и приветствовать его голышом я не собиралась. Как и игнорировать.

Когда я вышла из-за камня и присела в почтительном поклоне (не на балу, чтоб реверансы отвешивать, да и песок тому не особо способствовал), тариан уже не был драконом.

Передо мной стоял хмурый мужчина и отчасти я понимала почему он хмурится.

Было в драконьей стране негласное правило. Если видишь семью Владыки, обязан поприветствовать и неважно, чем ты в этот момент занимаешься и как выглядишь. Может оно с одной стороны и правильно, степень выражения уважения и доверия, но опять же... Я леди и показывать свои прелести чужому мужчине не стану.

Я все также стояла в поклоне. Опять же правило – пока не позволят, подниматься не смей, и первой заговаривать также не стоит. Нарушение... Но мужчина не спешил прерывать молчание и это начало меня раздражать.

В конце концов, это не я к нему домой пришла.

– А вас нельзя назвать усердной ученицей... Поднимитесь, леди.

– И почему же? – я отлично поняла намек. — Разве негласные правила – это традиции или закон?

– Это дань уважения и степень доверия, которую мои подданые мне оказывают.

– Тогда я все верно сделала. – Уступать я не собиралась. – Я еще не совсем ваша подданная, да и с доверием к вам, у меня пока не так, чтобы очень положительно. Полагаю, мне хватит года, чтобы узнать и вас, и вашу страну получше.

– Меня?

– Драконий род. В целом.

Вот и зачем он пришел? Я чуть ли не в первые за эту неделю пожалела о том, что по утрам меня не трогают и я предоставлена сама себе.

Вот чего он так смотрит? Эти зеленые глаза будто в самую душу заглядывают. Я поежилась. Вспомнив момент своего пробуждения перед первым оборотом. Он ведь тогда пытался мне в голову залезть... Узнать мои мысли и воспоминания. Это мне Марк позже объяснил. Может и сейчас он так смотрит, чтобы что-то узнать?

– Вот как, даже после всего, что для вас сделали, вы не верите нам?

– Я считаю, что для полного доверия должно пройти гораздо больше времени. И лицемерие в этом вопросе недопустимо. Решайте сами, что важнее – напускная почтительность или настоящее чувство, взращенное благими намерениями и основанное на выводах, сделанных глядя на устройство жизни и быта драконов.

Я не понимала к чему этот нелепый разговор. Как и не совсем понимала то, что чувствую. Тариан меня раздражал. А еще мне казалось, что он злится. Смотрит на меня и злится.

Хотя ни его поза, ни его лицо злости не выражало.

– В любом случае, я благодарна вам за то, что вы для меня сделали. Мне объяснили, что ваше вмешательство сохранило мою жизнь.

– Рад, что вы это понимаете. Надеюсь, вам также объяснили о важности сегодняшнего ритуала?

– Кончено, – горячо заверила его.

Если честно, то я уже сама хотела поскорее взойти в первородное пламя. И леди Майлора, называть ее бабушкой, пока я зык не поворачивался, и Марк, много рассказывали о том, как это происходит. Да и не только они, просто так вышло, что подробнее я выспрашивала именно у них.

И лица при этом у всех были одинаковы: мечтательные, с легкой ноткой трепета и нежности. А еще радости. Понятно, что они не себя в младенчестве вспоминали (хотя я бы этому не удивилась), а сам ритуал и его процедуру. Для всей семьи окунание дитя в первородное пламя – праздник.

Для меня же это источник новых знаний и сил.

– Я очень жду этого момента. – И широко улыбнулась. Я не лгала, действительно жду.

– Ждете?  – тариан шагнул вплотную, но я не испугалась и не отпрянула.

Может он меня даром своим на ложь проверяет. Вполне может быть.

Так пусть видит, что я искренна. Мне не жалко.

– Жду. И пусть я немного опоздала с этим, зато теперь ни за что не забуду о том, что в первородном пламени будет происходить.

Я пыталась шутить, нутром чувствуя над собой зависшую опасность. Если честно, то сама не поняла, откуда такое ощущение взялось.

– Первородном пламени? Причем здесь оно?

– Ну как же... вы же сами о ритуале спросили. – А вот теперь я действительно растерялась и напряглась.

И даже сделала шажок назад, ближе к камню, за которым одевалась.

– О ритуале, да не о том, – рыкнул мужчина и сократил между нами расстояние, да так, что я сама не поняла, как оказалась прижата к камню.

– О! – выдохнула я, сообразив, к чему он клонит. – Вы о зове, простите, не сразу поняла. Но ко мне он не имеет никакого отношения. Я не собираюсь участвовать в смотринах. Но искренне желаю вам обрести свою пару, тариан.

Чуть помолчав и не дождавшись никакой реакции, попросила.

– Вы не могли бы отойти. Это неприлично, – думаю тот факт, что мне неприятна такая близость, от тариана тоже не укрылось.

Нет, лгать не буду, наследник Владыки красив собой, его близость волнует, но...

Додумать эту мысль я не успела. Потому что вдруг оказалась буквально пришпилена к камню, а в мои губы яростно впились губы тариана в жестком, властном поцелуе.