Его мишень

Напротив здания университета с классическими бетонными колоннами располагался небольшой зеленый сквер, а сразу за ним парковка для автомобилей персонала, хотя забита она была разномастными, но преимущественно баснословно дорогими тачками студентов.

Там-то я и увидела ее — ярко-желтую спортивную машину, с черными полосками по бокам.

В памяти сразу яркими картинками всплыли подсмотренные вчера кадры: темный женский затылок с лежащей на ней мужской ладонью…

Он что, студент этого ВУЗа? Час от часу не легче!

А если… преподаватель? Ведь лица «шалуна» я не видела.

Хихикая про себя, что было бы забавно, если бы им оказался достопочтенный Эдуард Максимович, я подошла к своему кроссоверу и все-таки не смогла унять любопытство — бросила взгляд в раскрытое окно желтого авто: свесив обтянутый кожей локоть, за рулем сидел Бойко.

Что? Это был он?!

От чего-то вспыхнули щеки.

Быстро, насколько это возможно, я прыгнула за руль и завела мотор. Сдала назад и, не имея места для маневра, на несколько секунд поравнялась с автомобилем Святослава.

— А вы правы, кстати, — произнес он, глядя на меня сквозь дымчатые стекла очков. — Я про планку.

Я ничего на это не ответила и, словно скрываясь с места преступления, поспешила поскорее уехать.

Он тоже меня узнал. Просто великолепно.

Глава 3

Уже дома, заваривая на кухне чай, я против своей воли то и дело прокручивала в голове нашу сегодняшнюю встречу. А заодно вспоминала вчерашний инцидент на ночной парковке.

И вот сдался он мне? Просто нахальный студент! И то, что у них там происходило в машине — не мое дело. Он заканчивает последний курс, давно большой мальчик и может делать все, что заблагорассудится.

Взяв в руки чашку ароматного чая с бергамотом, я подошла к окну и отодвинула в сторону штору нежно-лавандового цвета.

Наш двор — современный, чистый, благоустроенный. С большой и яркой детской площадкой, магазинчиками на первом этаже со всем необходимым, собственной небольшой пекарней. Чтобы купить здесь квартиру я потратила все свои деньги, в прямом смысле оставшись без копейки. Но не жалела. Мое детство прошло в типичной хрущевке: с замызганными подъездами, свалкой вместо мусорки на углу дома и притоном для алкашей, вместо места игры для детей. Возвращаться в подобное прошлое мне больше не хотелось, поэтому, когда риэлтор предложил мне этот вариант, да еще недалеко от университета, я остановилась на нем не раздумывая.

Сделав большой глоток, я прищурилась от удовольствия, снова обвела взглядом окружающую красоту… и поперхнулась.

Желтая спортивная машина снова стояла рядом с моей.

Что? Опять?

Допустим, вчера он попал сюда чисто случайно — ехал мимо, стало невмоготу, а что делает здесь сегодня?

То, что он жилец этого дома я исключила — я переехала сюда почти месяц назад, но прежде никогда не видела ни этой машины, ни ее владельца.

Может, чей-то гость?

Ну не за мной же он следит, в конце концов!

Автомобиль стоял на месте как приколоченный до самого вечера, разузнать, куда подевался ее владелец мне не удалось. А ночью, когда я забылась долгожданным сном, меня разбудил женский крик…

Я рывком подскочила на постели, ощущая как сердце так и норовит пробить ударами грудную клетку.

Кого-то убивают в нашем доме! Нужно срочно вызвать полицию!

Не включая ночник, схватила телефон с прикроватной тумбочки и, щурясь от яркого света дисплея, уже забралась набрать 112, как услышала за стенкой еще один крик, но уже совершенно иной тональности.

Так кричат не когда плохо, а когда… хорошо.

Вот ду-ура-а-а. Убивают там кого-то, конечно!

Зло опустилась обратно на кровать и укрылась одеялом. Сон как рукой сняло, еще бы с такими-то звуками.

«Это тихое райское место» — говорили они. «Оазис уюта в городской суете».

Вижу я оазис чего! Сначала парковка, теперь ненасытный сосед.

К слову, все время, пока я жила здесь, в этой квартире было абсолютно тихо, чего это он вдруг внезапно активизировался?

Или это она?

Может, хозяин квартиры — визгливая дамочка?

Или это пара молодоженов?

Съемная квартира для встреч тайных любовников?

Но интересовало меня в общем-то не это, а как часто они собираются подобное практиковать. У меня не так много часов для сна, между прочим.

Решив всеми силами абстрагироваться от беспредела по-соседству, я честно попыталась заснуть, но снова распахнула глаза, когда по стене прямо за моей головой стали прилетать ритмичные и довольно сильные удары. Так может стучать… спинка кровати.

Они что, прямо через какие-то двадцать сантиметров бетона от меня?..

Кто бы ни был этот мужчина из квартиры по-соседству, он делал что угодно со своей спутницей, но только не любил. Я бы решила, что пытал, если бы не ее определенно довольные возгласы.

Чертовы извращенцы!

Лучше уж звук работающей дрели ранним воскресным утром, чем такое. По крайней мере дрель не вызывает всякие… ненужные мысли.

Я накрылась одеялом с головой и заткнула пальцами уши.

Утром, невыспавшаяся и злая, кое-как собралась на работу и, даже не выпив чашку утреннего чая, вышла из дома. Кинув на соседскую дверь наполненный яростью взгляд, закрыла свою и только собралась пойти к лифту, как услышала звук открывающегося замка.

— Какая встреча, надо же. Мы что с вами, соседи? — непритворно удивился Бойко, а моя челюсть совершенно автономно отвисла.

То есть это он всю ночь… Бойко и есть мой «громкий» сосед?!

— Доброе утро, — собравшись, сухо процедила я и подошла-таки к лифту. Святослав быстро запер свою дверь и успел протиснуться в кабину ко мне за секунду до ее закрытия.

— Раньше я вас здесь не видел.

— Я вас тоже.

Темные глаза смотрели насмешливо, ничуть не стесняясь. Конечно, он понимал, что я все слышала. Не могла не слышать! Но его это совершенно не смущало, скорее наоборот.

Тронув кончиком языка что-то похожее на укус, Бойко намеренно заставил посмотреть на его губы. Не слишком полные от природы, но алые и припухшие.

Шишка у него там огромная… Клоун!

Я отвернулась.

— И как так вышло, что мы ни разу не встречались? — спросил он, вальяжно шагая за мной к парковке.

— Я переехала сюда месяц назад.

— Тогда понятно, меня весь месяц не было дома, — и явно издеваясь: — Болел.

— Вижу, что теперь вы совершенно здоровы, — съязвила, намекая, что у их ночного концерта был почетный зритель. — Надеюсь, теперь мои пары вы будете посещать с завидной регулярностью.

— О, не переживайте, не пропущу ни одной.

Каким бы неоднозначным мое отношение к нему не было, я не могла не отметить, что он до безобразия хорош собой. Из тех парней, у которых красивое все: внешность, одежда, окружение. Лично я таких со школы избегала, да и они на меня особенно не кидались.

— Увидимся на лекции? — спросил он, опускаясь на черное кожаное сиденье своей машины. Краем глаза я увидела, что под ногами у него валяется надорванный пакетик от контрацептива.

Он вообще хоть чем-то еще занимается, помимо…

— У вашей группы у меня сегодня нет лекций, — отрезала я, хлопнув дверью своего кроссовера.

***

Признаюсь, приходила в себя я до самых ворот универа. Эта утренняя встреча, плюс бессонная ночь, совсем выбили меня из колеи.

Соседи, ну надо же!

А не видела я его потому, что весь этот месяц он где-то отдыхал. И так увлекся, бедный, что даже вовремя не вернулся к началу учебного года.

Конечно, сдалась ему эта учеба.

— Привет, ты чего такая грустная? — встретила меня Олеся, и я, привычно махнув рукой, зевнула в кулак.

— Не выспалась.

— Поняла, дальше не спрашиваю, — заговорщицки подмигнула она, видимо, решив, что я всю ночь развлекалась со своим парнем, миф о чем я сразу же решила развеять:

— Увы, но нет. Развлекалась не я — мой сосед.

— Сосед?

— Угу. А знаешь, кто мой сосед? Бойко.

Глаза Олеси расширились.

— Бойко? Игорь Валентинович? Наш ректор?

— Если бы — его сынок.

— Святоша?!

— Он самый, — и отметила про себя, что вот это прилипшее к нему «Святоша» очевидная насмешка над его разгульным образом. Уж куда-куда, а на святость он точно не претендует. Слышала я стоны той бедняжки. Не может быть, чтобы женщина вот так громко получала удовольствие.

Кстати, куда пропала его ночная спутница — вопрос, ведь утром она из его квартиры не вышла. Надеюсь, он ее не убил. Ну или хотя бы потом не съел — от него неизвестно, чего ожидать.

Черный юмор поднял настроение, и я улыбнулась своим мыслям.

— То есть Бойко с кем-то сегодня ночью прямо у тебя за стенкой…

— Именно.

Улыбка Олеси стала натянутой, что не укрылось от моего внимательного взгляда. Ее как будто бы… расстроил тот факт, что большой мальчик Святослав развлекается с девочками. Словно его натура это большая тайна. Да у него на лице все написано!

— Ладно, побегу, Ангелин, у меня лекция. Увидимся, — Олеся, на манер мне, махнула рукой и спешно ретировалась, а я так до конца не поняла, что это было.

Днем в стенах университета мы с соседом не встретились ни разу, я даже не уверена, что он вообще присутствовал. После работы его машину на стоянке я не увидела тоже. И только обрадовалась, что казанова сегодня останется у какой-нибудь подружки и даст мне поспать, как в час ночи снова проснулась от стука спинки кровати о стену за моей головой…

***

Утром я была не просто невыспавшаяся — я была невыспавшаяся и дико злая. Хлопнув дверью так, что задрожали стены, я метнула стрелы проклятия в сторону квартиры соседа, но когда его дверь вдруг открылась, взяла себя в руки.

Я преподаватель, а он мой студент! Нельзя так реагировать, это непедагогично. Это его личное пространство и его личное время, и он может использовать их так, как ему заблагорассудится.

Логично, да, но почему этим утром мне так хочется его придушить?

— А, это вы, — Бойко улыбнулся поистине святой улыбкой. Словно не он этой ночью терзал какую-то бедняжку (ту же самую или другую я по тембру не разобрала), а как минимум поил с бутылочки новорожденных котят. — Здрасьте.

— Доброе утро, Бойко.

— Вы запомнили мою фамилию?

— Ее сложно не запомнить, ведь ваш отец — ректор нашего университета. Что вы наглядно демонстрируете.

— Серьезно? И как именно?

— Ваше поведение говорит само за себя.

Мы вместе вошли в лифт, но разговор были вынуждены прервать, потому что помимо нас там стояла женщина «слегка за» с вертлявым той-тейером на руках. Я молчала, намеренно отвернувшись от недавнего собеседника, и видит бог — практически физически ощущала блуждающий взгляд нахала по моей пятой точке.

Когда кабина остановилась на первом этаже и достопочтенная матрона удалилась, он прекратил пялиться куда не следует и решил продолжить начатый наверху разговор.

— А что не так с моим отцом?