Спрятанная местью

— Потому что это я. Вы меня ни черта не знаете, потому что если бы знали, то никогда не доверили бы мне эту работу. Я не умею притворяться, не умею держать язык за зубами.

Хоть это и гораздо лучше убийств и наркотиков, я просто не смогу обманывать людей, глядя в глаза. Дома я часто заговаривала зубы маме, но это были безобидные темы. Типа сходить на вечеринку или свидание. Здесь же я не уверенна, что все ограничится невинными разговорами. Учитываю фразу Фабио про «убить себя». Я никогда этого не сделаю. Жизнь моментами может становиться дермовой, но самоубийство — это не выход.

— Научишься. — напирает Фабио и мне хочется кричать на него. Почему он не понимает? Почему заставляет это делать? Ведь он меня даже не знает, но по какой-то причине вместо расправы предложил работу. — Если хочешь спокойной жизни для дорогих тебе людей.

— Хватит угрожать мне! — вскрикиваю, но опускаю взгляд и продолжаю читать дальше.

Первое задание:

Внедриться в клан Манчини. Добыть достоверную информацию о складах оружия в Нью-Йорке. Капо — Лука Манчини.

Второе задание:

Сравнить отчеты, полученные Фабио Риччи от Луки Манчини с собственными сведениями, полученными во время пребывания в клане Манчини.

— Это твое первое задание. Поедешь в Нью-Йорк и сделаешь все возможное, чтобы пересечься с Лукой. У тебя будут координаты места, где он появляется каждый день в десять вечера. Также тебе предоставят анкету со всей информацией о нем и фото. — Фабио все говорил, но мой мозг словно отключился, прокручивая лишь два слова в голове: склады оружия.

Боже, как я в это вляпалась?

Закрываю папку и вздыхаю. Молчу. Долго молчу. Проходит, наверно, минут пять прежде, чем слышу собственный голос.

— Только не говорите мне, что вы реально та долбаная сицилийская мафия из фильмов…

Сантино как обычно усмехается, будто я сказала какую-то шутку. Но я спрашивала серьезно. Ведь такого быть не может. Или все-таки может?

— Нет. Мы однозначно, не та долбаная сицилийская мафия из фильмов. Кинематограф слишком романтизирован. В реальности все совсем по-другому. — холодный голос Фабио разбивает вдребезги все мои надежды.

ГЛАВА 9

Он ничего не отрицал. Просто продолжал сверлить меня взглядом.

— У меня есть условия. — сказала я и потянулась за бутылкой воды, стоящей передо мной. Нужно было взять себя в руки и все хорошо обдумать. Но в любом случае, в договоре не было и слова про Стеллу и маму. Лишь зарплата. Сто тысяч евро за каждое выполненное задание, мать его. Огромные деньги. Это совсем не радует, а только пугает до гроба. Такие баснословные деньги не платят за легкие задания, а значит я действительно буду подвергаться опасности.

— Я слушаю. — Фабио складывает руки на столе.

— Мне нужны гарантии, что с моей мамой и Стеллой ничего не случится. — я замолкаю, обдумывая следующие слова. — Даже, если со мной что-то случится.

Да, я была готова и к такому. Их сфера деятельности далека от безопасной и скучной. Мне нужно удостовериться, что с ними все будет в порядке независимо от того жива я или нет.

— Хорошо. Я внесу изменения в договор. Что-то еще? — он не отрывал пристального взгляда от меня.

— Да. — нагло отвечаю я просто, чтобы позлить его. И мне это удается.

— Слушаю. — натянуто отвечает он. Я с радостью понимаю, что он на грани, поэтому улыбнувшись, ставлю локти на стол и упираюсь подбородком на ладонь, тем самым сокращая расстояние, между нами.

— Я буду жить дома и обо всех заданиях заранее получать оповещение. — не спрашиваю, приказываю, как и он. Правда я понятия не имею о каком доме говорю.

Наши лица находятся на расстоянии примерно десяти сантиметров и мои ноздри улавливают легкий мускусный аромат. Он приятно пахнет. Разглядывая его лицо, понимаю, что он очень даже ничего для тридцати лет (увидела дату рождения в договоре). Черные волосы по бокам немного короче, чем на остальной поверхности головы. Выглядят небрежно, но в то же время аккуратно. Изумрудные глаза, обрамленные густыми ресницами. Черные брови и слегка пухлые губы. Гладковыбритая точеная челюсть. Хочется коснуться ее и провести рукой от уголка глаза до верхней губы.

Стоп…Что?

Моргаю и поспешно отвожу взгляд. О чем я сейчас подумала? Господи боже… Надеюсь, он не заметил… Убираю руку и откидываюсь на спинку. Снова смотрю на Фабио, но он похоже действительно разозлился и не заметил, как я пялилась на него. Зато похоже от Сантино ничего не утаилось, потому как он, ухмыляясь, глазеет то на меня, то на зеленоглазого. Сразу напрягаюсь, потому что в моем взгляде не было никакого подтекста. Я лишь засмотрелась на мужскую красоту. Не более. Но Сантино хлопает в ладоши и подскакивает со стула, чем привлекает внимание Фабио.

— У меня есть дела. Если будут приказы, босс, я на связи. — все еще ухмыляясь, Сантино разворачивается на пятках и выходит за дверь, оставляя меня один на один со своим «боссом».

Я стараюсь успокоить дыхание и свое чертово сердце, которое так и хочет выпрыгнуть из груди. Мой взгляд направлен на что угодно, только не на Фабио. Не понимаю, что сейчас произошло, но мне это определенно не понравилось. И еще больше мне не понравилось, что Сантино оставил меня с ним наедине. По какой-то глупой причине Сантино я доверяю больше. В присутствии Фабио я нервничаю, мне некомфортно. Он будто забирает в себя весь воздух, всю энергию и оставляет меня со своим внутренним «я». То есть без возможности ясно мыслить.

— Запомни, то, что я не убил тебя не значит, что ты можешь приказывать мне. — грубый голос нарушил тишину, но я все-еще не осмеливалась взглянуть на него. — То, что ты работаешь на меня, не делает тебя моим полноправным сотрудником. Это твое наказание. Даже, если ты простая туристка, ищущая свою семью. Меня не волнует. Ты помешала и теперь расплачиваешься. Так что не смей со мной разговаривать в подобном тоне больше никогда. Не думаю, что стоит напоминать о моем обещании.

Все мое смущение разом испарилось и его место медленно занимал гнев. Я встретилась с ним взглядом и увидела лишь маску, скрывающую жестокого, мстительного, кровожадного и злого человека. Как он может так говорить? И как я могла думать о прикосновении к нему минуту назад?

Становится тошно от самой себя и морщась, я подскакиваю со своего места и стул громко падает позади меня. Фабио даже бровью не ведет.

— Знаешь что? Не считай меня своей рабыней. Я себя так веду, потому что знаю, что нужна тебе. — его лицо нечитаемое, но в глазах сквозит удивление. Была бы я умнее, то заткнулась, но, к сожалению, бог наделил меня вспыльчивым и упрямым характером, поэтому я продолжаю повышать голос. — Я не по своей воле здесь. В отличие от тебя, у меня есть сердце, и я забочусь о своих близких. — продолжала напирать, и мой голос срывался от злости. Фабио поднялся, и я невольно отступила на шаг. Он был очень зол и в два раза больше меня. Похоже, я сказала что-то, что его привело в бешенство, потому что его безразличное лицо покраснело от гнева

Он обогнул стол и стал приближаться ко мне. Чего он хочет? Я пятилась в ту сторону, где как я помнила была дверь. Глаза Фабио горели. Мое сердце стучало так, будто готовилось к запуску в космос. Это, кстати, была бы не плохая идея, потому что сейчас вместо космоса, я вероятнее всего отправлюсь в ад. А мне бы очень хотелось еще раз взглянуть на солнце и звезды.

Черт… Ну почему я не умею держать язык за зубами или хотя бы вовремя его прикусывать!? Глупая гордость! Почему его слова так задели меня? Я не должна была реагировать, но он так разозлил меня, что я вовсе забыла, кто сидит передо мной.

Убийца. Член мафии. И ему ничего не стоит переломать мне кости, а затем и моим близким.

Он продолжал подходить, а я пятится. Вся жизнь пролетала перед глазами, пока я делала последние вдохи. Я не сомневалась: сейчас моя жизнь оборвется. Он стоял уже в нескольких сантиметрах от меня, когда внезапно дверь распахнулась и раздалось нервное лепетание.

— Только послушай отца. Он сказал, что я должна навестить этого старого рухленя. Якобы поддержание хороших отношений очень важно и неважно, что его собственная дочь становится пешкой.

Девушка вздыхает, а я впадаю в ступор, потому что откуда-то знаю этот голос. Фабио тоже замирает и переводит взгляд куда-то за меня.

— Ой, я помешала, простите. Зайду поз… — я оборачиваюсь, и девушка открывает рот и ошарашенно смотрит на меня. Наверное, моя челюсть тоже валяется где-то на полу. Но я даже не задумываюсь о ее поднятии, потому что вид зеленоглазой девушки, в синих брюках и белой рубашке, вышибает из меня весь воздух.

— Габриэлла? — удивленно шепчет Сивилья.

Когда несколько дней назад я собирала чемоданы и прощалась с мамой и Стеллой, я думала, что буду делать, когда прилечу в Палермо. Я думала куда пойду в первую очередь. Думала, как буду разговаривать с людьми. Как буду спрашивать о себе, зная только дату рождения. Когда я увидела невероятную красоту города, то сразу поняла, что хочу как можно больше гулять и не зацикливаться на поиске родственников. Поняла, что хочу насладиться этой поездкой. Потом девушка ворвалась в мой номер в забрызганном кровью платье. В тот момент я знала, что нужно утешить ее, попытаться помочь всем, чем могу. Даже когда я застала мужчину, приставившего нож к шее человека, я думала о том, что надеюсь больше никогда его не встретить.

Но сейчас, стоя в двух шагах от взбешенного Фабио и девушки ужасно похожей на него, все мысли смешались. Я не знала о чем думать. Не знала, чего хотела. Не знала, что делать.

Сивилья переминалась с ноги на ногу. В ее состоянии не было ничего, что указывало бы на то, что случилось прошлой ночью. Она выглядела как обычная девушка. Только слегка опухшая губа выдавала ее. Видимо, макияж сделал свою работу и скрыл все синяки.

Я попыталась сглотнуть ком в горле, но мой голос все равно дрожал.

— Сивилья?

Фабио, ничего не говоривший до этого момента, подошел к Сивилье и наградил ее таким тяжелым взглядом, что даже мне стало не по себе, а она стояла слишком близко к нему. Однако в ее лице не было страха, лишь непонимание от происходящего.

— Я знаю, Сивилья. Это и правда поможет наладить отношения, но поговорим об Аллегро позже. — Фабио взял папку из рук девушки и бегло пролистал страницы. — Сейчас я хочу знать откуда вы знаете друг друга. — он повернулся в мою сторону и его глаза прищурились.

Я вздрогнула и перевела взгляд в сторону Сивильи в немом вопросе. Она практически умоляюще смотрела на меня, и я поняла, что не стоит рассказывать истинных обстоятельств, при которых мы столкнулись. Я подняла взгляд, потому что любой знает, что главный признак вранья — это бегание зрачков.

— Мы столкнулись в ресторане за день до того, как вы похитили меня. — невозмутимо ответила я.

Сивилья громко вздохнула, но Фабио внимательно разглядывал меня, словно думая стоит ли верить моим словам. В итоге он развернулся, и я увидела ошеломленную Сивилью. Она хмурилась, а в ее глазах плясали чертики. Сейчас, видя их обоих рядом, я невольно стала замечать сходство. Их глаза цвета изумрудов. Иссиня-черные волосы и густые ресницы. Я вспомнила то, как быстро Сивилья взяла себя в руки и надела бесстрастную маску на лицо тогда, когда в ее глазах навсегда поселилась печаль. Она была этим очень похожа на Фабио и мне стало интересно, кем они являются друг другу.

Я вспомнила ее слова о другом мире и нахмурилась, пока окончательный смысл доходил до меня. Другой мир. Мир крови, смерти и греха.

— Ты говорил, что не занимаешься торговлей женщинами. — гневно начала девушка, тем самым вырвав меня из рассуждений. Она подошла к Фабио и встала прямо перед ним. Воздух в комнате накалился и словно трескался от напряжения. — Что значит, похитили? Габриэлла — моя подруга. Верни ее туда, откуда взял! — она топнула ногой и выглядело это весьма комично. Злая девушка на голову ниже, стоящего напротив мужчины. Но что меня удивило, так это слова о дружбе. Мы виделись один раз и явно не успели стать подругами. Наверно, это ее способ благодарности.

— И я не занимаюсь. Только это не твое дело, сестренка. — голос Фабио резанул воздух как сталь.

Сестренка. Теперь понятно. Они и правда были как две капли воды, только Сивилья выглядела моложе. Она была девушкой в то время, как Фабио мужчиной.

— Это мое дело, братишка. Я тебе сказала: она моя подруга. Ты не можешь трогать ее.

Я все еще не знала как на все реагировать. Мой мозг очевидно не успевал переваривать информацию и раньше, чем успела себя остановить, я услышала свой истерический смех. Мне не было весело, совсем.

Я смеялась и в этом звуке смешались все события, произошедшие за дни, проведенные в Италии. Господи, зачем я сюда прилетела? Почему не могла спокойно жить дальше? Устроиться на работу в Сиэтле и не искать приключений? Внезапно все прошлые желания отошли на задний план, потому что теперь в приоритете была безопасность Стеллы и мамы.

Не знаю сколько прошло времени, когда я успокоилась, но стоило мне затихнуть и ощутить оглушающую тишину, как пустота посилилась в мне. И вряд ли она исчезнет, пока я не уйду отсюда.

— Я устроилась на работу к твоему брату, Сивилья. — без понятия, почему я стала защищать его. Но мне хотелось поскорее уйти и оказаться в постели.

Она грустно посмотрела на меня, будто видя насквозь мою ложь. Но я заставила себя улыбнуться и перевести взгляд на Фабио, стоящего напротив сестры.

— Не так ли? — спросила я его. Он изучал меня, словно искал подвох. Но дело в том, что его не было.

— Это правда. — заключил он и подойдя к столу, взял папку с договором, который я читала. — Я внесу изменения, учитывая твои условия. Надеюсь, мы пришли к согласию теперь. — Фабио смотрит своими изумрудными глазами, ожидая ответа.

— Мы придём к согласию, когда я увижу мои требования в договоре. — заключила я и пошла к выходу.

Я не знала куда сейчас отправлюсь. Я даже не знала как выйти из этого здания и добраться до города. Но все равно шла и уже взялась за ручку, когда услышала его голос.

— Сантино отвезет тебя домой. Он ждет в комнате.

Я знала, что он имеет ввиду комнату, в которой я принимала ванну. Но так и не поняла про какой дом он говорил.

ГЛАВА 10

Я подписала договор.

Прошла неделя с тех пор, как я покинула кабинет Фабио. В комнате меня ждал Сантино, развалившись на кровати и что-то листая в телефоне. Как только он заметил меня, то неспешно встал и сказал:

— Фабио написал, чтобы я отвез тебя домой, — начал он с хитрой улыбкой. Меня уже начал настораживать тот факт, что он постоянно ухмыляется. Словно не является убийцей. — Пошли. — он схватил меня под локоть и повел к лифту.

Мы вошли в лифт, но Сантино достал из кармана какую-то ленту и завязал ею мои глаза.

— Пока ты не подпишешь договор. — объяснил он, хотя я и так все поняла.

Им не нужны свидетели. Никому нельзя доверять. Особенно девушке, которую они подозревали в специальном срыве своего дела. И особенно их место.

Мы сели в машину и провели в пути минут тридцать прежде, чем я смогла снять маску. Тогда мы уже ехали по оживленной трассе, сидя в какой-то навороченной машине.

— Ты будешь жить в одной из наших квартир.

И вот уже неделю я провела в квартире в центре Палермо. Она была красива и уютна. Совсем не похожа на то безликое место, в котором я изначально оказалась. Эта квартира больше напоминала ту, которую я хотела снять до того, как оказалась похищенной.

В тот же вечер Сантино привез две копии договора и одежду. Там была, как и повседневная, так и платья на выход. В том числе и то серебристое.

Я внимательно перечитала договор несколько раз, убеждаясь, что все чисто и нет никаких лазеек. После чего везде подписала. Подписи Фабио уже стояли в обеих копиях. Одна осталась у меня, другую забрал Сантино, чтобы отдать Фабио.

С тех пор прошла неделя, но никаких сообщений и звонков не было. Я просто жила изо дня в день, нервно ожидая каких-либо действий со стороны Фабио. Я всего два раза вышла из дома за продуктами, чтобы не умереть с голода. Есть не хотелось совсем, и я просто пихала в себя что-то, не ощущая вкуса. Ну, не считая мороженного. Красота города стала не интересна. Хотелось спать, что я и делала. Днем не выбиралась с кровати, а по ночам читала электронные книги.

Бесконечное ожидание заставляло нервничать. Страх не давал выйти на улицу, хотя я знала, что ничего хуже со мной уже не случится. Я не отвечала на звонки Стеллы и мамы. Просто не могла слышать их голоса.

Я не хотела злиться, но ничего не могла поделать с собой. Мне было обидно, что я должна пожертвовать своей беззаботной жизнью ради них. Но потом я сразу же вспоминала, что сама во всем виновата. Никто из них не поддерживал идею отправиться в Италию. И уж тем более никто не заставлял подписывать договор, просто я не могла поступить иначе.

Маме я сказала, что еду в Италию попрактиковать язык и только. Сначала она может и поверила, но потом увидела мои билеты до Палермо и сложила два плюс два. Она не подала виду, что знает с какой целью я лечу именно на Сицилию. Именно в место, где родилась. Она не осуждала, но я видела обиду в ее глазах и не винила маму в этом. Мне должно было хватить ее и папы. И я их очень люблю. Но мне хотелось узнать кто из родных меня отдал. Мои биологические родители были мертвы, а значит это сделал кто-то из близких родственников.

Я была рада, что все так сложилось. Потому что мои родители замечательно меня воспитывали, а потом мама делала это так же достойно в одиночку. У меня было все: ласка, любовь, дружба, крыша над головой, хорошее образование. Мне было даже стыдно за себя. Я не должна была интересоваться своим происхождением, потому что все, в чем я нуждалось у меня было в избытке. Стоит ли говорить, что я пожалела о своем решении приехать сюда? Что я возненавидела не только Палермо, но и всю Италию? Что море мне теперь ненавистно, так же как лес и скалы? Они лишили меня свободы. Лишили воздуха, привязав к такому человеку как Фабио Риччи.

Я не задумывалась о побеге, потому что знала: его это разозлит. Фабио установил камеры у меня дома на другом континенте. Не сомневаюсь, что он пойдет на более рискованные меры, если узнает, что я попыталась сбежать. Я могла это сделать, пожертвовав Стеллой и мамой. Могла затаиться и переждать некоторое время. Он бы махнул рукой и решил, что я того не стою. Но тогда Стелла и мама были бы мертвы.

Сидя на диване и читая любовный роман, я наслаждалась очередным мороженным. Оно было божественно со вкусом бисквита и карамели. Я купила десять баночек, когда выходила в магазин два дня назад. Эта была последняя. Стоит упомянуть, что мороженное единственное, что попадало в мой желудок в последние дни. От него меня не тошнило, хоть и ела я его в огромных количествах.

Вчера я приготовила пасту с грибами и сыром, но лишь от одного запаха замутило. В итоге я убрала нетронутый ужин в холодильник и вернулась к моей любимой пище.

Про Сивилью я старалась не думать. Было странно осознавать, что такая милая девушка сестра Фабио Риччи. Но они действительно были похожи. И не только внешне. Их манера держаться, разговаривать и надевать маску равнодушия.

Я перелистнула очередную страницу, когда мой телефон завибрировал. Я отложила планшет и взяла телефон со столика рядом. Я ожидала сообщение от Стеллы. Она часто писала, однако ответа так и не получала. Но когда я увидела скрытый номер, мое дыхание застыло в груди, а ложка выпала изо рта.

Неизвестный: Будь готова завтра к трем часам дня.

Сразу понятно, кто отправитель. Фабио Риччи похоже вспомнил о своей рабе и решил начать мое наказание.

Все. Никаких объяснений, никаких подробностей. Просто приказ.

Я завязала свои волосы в высокий хвост, но даже так они спадали ниже лопаток. В пакетах, принесенных Сантино, нашла джинсовую юбку и белый топ на завязках. Все вещи подходили по размеру и может меня бы это и удивило неделю назад, но не сейчас. Узнать мои размеры для них не проблема. Наверно, Фабио с первого взгляда может определит «эмка» у меня или «эска».

Стоя у зеркала, я завязывала красную в белый горошек повязку на голову. Ее я нашла в ящике под раковиной в ванной комнате. Не знаю, кому она принадлежала, но выглядела ярко и по-летнему. Не думаю, что кто-то ее потерял и будет искать. По крайней мере мне пришлось выстирать ее, чтобы исчез слой пыли.

Ровно в три часа дня раздался звонок в дверь. Мое сердцебиение ускорилось и пришлось вытереть потные ладони о юбку. Интересно, кто будет за дверью? Хоть сообщение и прислал Фабио, очень сомневаюсь, что увижу его.

Честно говоря, мне было все равно. Больше волновало, что меня ждет сегодня. Придется ли лететь в Нью-Йорк? От этой мысли на душе потеплело. Мне хотелось вернуться на родину, хоть и не в Сиэтл, но я всегда мечтала побывать в каменных джунглях.

Глубоко вздохнув, открыла дверь. Конечно, как я и думала, передо мной стоял не Фабио. Сантино. Он был одет в черные брюки и белую рубашку. Его волосы уложены назад, а карие глаза прищурено рассматривали меня. Я заерзала на месте, потому что под таким внимательным взглядом стало неуютно. Он будто пытался увидеть мои внутренности.

— Ты похудела. — заметил Сантино.