Дневники, 1915–1919

Мы собирались устроить пикник в Фирле, но к моменту выхода из дома начался дождь, и вместо этого мы пошли на почту в Беддингем. Я оставила свой макинтош на живой изгороди, так что он провалился в кусты, и мы промокли до нитки. Весь вечер шел сильный дождь, а, когда мы легли спать, он превратился в ливень. Это первый непогожий день за долгое время, но утро было хорошим. Шквалистый ветер последних дней сорвал листья, хотя лишь некоторые деревья начали желтеть. Огромное количество ласточек летает над полем очень низко и быстро. Ветер срывает грецкие орехи, хотя они еще не дозрели; осы прогрызают дырки в сливах, так что их придется собирать. Мои часы остановились.

27 августа, понедельник.

Мы намеревались поехать в Истборн[247], чтобы, кроме всего прочего, починить мои часы, но около полудня не только подул сильный ветер, но и начался дождь. На полях полно ласточек, а ветер срывает ветки с листьями, поэтому деревья уже выглядят тонкими. Л. считает, что ласточек в лощину загнал шторм и там они чувствуют себя в безопасности. Ласточки и листья, кружащие вокруг, выглядят одинаково. Л. взял рукопись с собой, чтобы успеть на лондонский поезд в Глайнде, а затем мы прогулялись по холмам, набрали много ежевики; все кусты усыпаны ягодами, грибов мало. Однако подул ветер и начался такой дождь, что мы насквозь промокли и были вынуждены вернуться домой. После чая разожгли дрова в камине. Ягоды мы съели после ужина, а не чая. Дождь не прекращался, дверь в сад протекает.

28 августа, вторник.

Еще один ужасный день. Листья и ласточки кружат над полем, сад растрепан. Ветки упали поперек дороги, кукурузные снопы опрокинуты, проливной дождь. Слуги собирались в Брайтон, но в итоге остались дома. Они забыли заказать мясо, поэтому пришлось идти пешком в Фирл. Ветер дул нам в спины. Деревья на углу у пруда издают страшный шум, когда проходишь под ними. Но дождь прекратился, и небо над холмами просветлело. Магазины в Фирле закрылись рано. Бакалейщик занимается марками при свете лампы. Из-за бури телефон не работает. Домой шли против ветра, зато без дождя. Немецкие пленные сейчас работают на Хопера[248] и хорошо выполняют задачи, а если в 16:30 им дают чай, на чем они настаивают, тогда они работают на час дольше. В такую погоду перевозить кукурузу невозможно. Ганн приходит очень редко. Урожай, говорят, был хорошим, но теперь он испорчен. Вечером снова пошел дождь. Чтобы закончить ужин, пришлось зажечь свечи. Камин разожгли перед ужином.

29 августа, среда.

Еще один плохой день, хотя ветер и не такой шквалистый. Ласточки летают выше. В газетах пишут, что ураган прошелся по всей Англии. После обеда начался сильный дождь, а когда он прекратился, то мы отправились на почту в Саутхиз, споря об образовании. Возвращались холмами. Прекрасный вечер: во время ужина вышло яркое солнце и впервые с субботы был виден закат.

30 августа, четверг.

Несмотря на черные тучи, дождя не было, поэтому слуги поехали в Брайтон. Я гуляла в лощине, Л. косил траву в саду. Снаружи листва на деревьях внезапно стала коричневой и сморщилась, точно высушенная жарким солнцем, хотя внутри кроны листья по-прежнему зеленые. Никаких признаков осени. Голубянки потрепанные и потускневшие. Оса ужалила Л. в лодыжку. Он разворошил их улей. Барбара [Хайлз] и Ник[249] пришли на чай и ужин, который нам пришлось соорудить самим, поскольку слуги уехали. После ужина снова пошел дождь, но ветер заметно поутих.

31 августа, пятница.

Последний день августа прекрасен. Ветра почти не было, и постепенно становилось все жарче, так что чай мы пили на террасе. Л. снова косил траву, я гуляла по заливным лугам[250], а затем шла по обходной дороге, крадучись за старым Босанкетом[251]. Видела, как на вершине холма солдат и мужчина на большом вороном коне гнали стадо коров. Очень странное зрелище! Грибы, похоже, испарились. После ужина, пока еще было светло и жарко, мы занялись осиным гнездом и сожгли его дотла. Когда мы заходили домой, осы все еще роились вокруг нас. Серьезный вопрос о курице миссис Вуллер, которая предлагает ее за полкроны[252]. Яйца тоже подорожали до 3 шиллингов за дюжину. Привезли сосиски.

1 сентября, суббота.

Несмотря на прекрасную лунную ночь, сегодняшнее утро было дождливым и туманным, а над полями висели черные тучи. Однако ветер настолько сильный, что после обеда тучи разошлись и дождь прекратился. Мы ходили в лощину и нашли большого зайца, а потом услышали выстрелы охотников. На самом деле они стреляли в голубей неподалеку от нас. Мы сделали круг и прошли по вершине холма. Кажется, что сейчас середина осени или даже начало зимы. Кроны деревьев ужасного свинцового цвета и как будто сморщенные, цветы потрепанные и коричневые, бабочек почти нет. Л. отправился в Льюис, чтобы встретить миссис Вулф и Б[253]., они приехали сюда в 7 вечера. Снова прекрасная ночь. Большая белая сова, похожая на чайку, летала вокруг дома и садилась на ограду. На моем участке появились грибы. Л. избавился от ос.

2 сентября, воскресенье.

Непонятная ветреная погода, ливень с утра, однако постепенно начало выглядывать солнце, и вторая половина дня уже была прекрасна. Гуляла с гостями по округе при сильном ветре. Видела ястребов, но больше ничего интересного. Прекрасный вечер: жарко на террасе и светло над холмами до 9 вечера. Предсказывают теплый сентябрь. Согласно газетам, в большинстве районов каждый день в августе шел дождь — худший конец лета почти за всю историю наблюдений, так что нам тут еще повезло. Герберт Вулф и М. А.[254] ушли после чая.

3 сентября, понедельник.

Идеальный день: голубое небо без облаков и нет ветра, — словно так будет всегда. Наблюдала за тем, как собака пасет овец. Над деревьями утром и вечером уже летают грачи, иногда вместе со скворцами. Миссис Вулф с Беллой пришли после обеда и взяли нас с собой в Льюис. Узнала про часы: их не починят в ближайшие 3 месяца. Сапоги подорожали до 40 шиллингов, однако в небольшом магазинчике я нашла и купила старую пару за 15 шиллингов, а потом обнаружила новую у себя в шкафу. Возвращалась на поезде, а Л. поехал на велосипеде по прямой из Глайнда через поля — очень хороший путь. Встретила Нелли, возвращавшуюся с коробкой из Кооператива, и прошлась с ней. Вечер был настолько хорош, что мы опять отправились в лощину. Издалека увидели блестящее пятно, но не смогли его отыскать, когда подошли ближе. Около Глайнда видела репейницу[255].

4 сентября, вторник.

Проснувшись, я обнаружила, что дом окутан туманом. Ночью мы видели его над лугами. Потом он рассеялся, и был прекрасный, практически безветренный день. После обеда мы пошли за яблоками: я собирала их с нижних веток, а Л. на стремянке — с верхних. В середине процесса заявились Клайв Белл и Мэри Хатчинсон, так что мне пришлось отвлечься. Они остались на чай и ужин, а затем отправились домой по холмам.

5 сентября, среда.

Еще одно чудесное утро. Я прогулялась, а Л. занимался садом. На вершине холма увидела желтушку[256] очень насыщенного окраса — впервые за долгое время. Над морем сгустились тучи, и, пока мы пили чай, пошел дождь, затем раздались громовые раскаты и сверкнула молния. Трудно отличить гром от залпов орудий. Немецкие пленные шли по полю. Сейчас они помогают на ферме. Снопы кукурузы все еще стоят нетронутыми у дороги. Слуги остались в Чарльстоне на ночь, говорят, что кроме грома была и стрельба.

6 сентября, четверг.

Была на почте в Саутхизе. Прекрасный день, но ничего особенного.

7 сентября, пятница.

Ходила в Льюис через Глайнд и по новой дороге через поле к станции. В магазин и обратно; ждала Пернель[257], но она так и не пришла. Очень жаркий, душный день. Прямо перед нами на тропинке извивалась длинная, около двух футов [≈ 60 см], змея.

8 сентября, суббота.

Мы ходили на вершину холма за ежевикой и легко собрали достаточно для пудинга. Весь день над землей висело облако, пока поздно вечером сквозь него странным образом не выглянуло солнце. Пришла Пернель, затем Филипп Моррелл, а когда мы садились ужинать, еще и Синди Уотерлоу.

9 сентября, воскресенье.

Почти спокойный день; без голубого неба он напоминает зимний, за исключением жары. Очень тихо. После обеда устроили пикник в Фирле. Когда мы уже поели, пришла Несса с пятью детьми[258], и мы сидели вокруг деревьев. Прогулялись домой по холмам. Небо над морем красное. Деревья почти такие же голые, как зимой, но в них нет красок.

10 сентября, понедельник.

Ходили на почту в Саутхиз, но у меня заболели ноги из-за сапог, которые сильно велики, поэтому мы присели, а Л. пошел дальше. Прекрасный, довольно туманный, но безоблачный день; все еще жарко. Странно, что в живой изгороди не осталось цветов: все они завяли и пожухли после грозы. Часто раздается звук, похожий на дождь, но это листопад. Немецкие пленные складывают кукурузу на заднем дворе. Они много свистят и выдают целые мелодии, не то что наши рабочие. Налили им чай в большой коричневый кувшин.

11 сентября, вторник.

Прошла по холмам у фермы, видела двух желтушек у муравейника и еще двух, улетевших в сторону Бишопстоуна[259]. Слышала выстрелы и видела два дирижабля, маневрирующих над морем и долиной. На холмах нашла скрученник[260] и полевую горечавку[261]. Очень жаркий день, но вечером похолодало, так что мы растопили камин. Почти все ласточки улетели. Пернель уехала. Л. нашел проросший грецкий орех и посадил его в саду.

12 сентября, среда.

Я поехала в Чарльстон на велосипеде и добралась туда в 12:30. Дорога между Глайндом и Чарльстоном довольно длинная и скучная, и если ехать медленно, то это занимает около часа. После чая пришел Л., и мы поехали обратно по Бинсток-лэйн, обнаружив, вероятно, более короткий путь. Огромное солнце; холоднее и ветреней, чем раньше. Кукурузу с поля напротив уже убрали.

13 сентября, четверг.

Ветреный день. Из Саутхиза я вернулась домой по холмам. Из церковной башни вытащили кусок камня, внутри видна деревянная рама. Начался ливень, и после чая мы растопили камин; слуги остались в Чарльстоне, дом накрыло грозой. Пили чай на кухне и увидели старика, собиравшего яблоки в ведро. Л. крикнул: «Ты что делаешь!» — и тот убежал.

14 сентября, пятница.

Хотела поехать в Льюис, так как распогодилось, но велосипедная шина оказалась проколотой — очень досадно, но менять ее было поздно, — вместо этого Нелли отправилась к миссис Хаммонд[262] и принесла от нее много всего. Очень тепло, и температура на улице комфортная, но кажется, что хорошую погоду пришлось ждать слишком долго. Мы сходили за грибами и не нашли ничего — самый неудачный сезон. Нарезала большой гриб как сыр.

15 сентября, суббота.

Прекрасный день для веселья. Мы отправились в Истборн и сидели в Девонширском парке, наблюдая за игрой в теннис и слушая оркестр. Видели аэроплан в поле недалеко от Глайнда. Он выглядел игрушечным. Дети окружили его, пока мужчина крутил пропеллер. Пили чай со льдом, купили «Kodak[263]», вернулись домой через Льюис, где купили разные вещи. Лорд Хью Сесил[264] сошел с поезда в Глайнде в компании гвардейца. Забавно видеть его разодетым как летный офицер, совершенно седым и с тремя кожаными сумками.

16 сентября, воскресенье.

Пасмурный, но все равно хороший день. Облака слишком высоко для дождя. Прогулялись в Фирл и устроили пикник. Л. взял «Kodak» с собой в Чарльстон. Я ждала его у деревьев. Спустя какое-то время пришли Робин Мэйр[265] и Бобо М.[266] Они приехали в Талленд[267] на выходные и, к моему удивлению, уступают его бельгийцам. Л. вернулся. Несса решила, что «Kodak» вызовет огромную ревность среди детей, так что оставили его дома. Над морем «Silver Queen» и полоса красного цвета, как в прошлое воскресенье. Уилл привез своих хорьков и поймал кролика для слуг.

17 сентября, понедельник.

Слуги уехали с Уиллом на телеге, в 10 утра пришла миссис Хаммонд. В 15:00 перевели часы на зимнее время. Порывистый ветер на протяжении всего дня. После обеда пришла телеграмма от Маккарти: Молли не может прийти, а Дезмонд будет завтра. Ходили на почту в Саутхиз и обратно по холмам, как обычно, по дороге обсуждали Арктику. Дождливо. После чая сшила чехол для кресла. Из-за зимнего времени очень темный вечер[268].

18 сентября, вторник.

Ужасно промозглый день: дождь хлестал по всей округе, а когда прекратился, то с моря пришел туман. Тем не менее мы отправились в Льюис, но на повороте у мельницы решили вернуться. Вторую половину дня провели дома в комфорте. После ужина мы сели печатать фотографии, решив, что Дезмонд не придет. Однако он все-таки приехал в 8 вечера, так что пришлось соорудить для него ужин.

19 сентября, среда.

Телеграмма с просьбой отложить пикник. Непогожий день: все время лил дождь и дул ветер. Прогулялась с Дезмондом до Родмелла, чтобы найти виски. Паб был закрыт, потом пришел трактирщик, который не мог нам ничего продать до 6 вечера. Мы задержались, рассуждая, «зачем нужна война?», и представляя, как солдаты будут бить окна, когда вернутся домой и не обнаружат пива. Встретили немецких пленных на дороге. Д. сказал: «GutenTag[269]», — и они все ответили. Караульный промолчал. По ощущениям уже зима.

20 сентября, четверг.