Вакагасира. Том 2

— Утром в офисном центре были убиты четверо абэноши. Судя по добытым записям, больше полугода контактировали с местными представителями триад. Основная версия — после начала репрессий против китайцев, одаренные не смогли выполнить некие взятые на себя обязательства. Может быть, побоялись выйти из тени и попасть под облаву.

— Дальше.

— В здание проник ликвидатор. Мы установили, что с девяностопроцентной вероятностью это Тао Ванг. Неплохо обученный боевик, участвовал в распространении наркотиков в пригородах Токио. Удалось найти две пары фальшивых документов, которые использовали для покупки билетов на самолет до Гонконга и туристический лайнер с первой остановкой в Пусане. Ни на самолет, ни на корабль Тао Ванг не явился. Скорее всего, залег на дно или воспользовался другим каналом инфильтрации. Тот же рыболовецкий сейнер, какими любят пользоваться триады.

— Что еще?

— Цепочку покупки микроавтобуса и место, где он жил раньше, мы отследили. В доме теперь идет обыск, при штурме еще трое китайцев пытались оказать сопротивление, используя подручные средства. Один сейчас в тюремном госпитале со сломанной рукой. Остальные дают показания.

— Как одиночке удалось выполнить нападение?

— Эксперты считают, что использовался сильный усыпляющий газ. Остатки препарата частично удалось обнаружить в трупах. Боевика поддерживала группа хакеров из Гонконга, взломали систему безопасности офиса и затем удалили всю накопленную информацию на серверах. Но мы обратились к банкам, с которыми работали абэноши и нашли несколько интересных транзакций. Первая — с переводом на счет Тао Ванг. Шестьдесят миллионов йен. Получается, что ему заплатили около ста тысяч долларов за каждую голову.

Побарабанив пальцами по картонке, директор недовольно фыркнул:

— Слабо ценят одаренных в других странах, слабо… И этот гадюшник в Гонконге — половина неприятностей так или иначе на него замыкается. Надо будет что-то с этим делать… План мероприятий?

— Отработка всех версий, работа с задержанными, поднимаем информаторов в китайской диаспоре. Случай экстраординарный.

— Хорошо. Доклад каждый вечер.

***

Воскресное утро. Птички поют, солнышко светит, я по дорожке в парке бодрой рысью ковыляю. Лепота.

Вот нужное место. Здесь под кустик коробочку пристроил, дерном сверху прикрыл, мелочком на ближайшем столбике линию провел. Называется — играю в шпиона. Или — в агента по специальным поручениям? Две камеры на углах поляны и мужика с метелкой, мимо которого проскакал — будто и не заметил. Зачем людям настроение портить? Они свою работу делают, а я по выполненному заказу принес отчет. Формально — все в одном экземпляре. Нужное уже просмотрел, кое-что скопировал. Но цельный массив накопленного покойниками дерьма отдаю с чистым сердцем. Там все по коррупции среди чиновников, разные мутные схемы ухода от налогов, попытки выстроить надежные долгосрочные отношения с одаренными из других стран. Пусть теперь имперская канцелярия копается. Мне же с этого надо чуть позже разных плюшек выскрести через босса. Для себя и для клана. Главное — не откусить больше, чем прожевать сможем.

Вернувшись домой, быстро искупался, переоделся в “офисный” костюм без излишних понтов, заехал в клуб. Там отловил Ясуо Кодзима.

— По нашим официальным проектам все в порядке? Укладываемся по срокам?

— Да. Два сайта по продажам уже запустили. Человек с рекомендациями от господина Окада подходил, для него отдельную команду формируем. Сборная солянка из программистов из Китая, Индии и Европы. Порно-портал стартуем через месяц. Интернет-казино пока в проекте, подбираем дизайнеров, чтобы красочно получилось.

— Хорошо, бумаги и планы у тебя есть, если что-то понадобится или вопросы возникнут, звони. Или вечером отловишь, когда я вернусь. Сейчас сестру твою забираю, в госпиталь съездим. Знающим людям покажу, может еще что посоветуют по лечению.

— Хай, господин.

— Предупреди ее тогда, пусть собирается. Мэдока-сан поможет коляску в минивен погрузить.

Перемещаюсь поближе к барной стойке, где закопалась в бумагах Тошико Ямада. Наш завхоз и по совместительству мастер на все руки поднимает глаза и вопросительно смотрит: что-то стряслось?

— Я тебе все письма сбросил. Там шестнадцать человек, кого хочется пригласить на фестиваль. Большая часть формально подтвердила, что приедут. Попробуй за сегодня детали согласовать. Нужны гостиницы, где их разместим, билеты на поезда, аренда автомобилей, чтобы встретили и по Токио возили. На все отводим два дня. Если кому-то захочется побыть подольше — это уже за их счет.

— Сделаю, — делает запись в блокноте.

— Горо-сан нашел место рядом для будущего проекта. Рекомендованный сарай его не устроил, офис снял. В итоге дешевле выходит, после всех переделок. Недалеко от нас музыкальная школа Тамо и студия звуко-записи. Бывший коллектив студии что-то со школой не поделил, а они хозяева помещения и вообще — уважаемые люди. Не знаю — или школьники слишком громко рок стали играть, или еще что. Одним словом — у Горо-сан теперь пятеро лоботрясов на руках, кто умеет на микшерском пульте кнопки жать. Поэтому через месяц великий и ужасный повелитель “Ятагарасу Йокогамы” займется вплотную музыкальными делами. Станет ходить в костюме с галстуком, обивать пороги крутых лейблов. А это означает что?

За что люблю и уважаю Тошико — за ее умение пятой точкой ощущать грядущие неприятности. Подобралась, бумажки отложила, нахмурилась.

— Я не люблю загадки, Тэкеши-сан.

— Я тоже не люблю. А вот потроллить друзей — это запросто… Означает это то, что на общем собрании клуба я буду рекомендовать тебя в управляющие. На место Горо-сан. Он уже об этом со мной в общих чертах обсудил, так что останется детали согласовать. Ты у нас де-факто тащишь на себе клуб, будешь де-юре оформлена. Зарплата в два раза больше, процент отчислений с заработков клуба выше. Плюс — свое дело можешь открыть, если время свободное останется.

— Время? Свободное?! Да я…

— Тихо! — делаю страшное лицо. — Не забывай главный принцип хорошего руководителя. Умей делегировать рутину подчиненным. Девочек смышленных найми и пару лоботрясов, чтобы тебе в рот заглядывали и по первому свистку с низкого старта стартовали. Загрузишь текучкой, будешь контролировать. А еще, мы тебе визитки закажем. С золотым тиснением. Дома покажешь. Ты будешь у нас не просто завхозом, нет. Ты у нас будешь настоящим биг-боссом. Настоящим кумитё. Врубаешься? Вторым человеком в Ятагарасу.

— Хорошо, хоть не первым, — ворчит девушка.

— Горо-сан тебе не заменить. Ты убивать не любишь, — соглашаюсь, слезая с высокого стула. — Но это и к лучшему. Глотки кромсать и без тебя кому найдется. А вот думать и хозяйство в ежовых рукавицах держать — для этого голова нужна. С мозгами, а не музыкальным горохом внутри.

Будет она кумитё, будет. Мы всем клубом ее потихоньку к этой мысли подводим. Вышибала — так вообще кланяется, как высокому начальству. И бухгалтер ей в рот смотрит, по любой проблеме советуется. Чтобы окончательно загрузить бедолагу, бросаю напоследок:

— Ты еще вот о чем подумай, О-неи-сан [старшая сестра]. Через годик мы клуб на накатанные рельсы поставим, все будет крутиться-вертеться, как задумано. А ведь в других районах босодзоку похожее хотят. Поэтому кто мешает целую сеть клубов основать? Вон, в Италии была Мария Личчарди, “Принцесса Каморры”, рулила огромным кланом, когда отца и мужа арестовали. Ты будешь нашей Тошико-химэ. Уникальной… Кстати, как директору клуба тебе полагается десять процентов акций. Горо-сан отдает. Блокирующий пакет у меня пока. Если дела хорошо пойдут, через несколько лет вообще единоличным владельцем станешь.

Убедившись, что поле битвы осталось за мной и глаза у будущего начальника клуба размерами с блюдце, кланяюсь на прощение и хочу уходить. Вот только не успеваю.

— Я тоже радовать умею… Вон, тебя там ждут. С утра засели и спрашивают, когда страшный и ужасный Тэкеши-кун приедет…

С диванчиков рядом с игровыми приставками поднимаются трое девчушек лет пятнадцати каждая. С хвостиками, бантиками, в школьной форме. Голимый кавай. Блин, а я про них и забыл почти.

Сбоку появляется Мэдока. Здоровяк сообщает:

— Тэкеши-сан, девочку в минивен усадил. Коляску погрузил. Изаму-сан уже за рулем.

— Домо аригато, Мэдока-сан. Сейчас поедем… Эй, народ. График напряженный, нам выдвигаться на следующую точку. Поэтому пойдем, по дороге поговорим.

Горо-сан расстраивается, что у него нет пока ярких прорывных идей для музыкального ринга? Хе, будут ему идеи. Я местный поп-шансон-мансон с ног на голову поставлю. Потому что у меня есть и идея, и люди для ее реализации. Осталось пачку дрожжей в чан забросить. И успевай потом снимать денежную пену.

Глава 17

Машину с телохранителем отправил перед нами, сам залез в минивен. Там места полно, все поместились. Пока едем, объясняю девушкам общую идею.

— Вы мне написали, что хотите группу продвигать. Даже один раз в клубе успели выступить. Народ вас на видео записал, я потом ролик посмотрел. И скажу вам две вещи. Скажу так, как я это понимаю. Ваше дело — либо меня послушать, либо остаться при своем мнении и послать куда подальше… Первое — с текущим репертуаром не взлететь. Вы всего-навсего один из клонов, которыми забиты все мелкие клубы и музыкальные площадки. В кожаных куртках, хрипите что-то в микрофон. Этого добра — больше половины Токио. А вторая половина — парни с аналогичным репертуаром и попыткой передрать с Европы давно забытые хиты… Но голоса у вас шикарные. И выглядите вы очень неплохо. Поэтому у меня есть предложение. Босс “Ятагарасу Йокогамы” начинает продюсировать перспективные команды. Те, кто хочет в самом деле взлететь высоко и надолго. Никаких однодневок. Серьезные проекты под его руководством. Большие лейблы если и сунутся с контрактами, то на условиях, которые будут интересны нам и исполнителям. И вот под такое будущее я готов с вами работать. Дам несколько идей, Горо-сан их разовьет, вы исполните. У меня ощущение, что через три-четыре года вы запросто можете поехать в международное турне. Если в самом деле пахать с прицелом на будущее.

— Что мы должны будем исполнять?

— Можно взять часть ваших вещей, плюс еще закажем. Главное, что я хочу увидеть на сцене, так это трех красивый девушек в модной одежде, с прическами, как сейчас. И кто отличными голосами без дурной хрипнины будет петь рок. Кавайный рок — это еще нигде не мелькало. И это выстрелит.

Слушавшая разговор Кеико добавляет от себя:

— Первые пару номеров можно на фестивале показать, через две недели. “Цветы огня” и “Мой старый дом” очень хорошие композиции. Их только переложить на классическое роковое исполнение и будет очень необычно.

— Вот, наша умница дело говорит. Кеико-тти всех выступающих просмотрела, репертуар хорошо знает.

Сестра хакера для меня уже стала почти членом семьи. У девочки процесс выздоровления идет семимильными шагами. Руки полностью восстановились, как и появилась подвижность в нижних конечностях. Ходить самостоятельно пока не может, но в коляску и из коляски перебирается уже без посторонней помощи. Пропадает в клубе почти все время. Делает здесь уроки, пытается помогать Тошико-сан. Для тринадцатилетней девочки — невероятно организована, собрана, с отличной памятью и умением в нужный момент подсказать, если что-то забыл. Хотя, что еще ожидать от серьезного человека, который уже успел за грань заглянуть? Именно в таких ситуациях характер и проявляется.

— Две недели, — ошарашенно оглядывается на подруг лидер музыкальной банды. — Нам надо будет хоть как-то подготовиться…

— Как-то не нужно. Сразу настраивайтесь на серьезную работу. Инструменты у нас есть, комнату выделим. Будете по вечерам приходить. Костюмы и прочее мы сделаем. Думаю, еще из парней, кто уже выступал в клубе, грамотных исполнителей подтянем на барабаны, гитары и прочее. Если состав команды сложится сразу — хорошо. Если не понравится, музыкантов будем тасовать. От вас же я хочу услышать главное — интересно вам это или нет? Вы — ядро, от вас и пляшем. И вам решать, кто будет выступать на сцене и нужно ли позже основных исполнителей дополнить.

Вижу, как вся троица задумалась. Для них мое предложение как холодный душ. Пришли узнать, можно ли еще пару-тройку раз на местной сцене похрипеть, а им предлагают на Эверест музыкальный взобраться. Крутивший баранку Изаму Исикава хмыкает:

— Тэкеши-сан, я вот одного понять не могу.

— Да?

— Как у тебя получается на пустом месте такие интересные вещи придумывать. И в жизнь воплощать… Клуб ты создал, а ведь ни одна банда борекудан подобным похвастать не может. Гоночную команду сколотил — уже на пробные заезды скоро выставляться станем. Волонтеры шевелиться начали, а раньше никто толком и не чесался… Вон, даже ёкай в “крайслере” тебя слушается.

— Завидно?

— Ага. Хочется подобному научиться.

— Не сиди на заднице ровно и все у тебя получится. Если не с первого раза, то с десятого. У меня тоже не каждая идея “стреляет”. Просто я стараюсь и не боюсь делиться с друзьями… И последнее, девушки, — на меня уставились три пары глаз. — Главное отличие будущей команды от других, кто сейчас на сценах отплясывает. Мы к людям относимся с уважением, а не как к мусору. Объясню… Для нас знакомые, с кем вместе какой-то проект делаем, это не цифры в бухгалтерской книги. Сколько мы там в итоге заработаем или потеряем, сколько нервов потратим и чем все закончится — стоит последним в очереди. Конечно, без прикидок по бюджету никто вас раскручивать просто так не станет. Но это все — вторично. Главное — мы друг другу помогаем не из меркантильных интересов. И никого насильно не держим… Когда вы начнете греметь в Ниппон и за рубежом, к вам набежит толпа мудаков в дорогих костюмах. Будут предлагать горы золота и обещать что угодно. В попытке зацепить на крючок и доить до самой смерти. Смерти на сцене или в жизни, как уж не повезет. Мы подобной гнилью не страдаем. Это не в наших принципах.

Сидевшая позади самая маленькая из троицы тихо поинтересовалась:

— А правда, что вас в борекудан приняли?

— Правда. Я уже больше месяца кобун в Инагава-кай. Но это никак не влияет на дела, которыми занимаюсь лично.

— Просто я читала, что та же Сони не дает выступать командам, кто отказался с ними сотрудничать. Для них все серьезные площадки закрыты.

— Пусть только с моими друзьями попробуют так поступить, мигом рога пообломаю. И если меня одного не хватит, попрошу помощь у старших. За этим не заржавеет.

Переглянувшись с остальными, лидер группы спрашивает:

— Когда мы должны дать ответ?

— До завтрашнего вечера терпит. Если захотите участвовать, то подъезжайте после шести, мы распишем основные этапы. Плюс — мерки с вас снять и костюмы посмотреть. Будем запускать “Бэби-Кавай” в космос… Так, мне сейчас в госпиталь с Кеико-сан, вас домой отвезут. И если предложение не нравится, то можете просто в клубе выступать, как и раньше. Вроде на ближайшие пару месяцев там уже каждый вечер расписан, но дальше есть свободные места.

Пересадив девочку на кресло-каталку, медленно еду ко входу в госпиталь. Позади неслышной тенью Масаюки в привычном для него черном костюме и солнцезащитных очках. Кланяемся медперсоналу, кто попадается по дороге, заезжаем в лифт. Там достаю телефон и звоню по одному из номеров из электронной записной.

— Мэдока-сан, это Тэкеши беспокоит. Можно тебя попросить несколько набросков сделать карандашом? Видел девочек, которые к нам заглянули в гости? Вот их типаж — с косичками, бантиками. В платьицах с оборочками. Чулочках и ботиночках. Чтобы с первого взгляда хотелось их затискать. Сплошное анимэ, кавай и прочие радости жизни.

— Для взрослого издания?

— Нет, мы их на сцене покажем. Когда эти милашки выйдут на сцену и шарахнут рок, весь зал очумеет… Но насчет издания спасибо, хорошая идея. Вроде бы у Сузуму-сан кто-то комиксы пытался рисовать. Можно будет серию сделать про могучих победительниц демонов и прочей дряни. В обычной жизни — школьницы, а вечерами мир спасают.

— Сделаю, Тэкеши-сан. Все равно пока за публикой присматриваю, руки свободны.

— Оокини, Мэдока-сан. Мне кается, Горо-сан будет очень доволен, если мы таким неожиданным проектом сразу его продюсерский проект в топы выведем.

Лифт остановился, едем дальше. В коридоре привычная уже рабочая суета и двое знакомых бойцов у входа в класс профессора. Здороваюсь с ними, узнаю, как дела. Потом открываем дверь и пробираемся внутрь.

— У меня пики не складываются, посмотри левый график… Дай на три точки меньше… Стой, не трогай ничего! Я еще не допаял тумблер на панели!..

Замечательно — все вкалывают, делом заняты. И тут я такой красивый с прекрасным настроением.

— Коннитива, рад всех видеть… Сакамото-сэнсей, вот моя знакомая, которой нужно провести диагностику.

— Коннитива, Тэкеши-сан. Рад тебя видеть. Пойдем в соседнюю палату, там как раз место свободное есть. Посмотрим, что у милой девочки за проблемы… Сузьюм-сан, собери пока с остальных результаты последних замеров по пациентам. Надо понять динамику.

Через полчаса я готов ехать обратно в клуб. Подождав, пока Кеико поудобнее устроится в кресле, профессор тихо спрашивает:

— Говоришь, рассеянный склероз в последней стадии?

— Да. Две недели назад у нее уже отказывали руки, по прогнозам давали еще три-четыре месяца. Затем отказ дыхательной мускулатуры и смерть.

— Фантастика, Тэкеши-сан. Две недели… Я чуть сгладил каналы в крестцовым отделе и сбалансировал узлы на переферии нервной системы. Все же у тебя пока получается больше силой давить, нет еще опыта в мягких воздействиях. Но — очень хорошо. Думаю, три-четыре визита и о болезни можно будет вообще забыть… Жаль, что ты не хочешь идти по этому направлению. Из тебя бы получился отличный доктор.

— Сакамото-сэнсей, скольких я смогу вылечить? Одного в месяц? Двух? Лучше я помогу вам целое направление запустить, денег на новое оборудование заработаю. И вы спасете тысячи. Это будет куда полезнее, чем из меня студента-медика лепить.

— Как скажешь… Кто-нибудь еще знает о том, что ты восстановился?

— Нет. Я же единичка-минус, причем выгоревший. Это все вы, с вашими золотыми руками. Я только на подхвате.

Почесав затылок, задаю вопрос, который уже давно мучает:

— Профессор, не хотите помириться с генералом Ито? Вроде вы говорили, что он из всех твердолобых самый адекватный.

— Хочешь привлечь его к проекту?

— Да. Но не как самостоятельное лицо, а как поддержку для вас. Чтобы ни на миллиметр в сторону от ваших пожеланий… Пусть в госпитале кусок этажа под проект зарезервируют, охрану поставят. Участие государства, так сказать. Все, что внутри — не его собачье дело. А вот результаты — ими уже смогут воспользоваться.

— Он обязательно попытается влезть, куда нельзя.

— А если я договорюсь на самом верху? Если мы получим гарантии, которые поставят его перед фактом… Главное — не давить на самолюбие. Наоборот — он же не хуже вас понимает, какая угроза может возникнуть, если информация потечет и сюда уроды с ближайшей американской базы пожалуют?

Сакамото думает минут пять. Затем кивает:

— Если ты в самом деле получишь железные гарантии, тогда есть смысл. До последнего инцидента у нас получалось как-то находить общие точки для взаимодействия.

Прощаюсь, попутно уточнив, что еще нужно для продолжения работы над проектом. Кеико добывает из рюкзачка блокнот с карандашиком и конспектирует. Деловая егоза, упорно пытается доказать, что вполне способна работать у меня секретарем. Но мне не жалко, пусть пробует. Может быть и в самом деле к какому-нибудь полезному делу в клубе пристрою.

***

По дороге обратно звоню оябуну.