Ведьмино озеро

Это был черный лохматый собака, с неприятным запахом и свисающей из пасти слюной, но несмотря на это он был очень забавным. Наружные уголки глаз были натянуты вниз, и казалось, что он был грустным и его непременно хотелось приласкать и потрепать по сбившейся шерсти. Ханна почесала ему загривок, и он тут же стал на задние лапы и хотел опереться на девушку. Он был внушительных размеров, что мог запросто повалить Ханну на землю.

— Дик, фу. — резко крикнул Фрэд, и пес стал на четыре лапы и завилял хвостом, как ни в чем не бывало. — Не давайте ему спуска, он у нас парень без комплексов.

— Хорошо. Я учту. — улыбнувшись сказала девушка.

— На прогулку? — спросил Фред, вытирая тряпкой какую-то деталь.

— Да. Хочу немного прогуляться, подышать.

— Воздух здесь чистый и приятный. — мужчина несколько раз сильно дунул в отверстие детали и прищурив один глаз взглянул на ее просвет. — На долго к нам?

— Пока не надоем. — в шутку ответила Ханна.

— Местные любят гостей, нам не так часто приходится видеть здесь незнакомцев. Поэтому милости прошу, заходите в гости, попьем чаю, поговорим.

— Благодарю вас, обязательно загляну. — произнесла та и стала уходить. — До свидания!

— Пока. — смотрел в след мужчина, а потом подозвал пса и шепнул ему. — Дик, присмотри за ней.

Лохматый догнал девушку и стал бодро топать рядом с ней, организовав персональную охрану. Ханна вышла к концу деревни. Золотилось давно скошенное поле, переливая недавно упавшими каплями. Дальше за полем стоял лес, у которого виднелся небольшой холмик с огромными камнями. Девушка направилась туда. Торчащие после покоса стебли шуршали под ногами девушки, оставляя на ее обуви мокрые точки, которые с каждым шагом превращались в пятна. Ноги быстро промокли, но Ханна не собиралась возвращаться назад, а уверенно приближалась к валунам. Подойдя ближе, девушка заметила с одной стороны каждого из них темно зеленый мох, что указывало на северное направление. Девушка сделала несколько фотографий с разных ракурсов, а подойдя в плотную к камням увидела выбитое на одном из них большими буквами имя «Алекс», а рядом «Ханна». Она провела по надписи пальцем. Это глубоко задело девушку, она словно почувствовала его присутствие рядом. Ей еще больше захотелось его увидеть, взглянуть в его глаза, и может даже растаять в его объятьях. Алекс гулял здесь, по этим местам, по этому полю, на этих камнях. Она наконец его нашла, и теперь во что бы то не стало будет его ожидать. Ей больше некуда спешить, она остается здесь, будет приходить к этому камню трогать тонкими пальцами выбитые буквы, увековечившие частицу их маленькой Любви. Ждать пока его руки не прижмут ее к себе, пока она не почувствует вновь его запах, не услышит его дыхания.

Девушка сидела и мечтала, не заметив, как стемнело и в одном из домов зажегся свет. Пора была возвращаться назад, но ноги окоченели и непослушно волоклись по мокрой земле. Ханну начало трясти от холода, и она пыталась передвигать ногами быстрее, но в какой-то момент оступилась и упала. Руки напоролись на срезанные острые стебли и оставили на нежной ладони красные пятна. Колени и локти были в земле. Дик все это время держался рядом, собирая на лапах мокрую грязь. Девушка поднялась и немного отряхнувшись пошла к дому, но уже более осторожно. Едва переступив порог дома и включив свет, к ней вышла хозяйка.

— Ах он негодник. — с порога закричала Мэри, увидев, что девушка вся испачкана. — Я ему сейчас дам.

Женщина потянулась за веником.

— Нет-нет. Дик тут не причем. Я оступилась в темноте и упала.

Мэри резко изменилась в лице.

— Ах, бедная моя девочка. Ты хоть не ушиблась. — женщина заботливо стала осматривать Ханну.

— Не волнуйтесь, все в порядке, я всего лишь испачкалась. — успокоила ее Ханна.

— Если ты загораживаешь пса, скажи. Ведь это все-таки он? — подозрительно поглядела она на девушку.

— Нет. Правда. Я просто оступилась. А пес мне показался довольно милым.

— Он с виду только такой, на самом деле он хитрый проказник, а еще побирается по чужим домам, зная, что его везде покормят. Ладно, переодевайся и пойдем пить чай, ты вся дрожишь. — сказала Мэри и ушла на кухню.

На столе стояли блинчики, а рядом несколько глубоких тарелок с начинками.

— Присаживайся. — любезно произнесла Мэри, не отворачиваясь от плиты.

— Я не хочу вас обидеть, но я не голодна. Можно я только попью чаю?

— Ханна, девочка, конечно я не буду тебя заставлять. — женщина поглядела на Ханну добрыми глазами и спросила. — Ты не простыла?

— Не знаю, вроде нет. — ответила девушка.

— Покажи-ка свой лоб. — сказала хозяйка и дотронулась до лба Ханны. — Температуры нет. Ты видимо просто промерзла, тебе нужно хорошенько прогреться. Бери с собой чай и ступай к камину, я скоро принесу тебе теплый плед.

Ханна послушно взяла свою кружку и ушла в зал. На против камина стояло два кресла-качалки, обтянутые черной кожей. Один из них был сильно потертым, скорее всего там чаще сидела хозяйка и девушка присела на другой. Вскоре пришла Мэри с кружками и блинами, поставив все на небольшой журнальный столик между креслами, где лежало несколько книг, накинула на девушку большой теплый клетчатый плед и подкинув несколько поленьев в камин уселась на кресло. Она взяла свою кружку с чаем и присербывая сделала несколько глотков. Потом окунула блин в варение и откусила большой кусок.

— Почему ты решила остаться? Тебе и вправду нравиться Алекс? — спросила женщина.

Для Ханны этот вопрос был неожиданным, и она ответила не сразу, подбирая слова.

— Я ждала восемь лет, и порой, мне казалось, что я верю в выдуманную мной же мечту, которая не может сбыться. Но когда я получила письмо, мой мир перевернулся, эта маленькая затухающая искорка, внутри меня, вдруг снова вспыхнула ярким пламенем. Я вам не совру, если скажу, что влюбилась в вашего сына с первого взгляда, и сегодня, спустя столько лет разлуки, даже несмотря на то, что мы были знакомы всего несколько дней, я все так же в него влюблена. Я затрепыхалась словно бабочка увидевшая свет. Мне сложно объяснить, что произошло, в тот день, когда мы с Алексом встретились, но это было похоже на взрыв внутри. Я скрывала свои чувства, боясь спугнуть его, он видимо скрывал свои, но я чувствовала, что это тот человек, с которым я бы хотела провести свою жизнь. Мне никогда не было так легко, как тогда, но с момента как он исчез все вдруг рухнуло. Мне было очень тяжело принять, что он исчез, безследно. И теперь, узнав правду, я хочу, как можно скорее наверстать упущенное время и узнать его получше, находясь в его доме, рядом с вами.

— Я не люблю его хвалить, но Алекс всегда был хорошим мальчиком, как дома, так и вне его. В школе он учился не очень хорошо, но учителя отзывались о нем только с положительной стороны. Он всегда был очень внимательным и отзывчивым. Алекс знал, чего хотел, но никогда не брал ничего силой. Я думаю, что если он выбрал тебя, а сын очень хорошо разбирается в людях, то у меня нет сомнений, что ты хороший человек. — молвила Мэри и мило улыбнулась. — Это твой дом, на сколько ты этого пожелаешь, можешь остаться тут хоть навсегда.

— Спасибо, но в таком случае, я настаиваю на том, чтобы разделить домашние обязанности. Я не могу сидеть тут без дела.

— Нет-нет. Исключено. В доме должна быть одна хозяйка, и не смей даже спорить. Я еще не слишком стара. — резко сказала женщина.

— Я буду себя чувствовать не комфортно, я привыкла сама всегда ухаживать за старшими, в этом заключалась моя работа.

— Ты в отпуске. — спокойно произнесла Мэри. — Почитай что-нибудь. Здесь ты найдешь что-то по душе.

— Вижу, что спорить с вами все равно безполезно, но, если нужна будет какая-либо помощь, вы всегда можете рассчитывать на меня.

— Договорились. — откинувшись на кресле молвила хозяйка.

Они еще долго сидели у камина, рассказывая друг другу о своей жизни. Ханна много расспрашивала об Алексе, Мэри охотно делилась подробностями о своем сыне. Так они провели весь вечер, периодически подкидывая свежие поленья, пока Ханна сладко не уснула, скрутившись калачиком. Мэри не стала ее будить, а тихонько покинула комнату.

Ханна спала так до самого утра, пока собачий лай не разбудил ее. За окном было еще темно, но в соседнем доме уже горел свет, видимо Фрэд тоже уже не спал, как и Мэри, которая в такую рань возилась на кухне. Ханна не понимала, что заставляет их подниматься так рано, если здесь практически нечем заняться. Если никуда не нужно идти, почему бы не поспать еще пару часов, но оказалось, что не все так просто. Вот, например, у Фрэда своя большая ферма, где он разводил свиней и коров. Так вот, животные утром хотят кушать, и им сложно объяснить, что хозяин не выспался. Мэри готовила пироги, которыми делилась со всеми соседями. В деревне давно существовал условный устав, согласно которому каждый отвечал за какую-либо продукцию. Фрэд был мясник и молочник, он делился своей продукцией, у другой соседки, что жила за Фрэдом, были куры, она делилась яйцами и курятиной, кто-то занимался овощами и фруктами, а Мэри была главным кухарем, и во время различных работ готовила всем обеды. Теперь, когда работы закончились и урожай убран, Мэри пекла пирожки и блинчики, угощая своих соседей. По ее словам, такая взаимопомощь очень объединяет всех жителей. В деревне осталось только двенадцать жилых домов и в каждом из них сегодня отведают фирменный пирог.

— И вы каждый день что-то делаете, чтобы угостить соседей? — удивленно спросила девушка.

— Мне это не составляет труда, я наоборот, получаю от этого огромное удовольствие.

Девушке понравилась система их жизни и она была крайне удивлена многим вещам.

Позавтракав Ханна решила позвонить Лизе, узнать, как обстоят дела, справляется ли она со своими новыми обязанностями.

— Алло. — подняла трубку Лиза.

— Привет, это Ханна.

— Привет подруга, ты чего пропала. — взволнованно начала та. — Мы тут все переживаем за тебя, почему твой телефон выключен?

— Не хочу, чтобы Бруно безпокоил меня. — объяснила девушка.

— Бруно цветет и пахнет. — фыркнув в трубку молвила Лиза. — С ним живет уже новая подружка. А вот на работе дела у него не очень. Из-за того инцидента с любовницей начальника, его перевели в другой отдел, он с…

— Хватит, Лиза! — спокойно обрезала подругу Ханна. — Прости, что перебила, но мне это абсолютно не интересно. Расскажи лучше, как у вас дела. Все хорошо?

Лиза слегка обиделась, что Ханна так просто ее прервала, не позволив посплетничать.

— Да. Знаешь, не думала, что после такого длительного перерыва втянуться будет так легко, только вот Майк никак не может привыкнуть, что рядом теперь его жена, суетиться, нервничает. Но это пройдет, скоро куры его разбегутся, я им спуску не дам. Дети с бабушкой, она их развлекает. Честно сказать, я даже рада, что все так сложилось, хоть какие-то изменения вошли в мою жизнь, а то я что-то дома засиделась. — Лиза сделала небольшую паузу. — Ты то где пропала? Может скажешь наконец? И когда тебя ждать?

— Я собственно по этому поводу и звоню. Я хочу задержаться еще, возможно на долго.

— Так, подруга, не юли! — тон Лизы стал серьезным. — Скажи правду, ты где вообще.

— Я далеко. Я уехала к Алексу…

— К Алексу? — взвизгнула Лиза, то ли от радости, то ли от негодования. — Ты нашла его?

— Я приехала к нему домой. Его пока нет, но есть его мама, милая и добрая женщина, и я останусь здесь пока он не приедет. Я очень хочу его увидеть.

— Ты точно не нормальная. Ты же видела его всего один раз, как ты можешь говорить о любви, вы даже толком не знакомы.

— Сердце мне подсказывает, что мы нужны друг другу. Мне сложно все объяснить, но я хочу остаться.

— Ладно, дело твое. Только обещай, что по приезду мы сходим к психологу. — с издевкой произнесла Лиза. — И вакансия зама теперь занята. Так что тебе придется занять должность старшей медсестры, как раньше.

— Я рада, что ты вернулась на работу. — холодно молвила Ханна, надеясь, что сама больше туда не вернется. — Детям и Майку привет!

— Звони не забывай! — грустно сказала Лиза.

— Хорошо. Пока! — молвила Ханна и положила трубку.

Ханне стало легче, что у подруги все хорошо. Она переживала о работе, справятся ли там без ее, оказалось, что справляются, значит ее уход не сильно коснулся пансионата. Эта мысль навеяла ее на тоску. Она задумалась о том, что ее важность в социуме весьма относительная, и отсутствие девушки на работе уже никого не пугала. Ханна так боялась, считая себя не заменимой, но жизнь продолжилась с небольшими коррективами и этот факт ее расстраивал. Она осознала свою незначительность в этом мире, и это ее еще больше толкало на встречу с Алексом, так как время бежит, и никто не знает, что будет завтра.

После разговора с Лизой, Ханна напросилась пройтись по деревне и угостить соседей свежей выпечкой. На улице их уже поджидал Дик, послушно сидевший у калитки, будто сидел здесь всю ночь. Теперь пес был крайне послушным, и как охранник сопровождал женщин. Он знал, что ему тоже достанется лакомый кусочек, поэтому вел себя прилично и покорно ждал своей очереди.

Мэри заходила в дома без стука и звала хозяев по имени, а если никто не отзывался, то оставляла пирожки на столе, если кто-то выходил, то знакомила их с Ханной. Девушка стеснялась, но старалась понравится жителям деревни и даже согласилась разносить угощения по утрам самостоятельно. Ханна хотела скорее раздать пирожки, чтобы прокатиться по окрестностям и сделать несколько новых фото, но Мэри трепалась по полчаса с каждым кого заставала дома, и вернулись они только к обеду. Дик довольный и сытый благодарно прилег у калитки своих соседей, которые отсчитали ему целых три не очень удавшихся пирожка. Внешний вид продукта ни капельки не смущал животное и он в три секунды проглотил заслуженное лакомство. После обеда Ханна присела почитать, усевшись на одно из кресел в зале, но чтение ее так увлекло, что она даже не заметила, как за окном начало темнеть.

— Ханна может быть чаю? — крикнула Мэри с кухни.

— Да. Спасибо. Я сейчас подойду. — ответила девушка и подошла к окну, чтобы размять после чтения глаза.

За окном моросил дождик, и сегодняшняя поездка видимо отменялась, но Ханну это ни капельки не расстроило. Девушка смотрела то вдаль, то фокусировалась на своих ладонях и сделав несколько таких упражнений ушла на кухню.

— У вас такая большая библиотека, Алекс, наверное, много читал. — войдя произнесла Ханна.

— Нет, Алекс совсем не любил читать. Заставить его прочитать какую-нибудь книгу, для него это было худшим наказанием. Он больше любил слушать истории и рассказывать их другим. Поэтому я пересказала вкратце ему большинство из этих книг. — не отворачиваясь от плиты ответила женщина.

— Вы прочитали их все? — удивленно спросила девушка.

— Некоторые по несколько раз. — улыбнувшись ответила Мэри и села за стол.

— Я впечатлена. У вас видимо много свободного времени. Я бы даже не замахнулась прочесть и треть этих книг.

— У меня не было возможности путешествовать, я не видела далеких стран, не могла познакомиться с их культурой, и узнать о другой жизни. Все это заменили мне книги. Так же я не получила в детстве достаточно любви, потому что работать пришлось с малых лет, поэтому и здесь я нашла свое удовлетворение в книгах. Я не получила должного образования в школе, я лишь успела научится читать, поэтому при любой возможности старалась что-нибудь прочесть, чтобы узнать что-то новое. Так я полюбила книги. — Мэри улыбаясь взглянула на Ханну. — А ты что читаешь?

— Я взяла эту книгу на журнальном столике, автор не указан. Там коротенькие рассказы.

Глаза Мэри засверкали.

— Это книга Алекса. — с довольной ухмылкой на лице произнесла та.

— Вы не шутите? — удивленно спросила Ханна.

— Нет. Я говорю вполне серьезно. — вытирая руки полотенцем произнесла она. — Для первой книги весьма неплохо. Он мог бы развиваться в этом направлении. Но жаль, что он совсем не читает, это помогло бы ему сделать свои творения более насыщенными.

— Чем он занимается в Непале? — вдруг спросила девушка.

— Не знаю. Он писал, что живет в буддийском монастыре, но что он делает там на самом деле не известно. Он рассказывал, что отказался от многих вещей, чтобы очистить душу и тело. Но мне кажется он попал в какую-то секту, и эта мысль не дает мне покоя. Я волнуюсь за своего сына. — голос стал тревожным и дребезжащим.

— Не переживайте, я думаю с ним все в порядке. — успокоила Ханна женщину и добавила. — У моей подруги есть брат. Он вместе со своей девушкой тоже живут где-то в Индии и приезжают домой только несколько раз в год, чтобы повидаться с родными. Я слышала, что они тоже берут обеты на несколько месяцев, уходя в общины, где голодают, медитируют и занимаются йогой. Возможно и Алекс попал в такую компанию.

— Не скажу, что отношусь к этому плохо, из книг я многое узнала про Индию и Тибет, но меня безпокоит то, что Алекс до сих пор не нашел себе девушку, вернее не может забыть ту которую нашел. Мне бы хотелось еще понянчить внуков, но боюсь, что могу не успеть.

— Бросьте! Что вы такое говорите. — улыбнулась Ханна, понимая, что она потенциальная невеста. — Понянчите еще.

Женщина тоже улыбнулась и настроение у нее поднялось. Она еще не была слишком стара, чтобы думать об своем уходе, Ханне показалось, что она еще совсем бодрая и энергичная.

Они попили чаю и ушли в зал, чтобы почитать. Треск камина действовал успокаивающе на фоне все еще шумящего за окном дождика, а исходящее от огня тепло наполняло комнату необыкновенным уютом. Ханна почувствовала себя защищенной, ведь Мэри относилась к ней как к родной дочери и давала ей ту заботу, которую она недополучила в детстве. Так они просидели до позднего вечера, пока Мэри не стала сопеть. Ханна осторожно прикрыла ее пледом и подкинув пару поленьев ушла в комнату.

На следующее утро Ханна, помогла женщине с гостинцами и самостоятельно отнесла их соседям в сопровождении черного лохматого Дика. Тот, так же покорно плелся за ней по пятам, пока не наступил и его черед получить порцию, после чего благодарно улегся возле калитки Мэри. Ханна была под впечатлением от новых знакомств и весь оставшийся день провела в размышлениях.

Новая жизнь была очень необычной, такого спокойствия и легкости Ханна не чувствовала с тех пор, как была ребенком и жила у бабушки. Она наконец не куда не спешила, ей не надо было решать кучу дел и писать кипы бумаг. Она ощутила себя абсолютно свободным человеком. Теперь она могла побыть наедине с собой, подумать о своей жизни, о том куда ей двигаться дальше, но дальше встречи с Алексом ее мысли прорваться не могли, запутываясь в паутине вариаций.

Время летело, Ханна освоилась и теперь ее знали все соседи. Она могла подолгу задерживаться в гостях, разнося выпечку и сладости. Уже наступали первые морозы, оставляя на серой засохшей траве легкую седину. Ханна помогала Мэри с выпечкой и принимала опыт кулинарного мастера. Женщина с радостью делилась своими навыками, а параллельно убеждалась в правильном выборе своего сына. Ханна была ей по душе, с ней легко было говорить, и также легко можно было помолчать, не испытывая дискомфорт. Девушка с радостью помогала хозяйке по дому, ездила за покупками, а также консультировала женщину относительно здоровья, так как знала об этом не понаслышке. Ханне тоже было уютно находится рядом с Мэри. В каком-то смысле она заменила ей мать, и они вместе долгими дождливыми вечерами сидели возле камина листая книжные страницы, или говорили на различные темы. Все шло гладко, Ханна ждала ответа, хотя и Мэри ждала его не меньше. Прошло три недели, а ответа все не было, потом четвертая, пятая, шестая. Девушка была взволнована, а Мэри ее успокаивала, утверждая, что письмо еще в пути. Они ездили на почту практически ежедневно, но известий все не приходило.

На дворе уже вовсю гуляла зима, и Ханне наконец выпала возможность запечатлеть зимние пейзажи. Она любила ездить на замерзшее озеро и бывала там подолгу, иногда даже с Мэри, которая обучала девушку кататься на коньках. Ханна даже не представляла какой может быть красивой зима, ведь там, где она жила, это было что-то грязное и мокрое, как бездомная собака от которой становилось внутри как-то гадко. Здесь вместо городской серой каши, растоптанной ногами и колесами машин, лежал чистый не тронутый снег, который расстилался огромным белым одеялом. Деревья любезно предлагали ему место на своих ветках и снег, наглея, облепливал их так, что они начинали гнуться. Ханна любила просто так прогуляться на пару с Диком по окрестностям, вдыхая режущий, будто бы пронизанный электричеством свежий воздух и осыпая с гнущихся веток снег. Дик привязался к девушке и везде плелся за ней по пятам. Она охотно фотографировала пса на фоне осыпанного с веток снега или дурачащегося в пышном снегу.

Прошло два месяца с тех пор как Ханна перешагнула порог этого дома, который за это время ей стал родным. Ответа все не было, и девушка тревожилась об этом не на шутку. Она каждый день приезжала на почту и даже отправила еще одно письмо. Может с ним что-нибудь случилось? Или он просто не хочет ее видеть, затаив обиду? Ответов на эти вопросы тревожили Ханну, а точнее их отсутствие. Легче было узнать, что его чувства давно погасли, чем питать себя ежедневно постной иллюзией. От этих мыслей девушке становилось не по себе. Она не знала, что и предполагать, но все ее ожидания и мысли отошли на второй план, когда в очередной раз она позвонила Лизе, узнав, что через неделю состоится суд по делу развода и ее явка обязательна. Ханна понимала, что ее положение безнадежно, но все же верила, что Бруно не последняя сволочь, тем более время, возможно, охладило его злость. Она надеялась, что он оставит ей машину и немного денег, чтобы начать новую жизнь. Хотя и допускала вариант, что он оставит ее ни с чем, и где-то даже немного смирилась и с ним. Когда она уезжала, то рассчитывала не возвращать машину, но Бруно был полицейским и наверняка применил бы любые усилия, чтобы ее достать.

— Тебе лучше лететь самолетом. — сказала Мэри узнав эту новость. — Но скоро Рождество и нужно поторопиться с бронью.

— Я не разу не летала на самолете, мне страшно, я лучше поеду на машине. — отмахивалась руками Ханна. — Тем более машину возможно придется отдать.

— А ты не отдавай, оставь ее здесь, пусть ищет. — вступилась за девушку Мэри. — Тем более, ты же сама видишь какая на дворе погода. Ехать в такую даль просто опасно. — настаивала на своем женщина.

— Может быть тогда лучше поезд? — перебирала варианты девушка.

— Тебе придется делать много пересадок. — предупредила хозяйка.

— Ничего, я налегке, думаю, что справлюсь.

— Тогда поторопись.