Пернач. Дорога проклятых.

— Я тоже рад видеть тебя, Зая. Извини, мы немного отвлеклись. Увидели на Дороге быструю яркую вспышку и решили проверить. Мы бы вернулись на место встречи. Просто устали вас ждать.

— Вольница никогда не опаздывает, и не ищет опоздавших уж тем более. И что это была за вспышка? — поинтересовался голос.

— Байк, но какой-то странный. Ты же вроде как со Слепыми якшаешься. Хочешь взглянуть на наш улов?

— Давай.

Я закрыл глаза и услышал шаги. Ко мне подошли несколько человек.

— Кто это? — спросила женщина.

— Без понятия. Какой-то там Ондатор. Знаешь, я столько всяких болванов на Дороге перекрошил, так что не люблю много времени на всякое говно тратить. У нас же все быстро, ты знаешь.

— Поднимите его, — приказала Зая, — откуда он?

— Да я откуда знаю? Просто ехал по дороге. Убил одного из наших. Но это нормально. Таков путь. У нас постоянно кто-то дохнет. До Перевала доедут не все.

— Это его вещи?

— Угу. У него еще шлем был из пластика, очень ненадежный. Мы его киркой пробили.

— Мда уж. Ты, кстати обратил внимание на его штаны?

— Нет еще.

— Они из очень сложной ткани. Погляди как ниточки лежат. Одна к другой. Ты видел такую одежду?

— И правда. Нет, не видел.

— И ботинки. Подошва из резины с интересным протектором. Не из покрышки вырезана.

— Вот недаром в Вольнице самые крутые следопыты обитают! — радостно воскликнул Каспер, — какая ты все-таки, Зая, наблюдательная. Глаз — рубин!

— Алмаз вообще-то. Жилет из плотной кожи. Это обычное явление, но вот его нашивки. Смотри. Он точно из какой-то банды.

— Думаешь, он разведчик? И сейчас сюда приедут его дружки в пластиковых ведрах на голове? — Каспер слегка насторожился, — тогда почему он был вооружен одним ножом? Где сигнальный пистолет? Где рация? Где нормальное оружие? Хотя бы самострел. И почему он ехал по Дороге? Тут что-то не сходится, Зая.

— Вот я тоже так думаю. Где его байк? Он целый? Пригоните его сюда. Да уж, хорошо тебя, Ондатр, обработали.

— Я Александр, — прохрипел я, чувствуя боль во всем теле.

— Сложное имя, глаза открой. Не бойся.

— Да я и не боюсь, — я медленно поднял веки и увидел невысокую девушку. На ней были серые просторные штаны, голубая курточка с номер “45”, кожаные перчатки и хорошо выделанная железная каска. На вид девчушке было лет двадцать пять от силы. Лицо кругловатое, простое. Глаза немного раскосые и почти черные. Татарка, наверное. Верхняя губа с дефектом — расходится как у зайца, но не сильно. Вот почему ее так зовут.

— Ты из какой банды? — спросила она.

- “Мэддогс ЭмСи”, - ответил я, — я там полный мембер.

— Какое странное название, — девушка перевернула мой жилет и стала рассматривать цвета моего клуба. Красный доберман внутри белого круга из мотоциклетных цепей.

— Вышивка очень тонкая. Прямо ювелирная, — Зая зацокала языком, — никогда не видела такого уровня мастерства.

— Это машина шьет. Станок специальный, — ответил я.

— Да? — девушка напряглась.

— Да кончайте эти картинки разглядывать. Я подобное говно даже за цвета не считаю, — буркнул Каспер, — все знают, что настоящие цвета вырезаются из нержавейки, красятся и клепаются к броне. Ну или татуируются, ибо клуб — это навсегда! Так откуда ты, чудик, такой нарядный к нам приехал?

— Челябинск, — ответил я.

Вокруг воцарилась тишина, а затем по толпе пошел шепот.

— Откуда? — не понял Каспер, — я, кажется, ослышался.

— Да, Челябинск, блядь! — выкрикнул я, — город такой.

— Вот же пиздабол! — затем последовал несильный пинок в живот. Касперу явно не понравился мой ответ.

— Какой нахуй Челябинск? Это же дыра! Помойка ебаная! Там невозможно жить! Полчаса в Челябинске, и с тебя слезает кожа, кровь течет из всех пор и ты дохнешь! Так что, Ондатр, ты пиздишь!

— Ты прав, — согласилась с ним Зая, — война превратила этот город одну огромную свалку ядерных отходов. Там очень высокий уровень радиации. В Челябинск можно попасть, но покинуть его — никогда.

— Как и Омск! — подтвердил Каспер, — мы проезжали рядом с теми городами. Эти ебаные руины даже ночью за километр светятся. А он утверждает, что живет там! А вот, кстати, и его байк.

Я открыл глаза и увидел свою любимую “Драгу” — да ей несильно досталось. Дуга сточена, зеркала разбиты, руль выгнуло, на баке вмятина, боковой кофр разошелся, да подножка искривилась. В целом нормально. Ехать можно.

— Двигатель V-образный, галочкой, водянки нет, — Зая принялась рассматривать мой байк, — подвеска никакая. Очень низкая. Колеса с почти плоским протектором. По бездорожью на таких долго не поездишь. Опять же спицы, значит камеры стоят.

— Заебешься их латать по дороге, — согласился Каспер.

— Колесо заднее шире переднего и на кардане.

— А вот это уже редкость.

— Да и вообще все как-то очень четко подогнано. Я не знаю ни одного мастера, который бы смог так собрать и покрасить. Обрати внимание на трубы и крышки цилиндров, боковые крышки.

— Ох, ебать, это же хром! У меня чуть глаза не ослепли! Вот почему он так ярко светился на Дороге.

— Ты знаешь хоть кого-нибудь в радиусе тысячи километров, кто умеет хромировать детали? — спросила его Зая.

— Нет. Я слышал, что на западе умеют. Остались какие-то мастерские. Но зачем это делать? Хром выдает тебя днем, плюс царапается сильно. Мы наоборот все трубы в черный красим, чтобы не отсвечивать. Это очень странный мотоцикл.

— У него даже спидометр есть.

— Вообще бесполезная херня, — отмахнулся Каспер.

— И поворотники сохранились.

— Вот это точно беспантовая приблуда! Стоп. Ты хочешь сказать, что этот байк был построен еще до войны?

— Видимо, да.

— Так сколько там столетий прошло? Разве он не должен был истлеть три раза и превратиться в прах? — вожак сильно удивился.

— Может быть, его законсервировали как-то? А этот парень просто нашел схрон?

— Признавай, Ондатр, где ты его спиздил? — Каспер вернулся ко мне, — и зачем вообще такой мотоцикл создавался?

— Чтобы ездить, — ответил я и получил еще один пинок.

— По хорошим, ровным дорогам, — тихо сказала Зая, — тем, что были до Войны и до появления Дороги. Каспер, этот мотоцикл — настоящий артефакт.

— Как и его обладатель, небось? Это хорошо, конечно. Мне сегодня везет. Байк, я допустим продам какому-нибудь любителю всякой истории за Пределом, но что делать с этим чуваком? Мне он особо не нужен. В банду набор окончен, да и не захочет он с нами кататься. Он же ведь из другого братства. Сечешь? К тому же мы его отмудохали хорошо и байк забрали. Нахера мне такой здоровый мститель? Я же к нему спиной не повернусь. Да и жрет небось как Джига, гляди какие мышцы.

— Погоди, — девушка подошла ко мне и притронулась к моей груди, — Каспер, ты не понимаешь. Я вообще удивляюсь порой, какие вы “Ублюдки” дубины!

— Да, мы из твердой породы. Благодаря тому живем и прекрасно себя чувствуем! — весело рассмеялся вожак, и толпа подхватил его хохот.

— Этот парень — Чистый.

— Да ладно? — у Каспера отвисла челюсть, а среди бандитов снова пошел шепоток.

— Прохладно. Точно тебе говорю. Погляди на его цвет кожи. Она белая, чистая, не обветренная. Снимите с него футболку.

Я молчал. А что я мог сказать? Я вообще плохо соображал после избиения о чем говорят эти двое.

— Смотри, Каспер, на его теле нет ни одного шрама, ни одной татуировки, даже загара толком нет. Нет язв, нарывов, даже прыщей! Никаких мутаций или отклонений.

— Вот же урод! — воскликнул кто-то в толпе.

— Пиздец, — пробормотал Каспер, — я не хочу связываться с этим говном, Зая. День пошел наперекосяк! Только не Чистый! Только не в моей банде.

— Ты должен отпустить его, — настойчиво сказала Зая, — все сходится. У него все не так как у нас. Одежда, внешность, имя, мотоцикл. Он Чистый.

— Нахуй, нахуй. Давайте его убьем тут же, — быстро проговорил вожак и схватился за голову, — от Чистых одни проблемы. Ты же это знаешь! Они приходят из ниоткуда, и все начинает идти по пизде. Вообще все! Начинается война банд, какие-то терки. Эти ублюдки мешают нам жить.

— Это не совсем так, Каспер. Вспомни хотя бы Ланьку. Она тоже была чистой и принесла в наш мир новые лекарства, которые спасли тысячи жизней.

— А ты вспомни Дэда! Тот чистый выкосил четыре сектора! Я по сравнению с ним — жалкий подонок. Он убивал людей целыми деревнями. Почти до Москвы дошел!

— Но его остановил Ксар — тоже чистый, заметь.

— Нет, это слишком большой риск, Зая! — воскликнул Каспер, — я не хочу иметь с этим дела, но и уйти живым ему не позволю.

— Он может пригодиться твоей банде. Вдруг у него есть какие-то тайные знания? — предположила Зая.

— Может быть, — вожак задумался, а потом схватил меня за подбородок, — что ты знаешь? Что ты умеешь? Можешь делать патроны?

— Нет, — честно признался я.

— А взрывчатку? Чтобы был большой бум-бадабум? Чтобы к хуям только клочья летели?

— Нет, — я покачал головой.

— А может быть умеешь штопать и лечить людей? Нам бы такой пригодился. Прошлый лекарь перебрал с горючкой и помер.

— Тоже нет.

— А чинить мотоциклы? Создавать новые?

— Только обслуживать. Я недавно в теме.

— Обслуживать довоенное говно, которое днем с огнем не сыщешь? Какой от тебя толк? Зачем ты мне нужен? Зая, он бесполезен! Ондатр! Какой у тебя навык? Что ты умеешь делать? Какой твой дар?

— Я сантехник, — признался я.

— Это еще что за хуйня? — вожак презрительно скривил губы.

— Меняю старые трубы на новые, устанавливаю батареи. Подвожу канализацию.

— Мастер по сортирам? Ахуенный навык! — Каспер аж чуть не подавился от смеха, — можешь построить мне туалет? Прямо в трайке, чтобы я срал не слезая с седла? Посмотри вокруг, идиот! Вся эта степь, весь этот мир — один большой и злой сортир. Видишь, я аж стихами заговорил! Вот объясни, зачем мне канализация, когда я могу посрать под любым кустом? Нет, Зая, этот Чистый просто бесполезный кусок говна. Собственно, он по нему и специалист. Нам такой в банде не нужен. Предлагаю прирезать его прямо сейчас и не париться по его поводу.

— Я могу забрать его себе, — предложила девушка.

— Ну уж хуюшки! Не будь я Старым Каспером! От меня еще никто не ушел просто так. К тому же он расхерачил один наш байк и убил моего собрата, да пусть его поглотит Дорога. Никаких поблажек.

— В двух днях отсюда лежит городок Сунгуль, — деловито сказал Джига, — я слышал, что тамошний вождь — большой гурман. Мы могли бы продать ему Чистого на мясо. Я думаю, за него дадут немало горючки. Вряд ли Гнилозуб пробовал такой деликатес.

— Вот у кого светлая голова! Молодец Джига! — Каспер радостно захлопал в ладоши, — и от Чистого избавимся и разживемся горючкой, вы все равно ее, суки, пьете вместо того, чтобы в баки лить. Все, решение принято! Пока его шмотки я возьму себе. Поделим потом, а байк грузите на трайк. Я думаю, что он нам еще пригодится. А самого Ондатра связать и сунуть в коляску. Дрищ, ты его повезешь. И смотри, не проеби, иначе вместо него к Гнилозубу на ужин отправишься. Ясно? Все, по коням! Мы и так почти полчаса трещим о какой-то херне. У меня уже горло пересохло. Все эта гребаная жара. Ну ничего, я слышал за Перевалом будет попрохладнее! Погнали!

Глава 2

Банда состояла из почти сорока легких мотоциклов. Десяток из них мощные, спецом для гонки по ровной дороге, для охоты на таких как я. Остальные мелкие, кроссовые. Все с цепным приводом, без жидкостного охлаждения. На пятерых стояли небольшие люльки, в одной из которых сидел и я. Меня надежно связали по рукам и ногам, пристегнули к сидушке и накрыли грязной мешковиной. Никакой одежды выдать не удосужились. Да и зачем она тому, кто через два дня станет мясом? Смысл тратить лишние ресурсы? Поэтому и кормить меня не стали. Дали лишь сделать несколько глотков воды — мутной и с явным болотным привкусом. Как бы не пронесло потом после нее. Чувствовал я себя скверно. Побои давали о себе знать, а еще в чертовой люльке знатно укачивало, поэтому раз в полчаса я наклонял голову и блевал прямо за борт, чем приводил своего сторожа — Дрища в неописуемый восторг. Этому худому скоту, кажется, нравилось мое состояние, и он порой специально налетал на кочки колесом коляски, чтобы меня качнуло посильнее.

“Ублюдки” двигались по степи неровным клином. Чудовищный трайк шел позади всех и был настоящей обузой. Непоротливое уебище явно не тянуло свой вес, несмотря на могучий шестицилиндровый двигатель. Он ревел, рычал и полз со скоростью пятьдесят километров в час. И это в лучшем случае. Также он явно не был предназначен для поворотов. Двойное переднее колесо неохотно вертелось, и один раз трайк чуть не завалился набок, когда мы объезжали какой-то овраг.

В общем ползли мы не быстро и сделали остановку только через несколько часов. Выбрали ровное место на одном из холмов, и бандиты стали ставить байки вокруг трайка. Так-то по уму, конечно. Удобнее обороняться в случае чего. Меня вытащили из коляски и освободили ноги, но руки привязали к мотоциклу на короткую веревку. Узлы были весьма крепкие — просто так не развяжешь.

Дрищ вынул пластиковую бутылку и поплелся к трайку. Раздача горючки, догадался я. И правда. Каспер вылез из кабинки, открыл здоровенный бензобак и стал отливать из него через шланг всем страждущим. Очередь на удивление была смирной и никто не дрался за место в ней. Туда же направились и ребята из Вольницы. Тоже с бутылками. Значит, они все-таки заодно. Хотя откуда мне знать, кто они такие. Тоже бандиты какие-то, может быть, более мирные.

Скоро Дрищ вернулся. Он открутил крышку, сделал два глотка, икнул и в воздухе запахло каким-то странным спиртом. Значит, все-таки не бензин. Удивительно.

Затем бандит открыл бензобака и вылил в него остатки. Да, теперь я понимаю, почему у них такие мелкие мотоциклы. Кубиков сто двадцать, может быть, двести. Расход у них копеечный. Они бензин не жрут, а нюхают. Кататься даже на моей “Драге” тут было бы кощунством. У меня расход литров семь на сотку, а у этих ребят, дай бог, два или три. И баки литров под двадцать. Они могут ехать долго и далеко, в отличие от меня.