Превыше Избранных

Я открываю бокс. Здесь лежит книга, и я читаю текст в рамочке на первой же странице:

Запрещается сканировать, или же оцифровывать, или же фотографировать, или же переписывать, или же срисовывать какой — либо текст, или же какое — либо изображение данной книги.

Так же не допускается передавать этот учебник в любые посторонние руки. Владелец учебника несёт уголовную ответственность за нарушения изложенных выше правил по статье: разглашение государственных секретных документов Российской Империи.

Этот учебник уже имеет своего единственного владельца.

За соседним столиком сидит удивительная девушка и с интересом смотрит на электронный бокс.

Я уже видел эту девушку и запомнил её в первый день своего пребывания в имперской академии. Я видел её в буфете, и меня поразило тогда её благородное лицо и его выражение, если можно так сказать, обаятельной гордости. Когда мы пили вино, она отказалась поддержать нашу компанию, и взглянула на меня так, что мне стало совестно…

Вот и сейчас я чувствую даже некоторую робость в её присутствии и, извиняюсь за скрип стула.

Девушка ничего не говорит и смотрит на меня с некоторой усмешкой.

Я чувствую вдруг загоревшимся своим затылком, что Её Высочество намеренно сверлит меня взглядом, и наверняка хочет мне влепить такую порцию своего дара, чтобы я громко слетел со стульчика здесь, в читальном зале, на радость и под хохот честной публики…

«Но я не буду поворачиваться, пусть себе тужится», — думаю я.

И вдруг, я вижу на запястье своей соседки хорошо знакомое мне изображение — два серебристых осетра на сине — голубом фоне моря… и вспоминаю моего брата тамплиера Андрея Боголюбского. Это его родовой герб.

— Извините, ради Бога, милая девушка, но я знал вашего предка.

Моя соседка улыбается и тихо говорит:

— Вы, молодой человек, наступаете на те же грабли второй раз, — заговариваете с девушкой из высшего общества не будучи представлены.

— Извините, ради Бога, но некому меня представить. Я недавно в вашей стране. И также недавно разговаривал со своим братом — первым русским тамплиером Андреем Боголюбским, князем Велико — Суздальским, известным ещё как как Андре Де Монбар под стенами Иерусалима…

Красивое лицо девушки резко меняется: из высокомерно — снисходительного оно делается строгим и внимательным.

— Ваша фамилия Боголюбская, и вы занимаетесь алхимией, как ваш знаменитый предок? — спрашиваю я.

Девушка смотрит на меня глубоким и заворожённым взглядом.

Я вижу, что угадал и показываю ей перстень тамплиера на своей руке.

— Точно такой же перстень был и есть у брата Андрея, — говорю я.

Княжна с неподдельным интересом рассматривает перстень.

— Позвольте представиться, меня зовут Алексей Деморин, я граф, и только что поступил на первый курс военно — космического факультета.

— Очень приятно, будем знакомы. Меня зовут Бронислава Боголюбская. Я княжна и действительно занимаюсь алхимией. Только зачем это вы подсели ко мне. Вам ведь, граф, нравится Её Высочество?

— Приходится обходить Её Высочество стороной, меня серьёзно предупредили, если приближусь к ней ближе, чем на два метра, то меня обязательно упекут в острог лет на двадцать пять, — говорю я негромко. — Да и зачем она мне нужна, такая красивая колючка. У неё в Сети двенадцать миллионов страниц женихов и поклонников.

Княжна Боголюбская звонко смеётся.

— Я знал одного рыцаря тамплиера. Он легко останавливал вражеские стрелы с помощью своего взгляда, — говорю я.

— Ну это не такой уж редкий дар, — говорит княжна.

— Вы, Бронислава, хотите сказать, что сумеете отразить даже пулю в вас летящую? — спрашиваю я.

— Легко, но только в том случае, если я буду знать, что она летит, и сумею выставить защиту…

— А какой у вас дар, ваше сиятельство? Если не секрет.

— Скажу вам откровенно — я не знаю пока ещё…

— Мне кажется у вас он весьма неординарный и очень сильный. Заходите к нам на кафедру практической алхимии и спиритизма; мы вас там живо разъясним.

— Непременно воспользуюсь вашим приглашением, ваше сиятельство, как только появится возможность…

Читальный зал заполнен как минимум на три четверти. Студенты академии, конечно же, следят за нами, и я оказываюсь в центре внимания на долгое время. Со стороны может показаться, что мы с княжной добрые старинные знакомые, и вот случайно встретившись после продолжительного времени, делимся любезностями и новостями…

Я хорошо чувствую, как это раздражает Её Высочество. Я это чувствую своим горящим затылком. Я встаю и снимаю пиджак. Оглядываясь вокруг, пристраиваю его на свободный стульчик и вижу, как бойфренд Её Высочества Ольги Леонидовны самодовольно улыбается, поглядывает на меня и разговаривает с кем — то по своему смартфону…

Через две минуты в читальный зал кто — то шумно входит.

— Привет, Ордынцевы!

— Привет, князья!

— Я смотрел последний бой, поздравляю!

— Здорово! Здорово! — слышу я громкие реплики.

Какой то внезапный жар охватывает всего меня, я оборачиваюсь и сразу узнаю убийц Сергея и его невесты… Да, это они — насильники, садисты и убийцы из моего ночного видения. И это — князья Ордынцевы.

Самый младший из них довольно хлипкого телосложения и значительно меньше ростом в отличии от двух других братьев. Он идёт первый между рядами столиков, и идёт он прямо на меня. Два других кучерявых крепкого сложения, они в спортивных костюмах и следуют за ним свободной расслабленной походкой.

Я чувствую как мои кулаки наливаются свинцом. Сейчас будет настоящий бой, и я к нему готов…

Младший кучерявый подходит к стульчику с моим пиджаком, кладёт на него палец, и демонстративно сбрасывает на пол. Слышно как мой смартфон бьётся о паркет

Мною овладевает мгновенное бешенство и правый кулак сжимается для удара. Я встаю со своего места.

Красавчик князь сидит рядом с Её Величеством и внимательно наблюдает за этим инцидентом. Я хорошо понимаю, что весь этот спектакль устроил именно он из — за ревности, вероятно, и пытается таким образом отомстить мне.

Я смотрю на того, кто сбросил мой пиджак и говорю:

— Подними и положи на место, недоносок.

— Кого поднять? Ты чё то попутал парень, — гогочет младший кучерявый.

Я даю ему звонкого леща по правой щеке.

Звук получается действительно очень громкий, и всеобщее внимание обращается на меня и на братьев Ордынцевых…

Глава 10 Коты задрали головы

Нанесённое оскорбление получилось звонкое и зрелищное.

— Ты чё, сука, себе позволяешь — вступается за младшего средний брат и наносит мне в лицо короткий прямой джеб правой рукой.

Я готов к бою и легко отклоняю корпус в левую сторону, после чего делаю мощный хук правой. Удар получается такой силы, что слышится хрустящий треск или трескучий хруст квадратной челюсти князя Ордынцева. Кучерявый князь отлетает метра на два в сторону и валит с грохотом пару столиков. Раздаются визги перепуганных студенток.

— Он пробил защиту князей Ордынцевых, — слышу я удивлённый и писклявый девичий голосок.

Адреналин захлёстывает мой организм по самую макушку. В правой руке с перстнем тамплиера я чувствую такую силу, что могу проломить не только любую грудную клетку, но и любой бронежилет, как терминатор.

Передо мной возникает старший из братьев. Несмотря на свои внушительные габариты, он резко и молниеносно наносит мне стремительный оверхед. Я опаздываю отклониться или поставить блок, но мощный кулак врага словно съезжает в сторону перед моей головой, и удар происходит по касательной, срывая мне левую бровь. В этот момент младший из братьев бросается мне под ноги, я падаю, но успеваю сделать подсечку старшему брату. Тот буквально обрушивается головой на очередной столик… и уже не встаёт.

Ближайшие столики покидают студенты с грохотом опрокидывая стулья.

— Вызывайте гвардейцев!

— Лучше пожарных!

— Уже вызвали, — слышу я голоса и смешки студентов.

Младший кучерявый лежит подо мной и получает серию ударов в голову. Я чувствую настоящее бешенство и могу убить его…

Но в этот момент чьи — то цепкие руки хватают меня сзади, но я легко перехватываю их запястья, резко встаю во весь свой прекрасный рост и бью локтем назад. Тот, кто хватал меня, оказывается лежащим на паркете, уже изрядно залитым кровью. Это толстый охранник в белой рубашке.

— Успокойтесь, граф, все уже кончено, — говорит Бронислава Боголюбская. Она стоит рядом со смартфоном в руке.

В читальном зале слышится смех. Я тоже улыбаюсь и подаю охраннику руку. Он её не отвергает и встаёт тяжело дыша.

В читальный зал входят пятеро царских гвардейцев в форме и с дубинками. Подойдя ко мне, офицер наряда отдаёт честь и говорит:

— Предъявите документы, молодой человек.

Я достаю из внутреннего кармана своего пиджака удостоверение Советника Его Императорского Величества.

Физиономия офицера сразу же вытягивается, он смотрит на меня, затем ещё раз на удостоверение, затем ещё раз на меня, после чего отдаёт мне честь и возвращает золотистую книжицу.

Читальный зал тихонько ахает…

— Что здесь произошло, ваша сиятельство? — спрашивает меня офицер царской гвардии.

Но за меня отвечает княжна Боголюбская.

— Эти бандиты напали на графа первыми. У меня всё на видео с самого начала этого инцидента. Я могу вам, господин офицер, передать этот ролик как видеодокумент.

— Да, сударыня, будьте любезны, — говорит офицер, достаёт свой смартфон, и запускает беспроводную связь.

Братья Ордынцевы все живы, но им требуется медицинская помощь. Они сидят на полу и хлопают на гвардейцев испуганными глазами.

— Вы, ваше сиятельство, граф и вы, сударыня, можете быть свободными, а с этими мы будем разбираться, — говорит офицер царской гвардии и отдаёт нам честь

— Пойдёмте отсюда, граф, — говорит княжна Боголюбская и берёт меня под руку.

— Браво! Граф, — кричит Лиза Воронцова и машет мне рукой.

Княжна Боголюбская вытаскивает из сумочки платок и даёт его мне. Я вытираю окровавленные кулаки и прикладываю платок к рассечённой брови.

Мы проходим рядом с перепуганной свитой Её Высочества.

Я улыбаюсь, смотрю в сторону друга Её Высочества и громко говорю:

— Эй, толстозадый, Сам зассал что ли подойти и разобраться, холопов подсылаешь?

Толстозадый красавчик граф Растопчин краснеет как помидор, вскакивает и пышет яростью, но девушки в жёлтых пиджачках хватают его за рубашку и брюки и умоляют не делать глупостей… Красавчик граф что — то бурча страшное себе под нос, тихо садится на свои мощные булки.

— Готов пристрелить вас, ваше сиятельство, в любую минуту, — буду ждать ваш вызов, — говорю я как можно любезней.

Её Высочество обрушивает на меня свой родовой дар. Упругая воздушная волна царской энергетики придаёт нам с княжной Боголюбской значительное ускорение, но я успеваю сказать, прежде чем мы выходим из читального зала:

— Я не стою вашего внимания, Ваше Высочество, не нужно обращать на меня ваш дар…

— Захочу и буду, — слышу я несколько приглушённый голосок Её Величества…

Мы идём по коридору первого корпуса академии. Запах лака и краски ещё не выветрился из её стен, и двери в кабинеты приоткрыты.

— А вы молодец, ваше сиятельство, Бронислава Боголюбская, отвели сокрушительный удар от моей физиономии. Чувствую в вас течёт кровь первого русского тамплиера. Вы поверили в мой рассказ.

— Да, граф, если бы не поверили, то не была бы с вами рядом.

— Искренне благодарю, но у вас могут быть большие неприятности из — за применения своего дара на территории академии.

— Пусть попробуют доказать, — говорит Бронислава и усмехается. — А что это вы за книжицу показали гвардейскому офицеру? — спрашивает княжна.

Я вытаскиваю удостоверение Советника Его Императорского Величества и передаю княжне со словами:

— Воистину, магическое удостоверение.

— Вот это класс! — восхищается княжна, раскрывая книжицу, — Интересно, за какие это заслуги вы его получили.

— Это государственная тайна, ваше сиятельство.

Княжна Боголюбская улыбается как Джоконда.

— Ещё тогда, в буфете, когда вы предлагали мне с вами выпить красного вина, я почувствовала, что вы — человек необыкновенный, но всё равно вам надо зайти в медпункт; я боюсь, что разошедшуюся кожу над бровью придётся зашивать…

Действительно, платок уже весь мокрый от крови, и она не останавливается, привлекая внимание всех окружающих.