Самая средняя школа 1.5

Слуга опять развернул головы в разные стороны и пошел поджигать факела вдоль стен.

— Скажем, что смотрит во все стороны: и на восток, и на запад, — предложил старец.

— А что туда смотреть? — спросил князь.

В этот момент свет от факелов осветил дальний угол палаты, в котором стояла и наблюдала за происходящим вся компания. Иван бросил на них взгляд, но не был удивлен.

— Легки на помине. Вы каких держав послы?

— Разных, — быстро ответил Максим.

— А что вместе ходите?

— Экскурсия у нас.

— Вот сейчас у вас и спросим. Как головы повернуть птице?

— А почему их две? — спросила Гунара. — Что-то я не помню у вас таких птиц.

— Ну, это типа чтобы смотреть и на запад, и на восток, — князь покосился на старца.

— И зачем вам это? — спросил Максим.

— Вера наша православная из Византии, а у монголов мы возьмем их умение управлять бескрайними землями, — бросился защищать свое предложение старец.

— А вам это надо? — продолжал Максим, проходя мимо бронзовой птицы, и потрепав ее за хвост, за что получил от слуги по рукам.

— Нужна же какая-то идея, миссия…., — продолжал старец.

— А может тихонько жить в свое удовольствие?

— Ну, не знаю…

— Вернитесь к истокам, — поддержала Максима Даша, догадавшись к чему он клонит. — Откажитесь от всего чужеродного. Превратитесь в небольшую экологически чистую страну.

Тихо и быстро мимо прошли люди-муравьи, прикасаясь ко всему ладонями. Молодые люди замерли в недоумении, увидев их впервые и испытав неприятное чувство брезгливости. Климу показалось, что Ботис и Гунара были с ними знакомы, хотя и удивились, встретив их здесь.

— А это кто? — спросил слуга.

— Это комиссия Министерства Образования, — сказал Ботис.

Иван Третий все это время ходил в раздумьях перед своим троном, и наконец обратился к гостям:

— А вот вы, послы стран зарубежных, обещаете не нападать и дружбы не навязывать?

Все согласно закивали.

— Тогда решено. Не нужны нам эти головы.

Слуга ловко вынул обе.

— Хотя так тоже странно как-то. Одну верни.

Слуга оставил одну.

— Ну, все. Теперь наша идея — никаких идей. Я — на рыбалку, — сказал князь и вышел через маленькую дверь за троном.

Максим высоко подпрыгнул, и они с Дашей опять дали друг другу пять.

— Может получилось? — спросила воодушевленная возможным успехом Лиза.

— Конечно получилось, — сказал Максим и направился к выходу, — пошли посмотрим.

Они вышли во двор, который разительно изменился. Кругом бегали утки, куры и поросята. Москва стала походить на маленькую деревушку. Их ловко подхватило облако.

Уже поднимаясь, они увидели, как в палаты шла рассерженная женщина, в сопровождении людей-муравьев. Под ними, насколько хватало глаз, простиралась патриархальная деревенская идиллия. Но вдруг, все опять пришло в движение. И опять стал возводиться город, строиться Кремль, появились линии, идущие из Москвы и охватывающие все большую и большую территорию.

— Не получилось, — выдавил из себя Клим.

Но все и так уже это поняли. Внезапно, неизвестно откуда, появилось еще одно облако, на котором размещались люди-муравьи.

— Так кто это? — спросил Максим.

Ботис опять хотел было сказать, что это комиссия Министерства Образования, но Гунара его опередила.

— Это гости из нижнего мира.

— Зовите меня Чинтуку, — сказал главный человек-муравей. — Не хочется вас расстраивать, кажется так вы говорите, когда хотите расстроить.

Чинтуку ухмыльнулся и посмотрел на остальных своих товарищей, ожидая реакции на свою шутку, но те продолжали стоять с ничего не выражающими лицами. Тогда он продолжил.

— Изменить историю у вас не получилось.

— Почему? — спросила Даша

— Скажем так, Софии не нравится, когда ее приданному откручивают голову.

— Зачем вы вмешались? — спросил Ботис.

— Нас просто устраивает то, что происходит, поэтому мы не хотим, чтобы вы это остановили.

— Вы хотите разрушить этот мир? — спросила Гунара.

— Мы хотим воспользоваться этим разрушением.

— Это одно и то же, — заметила Даша.

— Вовсе нет, ты же не откажешься от вкусного рагу из кролика?

Пока все думали, при чем здесь кролик, облако с людьми-муравьями исчезло также неожиданно, как и появилось. А их собственное облако поднялось достаточно высоко, чтобы можно было увидеть почти все континенты, густо покрытые не только цветными линиями, но и подобием мозаики — тесными экономическими связями, основанными на разделении труда. Затем планета словно закрылась крышкой. Облако взорвалось белизной.

16.00

В желтом тумане опять появились коридоры.

— А чего ты там испугалась? — спросил Мальчик Первую Девочку.

— Ничего не испугалась.

— Мы видели, — сказала Вторая.

— Как-то неприятно стало, но только чуть-чуть. Как будто паук пополз по руке.

— Ты слишком близко приблизилась к тем муравьям.

— Давайте вернемся домой, — снова предложила Первая Девочка.

Ее подруга остановилась.

— Для тебя это важно?

— Да, мне здесь не нравится.

Вторая достала свою монетку, подбросила и ловко поймала.

— Я продолжаю идти, — объявила она, глянув на монету.

Такой способ решать вопросы почему-то показался всем достаточно убедительным, и желтые дети двинулись дальше. На стенах призрачных коридоров возникали и исчезали математические выражения.

— Это формулы? — спросила Вторая Девочка, с недоверием.

— Символы другие, но это явно формулы, — ответил Мальчик, — я уже видел похожие.

— Ты здесь первый раз, как и мы, — возмутилась его обманом Первая.

— Я был в другой галерее.

— Один?

— Да, и совсем немного.

— Тоже Кантарион помог попасть?

— Да, и нам очень повезло, что он дал обет во всем помогать ученикам.

— Он, наверное, не ожидал, — засмеялась Вторая Девочка, — что его будут просить о нарушении правил школы.

Они двигались вперед, продолжая разрывать и уничтожать мировые линии, уже совсем не обращая на них внимание.

***

После того как белое облако рассеялось, Клим оказался в коридоре своей школы. Он брел вперед, находясь еще под впечатлением от увиденного. И по своему обыкновению, юноша стал фантазировать о том, как мог бы проявить себя. И только сейчас подобрались нужные и точные слова. Воображение перенесло его обратно в палаты князя. Там он выступал очень убедительно:

— Россия со столицей в Киеве продемонстрировала свою готовность меняться, приняв православие. Россия со столицей в Москве изменится, приняв имперский опыт Золотой Орды. Следующая столица станет центром принятия опыта западноевропейского. И вам нужно будет обосновать еще одну столицу, чтобы впитать в себя опыт дальневосточной цивилизации тоже.

Так уверенно говорил Клим в палатах, пока из этих грез его не вывела Лиза, с которой они чуть не столкнулись в коридоре.

— Что это было? — задала вопрос Лиза.

— Не знаю, — честно ответил Клим, который еще не пришел в себя после видения, и даже не знал, о чем девушка спрашивает.

— Я ничего не понимаю. Я хочу домой. Мамы нет в телефоне.

— Считай, что все это — игра. И нужно победить.

— Может нам все это кажется, — спросила девушка.

— Может быть.

— Я иду домой, — решительно сказала Лиза.

Клим не видел в рассуждениях Лизы последовательности и логичности, но она никогда и не отличалась этими качествами. Галина Петровна часто иронизировала над умозаключениями своей внучки, но признавала, что та почти всегда делала правильный выбор, опираясь на совершенно непоследовательные рассуждения. Поэтому Клим не возражал.

— Антонина Васильевна, можно выйти? — громко спросила девушка.

— А кто вас держит? — ответил голос сверху.

Они пошли по направлению к главной лестнице. И когда уже подходили к ней, услышали голоса Гунары и Чинтуку, которые становились все громче и громче.

— Помоги нам, — говорил человек-муравей.

— Не заставляй меня выбирать.

— Можешь не помогать, но и не мешай событиям следовать естественным путем.

— А если моя помощь им и есть следование естественному пути?

— Это не твой мир, поэтому ничего естественного в твоих действиях ради него нет.

— Но и не твой тоже, — возразила Гунару.

— Так я с ним ничего и не делаю. И ты не делай. Тогда будет по-честному.

Клим и Лиза повернули за угол и увидели разговаривающих.

— Вот и твои новые друзья, — сказал Чинтуку.

— Не мешай мне спасать этот мир, свой я уже не спасу, — твердо произнесла Гунара, заканчивая разговор.