Помоги проекту - поделись книгой:
– Сними его, – Андрей даже сам удивился тому, как холодно эти слова сорвались с губ.
Резко сдернув кольцо с пальца, Вика бросила его в рюмку с коньяком и небрежно поставила все это перед ним, расплескав половину содержимого по стойке. А потом просто развернулась и пошла в другой конец бара. Андрей только изумленно смотрел ей вслед – раньше она редко так показывала свой характер. И как у нее хватает наглости так злиться на него? Из них двоих только он имеет на это право. Но, смотря в свою рюмку, на дне которой лежало напоминание о его любви, ему почему-то стало обидно за то, что она так быстро от него отказалась, и так небрежно. У него осталось неприятное чувство, что с таким же пренебрежением она относится и к его чувствам, как отнеслась к этому кольцу. Все равно что – просто взяла и выкинула…
– Вижу, тебя уже обслужили? – спросил подошедший Артем. Но что-то заметив в его рюмке, он наклонился к ней поближе. – Ой, подожди, там что-то плавает.
– Это кольцо. Дай мне, пожалуйста, нож, или что-нибудь вроде этого.
– Кольцо? А как оно туда попало? – удивился Артем, подавая длинный узкий ножик.
– Спроси об этом у своего нового бармена.
Артем только нахмурился, но допытываться не решился. Андрей достал кольцо, не зная теперь, что с ним делать, и зажал в руке, прислонив кулак к губам. Он мог бы отдать его обратно хозяйке, даже не теряя смысла этого подарка, только какой в этом теперь прок, да и вряд ли Вика его возьмет обратно. И так же не было смысла сообщать ей, что кроме ненависти он чувствует и кое-что еще, совершенно противоположное этому чувство, которое не убила даже ее измена, зато теперь медленно убивает его самого.
Под конец рабочего вечера Вика едва держалась. Бегать несколько часов подряд от одного конца стойки к другому было нелегко, но в этом состояла лишь самая малая неприятность. Слишком эмоционально прошел первый ее рабочий день. То, что она увидела друзей, было приятно, но там, где были друзья, обычно был и Андрей. Сначала он всем свои видом показал, как недоволен видеть ее на этом месте, потом пел свои обвинительные песни в ее адрес – уж в этом она не сомневалась – а потом отобрал кольцо! Кольцо, которое сам же когда-то ей подарил! Оно ей было так дорого, как память, как частичка того хорошего, что между ними было, и он лишил ее даже этого. Пусть бы Андрей злился на нее сколько угодно, но только не трогал бы это дорогое ей напоминание. Вике было так обидно, что она едва держалась от слез. И как тут можно работать?
– Ну как ты? – спросил Артем, уже после закрытия клуба, который по будням работал до полуночи.
Устало вздохнув, Вика присела на барный стул, с той стороны стойки, откуда та выглядела намного привычнее.
– Даже не знаю, смогу ли со всем справиться.
– Почему-то мне кажется, что ты говоришь сейчас не о работе.
Вика только опустила глаза на мокрую тряпку, которую мучила в руках.
– Ты знаешь, – продолжил Артем, – я уверен, что Андрей все еще тебя любит.
Вика вскинула на Артема глаза, а от его слов внутри на мгновение разлилось тепло, похожее на радость надежды. Но холодный разум тут же напомнил, что в этой радости совершенно не было смысла.
– Не знаю. Он так себя ведет…
– Он просто переживает, и вряд ли бы так переживал, если бы не любил. Поверь мне. Ты только приехала, а я видел и слышал его почти каждый день все эти три года.
Вика дернула плечами, чувствуя, как снова наворачиваются слезы:
– Даже если и так, он никогда не сможет меня простить.
Артем протянул к ее лицу руку и стер большим пальцем с щеки первую слезинку.
– Не плачь. Все обязательно наладится. И давай я тебе дам два дня, чтобы прийти в себя и подумать, хочешь ли ты тут работать или нет. Согласна?
– Согласна.
– Тогда собирайся, и пойдем – я тебя провожу.
Глава 3
После закрытия клуба ребята разбрелись по домам, а Андрей решил прогуляться – уж очень не хотелось запираться в четырех стенах, где сегодня как никогда казалось пусто. Он шел по улице, уговаривая себя, что просто гуляет, да только ноги сами понесли его к дому Вики, которая вряд ли успела уже вернуться домой, но он и не собирался к ней заходить. Хотя, можно было, под предлогом отдать кольцо, которое он натянул на мизинец правой руки. Просто отдать кольцо и уйти. Да только зачем? Она же его «выкинула». Это кольцо ей совершенно не нужно, так же, как и не нужна его любовь, которую она так отвратительно попыталась растоптать, пусть и не специально. И как ему было жаль, что у нее это не получилось…
Чтобы не маячить на улице, Андрей зашел в подъезд, где жила Вика, и поднялся на пролет выше ее квартиры. Здесь на площадке было окно, из которого прекрасно просматривался вход в подъезд. И присев на низкий подоконник, Андрей достал сигарету с зажигалкой и закурил. Он сделал первую затяжку, и взгляд сам собой упал на стену, где все еще красовалась нацарапанная ее ключом надпись «Андрей + Вика = Любовь». Эти невзрачные подъездные стены хранили свои воспоминания, о которых не так просто было вспоминать. Когда он провожал ее домой, то они могли еще часами стоять тут в подъезде, болтая и целуясь… Он прекрасно помнил, как первое время их встреч обжимал здесь ее стройную фигурку, наслаждаясь ласками любимых губ и не желая с ними расставаться. А ее тетя выбегала каждые полчаса и звала Вику домой. Когда же эй это надоело, она стала затаскивать в квартиру их обоих и поить чаем, нарушая такое желаемое уединение.
Это было лет пять назад, но он все помнил… помнил и скучал. Три года скучал по ее лицу, глазам, губам, волосам, которые она зачем-то отстригла… по ее телу… которое принадлежало не только ему…
Потушив окурок, Андрей достал новую сигарету и снова затянулся – последние два дня нервы были натянуты похлеще, чем струны на его гитаре. И тут он заметил, как к подъезду подошли двое – Вика и Артем, присутствие которого рядом с ней ему вдруг стало неприятно. Слишком много времени Артем сегодня провел с Викой, и слишком многое тому было позволено, в отличие от него самого. Из окна Андрей наблюдал, как они разговаривают. Вика пару раз смущенно улыбнулась, а потом Артем наклонился к ней и поцеловал в щеку, прикоснувшись рукой к лицу… Сжав кулаки, Андрей и не заметил, как сломал сигарету – черт, так ему и пачки до утра не хватит.
Наконец, Вика зашла в подъезд. Он услышал ее шаги на лестнице. Она подошла к квартире и зазвенела ключами. А потом послышались чьи-то торопливые прыжки по ступенькам, и через пару секунд перед ним возникла удивленная Алена, его поклонница, так и застывшая наверху лестницы:
– Ой, Андрей, а что ты тут делаешь?
Блин! Это ж надо было так попасть! Андрей заметил, что пролетом ниже стало тихо, но еще не слышал, чтобы открывалась и закрывалась входная дверь. Прекрасно! Лучшего способа сделать из него дурака и не придумаешь. Андреев хоть и много, да только не каждый будет здесь торчать. К тому же, стоит ему открыть рот, как у Вики не останется сомнений, какой именно тут Андрей. А говорить что-то было надо.
– Тебя жду, – сказал он первое, что пришло в голову, и встал с подоконника, а злость в нем решила, что ему все равно, о чем подумает сейчас Вика.
– Правда? – засияла девушка, поднимаясь к нему. – Ой, мне так приятно.
Снова зазвенели ключи. Открылась и тут же закрылась дверь, а следом щелкнул замок, и он остался один на один со своей «фанаткой».
– А как ты узнал, где я живу? – кокетливо спросила девушка, расплываясь в улыбке.
– Подсказал кое-кто, – просто решил ответить он, хотя до этой минуты этого совершенно не знал.
– А зачем ты пришел?
Зачем? Андрей и сам не знал ответа на этот вопрос.
– Да просто… хотел извиниться, что так грубо с тобой обошелся сегодня в клубе.
Девушка стала еще довольнее, хотя до этого он полагал, что довольнее уже было некуда.
И тут она кинулась к нему на шею и вцепилась губами в губы. Опешив, Андрей только смог взять ее за талию, чтобы попытаться отодвинуть от себя, но женская ласка сейчас оказалась весьма кстати. И он ответил, на мгновение, за которое пожелал держать в своих руках совершенно другую девушку…
Резко прервав поцелуй, Андрей сказал:
– Извини, но мне нужно уходить.
– Подожди, – Алена еще теснее придвинулась к нему и покрепче уцепилась за шею. – Я тут только квартиру снимаю и живу одна. Если хочешь, можешь зайти… кофе попьем.
Кофе? Если она и предлагала кофе, то только на утро, причем его еще нужно будет заслужить. А это ему было совершенно не нужно, тем более, сейчас.
– Мне завтра вставать рано. Может, в другой раз.
– Ну Андрей… – обиженно заныла девушка.
Применив чуть больше силы для женских рук, чем следовало, он оторвал ее от себя и развернулся к лестнице.
– Извини. Мне правда, нужно идти, – сказал он, опускаясь на ступеньку и все еще держа ее руки в своих, чтобы она снова за него не уцепилась
– Ну ладно. Тогда в другой раз, – согласилась девушка. – Я буду ждать.
И кокетливо подмигнув, она побежала вверх по лестнице.
Андрей спокойно выдохнул – он уже столько натерпелся от своих поклонниц, что всегда нервничал в их присутствии, ожидая что-то новое и удивительное. А девушки часто его удивляли своей напористостью и нескромностью. С этой ему, похоже, еще повезло.
Вика забежала в квартиру, да так и застыла в прихожей – что здесь делает Андрей?! Неужели, и правда, ждал эту… эту… Она раньше не видела тут «эту» девушку и вообще не была с ней знакома. Отчего Вика сделала вывод, что та либо откуда-то переехала, либо не так давно в городе. А девушка вполне симпатичная, такой можно увлечься. Неужели у Андрея с ней что-то есть? Тревога ревности ощутимо душила грудь – она не выдержит постоянно встречать Андрея в подъезде, если он будет таскаться к этой девице. А если он и сейчас у нее в квартире? От одной мысли о том, что он так близко, и с другой, у Вики закружилась голова. Когда она была в Москве, такие размышления трогали намного меньше. Она жила своей жизнью, отвлекаясь на суету и интересы, и имея лишь воспоминания. А сейчас Андрей был совсем рядом и в то же время так далеко… И как бы горько не было осознавать, а они уже давно не вместе, и он волен делать что хочет и с кем хочет.
Облокотившись о стену, Вика сползла по ней вниз, обхватив голову руками – никаких сил у нее не хватит терпеть всю создавшуюся ситуацию. Но хныканье маленького ребенка напомнило ей, что она тут делает. Капризное хныканье быстро переросло в громкий и пронзительный плач, и Вика услышала Светкин голос, которая тщетно пыталась успокоить свою маленькую дочку. Вика не бросит сестру одну. Именно ради них она здесь и именно ради них будет терпеть все терзания и нападки своей обиженной любви.
Плач мгновенно затих, и когда Вика заглянула в Светкину комнату, то увидела умилительную картину – сидя в кровати, сестра держала на руках кроху-дочь и кормила ее грудью. Заметив Вику, полусонная Света улыбнулась и тихо сказала:
– Привет. Ну как прошел первый рабочий вечер?
– Нормально. А вы тут как? Чего не спите?
– Мы, кажется, проголодались.
Вика до сих пор не могла поверить, что Света уже стала мамой. Вроде бы еще совсем недавно они дрались друг с дружкой из-за игрушек и девичьих мелочей, а потом вместе переживали смерть родителей, что сблизило их и совершенно изменило. Эта трагедия дала понять Вике, что нужно ценить то, что имеешь, каждый день, каждый час, каждый миг. Но даже такой жестокий урок не напомнил ей об этом, когда она предавала любимого человека. «Почему? – спросил ее тогда Андрей. – Почему ты это сделала?» Но она даже себе не могла ответить на этот вопрос.
Утро Вики началось с первого клиента – увидев объявление, ей позвонила женщина, желающая сделать стрижку на дому. Потом были две знакомые девчонки, которые еще в клубе договорились с ней о встрече. И вот так, постепенно, один человек за другим, и Вика в скором времени надеялась иметь уже постоянных клиентов и постоянный заработок. Главное, что все, кого она сегодня стригла, остались довольны. После клиентов Вика снова ходила по магазинам, и снова уборка, готовка, стирка, глажка… Маленький ребенок, который ничего не делал, а только целыми днями лежал и тихо посапывал, оказался самым главным грязнулей в их доме. Света старалась гулять с Машей большую часть дня, оставляя Вику спокойно заниматься домашними делами и не отвлекаться на маленькое существо с пухлыми щечками, которое то весело гоготало и улюлюкало, то ревело навзрыд, требуя у мамки молока или еще чего-нибудь. Бедная сестра периодически находилась на грани паники, не понимая порой, что делать со своим ребенком. Вика только хлопала на них глазами, сама не зная, что делать, и в таких случаях спасали либо соседка, либо знакомые подруги, которые уже через это все проходили, либо звонок «SOS» родной тёте в Архангельск.
После такого суматошного дня Вика решила, что отдых просто необходим. Но как Инка только не уговаривала ее куда-то выйти, Вика не могла себя заставить на это решиться – а вдруг снова встретит Андрея? Но в любом случае, это было неизбежно, учитывая, что жили они в небольшом городе, в одном районе, и дружили с одними и теми же людьми.
– Алло, Викусь, – радостно протараторила подруга, позвонив в очередной раз по городскому телефону, – мы сегодня собираемся у Серого, и Андрея не будет. Я лично у него спрашивала, и он сказал, что на вечер запланированы какие-то дела. Так что, давай собирайся, и через полчаса я за тобой зайду.
– Инна, я…
– Так, если ты хочешь мне сказать, что не идешь, то даже не старайся. Все, целую, через полчаса жди.
И та повесила трубку. Вика только вздохнула – ну, раз Андрея точно не будет… И, кстати, она могла предположить, какие у него возможны дела, а именно в ее доме, этажом или двумя выше. Так уж лучше действительно куда-то уйти. Иначе она тут вся издергается, прислушиваясь к каждому звуку в своем подъезде. «Интересно, – подумала Вика, – а такое поведение вообще нормально?». Хотя, что может быть нормального в том, что касается любви? Ничего. Абсолютно ничего. Любовь способна заставить человека совершать еще и не такие странности. Подумаешь – она просидит весь вечер у двери своей квартиры, вслушиваясь в каждые шаги и голос с той стороны. А если узнает в ком-то Андрея? Что ей это даст? А даст лишь одни переживания и боль, тупую, ноющую, привычную.
«Так! Что за мысли? Куда тебя понесло, родная?» – Вика решительно прогнала все тяжелые размышления и пошла одеваться.
Инка прибежала как по часам, именно тогда, когда обещала, поболтала немного со Светкой и забрала у нее Вику, пообещав приглядывать за ней в оба глаза. С легкой тревогой в уставших глазах Светка отпустила сестру, наказав быть аккуратнее. В такой заботе каждого, Вика так и слышала немую недосказанность, из-за чего все так переживали – и причина состояла всего в одном человеке, имя которого было Андрей…
Квартира у Серого почти не изменилась – все те же обои, все те же две комнаты, обустроенные так, что были готовы в любой момент принимать гостей – чуть больше сидячих мест, чем в обычной квартире, чуть меньше лишней мебели и не один журнальный столик.
– Викуся! – сразу налетела на нее довольная Надя. – Как хорошо, что ты пришла!
– Привет, – подошел и поцеловал ее в щеку хозяин квартиры.
Из комнаты вышел и Артем, у которого сегодня выдался редкий выходной.
– Ну надо же, – сказал он, подходя к Вике. – Я уже за тобой собрался идти. Думал, что Инка тебя не вытащит.
Его губы нежно прикоснулись к щеке.
– Чтобы я, и не смогла вытащить куда-то Вику? – фыркнула подруга. – Я знаю, какой нужен к ней подход, так что зря волновался.
И вскоре, она уже сидела на диване между Инной и Артемом с бокалом вина и шоколадкой в руках, и пила за свое возвращение. Веселье и смех в кругу друзей было замечательным времяпровождением, но, как оказалось, только не в этой квартире. Здесь и раньше часто собиралась их веселая компания, и часто здесь пелись песни, как чужие, так и свои… Именно в этих стенах впервые звучали все творения Андрея, прежде чем их могли услышать и другие. Их компания была первыми слушателями, а Вика и вовсе была первым критиком и самым главным оценщиком. И несколько лет назад его песни были намного позитивнее и веселее. Вика была просто в ужасе от того, что услышала вчера вечером. От новых песен Андрея веяло такой тоской, что сжималось и без того уже скукоженное сердце.
Зря она пришла сюда – воспоминания снова начали скрести душу острыми когтями, причем сразу же, как только она переступила порог этой квартиры.
А тем временем, их становилось все больше и больше – на огонек стали заходить друзья и знакомые…
– Ну надо же, какие люди к нам пожаловали! – услышала она среди шума и гама громкий голос Серого, который доносился из коридора. – Андрюх, ты как раз вовремя – мы тут попеть собирались…
– О, Андрюха, а мне сказали, что ты не придешь… – произнес кто-то еще.
– По вам соскучился. – Услышав родное имя, а следом и голос, Вика замерла, ощущая, как учащенный враз пульс начинает стучать по вискам.
– Вика, спокойно, – почти в приказном тоне сказала Инна, обхватив ладонью ее руку.
И в комнату вошел Андрей. Он сразу нашел ее глаза и совершенно не удивился тому, что она тут сидит – очевидно, уже знал заранее. И вряд ли от кого-то ускользнуло то, как он был этим недоволен. Всех поприветствовав, Андрей сел в свободное кресло и Серый тут же всучил ему гитару, усевшись рядом на подлокотник.
– Слушай, дай хоть посидеть спокойно, – отпихивая от себя гитару, сказал Андрей. – Лучше бы пива предложил.
– Ну ладно, – согласился Серый, забирая обратно инструмент, пока Илья протягивал Андрею банку с пивом. – Тогда, твоя следующая.
– Согласен, – ответил тот, открывая банку и делая первый глоток.
И снова Вика заметила на себе его холодный взгляд, от которого она все сильнее начинала нервничать. Внутри и так все кричало и надрывалось от новой вспышки чувств. Ей хотелось немедленно встать и уйти, но скованное тело совсем не слушалось, а теплая ладонь подруги, хоть и пыталась успокоить, да только грозилась еще и никуда ее не пустить.
Серый заиграл на гитаре песню «Чижей» «О любви» и все быстро подхватили знакомые ритмы, принявшись подпевать:
Гул голосов разносился по комнате, снова напоминая о прошлом, по которому она так скучала – все было как в старые времена, разница лишь в том, что не Андрей сейчас держал ее за руку.
Андрей сидел почти напротив, то задумчиво опуская глаза к полу, то откровенно смотря на нее, то на рядом сидящего с ней Артема, слишком странно и слишком долго. Вика даже перестала слышать происходящее, отвлекшись на эту непонятную игру в гляделки, и пытаясь унять взволнованное сердце.
Так и закончилась первая песня под коллективные аплодисменты друг другу, и гитару передали Андрею. Со всех сторон на него посыпались пожелания, что бы кому хотелось спеть. Но обхватив гитару, Андрей лишь задумчиво перебирал струны под незамысловатые аккорды, пока вокруг стоял галдеж и споры – кто что хочет спеть именно сейчас. Кто-то хотел песню известных русских рок-групп, кто-то хотел песню Андрея.
Поделиться книгой: