Провинциалка

- Ну да...

- Увидел ведь, теперь можно уезжать?

- Но я еще даже не поцеловал тебя!

- Хорошо, целуй, - Катя подставила Владу лицо и зажмурилась.

Он вдруг рассмеялся. Катя открыла глаза:

- Ты чего?

Но  вместо ответа Влад обхватил ее лицо руками и поцеловал ее в губы. Катя  осторожно обняла его за талию, чтобы не потерять равновесие: у нее  ужасно кружилась голова. Влад оторвался от ее губ и прислонился лбом к  ее голове.

- Ну вот, - пробормотала она. - Поцеловал. Теперь все?

- Ты хочешь, чтобы я уехал?

- Нет. Я хочу понять, чего именно ты ждешь от этой встречи.

- Просто мне приятно быть с тобой рядом. Чувствовать тебя.

- А на расстоянии ты меня не чувствуешь?

- Нет. А ты меня?

- Немножко. Пока ты думаешь обо мне.

-  Послушай, я знаю, ты... не такая, как все. А вот я совсем обычный. И  мне... просто необходимо быть с тобой рядом, прикасаться к тебе. Все во  мне требует этого...

Влад  погладил Катю по распущенным рыжим волосам, ярко сиявшим на солнце, и  она вдруг поняла, о чем он говорит. Это было щекотное ощущение, как  будто мурашки бегут по коже или кто-то водит перышком...

-  У тебя такие красивые волосы... - прошептал Влад. - И веснушки, - он  очень нежно тронул пальцем ее носик: - Обожаю твои веснушки...

Влад  наклонился и поцеловал Катю в нос, потом щеки, потом лоб... А мурашки  все бегали по ее коже, расползаясь с головы по всему телу и там теряясь.  Катя протянула худую ручку, погладила Влада по волосам, а потом встала  на носочки и поцеловала его. В первый раз сама. Он крепко прижал ее к  себе. Катя чувствовала, что он не сделает ей ничего плохого.

Она  привела его к себе, в родительский дом - тоже впервые. Мама встретила  его очень приветливо, помахала рукой, улыбнулась, сказала несколько  слов. Все это было ей очень тяжело, она давно не вставала с постели и  хотя она никогда не жаловалась, Катя знала, что маме очень больно. Она  провела Влада в свою комнату, увешанную рисунками, и заметила, как он  поражен бедностью обстановки.

- Вы вдвоем здесь живете?

- Да, но старший брат со своей семьей живет очень близко, через улицу - он нам все время помогает.

- А на что вы живете?

- Мама получает пенсию, а я подрабатываю няней, по 50 рублей в час.

- А где твой отец?

- Умер пять лет назад. От пьянства.

Влад очень тяжело вздохнул, но не отстранился - наоборот, от него повеяло такой жалостью, такой тревогой...

Когда  он приезжал в прошлый раз, Катя его к себе не приглашала - до этого не  дошло: Влад слишком напугал ее своими признаниями, которых она не  ожидала и не думала отвечать взаимностью. А теперь она была положительно  в него влюблена - даже бабушка это подтвердила, еще когда Катя  вернулась из Новосиба с первой сессии.

- Оо, милмоя, да ты втюрилась! - как всегда, бесцеремонно объявила она. - Ну и что думаешь, выйдет чаво из ентово?

- А что может выйти из любви? - удивилась Катя.

-  Да не из любови! - махнула на нее бабушка толстой трудовой ладонью. -  Из любови знам чаво выходить - дитьки. А я про хмыря этого твоего.

- Ба, зачем ты так его называешь?

- А чаво в нем хорошего-то?

- Он человек. Душа. Потерялся немножко, да выправился уже.

- Угу-угу, - иронично покивала бабушка, - вот так оно завсегда и выходить. Вытащишь кого из беды - ан вот ужо и любов.

- Я его не поэтому полюбила.

- А почему ж?

Катя задумалась.

- Не знаю, - наконец вздохнула она.

- Ну, эт-то нормально, оно так и должно быть. Ладно, поживем-увидим.

Но  бабушка не собиралась так просто сдаваться - она решила проверить  серьезные намерения Влада на прочность. Задала ему работы: переколоть  куб дров, растопить баню и зарезать курицу.

Начиналось  все очень хорошо, и хотя в плане колки дров Владу было далеко до  бабушки, справлялся он неплохо. Колол-колол - устал. Катя принесла ему  водицы испить. Он стащил майку и вылил воду себе на голову - наверно,  покрасоваться хотел.

- Владик, оденься, - попросила его Катя, сбегав за полотенцем. - Все-таки не май-месяц.

- Так ведь апрель же, - ухмыльнулся он.

- У нас тут обманчивая погода весной, - пробормотала Катя, но настаивать не стала.

К  концу второго часа Влад совсем выбился из сил. Пришлось попрятать  оставшиеся поленца и помочь ему с баней. Слава богу, ведра таскать не  пришлось: у бабушки был протянут шланг из скважины. Катя вручила его  Владу и хотела сама растопить печку, но он не согласился.

- Это мое задание! - строго сказал он и отправил ее следить за наполнением бака водой.

Однако печка разгораться не желала - огонь гас и все тут.

-  Да чтоб тебя! - в сердцах выругался Влад. - Или я с ума сошел, или я  уже совсем ничего не понимаю! Я сто пятьдесят тысяч костров развел на  природе и печку топить приходилось, а с этой-то что?

- Наверно, колодец засорился, - предположила Катя.

- И как его почистить?

Катя  позвонила брату Игорю, он пришел через полчаса. Назвать его парнем у  Влада бы язык не повернулся - это был мужик просто неимоверного размера и  с соответствующим голосом - очень низким басом - но такой же  простодушный, как его сестра.

- Где-то тут должен быть болтик... - пробормотал он. - Вот он!

- Таак! - на пороге возникла бабушка. - Что тут у нас за звонох другу?

- Ба! - весело откликнулся Игорь. - Ты чего, нарочно дымоход заткнула? - он вытащил на свет божий тряпку, всю измазанную сажей.

Катя осуждающе посмотрела на бабушку:

- Я, конечно, все понимаю, но зачем нарочно-то валить? - она взяла Влада за руку и потащила к выходу.

- Никуда он не пойдеть! - остановила ее бабушка. - А то хто ж меня парить будеть?

- Сама попаришься! - недовольно буркнула Катя, но Влад высвободил свою ладонь из ее руки и отважно сказал:

- Я остаюсь.

- Ето другой разговор! - похвалила его бабушка. - Звонох другу прощается. Идите в курятних, я баню сама затоплю.

Игорь  сам поймал курицу и показал Владу, как отрубать ей голову, но это  оказалось самое сложное для него задание. Психологически.

- Давай я сам, а скажем, что ты! - предложил Игорь.

-  Нет, она все поймет, - покачал головой Влад. - Я должен сам... - он  опять прицелился ножом в шею курицы, занес его... курица трепыхалась и  орала изо всех сил. - Черт, черт, черт! - ругался Влад. - Да что ж это  со мной?

Он примерился еще раз, но потом отпустил птицу и бросил нож на чурку.

- Не могу, - разочарованно выдохнул он и опустился на землю.

Бабушка явилась через пять минут, довольная:

- Таак, а где мой полуфабрикат?

Влад поднялся с земли и посмотрел ей в глаза:

-  Я не справился ни с одним вашим заданием. Дрова я не доколол, мы с  Катей спрятали несколько чурок. Печку в бане растопить не смог. И курицу  убить тоже.

Он бросил полный отчаяния взгляд на Катю.

- Я... недостоин вашей внучки...

Бабушка очень весело усмехнулась:

- Честность - это я люблю! Ладно, живи пока. Оденься тока, а то ходишь тут, телесами своими тощими трясешь...

Влад покраснел с головы до ног, Катя хихикнула в кулак.

-  Вообще-то, мне все знакомые говорят, что у меня красивая фигура, -  проворчал он, когда они с Катей пили чай на кухне. - Я на турнике  постоянно занимаюсь... ты же видела, что я умею...

- Ничего особенного, - пожала она плечами.

-  Как это, ничего особенного? - взвился Влад. - Ты тогда глаз от меня  оторвать не могла, хлопала после каждого упражнения! Мне даже Кит тогда  сказал, что ты по мне сохнешь!

Катя засмеялась:

-  Он просто дразнил тебя. Я за всеми смотрела и хлопала каждому, вы все  были молодцы, потому что занимались спортом, а не пили пиво на лавочке.

Лицо Влада потемнело от другого воспоминания, на которое она невольно намекнула. Катя взяла его за руку и искренне попросила:

- Не думай об этом! Это давно в прошлом, это, вообще, был не ты!

Но  Влад высвободил руку, встал из-за стола и пересел на диван. Катя  примостилась рядышком, взяла его под руку и положила голову ему на  плечо.

- Я понимаю, почему она так защищает тебя от меня, - пробормотал Влад, поглаживая Катю по коленке. - Если только она знает...

-  Она не знает! - горячо заверила она его. - Я ни одной живой душе не  рассказала! Чувствует что-то, но... Владик, поверь, там и знать нечего.  Это в прошлом, я не ношу это в себе - и ты не терзайся понапрасну.

- Нельзя быть такой... - прошептал Влад ей в макушку, - то есть, невозможно... но ты есть... и это чудо... и я так тебя люблю...

- А еще чуточку сильнее можно меня любить? - с озорной улыбкой спросила Катя.

- Конечно! Еще раза в два, как минимум! А может, и в десять.

- И почему же ты любишь меня так мало?

- Потому что у меня мелкое, трусливое сердце. Оно больше любви не вмещает.

Катя зажмурилась и рассмеялась, а потом залезла к Владу на колени и крепко его обняла.

* * *

Что  творилось в бане, невозможно описать словами. У Влада было такое  ощущение, как будто он залез прямо в печку. Катя снабдила его шапкой, но  это ни капли его не спасало.

Пышные  телеса катиной бабушки (кстати, он до сих пор не знал, как ее зовут),  частично прикрытые купальником, ожидали его на полке. Веник был уже  замочен в тазу с горячей водой. Влад осторожно достал его оттуда и  слегка потряс над полом.

- Ты куда страхиваешь, ирод! - возмутилась старая ведьма. - На камни, на камни брызгай!

- Боюсь, меня тогда отсюда вперед ногами вынесут! - пожаловался Влад.

- Слабак! - констатировала бабка. - Мда, непросто ей с тобой придется! Ну давай уже, бей!

Вот,  пожалуй, теперь Влад вполне согласился бы лишить жизни курицу, а то и  свинью, если бы ему предложили обменять это занятие в парилке на  убийство какого-нибудь невинного существа. Сердце его заходилось, голова  лопалась от жара, в глазах все плыло. Тут и просто стоять было тяжело, а  уж веником махать...

- Да посильнее бей, чаво ты как девчонка! - подбадривала его необъятная бабка.

А он буквально падал, руки отказывались подниматься, туман в голове сгущался...

- Ба, ну ты даешь... - пробормотала Катя - это было первое, что услышал Влад, когда очнулся на диване в логове старой ведьмы.