Кодекс Охотника

На столе было пусто, а ведь я говорил ему, что пошел нагуливать аппетит, и он за это время должен был подумать за еду. Хреновый у меня слуга.

Шерген не ответил, но я точно знал, что он не покидал каюты. Я был прав, он вышел спустя некоторое время и уселся прямо напротив меня на широком диване.

По центру стоял чайный столик и печалил меня своей пустотой.

— Задремал, господин, прошу прощения, — выдал Шерген, едва склонив голову.

После этого между нами возникло тягостное молчание.

— Вы, наверное, хотите пить, господин, — нарушил он его первым, и не дожидаясь моего ответа, пошел за чаем.

Принес он поднос с двумя кружками и фарфоровым чайником. Разлив чай по кружкам, он протянул мне одну.

Ну, что... Поехали!

— Он отравлен? — прямым текстом спросил я его.

Ни одна мышца не дрогнула на его лице, и не было ничего, что могло свидетельствовать о моей правоте в его движениях или рефлексах.

Он посмотрел на меня слегка обиженным взглядом и потянулся к моей кружке, а затем отпил чай, который наливал мне.

— Зачем мне вас травить, если я могу все сделать своими руками? — так же спокойно ответил он мне.

— Значит, тебе приказали разобраться со мной лично, и удостовериться, что я мертв, — понимающе кивнул ему, и позволил себе легкую ухмылку.

Вот ухмылка смогла нарушить его показное спокойствие, и он, поменявшись в лице, скривился.

Вот какие я вызываю у него красочные эмоции. Сейчас он показал себя настоящего. Неужели ему не понравилось, что над ним насмехается уже не его господин?

— Приказали, — он согласился, — и я исполню этот приказ с гордостью.

— Не жалко убивать своего ученика, с которым столько лет провозился? Ты видел, как я рос. Именно ты научил меня читать и считать, не говоря уже и о более сложных науках, — мне было интересно взглянуть еще раз ему в глаза.

Безразличие, вот что я там увидел.

— Вы не часть Рода больше. Вы мой позор, на который я потратил часть своей жизни, и все оказалось впустую. Но я исправлю эту ошибку. Я выполню приказ на благо всего нашего рода! — он был полностью уверен в своих силах, и говорил это уже живому мертвецу.

— Отец приказал? — ну, стоило, вероятно, узнать, кому я помешал.

— Нет... К сожалению, ваш отец оказался слеп в деле, касающегося его сына. Подумать только, он отпустил на все четыре стороны человека, который так много знает о роде, и может принести многочисленные проблемы. А репутация? Если о вас узнают, это же такой позор. Хорошо, что новый наследник и его мудрая мать оказались намного дальновиднее и хладнокровнее, — смотрит на мою шею.

Решил сломать мне шею? А ты еще тот садюга, старик.

— А труп куда денешь? С балкона выбросишь в море, как безродного? На корм рыбам? — выдавил из себя легкую ухмылку.

— Верно мыслишь, сучонок! — оживился слуга и улыбнулся.

А где его «вы» и «господин»? Вот с такими людьми мне и приходилось жить. Если ты теряешь свой статус, то больше никому не нужен.

Из всего особняка ко мне подошло всего человек десять попрощаться. А знали ведь многие, и это не было секретом.

Правда, с этими знаниями мне тоже придется разобраться, а то знаю я, к чему все приведет.

Кстати, Генри решил перестраховаться, и перед отъездом мне передали бумаги на подпись, где я отрекаюсь от всего, что связано с родом и заявляю, что никогда больше не смогу на него претендовать. Больно надо...

На моем лице играла улыбка от таких «теплых» воспоминаний, и старика это взбесило. Он встал и пошел в мою сторону.

— Лучше не дергайся, и тогда это будет не так больно, — спокойно говорит он мне, а потом добавляет. — Но, можешь и сопротивляться, так даже будет забавнее.

Вот же достал я его за все эти годы.

Подрываюсь с кресла, и начинаю медленно отступать.

— Тебе не убежать...

И, правда, не убежать, дверь находится за его спиной.

Создаю иллюзию огненной саламандры, примерно по пояс, и она дышит на него огнем, а потом атакует.

Одним ударом он развеял мою иллюзию.

— Вот за владение этими дешевыми трюками тебя и изгнали.

На моем лице появляется показной ужас, хотя мне чертовски весело, на самом деле. Предательство должно быть наказано, да и никогда мне не нравился этот плешивый говнюк.

Создаю Тёмного единорога с пастью, как у акулы, и направляю его на него. Вообще-то, этот единорог-мутант вполне безобидный, только на вид страшный, как сама смерть.

Наставнику это надоело, и он, напитывая свое тело силой, делает рывок в мою сторону, а потом тянется руками к моему горлу.

— Попался, — его руки смыкаются на моем горле. — Ты был паршивой овцой, которая подвела весь Род. Теперь умри!

Нужно было видеть его глаза, сколько в них было удовольствия и предвкушения. Кажется, мы маньяка пригрели у себя.

А еще нужно было видеть глаза его после моего удара по печени, да не простого, а усиленного. Но и это не конец. Когда он понял, что душит меня, но ничего не меняется, его лицо еще раз сменилось на более глубокое удивление.

— Что-то не так? — усмехаюсь, усиляя свой духовный доспех.

— Но как?! — не может он поверить в произошедшее. — Ты же просто выбраковка...

Второй удар, еще более мощный, влетает в его печень, и старик ощущает адскую боль.

— Кхра... — выплевывает он кровь не на самый дорогой ковер. — Ты все это время врал??? — с обидой он смотрит на меня. — Предатель...

В его глазах я предал род. Делал все ради такого исхода или побега, чтобы потом не искали меня слишком усердно. А у него нет жены, нет детей, даже любовницей не обзавелся, или тем же котом. Всю жизнь положил ради рода. А теперь умирает далеко от дома от руки любимого и обожаемого хозяина.

А нет, еще не умирает! Паразит такой, пытается построить новый доспех, и фокусирует энергию в теле.

Удар в прыжке коленом в челюсть разбивает все его надежды. Но упасть назад я ему не даю. Подхватываю тело и проворачиваю шею до хруста.

А мои руки хорошо помнят, как это происходит.

Дальше все было просто. Раз он хотел меня выкинуть с балкона, значит и я также поступлю. Только сперва вышел и посмотрел, нет ли тех, кто меня может увидеть. Нет, не было, у нас глухой балкон.

— Прощай, мой подлый слуга! — сказал вслед летящему вниз телу.

На душе у меня была легкая обида после произошедшего здесь. Я знал, что если прикажут, он убьет не только меня, но и себя тоже. Но все же... Мог бы хотя для виду сказать, что очень сожалеет.

Будь я человеком без своей прошлой памяти, это разбило бы мое сердце. А так остался один лишь неприятный осадок, который я скоро смою прохладным пивом в местном ресторане. Но до пива еще рано, сперва дела...

— Шнырька, выходи! — отдал приказ своему питомцу, и на мое плечо прямо из тени вылез маленький Шнырк. — Ты узнал, где находятся нужные нам люди?

Шнырька кивает, а затем оскаливается своими острыми белоснежными зубками.

— Тогда ныряй в тень и показывай дорогу.

Идя по коридорам к своей первой цели, я довольно улыбался. Я счастлив, что мой питомец с прошлой жизни оказался со мной здесь. Наша связь крепка, и ее не смогла разорвать даже моя смерть. А может, это мой бонус за почитание Кодекса?

Мой помощник был небольшим, похожим на крысу, существом. Четыре светло-голубых глаза, которые светились даже днем, и черный окрас. Его шерстка была необычной, когда я ее глажу, она мягкая. А вот для других она превращается в острые шипы, которые беспощадно вонзаются в чужую плоть.

Он отголосок моей прошлой жизни... Жизни Охотника.

Несмотря на хищный внешний вид, он не был сильным противником. Его призвание — это разведка, но не все так просто. У этих существ есть свои заскоки, а все потому, что они разумны. Хорошо, что в этот раз он без них обошелся, а то иногда он заставляет меня ощущать себя неловко. Главное его преимущество в том, что он может проникнуть в любое место, где есть хоть капля тени. Еще я могу смотреть его глазами в том случае, если он позволит это мне.

Вот и сейчас он ведет меня в нужное помещение и показывает, что видит сам. Я всегда ощущаю, где находится мой питомец, это очень упрощает жизнь и уменьшает шанс заблудиться в незнакомом мне месте. Мой верный шпион...

Нужная каюта находилась в эконом классе, в самом конце левого крыла. Удобное место, где нет лишних свидетелей.

Подхожу уверенной походкой к двери и начинаю в нее стучать.

Взглядом через Шнырьку вижу, как мужчина лет тридцати пяти без особых подозрений встает со стула и подходит к двери.

— Кто там? — какой хороший и волевой голос у него. Он явно бывший военный.

— Обслуживание номеров, — отвечаю первое, что пришло в голову, а сам даже в душе не шкрябаю, есть ли тут такое.

Но, на этот раз, госпожа фортуна повернулась ко мне передом и позволила заглянуть в декольте.

Замок поворачивается и дверь открывается.

Не давая сообразить, какую ошибку он совершил, как только я увидел лицо мужчины, сразу нанес усиленный удар ребром ладони прямо в кадык. У него был натянут доспех, но слабенький и не напитанный. Я проломил его вместе с кадыком.

Забегаю в номер, и закрываю за собой дверь. Мужик уже мертв и валяется на полу, обхватив шею руками. Интересно, он пытался починить кадык или это рефлекс? Я думал, что он опытный и должен знать, что с таким не живут слабые одаренные.

Есть люди, начиная с мастера, которые и без конечностей могут неделю протянуть. Их сам Дар поддерживает и дарует регенерацию, не давая им умереть.

Мне повезло еще раз. Здесь был балкон, и еще одно тело отправляется вниз на корм рыбам. Проводил взглядом летящее тело и упс... Не рыбам... Мы над горами пролетаем. Ну, может найдут его останки когда-нибудь. Или кто там «санитар леса»? Волки? Приятного аппетита, серые!

Потом возвращаюсь в номер и провожу по-быстрому обыск. Ого! Доминик Фридрих, бывший военный, десять лет прослужил в войсках. Так себе из него получился военный, честно говоря. И на гражданке у него дела видно шли плохо, раз он взялся за мое устранение. Паспорт и другие документы складываю в отдельный пакет. Туда же отправляю и оружие. Жаль, что я не могу еще создавать пространственный карман. Это умение Охотников высшего ранга мне пока недоступно. Нужно больше тренироваться. А как Охотник тренируется? Правильно! Убивает монстров!

Это еще одна причина, почему я выбрал РИ. У имперцев часто открываются Разломы, с которых прут всякие монстры. А мой Дар Душелова умеет высасывать из них силы и поглощать их души.

Нашел кошелек, который был ему уже не нужен, и выругался. Да тут денег в два раза больше, чем мне дали. Жадная жопа, этот мой папашка!

Кто же так щедро оценил мою жизнь? Или наоборот, не щедро... Хотя, это мог быть только задаток.

Все его личные вещи перебрал и забрал себе лишь золотую цепочку и прочее, что могло пригодиться позже для продажи. А остальное сложил в сумки и пакеты, а затем выкинул за борт.

О, Пандора! Кажется, здесь балконы только и созданы для того, чтобы избавляться от трупов.

Уже выходя из номера и проверив его на наличие улик, я повесил на дверь табличку «Не беспокоить».

Теперь до конца поездки сюда никто не войдет.

— Веди меня дальше, — отдаю приказ Шнырьке, и мы идем к следующей моей жертве.

Он нашел всего лишь двоих, но я уверен, что их больше. Вот не могли мои родственнички отпустить меня просто так. Я и сам, не факт, что отпустил бы на их месте. Я прямая угроза для них, по их же мнению. Они ведь не знают, что мне плевать на них с высокой горы.

Я теперь Галактионов, и могу создать свой Род! И сам буду устанавливать в нем свои правила!

Глава 3

Со следующей целью все оказалось еще куда проще. Шнырька показал мне свои воспоминания. Да, он так тоже может, я уже говорил, что он идеальный шпион. Узнай род о таком моем помощнике, и я остался бы пленником рода навсегда. Узнавал бы все секреты других родов, и вероятно, в скором времени, лет через двадцать, мы бы захватили всю власть в Европе.

Однако, я Охотник! Вся моя прошлая жизнь прошла в сражениях, и по-другому я хоть и хочу, но не факт, что долго смогу. Теперь пришла пора жить без Кодекса, а это значит, что сражений у меня будет тоже много, но и свободное время останется для себя. Это в том случае, если другой род раньше не завалит меня.

Правда, тут я желаю им удачи. Охотника не так просто убить.

Так вот, о следующих моих убийцах. Их было двое, и Шнырька показал мне, насколько легкомысленно они отнеслись к поставленной задаче.

Первым делом, они вызвали одну девочку на двоих из тех барышень легкого поведения, которые получают бесплатный проезд взамен на долю от их дохода. Всегда находятся ушлые сутенеры, даже среди обслуги этого благородного транспорта. Видимо, получив желаемое, компания сейчас сидела и пила крепкий алкоголь.

Вот что за безалаберность? Я понимаю, что я слабак, по их мнению, но зачем так рано бухать? Или они так готовятся?

Запустил к ним Шнырьку и стал смотреть через него, что они сейчас делают. Один спит, а второй что-то говорит по телефону. На столе стоит пустая бутылка, и он, кажется, хочет добавки.

Отхожу от этого номера подальше, и теперь через зверька слежу за дверью. Спустя минут десять к ней подошел официант из местного бара с бутылкой на подносе. Мужчина с седой бородкой почти сразу открыл ему дверь и выхватил бутылку, а на поднос кинул крупную купюру без сдачи.

Вот тут и настала моя пора действовать. Ускоряюсь и мчусь к ним. Официант только-что ушел, и я стучу в дверь.

— Ну, что там еще? — недовольно спрашивает мужик, открывая ее. — Я же заплатил тебе, даже с чаевыми!

— Привет! — улыбаюсь ему, ускоряя напитанное силой тело. В два шага оказываюсь возле него и ловлю на захват. Захожу ему за спину и теперь душу, не давая произнести ни звука.

Мужик оказался тертым калачом, и не пытается сразу разжать мои руки, а бьет по слабым местам на ногах, желая, чтобы я завалился назад и упал. Увы, но такие детские трюки у меня не проходят.

Вот что удивительно! Мы в ордене имели цель охоты на чудовищ, но при этом половину нашей жизни нас учили сражаться с людьми. Не правда ли, смешно?

Больше силы в руки, и его тело обмякло. Как удобно, что балкон у него сейчас открыт. Наверное, ходил на перекур. Вот туда я и потащил его, а затем выкинул за борт.