Мастер для эльфийки, или приключения странствующего электрика

– Наверное, мне не понять эльфов, – пробормотал я, и мы замолчали.

Девушка начала торопливо грызть свой кусок сыра, а прислушался к звукам ночи. Где-то угукала сова. Тихо попискивали и шуршали мыши, спрятавшиеся между сухих стебельков скошенного сена. Шумно дышал Гнедыш, решивший не тратить время на глупых двуногих, выясняющих отношения, и сунул морду в стог, словно в кормушку. Громко стрекотали сверчки и кузнечики. Где-то лаяли сельские собаки. Пахло скошенной травой и едким конским потом.

– Я согласна, – вдруг заговорила девушка. – Заключим договор.

– Хорошо, – выдохнул я.

– Вот и отлично, договор заключён, – улыбнувшись от уха до уха, произнесла эльфийка.

* * *

– У неё было оружие древних, – произнёс невысокий паренёк, оглядываясь на громилу за спиной и своих товарищей, ещё не совсем протрезвевших от вечерней попойки.

Паренёк стоял и мял кепку, а перед ним за столом задумчиво глядел в большую полупустую кружку хорошо одетый мужчина средних лет. Мужчина был советником мэра. Городишко не большой, но сорок тысяч душ – уже не мало. А ещё мужчину недолюбливали местные торговцы за слишком уж большую жадность, так как к нему нужно нести мешочек с серебром несколько большим, чем при прежнем советнике. А ещё все знали, что он прям из шкуры лез, чтоб подсидеть мэра. Холеная, привыкшая много есть и ни в чем себе не отказывать физиономия, казалось поросячьей мордой.

– Оружие древних, – протянул он и улыбнулся. – Значит, брякнете кому-нибудь, вас больше не найдут. А оружием я сам займусь…

Глава 3. Тень мертвеца

Луна поднялась уже высоко, роняя свой мертвенный свет на скошенные поля. На фоне яркой россыпи звёзд, похожих на драгоценные камни, темнели далёкий лес и ветряки, замершие, словно нахохлившиеся на насесте сонные птицы. Неподвижный воздух быстро пропитывался прохладой и сыростью, исходящей от земли. Чуть в стороне горели ещё три желтоватые электрические звезды, прикрученные к сельским столбам. Вряд ли сильно разгоняли мрак, но зато можно даже в метель или ливень прийти на огонёк. А там трактир, горячий горшочек с похлёбкой и пиво.

Я горько улыбнулся. Не задалась у меня сегодня поездка.

Гнедыш часто вздыхал, улёгшись рядом со стогом. А эльфийка свернулась калачиком под тонким шерстяным одеялом, подложив под голову свою сумку. Глаза блестели в темноте, и встреть эту особу в лесу, подумал бы, что это либо сова, либо дикая кошка.

– Киса, – прошептал я сам себе под нос, улыбнулся и достал из кармана зажигалку.

Чирк, и фитилёк загорелся дрожащим голубоватым пламенем. Запахло спиртом.

– Завтра я двинусь в сторону Малой Яблоневки, а за ней община гномов, где можно восполнить припасы изоленты, олова, проводов и ламп. А у тебя какие планы?

Эльфийка тяжело вздохнула и сонно моргнула.

– Не знаю.

– Как не знаешь? – удивлённо переспросил я и захлопнул крышку на зажигалке, погасив огонёк. – Ты же нашла оружие древних. Или не нашла?

– Нашла. У бабушки в тайнике, – пробурчала в ответ девушка. – Она прятала оружие от всех. Я случайно подглядела и залезла из любопытства. И тогда подумала, что смогу… – эльфийка довершила словами на своём языке, и я не понял. Но нотки, с какими были эти слова произнесены, весьма горькие.

– Больше в тайнике ничего не было?

– Было.

Девушка села и подхватила с земли сумку, а потом достала из неё небольшой тёмный предмет, похожий на крохотную подкову, и протянула мне. Непонятно, из чего сделана вещь. На ощупь как кожа.

Я чиркнул зажигалкой и прищурился, пытаясь разглядеть мелкие детали, но предмет оказался монолитным.

– Никто не знает, что это и для чего, – произнесла моя спутница.

– Может, безделушка, – пожал я плечами и протянул вещь назад.

– Не знаю, но оно было в той же шкатулке, что и оружие. Там даже специально паз под неё вырезан. Я мастер плетений. Маг. Но так и не смогла дозваться до вещи. Оставь себе, вдруг идея придёт.

– Маг? – переспросил я, застыв с вещицей в протянутой руке. – А что ты умеешь?

Эльфийка подняла руку и сложила пальцы щепотью, а потом начала медленно разводить. Пришлось снова прищуриться, чтоб разглядеть, что между пальцами была мелкая монетка. И эта монетка висела в воздухе, не касаясь рук.

– На самом деле немного. А ещё я могу заставить мелкие вещи запоминать место. Они потом туда возвращаются. Это удобно для волшебницы-гувернантки. Могу заставить вещи слушаться. Ну, например, чтоб дверца шкафа сама открывалась и закрывалась в нужное время.

Я молча глядел на неё. Жалко её было. Да не беда, походит со мной, да вернётся к родному очагу.

Я глянул в бездонное небо, сжал безделушку в кулаке и лёг, подложив под голову одну из седельных сумок. Жёстко, но я уже привык. Вообще, не могу, когда под головой нет хотя бы полена.

Чтоб было помягче, подложил под голову руку. Но сон не шёл. В голове крутились мысли и мыслишки о прошедшем дне. Ну вот зачем я встретил эту Кису. Она же чистопородная эльфийка, мне даже не светит ничего, ан нет, распушил перья, как павлин перед курицей. Придурок.

В горле пересохло, и потянулся за фляжкой, а потом выругался, подняв растопыренную руку, которой вляпался в навоз.

– Гнедыш, твою мать, ты точно свинья, а не конь.

Я тряхнул ладонью и попытался достать из кармана зажигалку, чтоб оценить нанесённый аморальный ущерб. Но в чистой руке был зажата безделушка древних.

– Гадство, – пробурчал я и сунул вещицу за ухо, как порой совал карандаш. Когда надо было отрезать по разметке, а потом снова чертить линии. Вещица, вопреки ожиданиям, не повисла, как подкова на гвозде, а легла очень удобно, словно там ей и место.

Я достал из кармана зажигалку и чиркнул.

– Здравствуй, – раздался совсем рядом сильный и уверенный мужской голос.

От неожиданности по спине побежали мурашки, а сердце заколотилось, как дурной дятел головой о деревяшку. Я схватился за ружьё и приподнялся на локте, пытаясь увидеть говорящего и забыв, что у меня рука в дерьме.

Когда же никого не обнаружил, пятая точка сжалась до размеров игольного ушка, ладони вспотели, а на голове встали дыбом волосы.

– Не знаю, кто ты, – продолжил голос, – но если ты сейчас слушаешь меня, то я уже мёртв.

Я вскочил на ноги и стал крутиться, как электромоторчик. Вот только привидений мне не хватало.

– Я хочу поведать… – снова заговорил мертвец, но осёкся на полуслове, а вместо него заговорила с нотками железа в голосе незнакомая женщина: – Критически низкий заряд батареи. Срочно зар…

Всё затихло так же внезапно, как и началось. Мне осталось только нервно сглотнуть и уставиться на вытаращившуюся эльфийку.

– Что случилось? – испуганно спросила она, а в её мелко дрожащей руке был зажат бластер.

– Мужчина и женщина. Они говорили со мной.

– Какие мужчина и женщина?

– Ты не слышала?

Киса покачала головой, а я выругался.

– Святые электроны. Неужели, схожу с ума.

Колотящееся в груди сердце дополнилось чехардой мыслей, одна нелепей другой. Казалось, сейчас мозги устроят короткое замыкание от такого наплыва. То привидения, то грибочки в трактире были немного не те, то записочки с того света. Лишь через пять минут в голову забралась одна умная, наполнив происходящее хоть каким-то смыслом.

Я быстро сорвал вещицу древних с уха и уставился на неё, как дикарь на кипятильник.

– Если слышишь, то я мёртв… Заряд батареи… – забормотал я, повторяя слова призрака, а потом выдохнул. Накатила усталость, аж ноги подкосились. – Заряд… Твою мать! – в голос выругался я после небольшой заминки и тут же заозирался, боясь, что привлёк нежелательное внимание.

Я поставил ружьё у стога, вытер руку о сено и тут же чиркнул зажигалкой. После начал, щурясь в тусклом свете голубоватого огонька, крутить вещицу в пальцах. На ней просто обязаны быть клеммы или гнездо, хотя бы самые мизерные. Но тщетно, поверхность везде была ровная, без рисунков или отверстий.

– В шкатулке больше ничего не было? – быстро спросил я у эльфийки.

– Нет, – тихо произнесла она и добавила: – Что случилось? Я не понимаю.

– Дай бластер, – вместо ответа произнёс я, но когда увидел неуверенность на лице девушки, успокоил: – Я только посмотрю. Хотел бы украсть, давно бы сделал.

Киса протянула оружие, и я тут же начал крутить в руках и его. А вот в бластере отверстие нашлось: в самом низу рукоятки под плотной прилегающей резиновой затычкой.

Тяжело вздохнув и облизав пересохшие губы, я вернул оружие девушке. Если бластер тоже надо заряжать, как обычный фонарик, то в нём, скорее всего, электричества только на один выстрел хватит. Но это уже даёт надежду на решение загадки. А записка человека из прошлого меня очень заинтересовала. Голос не казался напуганным, не казался уставшим или принадлежащим умирающему. Нет, он полон силы и уверенности. Так старик читает вслух свой дневник или мемуары.

Блин. Мемуары древнего. И этот древний не из простых, так как на рукояти и других частях имелась очень кропотливо сделанная, переливающаяся на свету подобно радуге гравировка с… А с чем, собственно? Я смог узнать только воина в странных доспехах и с оружием в руках, и он расстреливает странную зубастую тварь.

Ужас, как интересно. Надо срочно найти, чем зарядить эту штуковину.

– Стоп, – тихо произнёс я, – Надо успокоиться. Надо не забывать, что есть обязанности, есть пустые кошелёк и желудок. Без еды и денег много древностей не накопаешь.

Я поглядел на эльфийку.

– Правильно, Киса, сперва мы пойдём к гномам, пополним запасы. Потом зайдём в Яблоневку, и если есть заказы, сделаем. А потом направимся к ближайшему сохранившемуся месту древних. Должно же быть хоть что-то.

– Киса? – переспросила эльфийка.

– Я это вслух сказал? – состроил я придурковатую физиономию.

– Меня зовут Мита-Эр-Кисан. Мита из рода Кисан, – недовольно процедила моя спутница, и я пожал плечами.

– Как скажешь. Но вопрос, ты пешком добралась до Вертышек?

– Попутками, – пробурчала она, убирая бластер в сумку.

– Перекладными телегами? И тебя не ограбили, не изнасиловали, не избили? Везёт дуракам, – ехидно произнёс я, ожидая гнева со стороны эльфийки, но она вдруг шмыгнула носом и заплакала.

– Эй, что с тобой?

– Я очень боялась. Я думала, все люди – дикари, но они меня угощали тем, что имели сами, дали одеяло и всё время шутили. Даже один ворчливый старик, который ругался на всех и бил палкой своего помощника, всего лишь давал советы.

– Да, хороших людей больше, но негодяи дольше запоминаются, – с ухмылкой произнёс я.

– Угу, – кивнула девушка и добавила: – Боюсь возвращаться домой. Я украла вещи и деньги. Сказала, что вернусь овеянная славой. А теперь понимаю, что просто дура.

Я вздохнул и постарался перевести разговор в другое русло.

– Ты хорошо говоришь по-русски.

– Бабушка заставила учить. Говорила, так надо.

– Так, денег у нас на вторую лошадь не найдётся. А вот на второе женское седёлко наскребу. Пристегну позади своего. Но сначала гномы и Яблоневка. А самое первое, что надо сделать, это лечь поспать.

Спать-то легли, но сон не шёл. Я долго ворочался, глядя то в бесконечное небо, то на фонари далёкой деревни, то на Кису. Эльфийка тоже таращила глаза, бесконечно зевая.

– А разбойники не погонятся? – тихо спросила она.

– Хотели бы, сразу пошли бы по следу конными с собаками, а если не пошли, то можно спасть спокойно. Сейчас они наверняка сидят в том же кабаке и обсуждают, как упустили лакомый кусок.

– Так уж и лакомый? – съехидничала девушка.

– Ну… – я задумчиво промычал, но так ничего и не произнёс.

Нечего произносить. Зато после протяжного зевка продолжила эльфийка:

– Да, бластер и золото дорого ценятся среди людей.

– Наверное, – пробормотал я и улыбнулся, ибо эльфийка уже сопела, укрывшись плащом.

Через десяток минут вырубился и я. Если что и снилось, то я не помнил. Просто закрыл глаза, проваливаясь во мрак, а следующий миг выпал из него в прохладное утро с сереющим горизонтом.

Я потянулся и встал, а затем, поглядел на укутавшуюся, словно, гусеница в коконе, эльфийку и обогнул стог сена, где сделал мокрое дело.

Гнедыш уже принялся жевать сено.

– Нам пора, – тихо произнёс я, наклонившись над девушкой, когда вернулся на место.

Она что-то невнятно пробурчала на эльфийском, а потом неспешно высунулась из-под края плаща. Её длинные ушки аж посинели от холода. Вообще, не представляю, как они морозы переносят, ведь должны остаться без ушей.

– Надо идти, – произнёс я.

Киса села и обхватила себя руками.

– Холодно. И куда можно в туалет?

– Можно прямо здесь, за стогом.

Пока шатающаяся и трясущаяся девушка пряталась от меня с другой стороны, делая своё мокрое дело, я быстро накинул на Гнедыша седло. А после выложил на небольшое полотенце, заменявшее скатерть, запас еды.

Поели. Запили холодной водой.

Пришло время собираться. Киса натянула на себя шапочку, спрятав уши и свёрнутые тугим узлом золотые волосы.

Я взял пучок сена, спалил его при помощи зажигалки, а затем нарисовал под глазами девушки тёмные круги, словно она оголодалая замухрышка. Так себе маскарад, но другого не имеем, не глаз же ей выкалывать. А уж уши точно не даст себе подрезать.