Курачоба

Когда дождь затих, не осталось практически ничего, только старая книга с пустыми страницами лежала на том месте, где недавно был её единственный читатель.

Воришка

Зрение напряжено до предела.

Непутёвый вор, забравшийся ночью в огромный прозрачный куб, ищет то, чем можно поживиться. Это место никем не охранялось, потому что, если посмотреть при свете дня, внутри ничего не было.

Но мысль о том, что это лишь иллюзия и там находится что-то ценное, однажды посетив, не покидала этого человека.

Не найдя другого способа проникнуть в сооружение, он дождался ночи и молотком пробил себе проход внутрь.

Убедившись, что никто его не услышал, он залез внутрь.

В самом кубе он не нашёл чего-то, на первый взгляд ценного, немного мусора, какие-то бутылки и не более того.

Пнув несколько таких бутылок от злости, неудачливый воришка пошёл обратно, чтобы вылезти из куба.

Но назад дороги он не нашёл. Лаз словно испарился.

Обойдя всю поверхность куба, испуганный уже человек не обнаружил того прохода, который он сделал.

Ударив несколько раз по поверхности изнутри, понял, что эти прозрачные стены стали гораздо прочнее и теперь ему с ними не совладать.

Устроившись на нижней плоскости куба, он стал ждать наступления утра, когда люди выйдут на улицу и заметят его.

– Я ведь ничего не украл и не сломал, мне ничего не будет, – так думал он, надеясь, что его выпустят отсюда.

Но утром, вместо восхода солнца и привычных улиц около прозрачного куба, он увидел совсем не то – поля, поросшие высокой зелёной травой, медленно расходящиеся по ней волны от ветра.

И ни одного человека вокруг.

По-настоящему испуганный, воришка молотил всем, что у него есть по стенам прозрачной ловушки, в которую угодил.

Его попытки выбраться оказались тщетными, до потолка ему было не достать, стенки куба невозможно было разбить, а пол представлял собой такой же твёрдый материал, а потому и тут выхода не было.

Сам не заметив своей усталости, он свалился на кучу мусора, что находилась внутри куба.

Уставившись в стеклянный потолок, воришка провёл остаток дня за наблюдением неба – правда, в отличие от обычного, его цвет менялся в зависимости от того, через какую грань куба он смотрел на него.

Немного придя в себя и воспользовавшись тем, что сейчас не было темно, он стал рассматривать внимательнее внутреннее пространство куба и всё то, что в нём есть.

Тем, что он поначалу принял за обычный мусор, оказалось вовсе не этим – старые листы, пожелтевшие от времени, хранили на себе древние письмена, которые он не мог прочитать. Ещё там лежали различные бутылки, самых разных форм, причём в каждой из них был закрыт какой-то предмет, вроде камешка.

Все эти мелочи он осмотрел с особой тщательностью, думаю о том, как использовать их для своего спасения.

Когда он подносил очередную бутылку к уху и потрясая ею, ему послышались возгласы на улицах, окрики и шум ветра. От этого всего ему было не по себе.

Это было тем, чего он лишился – мучимый жаждой и страдающий от одиночества, ему показалось, что стоит ему открыть эту бутылку, и он вернётся на шумную улицу родного города, и продолжит свой путь как ни в чём не бывало.

Взявшись за пробку, стал откручивать её, но у него не получилось сразу, же открыть её.

Слышал щелчки и обрывки случайных фраз.

Словно профессиональный взломщик, он ловил каждый звук и медленно поворачивал крышку, надеясь услышать щелчок, который ознаменует его освобождение из этого места.

Людские голоса стали громче и в какой-то момент, он почувствовал на своём лице легчайший порыв ветра…

Щёлк…

День отъезда

На привокзальной площади, продуваемой всеми ветрами, стояли провожающие и будущие пассажиры поезда. Все они укутались в свои утеплённые пальто и, придерживая головные уборы, норовившие улететь при каждом резком порыве ветра, ходили по площади, коротая время.

В воздухе стоял аромат еды, раннего утра и тот специфический запах вокзала, поездов и скорой поездки.

Солнце взошло, но его не было видно с площади из-за высоких зданий, окружавших её. Зато было отлично видно небо, по которому плыли расцвеченные в персиковые оттенки облака.

На улице так хорошо, что многие не заходят в само здание, внутри которого темно и мрачно, и предпочитают оставаться на улице разминаясь.

Кто-то из них отправится на поезде далеко отсюда, и ему предстоит многие часы практически не двигаться и смотреть в окно на проносящийся мимо пейзаж. А другим, наоборот, предстоит вернуться домой и остаться в этом городе, в привычной обстановке обыденной жизни.

Однако и те и другие испытывают странную грусть при мысли о своей участи. Каждому немного хотелось бы поменяться местами – уезжающим остаться здесь, а провожающим – отправиться в дорогу.

Но это было лишь мимолётным наваждением, которое рассеялось, когда объявили, что скоро поезд прибудет на станцию.

Все сразу же заторопились, собирая свои сумки и выдвигаясь к путям. Провожающие потянулись туда же.

Посадка прошла быстро, все излишне суетились, хотя знали о том, что остановка продлится целых полчаса и все успеют. Такими же смазанными получились прощания, неловкие объятия и пожелания счастливого пути. Когда каждый из пассажиров зашёл в вагон и занял своё место, эта торопливость показалась им смешной.

Поезд тронулся и поспешил вперёд.

Провожающие прошли до конца перрона, махая на прощание своим родным, а затем пошли обратно на вокзал, чтобы через него пройти в город.

Выйдя на площадь, они увидели, что солнце уже высоко и цвет облаков сменился с нежно-персикового оттенка на золотистый.

Небо так и манило к себе.

Грусть после прощания отошла и забылась, новый день обещал быть хорошим, и потому настроение улучшилось. Солнце, появившееся из-за туч, коснулось своими тёплыми лучами всех, кто был на привокзальной площади.

Сонливость от раннего подъёма пропала и птицы, расстегнув свои перьевые пальто, взмахнули крыльями и взмыли вверх.

Они летели над городом, который видели тысячи раз, но в этот день он показался совсем новым местом, словно они никогда не жили здесь. Именно в этот момент грусть оттого что они не отправились в путешествие, окончательно растворилась в полёте.

Возврат

Они шли по дороге с девушкой, смотрели на изумрудный занавес над их головами и болтали обо всём на свете.

Совсем забыв себя, о собственной робкой натуре, рассказывал небылицы, на ходу, приправляя их новыми подробностями. А она смеялась и подыгрывала ему, веселясь оттого, что им так хорошо вместе. Солнечный свет мягко согревал их, а впереди показался конец этой зелёной аллеи.

Через минуту они выйдут к зданиям и пойдут по пустым улицам, а несколько солнц будут согревать их.

Блестящие строения, уходящие высоко в небо, словно пронзающие их, создают множество бликов, каждый из которых имеет форму человека. Эти солнечные человечки также ходят по городу, делают только им ведомые вещи, но при встрече с так отличающейся от них парочкой, они не замечают их и просто проходят насквозь.

Приближаясь к центральной площади этого города, юноша затосковал и перестал говорить. Он и сам не мог понять, почему, но его настроение испортилось.

Там, куда они пришли, оказалась тёмная сфера, которая парила невысоко над землёй. Ощущение, что разгадка его плохого настроения приближается, усилилось в молодом человеке. Девушка крепко держала его за руку. Эта тонкая ладонь была тем, что давало ему надежду.

Многочисленные солнца, что стояли на небосводе, резко изменили своё положение и начали стремительно двигаться.

Для двух испуганных наблюдателей они завершили путь ровно позади тёмной сферы, да так, что их больше нельзя было увидеть. Такое наложение всех солнц изменило тёмную сферу.

Она окрасилась всеми известными цветами, что плавными линиями перетекали по её поверхности. Заворожённые влюблённые смотрели на эту сферу и даже не заметили, что наступила ночь, и на небе вспыхнули звёзды.

Но именно глядя на эти линии, он понял причину своей грусти.

Чуть холодная рука, что держала его, немедленно исчезла, и он почувствовал резкий аромат цветущей черёмухи.

Он все вспомнил, рванулся вперёд, но единственное, что ему удалось сделать, так это резко подняться в своей кровати закричав.

Схватившись за голову и пытаясь успокоить бешеное сердцебиение, вспоминал, что последним эпизодом из этого сна, были глаза той девушки, что испуганно смотрели на него и без слов выражали мольбу о помощи.

Окно в его комнате было открыто, и занавеска слегка шевелилась от лёгкого ночного ветерка.

Он встал, подошёл к окну и втянул в себя этот густой аромат черёмухи.

На улице никого не было, и только вдалеке горел одинокий фонарь, чей свет освещал зелёные ветви соседнего дерева.

Искренность

Шум на кухне разбудил всю семью в воскресенье.

Родители ещё несколько минут лежали в кровати, прислушиваясь, втайне надеясь на то, что им показалось и можно снова провалиться в такой желанный сон. Но нет, там гремела посуда, через который пробивался смех их дочери.

Заспанные, они открыли дверь на кухню и застыли от неожиданности. Вся она была наполнена натёртыми овощами и фруктами, покрошенными ленточками, различного цвета. Среди этих завалов лежала развалившаяся мебель.

А девочка сидела на высоком для неё стульчике и осматривала всё это великолепие и смеялась.

Родители стали расспрашивать её о том, что здесь случилось, и почему среди перетёртых овощей оказалась деревянная стружка, а на кухонном столе и стульях остались непонятные следы.

– Тёрки-улитки ползали здесь и всё это перетёрли, – таков был ответ девочки.

Она рассказала им, что очень рано проснулась и была голодна.

Тихо прокравшись на кухню, она налила себе сок и стала есть печенье, что хранилось на одной из полок, что располагалась высоковато для неё. Достав его, она забыла закрыть дверь этого шкафчика. Именно оттуда и появились улитки-тёрки.

Внешне каждая из них напоминала обычную тёрку, которую стояла тут же, среди кухонной утвари. Но они были живыми, ползучими созданиями, которые через открытую дверцу проникли сюда и начали ползать по всем поверхностям, и с противными звуками перетирали и обдирали все предметы.

Девочку они не трогали и чтобы хоть как-то отвадить этих улиток, она вытащила из холодильника перед ними все овощи и фрукты, которые смогла найти.

Они же немедленно набросились на угощение.

Именно в этот момент подпиленные тёрками ножки одного из стульчиков не выдержали, и он рухнул. От этого звука проснулись родители.

– Но куда они делись? – одновременно спросили мама с папой, что тревожно осматривали эту комнату и девочку, на которой действительно не было и царапины.

– Я не знаю, – тихо ответила она, – Может быть, уползли обратно.

Осмотрев всю кухню, они не нашли ни одной такой улитки-тёрки, а девочка заметно расстроилась из-за того, что ей не совсем верят.

Заметив это, папа и мама обняли её и сказали, что верят в её рассказ, попросив только, в следующий раз, сразу же позвать их, ведь им самим хочется посмотреть на такие удивительные и необычные создания.

С улыбкой на губах девочка вернулась в свою комнату и стала собираться на прогулку.

Мимолётность

Происшествие случилось на окраине города.

Заброшенный пустырь, ничем не огороженный¸ использовался только разве маленькими детьми, что иногда играли здесь.

Но в тот день туда сбежалось множество людей.

Ветер, окрашенный в различные цвета, и напоминавший скорее красочные потоки воды, своими порывами стремился к этому месту и стал постепенно формировать башню.

Каждый порыв, определённой длины, встраивался в структуру, как часть одной большой нитки.

Это продлилось несколько часов и ко времени завершения процесса, половина города стояла вокруг пустыря, а люди из соседних домов пускали к себе на балконы других, чтобы все могли на это посмотреть.

Башня росла, всё выше и выше, и наконец-то последний, тонкий, синего цвета порыв ветра встал на своё место.

Башня была завершена.

У неё не было входа, да и все опасались приближаться к искрящейся на солнце, разноцветной громадине.

Но ощущение, что всё это не конец, возникшее у зрителей, действительно оказалось верным.

На самом верху началось движение.

Ленточка золотистого цвета появилась неизвестно откуда и, пролетая мимо этой площадки, была подхвачена прозрачной и почти невесомой девочкой.

Она танцевала на самой вершине, рискуя каждую секунду свалиться вниз, и  все же сохранявшая равновесие. Дочь хрустального человека выпускала этот предмет из рук, и успевала подхватить его до того, как он унесётся прочь.

Движения были хаотичны, но в её танце чувствовалась радость, желание жить. В этой девочке каждый из наблюдавших это, увидел что-то родное. Счастливые улыбки и возгласы наполнили окрестности.

Вспомнив обо всём хорошем, что есть в их жизнях, люди сами захотели вот также танцевать. Устойчивость строения из цветного ветра перестала существовать.

В этот момент вся башня начала распадаться, как большой столб дыма, она стала стелиться по поверхности земли, на время, накрыв собой всех очевидцев.

С ними всё было хорошо, ароматы проходили сквозь них, а вереница цветов и оттенков проносилась так, что каждый запомнил этот момент на всю жизнь. Образы воспринимались не только глазами, но и другими органами чувств.