Сироты из Безнебесья, или Дети невидимого света

Терц Децимоль пересказал Марраку слова аби-хайят, а затем извлек из мешка, с которым пришел к Храму Нубенея, темно-синий окаменелый шар.

– Вот что случается в конце концов с их Пузырями, с их Умами, – сказал Марраку Терц Децимоль.

Он взвесил темно-синий бесцветный окаменелый шар, на котором даже не играли отблески света.

Маррак протянул к нему ладонь, и Терц Децимоль перепоручил шар Марраку – тот ощутил, что сфера, кажущаяся тяжелой, на деле совершенно невесома, будто воздух.

– Вот Сумрак, который растерял свои Свойства, – объяснил Терц Децимоль, хотя и сам не понимал, что это значит.

…Когда аби-хайят и Терц Децимоль отправились по тропе от тайномола, аби-хайят привел фальфа к святилищу в роще, где на алтарь были возложены вот такие сферы, оставшиеся от мушаафиров, что покинули здешнюю Камкарру и отлучились от ее Законов.

– Они истощили свой Сумрак, который содержал их в плену в Уме Рахакара! Это Даровало им Свободу.

Аби-хайят сказал фальфу, что если он нуждается в успокоении, то ему следует поторопиться с тем, чтобы рассеять сформировавшийся барьер и провел рукой, совершая опоясывающее движение:

– Здесь, да, здесь…

Для совершения этого аби-хайят направил Терц Децимоля в одиночную келью их тайномола, где фальф по предписанию служителей произносил сложные звукосочетания, вибрации которых пронизывали его тело и ум.

Когда же он завершил назначенное, то вышел из краткосрочного затворничества своего, а затем на несколько месяцев слег с лихорадкой, ибо последовало рассеяние остаточных форм барьера и излилась на свободу сдерживаемая энергия.

Когда же ему сделалось лучше, аби-хайят и Терц Децимоль вновь отправились вдвоем по тропе в горы.

– …только тому, кто идет путем аби-хайят, – сказал служитель, – открыт справедливый взгляд на то, что существование мирозданий, отделенных от Филактери, неосуществимо, ибо только Филактерь содержит в себе то Истинносущее, что более не содержится нигде!

Светоносная форма мушаафиров и мы, аби-хайят, никогда не предпринимали попытку Строительства Изолированных от Филактери Мирозданий, а индивидуальный взгляд на мир – это всего-навсего кривое зеркало иллюзии, которой недоступно воспринимать Филактерь в ее ослепительном Единстве.

Филактерь – это наше Прибежище, восприятие ее сравнимо с ощущением того, что ты находишься за стенами нерушимой крепости, что ты защищен высшей Силой, которая не ограничивается никем и ничем.

…По словам аби-хайят, я, Терц, Децимоль, не сумею воспринимать Филактерь в Единстве, ибо еще никогда не принимал Участия в Истинных Делах Наивысшего Тела Совершенного Учения, которому одному наравне с Хатхагатой доступно восприятие Цельной Нерасколотой Филактери и ее Даров.

– Однако твой срок, фальф Терц Децимоль, – сказал ему аби-хайят, – уже близится к крайнему.

И время твое истекает, потому ты направился в наш тайномол для успокоения у Высшего Мушаафира.

Знай, что мушаафиры никогда не учили аби-хайят задерживаться подолгу в Убранствах для Тел наших Истинных, сколь бы красивы эти Убранства не были и сколь сильно мы не привязались бы к ним!

Мушаафиры учили нас пользоваться Телами как Учением, которое дано нам самим Хатхагатой. И воплощать его в жизнь.

Ибо лишь только употребленная в Учение Жизнь не прожита зря, и Тело такой Жизни есть Чистое.

И мы обязуемся возвращать Добродетельный Огонь нашей Камкарры в материи Движущегося Колеса, порожденные Здешними Законами его, ибо из материи происходят Убранства Тел, туда же и вернутся:

– Прах к праху, как говорят.

Я скажу тебе здесь, сын фальфов Терц Децимоль из Гудальданна, аби-хайят стремятся к тому, чтобы возвратить свои Убранства Ожившего Праха во Прахи Земли в подобающем Обличье, преобразив их прикосновением Силы.

– Но… зачем? С какой целью…

– Мы, босоногие аби-хайят, ступаем по Земле осторожными шагами повсюду, куда бы не направились, не производя лишнего шума здесь, мы бережем и охраняем Землю повсюду, где живем.

Как бережем и охраняем Тела свои, ибо они часть Земли.

Мушаафиры и наш коренной Учитель Скагеррак научили нас наносить защитные знаки, руны и иероглифы, которые пробуждают Древние и Дремлющие Силы, заложенные в Активе самой Природы.

Мушаафиры поспособствовали восстановлению целостности природы, вернув силу утраченным связям и запустив старые благотворные реакции.

Но не все то, что мушаафиры принесли в Камкарру, было способно тут к воспроизведению физически, нет, некоторые их абстракции были сложны и многомерны.

Однако стремление к совершенству, заложенному в идеях и идеалах, и замыслах, да, стремление к этому застывшему совершенству прослеживается во всякой форме, которой они коснулись.

Был период, когда мушаафиры сделались кровью и плотью, а свет потускнел в них, тогда они постигали взаимосвязи и взаимодействия иными методами, практикуя раннюю смерть, умерщвляя себе подобных.

А в пищу мушаафиры употребляли исключительно травоядных зверей, оленей, лосей, лам или рыбу, но само умерщвление для них оставалось настоящей церемонией, проводившейся в благоговейном молчании и пронизанной возвышенными ритуальными смыслами, а всякое употребление мяса в пищу являлось восторженным и в то же время глубокомысленным пиршеством, где мушаафиры делили с природой дары и знания ее.

Мушаафиры всячески старались сберечь природу и окружить себя ее великими дарами, ибо только через Землю они могли возвратиться туда, откуда пришли.

Подобно мушаафирам периода плоти и крови аби-хайят теперь живут и рождаются, чтобы помогать природе, защищать Землю, потому что Земля – это наше кладбище.

А Чистота Земли здесь – это наш Выход в Чистоту Большую, которая за Пределами Земли!

В ее Малых Формах мы схороним Убранства свои преображенные, ибо от Малых Форм получили их.

В случае же сошествия чистилищного Пламени в момент Вознесения наши Убранства обращаются в Дух, который изначально даровал тут для Малых Форму…

И Терц Децимоль рассказывал Марраку о том, чему его научил аби-хайят.

– Для мушаафиров, как и для последователей учения их, первостепенную роль играет соблюдение чистоты окружающего их мироздания и мироздания внутреннего, ибо то, что Осквернилось и подверглось Порче в Сущности своей оскверняется и портится, а потому более не является Зеркальным Отражением Изначальных Сил.

А значит, не является и Выходом из Зеркальных Лабиринтов Ложной Филактери и ее Камкарр.

У аби-хайят существует предание о Сумрачном Мушаафире, который явился в Древние Времена.

Он по собственной воле вошел в Сумрак, когда тот был Осквернен и находился во власти Больших Форм, они поработили его, взяв его Силу.

В ином обличье и под иным именем Сумрачный Мушаафир возвратился в здешнюю Камкарру много лет позже.

Тогда Камкарра порождала волей Больших Форм минерал, известный как Сумрак.

Минерал этот порождался Землей, но не был сформирован в ее недрах.

И через этот коррумпированный минерал Земля под ногами и даже небо над головой неестественно обезобразились, Земля была непригодна для умирающих, однако Сумрачный Мушаафир совращал блуждающих предаваться смертному уделу.

Сумрак же использовался Ложными Господами из Больших Форм, которые наполнили его собой.

И через Сумрак они наполняли атмосферу семенем ложной жизни, которая хуже смерти, они подчинили здесь Законы, а через них и Камкарру – и смердящие выделения темного минерала раскалывали мякотную плоть попорченной земли!

Малые Формы совращались ложными Учениями, каждый Аспект Тела Совершенного Учения отдалялся от Камкарры.

Одно отражение подменяло другое, и Умы Малых Форм были заперты в Зеркальном Лабиринте.

Убранства их Тел сочились нечистотами, а Сумрачный Мушаафир в испачканных обносках блуждал по Земле, совращая сломленные народы.

Они не умели возвращаться в Чистую Землю, их грязные Умы Служили тем Идолам, которых они сами сотворили…

И в конце речи аби-хайят обратился к Терц Децимолю, сказав такие слова:

– Ты знаешь, фальф, что мушаафиры являются к тому, кто взывает к ним, дабы даровать ему безболезненную и спокойную Смерть среди Высшей Чистоты, отделить Дух его от Убранств его, сопроводить Истинносущее Тело его к Сиянию Изначальной Филактери, а не к тому ложному отражению, захваченному Движущимися Колесами Камкарры!

И мне ведомо, фальф, что и ты, подобно старым и больным от народа твоего, пришел сюда с тем, чтобы искать проводников… туда!

Сумрачный Мушаафир творил противоположное тому, чего ты ищешь здесь.

Высший Мушаафир, чье имя Хатхагата, высший хозяин здесь и высший гость! Он творит то, что ищешь ты.

К нему идут фальфы и брусбарты, даже звери, состарившиеся и больные, не способные более охотиться, каждый приходит умирать в свете высшего Мушаафира, ища для себя покоя и освобождения Духа от Тьмы Закона!

Однако находятся и те, что по сей день для себя ищут покровительства Сумрачного Мушаафира.

Пойми, что это те существа, которые Желают сохранить на Будущее свои Отражения среди Больших Форм – они ищут Будущего Воплощения здесь для Себя!

А чтобы воплотиться им, они ищут для себя Служителей, готовых пожертвовать им Силу!

До тех же пор отражения Сумрачного Мушаафира, Больших Форм и последователей их остаются запертыми, как в шкатулке с фальшивыми драгоценностями, в неизрасходованном Сумраке, здесь, в Камкарре! В нашей и иных.

А преобразовать Сумрак способно только прикосновение истинной Силы!

Потому мушаафиры и отлучились от Камкарры, ибо они есть здесь те, кто Порождают Сумрак и Опасности Его.

Они имеют в себе Знание, которое – есть Сумрак, и они хранят запертые и запретные Сокровищницы внутри Себя!

Когда же аби-хайят договорил это, то замолчал и вернулся в тайномол, а Терц Децимоль следовал за ним.

В ту же ночь Терц Децимоль был разбужен одним из аби-хайят, который тайными путями сопроводил фальфа из тайномола.

В застывшем воздухе стояла абсолютная тишина, однако вскоре среди звука собственных шагов и сердцебиения Децимоль услышал отдаленные яростные голоса, тогда он нагнал аби-хайят, чтобы спросить, что случилось в тайномоле?

Но аби-хайят не стал отвечать Терц Децимолю, а только поторапливал его.

Но Децимоль, кажется, знал, что происходит в тайномоле.

Когда же аби-хайят сопроводил его, он встретился с тем, кто учил его и рассказывал ему о Сумрачном Мушаафире, о Высшем Мушаафире, о Чистых Землях… и тот улыбнулся Терц Децимолю.

Он сказал, что те, кто пришли в тайномол…

– …убьют здесь каждого аби-хайят, но не найдут того, чего ищут!

Терц Децимоль спросил, что ему сделать для них?

Но аби-хайят прервал его, сказав:

– …прятаться, а затем уйти и не возвращаться в Гудальданн, – на подробные объяснения времени не оставалось и Терц Децимоль послушался аби-хайят.

– Прячься здесь, да, они не найдут тебя!

И, прежде, чем уйти, аби-хайят изрек следующее:

– Пойми, фальф, твоей вины нет здесь!

Я хочу, чтобы ты обрел успокоение и был Благословлен Высшим Мушаафиром, потому я говорю так – не брезгуя, ступай босоногий, как аби-хайят, по всякой почве и по воде, по горячей ли, по холодной ли, по мягкой ли, по твердой ли, усеяна ли она шипами или же крыта шелками, растут на ней цветы и травы или же грудятся кости и черепа мертвецов, и даже по той земле ступай босяком, что будет пропитана нашей кровью, это будет твоей Добродетелью, иди вопреки тому, что тебя гнетет!

Ибо Земля это Голова Высшего Мушаафира, а существа ее это воплощения Замыслов Его!

И если Действия и Поступки нас, сбитых с толку, будут противоречить Замыслам Его Благородным и нести вред Земле, обезображивая ее, то Подложный Разум Высшего Мушаафира будет окутан Головной Болью, и мы потеряем связь с ним, а он утратит связи со всеми нами!

Потому иди босоногий, ощущая Землю под ногами как живое существо, не брезгуя нечистотой здесь…

И когда Терц Децимоль услышал эти слова, то погрузился в странное состояние.

И, выйдя из него, он покинул тайномол, усеянный трупами аби-хайят, направившись прочь от Гудальданна, далеко-далеко.

Так он пришел к Храму Нубенея, куда его привлек дым погребального костра Маррака.

– За каким же проступком своим ты ощущаешь вину? – поинтересовался у фальфа старый брусбарт.

Прежде того Терц Децимоль коротко обмолвился, что родился и вырос в Гудальданне, в левом новосветском получашии.

Покидая же Гудальданн он знал, что в городе по затее фальфов-фанатиков зреют антихайятские настроения.

Хотя сам Децимоль даже не подозревал, что они столь скоро обретут смертоубийственное обличье.

– Не знаю я, известно ли тебе, учитель Маррак, какую роль в становлении культуры и мировоззрения фальфов сыграли мушаафиры?

Однако теперь я скажу лишь кратко о том, что фальфы – страшатся смерти!