Серая чума

- Я что двое суток без сознания провалялся? – Удивленно спросил граф, сам он от себя такого совершенно не ожидал.

- Чуть меньше, - кивнул маг.

- Что произошло, ничего не помню, - в голосе больного явно слышали нотки сожаления. Не понятно было только сожалел он о совершенном или о том, что подробности не задержались у него в голове.

- Сначала ты выступил перед своими последователями, всех благословил и позвал на первую службу в новопостроенный храм.

- Первую часть помню, а дальше все как в тумане, - признался Серов.

- А дальше, - голос мага стал серьезным, - дальше тебя буквально на руках понесли в город. Толпа твоих, хм… Последователей набилась в храм, причем никого постороннего они так и не пустили внутрь. А спустя несколько часов тебя оттуда вытащили в бессознательном состоянии.

- То есть ты не знаешь, что там внутри происходило?

- Ну как не знаю… - Отвел глаза в сторону маг, - слухи-то по городу уже пошли.

- И? Чего ты тянешь?

- Говорят ты там проповедовал и лечил людей, - с сомнением в голосе ответил Ариен.

- Я?! Лечил?

В этот момент в комнату ввалился Жерард и на некоторое время диалог пришлось прервать для оказания помощи пострадавшему телу. Впрочем, и тут все оказало не так гладко: привыкший уже к тому, что целительская помощь – средство ультимативное, способное справиться с любыми болячками, Серов в определенный момент обнаружил, что манипуляции мага не приводят к желаемому эффекту. Нет, стало определенно лучше, ушла сонливость, получилось наконец открыть полноценно глаза, вот только головная боль и слабость по всему телу никуда не делись.

- Не понимаю, - удивленно пробормотал Жерард спустя пару минут манипуляций. Белое свечение обширным потоком исходящее из его рук привычно впитывалось в тело больного, но результата это не приносило. – Не получается. Энергия уходит как бездонный колодец. Этого хватило бы чтобы одной ногой ушедшего за грань вытащить обратно, а уж с обычной головной болью справиться - так и вообще.

- Глянь на ауру, - с заметным напряжением в голосе отозвался огневик, отошедший чтобы не мешать к окну, но внимательно наблюдающий за процессом.

- Странно, - удивленно пробормотал парень, проморгавши и еще раз внимательно осмотрев пациента с головы до ног. – Все в порядке. Судя по тонкому телу вы полностью здоровы, ваше сиятельство, ничего не должно болеть.

- Это что я придуриваюсь, что ли по-твоему? - Возмущенно вздернулся Александр после чего зашипел от накатившей вновь головной боли и медленно опустился обратно на подушки.

- Тихо, тихо, не шуми, - Ариен подошел в постели, и хлопнув целителя по плечу, глазами указал ему на дверь. Тот молча кивнул, и так же ничего не говоря вышел из комнаты.

- Я так понимаю, что ты что-то знаешь? – После нескольких десятков секунд молчания, подал голос Александр. Он приоткрыл один глаз и старясь не шевелиться скосил его в сторону мага.

- Что-то знаю, - согласился Ариен, однако сразу отвечать на невысказанный вопрос не стал. Вместо этого он подошел к шкафу, в котором у графа стоял «оперативный» запас алкоголя, открыл дверцу и критически осмотрел содержимое. Задумчиво почесав двухдневную щетину, маг остановил свой выбор на бутылке с легким красным вином, зубами, совершенно по-пролетарски, дернул пробку и набулькал себе грамм сто во взятый тут же бокал. Подготовившись таким образом к разговору, огневик умостился на стоящий возле тахты стул и спросил. – Ты никогда не задумывался о природе божественных сил?

- Ч-что? – Не ожидавший такого захода Серов от удивления даже начал заикаться. – О чем ты?

- Человеческая вера – это не просто слова, это самая настоящая сила. Именно эта сила подпитывает богов, собственно на ней и основывается само существование божественных сущностей. Чем больше у божества последователей, тем он сильнее, а когда последователи забывают о своем покровителе, оно хиреет и гибнет.

- Ты это к чему? – Голова графа все еще работала со скрипом, однако направление разговора, заданное магом, совершенно точно ему не нравилось.

- На самом деле божественные сущности не обязательно всемогущи и повелевают мирами по одному своему желанию, - Ариен закинул ногу на ногу и включил режим «профессора» на что Александр, видевший друга в таком состоянии не один раз, только тихонько застонал, попытавшись натянуть теплый клетчатый плед на голову и таким образом спрятаться от научной лекции. Безуспешно естественно. – Взять для примера наших серокожих друзей, которые торопятся к нам в гости с востока. Вероятно, о системе их верований ты ничего не знаешь, а зря. Поклоняются орки духам предков. Причем как всем вместе, так и отдельным героям, память о которых им удалось сохранить. Сделать это, надо признать, учитывая их неспокойный образ жизни, далеко не всегда просто.

- Что ты хочешь этим сказать? – Вновь подал голос граф, однако так просто мага было уже не остановить. Ариен воспользовался секундной паузой чтобы глотнуть вина и продолжил.

- Поскольку духов предков у орков много, а сами племена серокожих не могут похвастаться слишком уж большой численностью, каждой отдельной сущности достается откровенно немного веры. Поэтому и шаманы, являющиеся по сути жрецами и работающие с заемной силой, реальной опасности для хорошо обученных магов не представляют. Во всяком случае я не знаю ни одного случая, когда эти проводники воли духов встретились бы на поле боя с боевыми магами и вышли бы победителями. К той же категории можно отнести всяких там духов места или природы. Они так же имеют божественную сущность, хоть их возможности весьма и весьма ограничены. Вопрос тут исключительно в самом факте веры.

- Ты хочешь сказать, что я – бог? – С трудом сумев выговорить подобную ересь, уточнил Александр.

- Ну не прям БОГ, - маг выделил интонацией последнее слово, - а так – мелкая божественная сущность. Понимаю, звучит как бред, однако все признаки на лицо.

- Какие признаки? – Простонал Серов, чувствуя, что его голова сейчас лопнет.

- Ну, во-первых, - огневик начал загибать пальцы, - ты, человек совершенно не способный к занятию магией, у тебя для это просто способностей нет, тем не менее творишь чудеса. И этому есть свидетельства, отпираться тут бесполезно. Во-вторых, сегодняшняя ситуация: тебе плохо не потому что с телом проблемы, а потому что «божественная» часть, перетрудилась. Слишком много новых последователей – перебор с верой и с возвратом ее людям. Ты этого конечно же не помнишь, однако позавчера излечил троих бедолаг, за которых даже Жерард – впрочем, это как раз не показатель, ему еще учиться и учиться до нормального целителя - не взялся бы. Одному восстановил зрение, другому отрастил три пальца на руке, а последнему вернул способность ходить.

- Не может быть! – Александр аж вскинулся, забыв про свое состояние.

- И тем не менее это так, - покачал головой маг, заметив гримасу боли на лице друга. – Я что-то подобное начал подозревать еще весной. Помнишь, как мы с храмом забытого божества разбирались? Никто – ни я ни другие маги – ничего не чувствовали, что, если подумать, достаточно логично. Человеческая магия и божественные деяния имеют совершенно разную природу. Можно даже сказать противоположную. Впрочем, на этот счет есть много разных теорий, не буду тебя грузить философией.

- И что делать? Как мне дальше существовать?

- Ну, - маг сделал еще один глоток вина и поставил пустой бокал на стол. – Тут все просто. Никаких гениальных советов я тебе не дам: учись пользоваться своими силами так, чтобы не лежать потом пластом. Дозировать воздействия, аккуратнее творить чудеса. Увеличивать, опять же количество верующих, это соответственно увеличит возможности.

- Что-то мне не очень хочется, всем этим заниматься, - пробормотал Серов, «поймав» очередную волну головной боли, прокатившуюся от лба к затылку. – Давненько мне не было так плохо. Еще и целитель помочь не может, это уж совсем ни в какие ворота не лезет.

- Тут вот какое дело, - нахмурился Ариен, - я точно не помню, нам в Академии что-то такое читали на лекциях, по поводу божественных сил, но… Но то ли я тогда прогулял, то ли просто уже выветрилось из головы, уже чуть ли не десять лет прошло. В общем, я попытаюсь достать кое-какие книги и освежить знания.

- Короче!

- Короче, - маг задумчиво прикусил нижнюю губу, - дело кажется в использовании божественной силы напрямую. Вроде как не очень это хорошо. Противоречит самому естеству мира, и поэтому реальность сопротивляется. Вот почему боги редко – почти никогда, на самом деле, - вмешиваются в жизнь людей сами. Вместо этого они наделяют силой своих последователей – жрецов там всяких, святых и так далее. И вот они уже могут использовать заемную силу достаточно спокойно, не беспокоясь о последствиях. В крайнем случае бог может создать аватара.

- Аватара? – Переспросил Серов, чувствуя, как мозг начинает кипеть от обилия плохо усваиваемой информации.

- Да, - кивнул огневик. – Это так в двух словах не объяснишь, да и тебе пока не слишком важно. Если кратко, то для особо важных случаев божество может отделить часть своей силы и придать ей форму человека. Возможности такого аватара будут ограничены естественно, однако так можно влиять на происходящее, не полагаясь на ненадежных жрецов. Не забивай себе голову, тебе до такого еще очень далеко.

- Все, - граф обреченно махнул рукой. – Вали отсюда, мне нужно это дело переварить. Никого не хочу сегодня видеть.

- Выздоравливай, - сочувственно покачал головой маг, который как никто другой знал, что такое энергетическое истощение и примерно представлял, что друг сейчас чувствует. – Скажу, чтобы тебя не трогали.

Тихо щелкнула дверь, закрывшись за ушедшим огневиком, оставив молодого бога наедине со своими переживаниями. Свой внутренний мир ему никто привести в порядок уж точно не был в состоянии помочь. Есть вещи, с которыми справиться человек может только сам. Даже если он бог.

Глава 2

Граф сидел верхом и наблюдал как его воины бодро шагают на северо-восток для соединения с войсками союзников. Бойцы, проходящие мимо правителя, молодцевато выпячивали грудь, вскидывали в воздух оружие и вообще старались принять максимально воинственный вид.

Копейщики, арбалетчики, мушкетеры. Конница - своя и союзная, - артиллерия, обоз. Всего под рукой Александра, после того как он выгреб кого только мог, оставив замки и города практически без защиты, собралось чуть ли не две с половиной тысячи человек. Кроме своей дружины, усиленной, как и планировалось, новиками, Серову все-таки удалось выбить из западных соседей дополнительные контингенты. Для этого оказалось достаточно показательно сжечь один замок, чтобы остальные бароны впечатлялись и «пожертвовали» в «фонд коллективной обороны» по половине имеющихся бойцов каждый. Такой маневр дал графу еще две сотни относительно качественной конницы, что, учитывая потери в последней войне, было совсем не лишним. Ну и обеспечил безопасность западных границ герцогства за одно.

Лошадь, до того смирно стоящая под седлом, копнула утрамбованный снег копытом и нетерпеливо всхрапнула. Серов наклонился вперед и погладил ладонью в кожаной перчатке скакуна по шее.

- Тихо, тихо, сейчас тоже двинем, - четвероногий транспорт недоверчиво скосил глаз на седока, повел ушами, но дергаться перестал.

С восточными соседями же договориться оказалось еще проще. Общая угроза, мгновенно отодвинула в сторону бывшие не давно крайне острыми разногласия, и на время позволила забыть о старых обидах. Почти как во время «водного перемирия» из Киплинга, еще вчера грызущиеся соседи мгновенно находили общий язык и тянулись друг к другу чтобы совместно противостоять общей угрозе. Сосед он конечно гад, но жить с ним рядом вполне возможно и даже как-то договариваться. А вот с орками договориться – это задачка совсем другого порядка.

Понятное дело, доверять до последнего Серов ни графу, ни баронам, образовавшим оборонительную коалицию, не собирался. То, что они воткнут нож в спину при первом же удобном случае, было понятно и так, это, можно сказать, подразумевалось по умолчанию и учитывалось при составлении планов.

Переговоры прошли быстро и, как написали бы в какой-нибудь газете, издавайся такая в графстве, «при полном взаимопонимании сторон». В итоге договорились устроить большой сбор общего войска пятнадцатого числа первого месяца возле моста через Лайю на границе баронств Миамс и Голван. Туда же должны были подойти отряды и других феодалов из тех, кто согласился поучаствовать в обороне Вольных Баронств, а также ополчение вольного города Коркост.

Горожане не слабо пострадали во время предыдущего набега, потеряв значительную часть самых боеспособных сил, и как следствие – лишились части земель на правом берегу Лайи. И, однако, вариантов отсидеться у них все равно не было. Это на какой-нибудь небольшой, но хорошо укрепленный замок, с которого прибыли никакой, одни убытки, орки могут махнуть рукой. А вот относительно большого и относительно богатого города, где точно есть чем поживиться серокожие точно не пройдут мимо, и к гадалке не ходи.

«Рыжие» пообещали выставить на поле боя четыре с половиной сотни конных и полторы – пеших. Граф Орфален, гарантировал тысячу двести бойцов, учитывая контингенты вассалов и городское ополчение Корсанта, что делало общее среднее «качество» этой армией величиной весьма и весьма загадочной. Про дружины остальных потенциальных союзников было известно и того меньше, но все же Александр рассчитывал, что тысяч хотя бы до шести дотянуть общую численность войска удастся, и это в общем-то давало определенные шансы на успех.

- Всё, все прошли, - выдернул из пучины рассуждений своего сюзерена Элей. – Можем тоже двигаться.

- Командуй, - кивнул Серов и тронул пятками лошадиные бока. Та было дернулась припустить во всю прыть, однако натянутые поводья притормозили скакуна, заставив идти шагом. За ним тут же двинулась «группа поддержки»: десяток личной стражи во главе с перевертышем, который за эти два месяца в целом пришел в себя, наобщался с семьей и был готов вновь заняться делом, и десяток «храмовой стражи», которую графа тоже буквально заставили взять с собой. Не для участия в бою естественно, а для рекламы учения среди солдат других феодалов. Для этого же с армией отправилось несколько проповедников, собирающихся нести слово истины людям за пределами графства.

Причем, не смотря не всю религиозную терпимость местных, Серов подозревал, что уйдут эти миссионеры исключительно до ближайшего дерева, на котором их и повесят. Одно дело проповедовать за какого-то абстрактного бога, который себя практически никак не проявляет. Один, другой, третий, какая в общем-то разница, пока это непосредственно не влияет на повседневную жизнь. И другое дело – агитировать за поклонение соседнему феодалу, пусть даже самому крупному в этой части баронств. Тут вопрос из религиозного мгновенно становится политическим и начинает пахнуть попыткой сначала культурного, а потом и физического захвата. Впрочем, такие мелочи, как возможность сложить голову, религиозных фанатиков никогда не смущали, этот случай тоже не был исключением.

Путь на север во владения графа Орфален занял добрых пять дней. Неожиданно снежная зима делала перемещение больших масс людей делом достаточно сложным, и вообще крайне отрицательно влияла на логистику. Оставалась надежда, что оркам, двигающимся по еще менее заселенным землям на востоке, доставалось от природы куда сильнее. Серокожие традиционно мало внимания уделяли обозам, рассчитывая захватить все что нужно на месте. По слухам, впрочем, это не точно, кочевники не брезговали при необходимости возможностью и человечиной подзакусить, что мгновенно делало теоретическое попадание к ним в плен максимально сомнительной перспективой.

- Расскажи подробнее об орках, - неторопливо покачиваясь в седле, обратился Серов к барону Терс, молчаливо едущему рядом. Из всей верхушки графства он встречался с кочевниками чаще всего, и по умолчанию стал как бы главным по ним экспертом. – Чего от них ждать? Как ты оцениваешь наши шансы?

- Орки… - Задумчиво пробормотал рыцарь, - ничего сверхстрашного от них ожидать не стоит. Да они здоровенные и сильные, а когда впадают в ярость, то остановить их очень сложно. Но вот, например, в плане оружия и брони кочевники нам очень сильно уступают.

- Подробнее?

- Насколько я знаю, у серокожих все плохо с металлургией – просто в степи нет достаточного количества дерева для крупного производства железного оружия. Его они покупают у гномов и иногда у людей, живущих на правом берегу Кель.

- С дикарями есть торговля? – Александр удивленно вздернул бровь. Собеседник кивнул.

- Это естественно не приветствуется, все понимают в чью сторону это оружие рано или поздно будет направленно, - барон Терс грустно улыбнулся. – В империи вообще существовал запрет на продажу серокожим любых изделий из железа, но… Сейчас на это естественно никто внимания не обращает.

- И чем орки расплачиваются?

- Скот, - в основном. – Выделанные шкуры, мясо, одежда из кожи, обувь. Кое-какие лечебные и магически травы, растущие только в степи, вроде как неплохим спросом пользуются магические тотемы, что их шаманы делают. Еще ходят слухи, что где-то далеко на юго-востоке, на отрогах гоблинских гор, орки сумели наладить добычу рассыпного золота.

- Золото, - хмыкнул Серов. По ровной, утрамбованной тысячами ног дороге ехать было одно удовольствие, температура держалась в районе минус пяти градусов, светило солнышко, в общем, если бы не приближающаяся орда с востока, жизнь бы была совершенно прекрасна. – Золото застилает глаза многим. Естественно, никто на старые запреты в таком случае обращать внимание не будет.

- Естественно, - кивнул барон. – Впрочем, нужно признать хорошего оружия у орков не так много. Степь большая, родов в ней много, они постоянно торгуют и воюют между собой, часть железа при этом теряется, часть ломается, а часть – естественным образом уходит дальним родам, которые кочуют далеко от нас. Поэтому большинство воинов степи вооружены чем попало: дубины, топоры, короткие копья. Очень луки любят, стреляют хорошо, этого не отнять. Из защиты – почти у всех есть большие шиты из клееной в несколько слоев кожи. Они конечно тяжелые, как совесть предателя, но учитывая большую силу серокожих, они вполне могут себе это позволить. Из нательной брони они редко что используют: кожаные куртки с нашитыми бляхами, часто такие же наручи. Шлемов не видел ни разу. Ну и поскольку сейчас зима, то все дикари будут в куртках и штанах на меху и, зная то, как они все делают, такую одежду тоже вполне можно считать защитной. С другой стороны, есть у них и свои богачи у которых и мечи из хорошего железа и кольчуги и даже, говорят, пластинчатые доспехи иногда попадаются.

- Звучит не очень грозно, - пожал плечами Серов.

- Ну да, - хмыкнул барон. – Вот только обычно человеку хватает одного-двух ударов, чтобы отправиться на встречу с богами по причине проломленного черепа или раздробленных костей. И совсем не важно при такой силе, бить будут мечом из дымчатой стали или кривой оглоблей – результат, в общем-то, одинаков.

- А ты много раз сталкивался с орками? – Сзади подъехал Элей, услышав интересный для себя разговор, - я-то всего пару раз встречался, и надо сказать, мне более чем хватило.

- Так чтобы с большой ордой – всего один раз, чаще с мелкими отрядами, которые переправляются на наш берег в поисках добычи и пленных, - барон пожал плечами. – Лет пятнадцать назад, серокожие знатно пошалили в баронствах. Мы тогда замок родича одного защищали, верст под сто отсюда будет. Целый месяц за стенами отсиживались, пока эти твари округу зорили. Выйти бы да надавать горячих, но куда там. Нас восемь десятков бойцов было, половина раненных, и куча сбежавшихся со всей округи крестьян за плечами, а орков – видимо не видимо.

- Не слишком весело звучит, - покачал головой Элей.

- Так и есть. Под конец уже лошадей доели и думали начинать сапоги варить, но тогда обошлось: подошло соединенное войско нескольких окрестных владетелей, и дикари не решились принимать бой. Просто отошли в лес, где конным их было не достать и, забрав добычу, потом вернулись к себе за реку.

- Ну вот именно так оно чаще всего и бывает, - согласился коннетабль графства. – Ловишь их ловишь, а они как вода в любую щель просачиваются.

- Поэтому я и хочу подловить их и дать бой, пока орки еще не успели рассыпаться на мелкие отряды, а то потом гоняться замучаешься, - подвел черту под разговором Александр.

К моменту подхода армии Александра в районе моста через Лайю уже расположился большой военный лагерь. Ну как лагерь, бессистемное нагромождение палаток, шатров, обозных телег и костров, вокруг которых сидели и грелись бойцы, достаточно сложно было именовать таким громким словом. Более того, владетели даже не пытались создать вид хоть какого-то единства. Каждый барон обустраивал как бы свой отдельный палаточный городок, четко держа дистанцию от всех остальных и подчеркивая таким образом свое независимое положение.

- Знакомая картина, - криво усмехнувшись покачал головой Элей. – Готов выступить в качестве пророка и с уверенностью заявить, что согласовать совместные действия будет очень сложно. Думается, что, если у тебя получится, это будет воистину героическое деяние, достойное попадания в летописи.

- Все так плохо?

С высоты пригорка на который выехала тройка военных руководителей похода была прекрасно видна небольшая в несколько десятков дворов деревенька на берегу реки, каменный, что характерно, мост по зимнему времени никакого стратегического значения не имевший и достаточно внушительный замок на том берегу. Лайа в этом месте сильно изгибалась, образуя петлю – «меандр», - всплыло откуда-то из чертогов разума попаданца научное слово – прикрывая замок с трех сторон и оставляя достаточно неширокую полосу земли, по которой в летнее время можно было подойти к твердыне с восточной стороны. Учитывая такое расположение, это, возможно, был самый защищенный замок, виденный Александром в этом мире. Дорога, чернеющая среди покрытых снегом полей, петляя уходила вниз к деревне, пересекала реку и терялась из виду где-то под сереющими стенами каменной крепости.

- Даже хуже, чем ты думаешь, - подал голос барон Терс. – Видишь вон те островки с краю, над которыми вьются флаги. Красный и зеленый с золотой полосой.

- Вижу, - кивнул граф.

- Это бароны Сальвин и Руфало. Вассалы графа Орфален, но встали почеркнуто отдельно. Значит позиции нашего недавнего противника весьма и весьма слабы. Если уж даже вассалы, находящиеся на его восточной границе и, соответственно, максимально заинтересованные в успехе сего мероприятия, позволяют себе показательную фронду, то дела у графа более чем паршивые.

- И что из этого следует?

- Из этого следует, что полагаться реально можно будет только на свои силы. Впрочем, - мозг барона на ходу уже прикидывал возможные дипломатические расклады, - может и получится выступить центром притяжения для всех более-менее адекватных сил.

- И ладно, - махнул рукой Серов. – Зато сразу будет понятно, с кем можно иметь дело, а с кем - нет. Мой отец всегда говорил мне: «сынок не имей дела с идиотами». И я по жизни стараюсь следовать этому правилу.

Спутники графа многозначительно переглянулись, о своей семье и вообще своем прошлом тот практически никогда не рассказывал. Даже Ариен, который единственный знал их сюзерена до появления того в вольных баронствах, практически ничего не мог в этом плане прояснить.

Следующие несколько часов были наполнены бытовыми и хозяйственными делами. Серов не стал мудрить и тоже приказал разбивать лагерь на некотором отдалении от бивуаков остальных владетелей. Можно сказать, поддержал местные порядки демонстрации собственной независимости. Единственное, что порядка при обустройстве места временной дислокации у новоприбывших было куда больше.

Вообще в армии графства традиционно не мало внимания уделялось инженерной подготовке местности к любым возможным неприятностям. Окопы, редуты, ловушки и прочие радости уже не раз позволяли войскам попаданца получить решающее преимущество над, казалось бы, гораздо более сильным противником.

Вот и обустройство походного бивуака регулярно отрабатывалось на многочисленных учениях, устраиваемых Элеем раз в пару месяцев. За основу был взят классический римский лагерь, с его системой расстановки палаток и обязательным сооружением защитного периметра. Разве что с копанием рва и установкой стены все же никто не заморачивался: слишком уж это долго, а по зимнему времени, когда земля промерзла на полметра вглубь, и вовсе практически невозможно.

В центре лагеря ставился шатер самого графа, вокруг него – обиталища командующих, приближенных и прочих небоевых служб. Дальше – по возможности ровными рядами, а не как попало – ставились палатки стрелков, а внешний периметр формировали роты копейщиков. Для защиты же обводов маленького городка выставлялась стена из возов, сцепленных между собой цепями. На них дополнительно ставились большие деревянные щиты с бойницами, а подступы к телегам прикрывались деревянными рогатками. В общем, не бог весть какие укрепления, однако все же гораздо лучше, чем ничего. В любом случае, неожиданно напасть на такой лагерь становилось намного сложнее.

За обустройством новоприбывших с интересом наблюдали феодалы, которые успели добраться до точки сбора раньше. Не удивительно, армия графа по численности была как минимум не меньше чем, все остальные силы, собранные тут до этого. А скорее – даже больше. Да и качеством подготовки и снаряжения бойцы Серова явно отличались со знаком «плюс», вот и высыпали окрестные владетели посмотреть на армию, которая сегодня была ситуативным союзником, а завтра вполне могла прийти под стены уже их замков. С недобрыми естественно намерениями.

К вечеру подошло еще ополчение из Коркоста численностью в пять сотен пеших, а также прибыли дружины еще трех баронов - полторы сотни конных, - чьи владения находились севернее земель графа Орфален. На этом основной сбор соединённого войска был в общем-то окончен. Большой военный совет назначили на утро следующего дня. Дело обещало быть крайне затратным в плане нервов и моральных сил, поэтому Серов отправился на боковую, намереваясь хорошенько выспаться, едва только появилась такая возможность.

Ночь, однако, прошла неспокойно. Далеко не все, как это обычно бывает, воспринимали сложившуюся ситуацию с необходимой, по мнению графа, серьезностью. Вместо этого несколько баронов решили «обмыть» встречу, увлеклись этим делом, и, как водится, поссорились, в процессе. Ну а там слово за слово, известно, чем по столу, дело едва не дошло до настоящего сражения. Только вмешательство сюзерена этих земель, поднявшего по тревоге своих бойцов, не позволило случиться большому кровопролитию. Граф Орфален окружил своей пехотой – надо признать получилось это у него весьма и весьма профессионально, сразу видно не первый раз человек в такую ситуацию попадает – шатры буйных феодалов и пригрозил жесточайшими санкциями тем, кто допустит кровопролитие на его земле. В переводе с дипломатического не человеческий: пообещал повесить самых буйных. Только после этого пьяные вдрызг феодалы угомонились и отправились на боковою.