Серый взгляд бога

После этого мне пришлось выслушать от Алисы критическую тираду о современном искусстве вообще и конкретно об этой картине в частности. И сколько я не пытался ей объяснить, что это метафора нашей работы – искать в очевидном сокрытое, как и с артефактами, она не сдавалась. Не буду же я ей рассказывать, что в детстве мама повела меня на выставку, где я увидел эту картину, а запомнилась она мне тем, что в буфете были вкусные блинчики с обалденным шоколадным соусом!?

В общем, покончив с оружием, я быстро спрятал саквояж под кроватью в спальне, чтоб глаза не мозолил, а арт Пакеда положил в экранированный сейф. Затем быстро принял душ, переоделся и, попрощавшись с Алисой, вышел из офиса. Надо было торопиться в «дом с привидениями».

К вечеру со стороны моря снова пришли серые облака. Они, словно разорванные паруса фантастических кораблей, колыхались на ветру и суетливо уплывали куда-то на юго-восток.

Вскоре после того, как я остановил «паккард» недалеко от ворот особняка, с небес начал падать мелкий и, казалось, тоже цвета серых облаков, дождь.

Я хлопнул дверцей и, подняв повыше воротник плаща, ибо зонт я оставил в офисе, зашагал к уже знакомой калитке. Она была не заперта, и хоть меня никто не встречал, я уже знал дорогу.

В сумерках Эгельберд-холл, тускло сияя редкими огнями на фоне плачущего неба, производил довольно мрачное впечатление. Не спасали даже редкие газовые фонари, разбросанные по парку и стоящие рядом с входом. Они как бы подчеркивали темную громаду дома, в котором свет горел лишь в немногих окнах первого этажа.

По площадке с клумбой мне навстречу шагал Стовангер. В руке он нес большой зонт-трость с резной костяной ручкой.

– Тысяча извинений, господин Моррисон! – пробасил он. – Я недопустимо задержался!

– Нет-нет, – возразил я, – все в порядке. Миссис Эгельберд еще не спит?

– Госпожа ожидает вас.

Проторенной дорогой, мимо почерневших в полумраке персиковых обоев мы проследовали в гостиную. Там все было по-прежнему: пылающий камин, стол трехсотлетней давности и хозяйка особняка, сидящая на том же месте и, по-моему, в той же позе, с тем же выражением лица. Разве что витраж потерял ощущение воздушности, которое присутствовало днем. Так же тикали часы, как и ранее, пробившие в честь моего появления.

За левым плечом своей госпожи безмолвно стояла Мэри, скрестив руки на платье чуть ниже живота.

– Добрый вечер, мистер Моррисон, – произнесла Жанна Луиза, – вы, как всегда, держите слово.

– Здравствуйте, миссис Эгельберд, – я слегка поклонился, приподнимая шляпу, – я готов приступить к делу.

Про себя я подумал: знала бы она, что если бы меня сегодня ухлопали, я бы вообще не приехал.

– Выпьете что-нибудь? – предложила хозяйка.

– Благодарю вас, – покачал я головой, – я недавно перекусил.

– Как же вы намерены охотиться на духов? – На ее лице не было и следа улыбки, а вопрос прозвучал двусмысленно: как же это я, не выпив, собираюсь сражаться с этими духами?

Я чуть помолчал и произнес:

– Прежде всего, я хотел бы изучить схему самого особняка, это возможно?

Хозяйка кивнула.

– Думаю, это можно устроить. Себастьян!

– Да, госпожа?

– Принеси атлас с планами дома.

Дворецкий поклонился и вышел, как я понял, в сторону библиотеки, а старуха Эгельберд снова воззрилась на меня.

– Очень хорошо, – удовлетворенно сказал я, – после этого нужно будет, чтобы все было, как обычно.

– То есть?

– Ну, – я пожал плечами, – то есть вы идете в свою опочивальню, Мэри и Стовангер делают то же самое, и я начинаю осмотр дома. Единственное, было бы неплохо, чтобы я при необходимости смог быстро вызвать дворецкого, если мне понадобится помощь.

– Это легко устроить, – сказала миссис Эгельберд, – у входа в каждое помещение вы могли видеть бордовые шелковые шнуры с вплетенными в конец золотыми кольцами…

– Да, да, – подтвердил я, – такие же кольца обрамляли отверстия в стенах, откуда эти шнуры идут.

– Именно. Это приспособление для вызова слуг. И откуда бы вы ни сделали вызов, сигнал поступает в комнату дворецкого.

– Прекрасно! – кивнул я. – А вот Гредли надо сказать, чтобы он прогуливался у входа в Эгельберд-холл, наблюдая за дверью. Надеюсь, он трезв…

– Сейчас – да, – со скорбной миной произнесла старуха, – я отдам распоряжение Себастьяну.

– Черного хода здесь нет?

– Когда-то был, но уже лет десять, как он замурован.

– Ясно… – протянул я.

Тут в тишине сквозь тиканье часов послышались гулкие шаги, и на пороге гостиной появился Стовангер. Он проследовал к столу и положил на его полированную поверхность большой, хотя и не слишком толстый том, богато переплетенный, с золотым теснением, а в центре кожаной обложки красовался герб Эгельбердов.

– Еще мой покойный супруг, – подала голос Жанна Луиза, – собрал разрозненные планы нашего поместья в один атлас. Дело в том, что этому дому более трехсот пятидесяти лет, и за это время, разумеется, он подвергался множеству ремонтов и перестроек. Как он, так и территория вокруг него. Посему мой безвременно ушедший муж решил скомпилировать, так сказать, все эти документы.

Я открыл том и перелистнул титульные страницы на шикарной глянцевой бумаге. Сначала там шли кроки[15] и планы земельного участка вокруг дома. Были схемы более чем столетней давности. Очертания парка и пруда менялись, хозяйственные постройки возникали и исчезали, даже домик садовника, отсутствующий на самых древних планах, появлялся изначально с подписью «лодочный причал», но сам Эгельберд-холл, по крайней мере, внешне за двести лет, отраженных в планах, не изменился от слова «совсем».

Я перелистнул еще несколько страниц, дойдя до раздела, посвященного внутренним помещениям. Вроде бы ничего подозрительного я не обнаружил, но все же обратил внимание на излишнюю толщину стен. Или в те далекие года это было нормально? Эх! Не разбираюсь я в архитектуре! А уж тем более в старинной…

Но вот раздел, который должен был содержать планы цокольного этажа и подвала, меня немало удивил! Удивил отсутствием таковых…

Я внимательно присмотрелся к корешкам страниц и увидел тонкий, аккуратный обрез бумаги – их было несколько.

– Миссис Эгельберд, – я в задумчивости постучал указательным пальцем по открытому атласу, – а где планы нижних помещений?

– Что?

– Соответствующая глава в атласе присутствует, а самих планов я что-то не вижу. Вот взгляните…

Я перевернул массивный том и пододвинул его старушке.

Она, подслеповато прищурившись, перелистнула несколько страниц и покачала головой.

– Вот видите, мистер Моррисон, – со спокойным торжеством сказала она, – я же вам сообщала, что некоторые вещи исчезают со своих мест и появляются в других.

Я покивал. Никогда не слышал, что призраки умеют так аккуратно резать бумагу.

– Ну что ж, раз так, можно приступать к осуществлению моего плана. Сейчас, – я повернулся к напольным часам, – двадцать три часа семнадцать минут. Я попрошу, чтобы до утра никто не выходил из своих комнат, если, конечно, не произойдет что-то экстраординарное, о чем я сообщу всем присутствующим через мистера Стовангера.

Я огляделся, но дворецкий уже исчез, видимо, отправившись мобилизовать Гредли.

Пожелав дамам спокойной ночи, я пронаблюдал, как они скрылись, поднявшись на второй этаж, после чего вышел на террасу. Сквозь шум редкого дождя я услышал шаги, это были Гредли и Себастьян. Садовник выглядел не очень, но шел твердо и быстро, значит, и правда трезвый.

– Доброй ночи, мистер, – сказал он еще издали, заметив меня и сделав акцент на последнем слове, – мне сказали, что вам нужна моя помощь?

Голос был хриплый, но все же язык не заплетался – очень хорошо! От этого пьянчуги сегодня будет зависеть не так чтобы мало. Если это единственный вход, мне нужно убедиться, что через него никто не пройдет, а если этот индивид начнет закладывать за воротник…

– Я ввел его в курс дела, – неодобрительно покосился на Гредли дворецкий, – я могу быть свободен?

– Да, мистер Стовангер, – кивнул я, – если мне понадобится ваша помощь, я вас вызову. А пока все должно быть так, как всегда. Когда обычно вы уходите в свою комнату?

– Около полуночи, сэр.

– Ну, тогда ступайте и постарайтесь не уснуть, вы можете понадобиться в любую минуту.

Себастьян поклонился, передал мне ключи от дверей и пошел к входу.

– Теперь вы, Гредли, – я повернулся к садовнику, за плечом которого висел древний охотничий карабин «Марлин», двуствольная вертикалка, – ваша задача занять позицию в ближайших кустах, – я махнул на заросли за клумбой, – и наблюдать за входом. Это единственный вход в дом?

– Так и есть, сэр, – процедил Гредли, – старый запасной выход заделали, а на окнах первого этажа решетки. А тому ловкому малому, который решил бы залезть сразу на второй, пришлось бы притащить на территорию лестницу, не иначе…

Я задумчиво покивал, изучая фасад. Видно, трезвый образ жизни дается отцу Бобби с трудом.

– Хорошо. Так вот, старайтесь, чтоб вас не было видно, и особенно следите за теми, кто может выйти из дома. Вы поняли?

– Если кто-то незнакомый?.. – уточнил садовник.

– Да, – подтвердил я, – как только вы увидите кого-то незнакомого или что-то странное – подайте сигнал.

– У меня есть свисток! – сообщил Гредли так, словно только что об этом вспомнил.

Я покачал головой и возразил:

– Свист я боюсь не услышать, потому как могу быть где угодно в доме. Лучше дайте залп в воздух, – я указал на раритетное ружье, – оно это еще может?

– Конечно! Это ствол моего деда, и я всегда за ним ухаживаю. Смазан и готов к бою!

– Хорошо. Только и впрямь не вступите в перестрелку, – предупредил я. – Если появятся злоумышленники – выстрел в воздух, а потом бегом за полицией.

Я надеялся на то, что трясущимися руками садовник попадет в белый свет как в копеечку, главное, чтоб никого не пристрелил.

– А мне что делать? – услышал я детский голосок.

Мы обернулись синхронно, и да, рядом с нами тихонечко притаился Гредли-младший.

– Я же велел тебе оставаться дома! – загремел садовник. – Здесь может быть опасно! Слышал, что сказал мистер Моррисон???

– Я не уйду, – звонко запротестовал Бобби, – я хочу помочь! А призраков я не боюсь!

Гредли с каким-то странным выражением лица, на котором смешалась нежность, жалость и раздражение, пробормотал:

– Вот упрямый! Весь в мать…

– Когда я вырасту, я пойду работать в полицию! – выпалил мальчишка, а у Питера округлились глаза.

Я бросил взгляд на сына садовника. Паренек мне нравился, он был смышленый и наблюдательный. Отправлять его обратно к дому у пруда означало усылать туда же его отца, и сколько это займет времени, боги знают. А значит, лучше оставить нежданого помощника.

– Ну вот что, – прервал я перепалку, которая уже пошла на второй круг, положа ладонь на плечо садовника, – возвращать его обратно – только время терять. Пусть пострел остается при мне, если я что-нибудь обнаружу в доме, я пошлю его к вам…

– Ура!!! – возликовал Бобби.

– Вы уверены… – начал было Гредли.

– Можете не сомневаться. При первом же подозрении на опасность я пришлю его к вам.

Уладив все таким образом, я вместе со своим маленьким помощником зашел в дом, закрыв за собой двери.

– Я хотел бы, Бобби, чтобы ты говорил шепотом и ступал как можно тише, как первые охотники-поселенцы, понял? – обратился я к парнишке.

– Чтобы не вспугнуть привидений? – так же тихо спросил он.

– Угадал, – я улыбнулся в полумраке. – И возьми с кухни керосиновую лампу.

Через какое-то время мальчишка вернулся с лампой «летучая мышь».

– Готово, мистер Моррисон, сэр.

Пройдя по первому этажу правого крыла, мы очутились у лестницы, ведущей в подвал. По заверениям Стовангера, это единственный вход на цокольный этаж, и хоть планы этих помещений мне так и не удалось заполучить, думается, что я не заблужусь…

Мы спустились по витой лестнице, и я зажег карманный фонарик.

– Здесь должен свет включаться! – пискнул Бобби, стараясь говорить тихо.

– А ты бывал в подвале?

– Я здесь был зимой, – шепотом ответил он, – помогал папе чинить водопровод.

– Золотые руки у твоего папы, – хмыкнул я, – все умеет!

– Это точно… – смущенно произнес мальчик.

– Ладно. Главное мы уже увидели, парень, – сказал я, шаря фонарем по пирамидам из стульев, старых чемоданов, корзин и прочему хламу, громоздящемуся у стен. – Мы, конечно, пройдем еще немного, но, похоже, призраки сюда не заглядывали.

– Как вы узнали?

– Элементарно, – ухмыльнулся я. – Смотри, сколько пыли! Лежит везде, как снег за Куполом, и нигде ни следа. Следовательно, здесь давно никого не было, как минимум несколько месяцев. Не удивлюсь, если вы с отцом последние посетители подвала…