Синий краевед и сасанидское серебро

В тумане я постепенно разглядел небольшой рубленый дом, размером чуть больше собачьей конуры, поднятый метра на полтора над землёй на толстый пень. Я вспомнил, что нечто подобное видел в музее Хохловка, такие амбары делали охотники для хранения припасов, чтобы дикие звери не забрались их поднимали над землёй. Натурально – избушка на курьих ножках. Рядом с амбаром стоял здоровенный, метра три в высоту, деревянный столб, одетый в островерхую шапку и обмотанный тканью. Вокруг столба ходил кругами плюгавенький мужичок в берестяной маске, меховой шапке, такой же, как на столбе, распахнутой волчьей шубе мехом наружу и с бубном в руках. Он-то и давал концерт на этой площадке.

Завидев меня, мужик прекратил самодеятельность, ткнул в меня грязным пальцем и быстро заговорил что-то на своём непонятном языке, время от времени то тыкая пальцем в меня, то жестом показывая на деревянного истукана, то протягивая ко мне раскрытую ладонь интернациональным жестом: «Дай!». Только вот непонятно, чего я должен был дать. Денег, что ли? Я развёл руками и печально покачал головой, мол, «моя твоя не понимай». Шаман, похоже, разозлился. Закричал что-то типа «Хуш! Интерно! Хуш!». Я опять – не понимай, а он злится ещё больше и снова – «интерно». Такая пантомима продолжалась, пока я, несмотря на жуткий страх, сковывавший всё тело, не разозлился тоже и не закричал на мужика: «Да пошёл ты в жопу, старый хрыч!». Мужик бросил бубен, упал на колени перед истуканом и что-то забормотал. Раздался протяжный то ли стон, то ли скрип, и бревно в шапке начало медленно поворачиваться. У меня выступил холодный пот, но от ужаса я не смог сдвинуться с места, со страхом ожидая, когда истукан повернётся и я увижу его лицо. Что со мной случится – окаменею, превращусь в пыль, умру от разрыва сердца, было неважно – я должен был увидеть его лицо, лицо древнего лесного бога, который возможно жил, когда по этой земле ещё гуляли мохнатые мамонты, а люди немногим отличались от обезьян. И наконец он повернулся… на месте лица сияло ослепительным светом серебряное сасанидское12 блюдо.

7. Многие знания – многие печали

Я проснулся от своего крика и первый раз пожалел, что бросил курить. Сигарета меня бы успокоила. На часах была половина четвёртого, но заснуть я уже явно бы не смог. Я включил ноутбук, придвинул к себе блокнот и записал странные слова, слышанные во сне: «мир-сус-ни-хум», «хуш», «интерно». Очень интересно, что они значат, если это не бред моего подсознания. И я знаю, кто мне может помочь.

Среди людей, зависающих на сайтах копателей в интернете, есть достаточное число так называемых «архивариусов», которые прежде, чем ехать на коп, изучают великое множество архивных документов, летописей, легенд, сказаний в надежде найти что-то такое, что поможет выйти на «богатое» место. Некоторые и на коп вообще не ездят, променяв поиски в поле поискам в архивах. С одним из таких исследователей, который всерьёз интересовался легендами, обычаями и историей вогулов (они же манси), я был знаком, правда, не лично а виртуально. Переписывались время от времени на форумах или в почте, он всегда охотно делился информацией. Сетевое имя, кстати, у него было «Шаман», потому что увлекался культурой шаманизма и всякими эзотерическими штучками. Даже в лесу как-то жил полгода, с его слов, полностью отказавшись от благ цивилизации. Ну, виртуальный мир штука такая, если тебе что-то говорят – твоё право, хочешь – верь, не хочешь – не верь. Но общаться с ним было интересно, даже если он где-то и привирал. И самое главное – в это время он обычно ещё не спал и был в сети.

Дождавшись, когда загрузится ноутбук, я зашёл на форум кладоискателей и сразу посмотрел вниз страницы, где были отмечены пользователе в онлайне. Шаман присутствовал. Я отправил ему личное сообщение.

Говнотыкин: Привет, можешь мне уделить время?

Шаман: Здаров. Чё хотел?

Говнотыкин: Есть несколько слов, вогульских, наверное. Можешь перевести?

Шаман: Ну я попробую. Хотя не очень в этом деле разбираюсь, да и словарей нет. Пиши.

Говнотыкин: мир-сус-ни-хум, хуш, интерно.

Шаман: Ну первое похоже на имя Мир-сусне-хума, это младший сын Нуми-Торума, их верховного бога…

Шаман: ..в смысле, Нуми-Торум – это папа, самый главный командир, а Мир-сусне-хум – сынок…

Шаман: .. он землю на небесном лосе объезжает…

Шаман:… хуш – что-то типа: дай, отдай…

Шаман: … а интерно… это вообще не вогульское, по-моему. Ты прочитал или услышал эти слова?

Говнотыкин: Услышал

Говнотыкин: во сне

Шаман: Ты с препаратами завязывай:))))) хорошо расслышал? Может, иттерно?

Говнотыкин: может

Шаман: а может… блин, может «иттерма»?

Говнотыкин: может и так

Шаман: Иттерма – это такая… кукла не кукла, фигурка антропоморфная…. Ну, на человека похожая…. Изображает умершего и является вместилищем его души. Одной из душ-птиц, «ис-хор», их всего было пять у мужиков и четыре у женщин. Потом та душа возрождалась в новорожденном каком-нибудь. Или становилась духом-покровителем.

Говнотыкин: а у неё вместо лица монету случайно не вставляли?

Шаман: да, а ты откуда знаешь?

Говнотыкин: у меня такая на столе лежит.

Шаман: МУЖИК, ТЫ ОХРЕНЕЛ! ЕЁ ЖЕ НЕЛЬЗЯ ДАЖЕ В РУКИ БРАТЬ!!!!! ТЕБЕ ЖИТЬ НАДОЕЛО? ЭТО ЖЕ ПРЯМАЯ ДОРОГА НА КЛАДБИЩЕ!!!!!!

Говнотыкин: да ладно, не верю я в эту хрень! Подробнее расскажи про иттермы, плз

Шаман: В общем, иттерма (это слово вроде как не склоняется) делают после смерти человека близкие ему люди, но не прямые родственники. Делали её из щепки, отколотой от «священной» (противоположной входу) стены дома. Вместо лица иногда, у особо важных покойничков, приклеивали монету. Покойник, которому изготовили иттерма с монетой, но потом её оторвали, превращался в злого духа – пауль-йорута. Ещё к фигурке прикладывали пучок волос покойного, части его одежды.

Говнотыкин: да, там и нитки есть, и шерстинки какие-то непонятные…. Волосы покойника… блин, гадость какая!

Шаман: в общем, хранили их 4 года женские и 5 лет мужские.

Говнотыкин: по количеству душ-птиц?

Шаман: Наверное. Но некоторые считают, что фактически 2 и 2,5 годам, т. к. счет был сакральный, год – за два. В течение этого срока душа должна была возродиться в новорожденном. Иногда, когда умер шаман или старейшина, душа вообще не возрождалась и становилась духом-покровителем домашнего очага или какого-то сакрального места в лесу, например.

Говнотыкин: а могла она охранять святилище?

Шаман: если сопоставить всё, что мне известно, с твоим сном, вполне может быть и такое. Но проблема в том, что душа в иттерма может превратиться в пауль-йорута и начать пакостить по многим причинам: например, кто-то потревожил жертвенное место, которое она охраняет. В общем, всё непросто. Ты попал в херовую историю, братишка!

Говнотыкин: давай придумаем, как эту фигню нейтрализовать. Заодно можно прогуляться до святилища, где её нашли. Не хочешь составить компанию?

Шаман: тут понимаешь, такое дело…. Короче, давай этот разговор до завтра отложим.

Говнотыкин: так, на всякий случай, если ты не в курсе, святилище – это хренова гора всяких-разных финиковских13 штучек. Жертвы монетками приносили, металлопластикой, стрелами, а про блюда и кувшины ты и сам знаешь. Можно будет до конца жизни не работать, если повезёт.

Шаман: я, вообще-то, к вам, «чёрным» не очень хорошо отношусь. Я, можно сказать, по-вашему «белый» археолог.

Говнотыкин:       ДА ЛАДНО!!!! А чего на нашем сайте сидишь?

Шаман: ну я уже ушёл из науки… по определённым причинам… но принципы остались. На памятниках копать не буду.

Говнотыкин: ну ты можешь преследовать сугубо научные цели – опишешь, изучишь, сфотографируешь)))))

Шаман: и смотреть, как вы могилы грабите? Нет, я так не могу.

Говнотыкин: подумай, всё же. Я номер телефона в личку скину, надумаешь поучаствовать – позвони. Ну и с информацией помоги, чего мне с иттермой делать, напугал ты меня.

Шаман: с этим помогу, не переживай. Ну, до связи.

Говнотыкин: пока.

8. «У Вас есть план?»

Шаман позвонил сам на следующий день – археологи бывшими не бывают, как и сотрудники. Сообщил, что «с гордостью примет участие». Именно так, дословно. Коротко объяснил свою роль в экспедиции: научное руководство, информационная поддержка, видео- и фотосъемка раскопа (который будет сделан по всем правилам археологической науки – это не обсуждается), классификация и систематизация находок, составление каталога. Копать сам он не будет категорически – ибо старый больной человек (опять-таки дословно). Потом делим находки по-честному. То есть, поровну на всех участников авантюры. Если что – он готов помочь с реализацией на чёрном рынке по выгодной цене. Я не был удивлён, из археологов часто уходят в подпольные торговцы антиквариатом. Но это уже не моё дело. Без Шамана мне было не обойтись, я это понимал.

Разумеется, нужно было встретиться лично. Шаман жил в Перми, как я и предполагал. Но для бешеной собаки полтораста вёрст – не крюк, и я на следующий день в 8 утра выехал в столицу края на верном Шевике, а в половине десятого уже сидел в уютной кофейне на Компросе. Кофе был отменный, но настроение у меня было, мягко говоря, не очень радостным. Страшный сон повторился. Шаман с бубном, деревянный истукан, болото… приглядевшись, я обнаружил все признаки святилища: деревянные истуканы (их было несколько, как оказалось), деревья, перевязанные цветными тряпочками, избушка на курьих ножках (амбар для хранения всяких шаманских приблуд). Шаман бил в бубен и орал что-то голосом, похожим на горловое пение…потом начал скакать, поворачиваясь вокруг своей оси, закричал «иттерма!!!!», указал на меня пальцем… и снова: ХУШ! И все деревянные истуканы хором начали бормотать: «Хуш… хуш… хуш…», постепенно приближаясь ко мне… хер знает, как, потому что они были вкопаны в землю. Короче, проснулся я снова в холодном поту и, по моему, что-то кричал.

Мой собеседник подошел незаметно. Протянул мне руку, представился «Шаман» и предложил выйти на улицу, там стояли столики летнего кафе под зонтами и ещё было не очень жарко. От кофе он отказался, заказал зелёный чай с травами.

Присели. Я наконец его разглядел: лет пятидесяти, невысокий, сухощавый. Черты лица неуловимо говорят о финно-угорских корнях, как минимум его дед (или бабка) были из хантов или манси. Уверенная манера поведения свидетельствовала, что этот человек везде будет себя чувствовать уместно: и в лесу, и в дорогом ресторане, и в драке с поножовщиной. Идеальный партнёр для лесных экспедиций, словом. Он тоже меня изучал, пользуясь затянувшейся паузой, но по его мимике нельзя было понять, удовлетворен он или нет.

– Александр, можно буду Сашей называть, – я кивнул, – тут такое дело: это опасно. Смертельно опасно. И я не шучу.

– Я уже понял.

– Опять сон?

– Опять.

– Он тебя не отпустит теперь, и чем скорее мы туда попадём и сделаем ритуал – тем лучше. Так что времени в обрез.

– Я готов, хоть завтра.

– Давай посмотрим карту.

Я достал генштабовку и спутниковые снимки, и начал излагать свой вариант.

– Предлагаю ехать на электричке до Антабаров, информатор мне описал дорогу именно оттуда. Шмурдяк за раз не перенести вдвоём, значит нужен ещё как минимум один компаньон. Он у меня есть.

Я имел в виду, конечно, Лешего. Хоть с ним и не согласовал свои планы.

– Не годится, – Шаман изучал карту.

– Почему?

– Засветимся.

– А мы типа за грибами, – неловко пошутил я.

– Ага, с чемоданами… дядя Фёдор, блин.

Поржали.

– А как тогда? – я был готов ко всему, лишь бы закончилась эта дурацкая история.

– Вот здесь брод через Вильву? На подготовленном внедорожнике проедем?

– Не вопрос! И я даже знаю, у кого такой есть, – явно Леший вписывался в затею.

– Тогда сколько возможно – на машине, дальше – пешком. Вот примерно так, – он черенком чайной ложки прочертил путь через болото к предполагаемому месту святилища.

– Тогда такой вариант: я захожу с электрички по карте, нахожу место, скидываю вам с Лешим координаты, встречаю вас у брода.

– Годится. Только я с тобой пойду, Саня. Ты даже не представляешь, что тебя там может ожидать.

– Духи лесные? Кикиморы? Леший у нас свой, так что не страшно, – я пытался перевести всё в шутку, хотя было страшновато.

– Сам увидишь. Я помогу, если что. Я же Шаман…

Расстались мы с ним уже скорее друзьями, чем партнёрами. Наметили примерную дату выезда (через три дня), список покупок для экспедиции Шаман пообещал сбросить к вечеру по электронке, особо предупредив, чтобы я не удивлялся и вопросов не задавал. К примеру, написано: «собачий корм, 5 кг.» – потрудись закупить именно 5 кг, и самого лучшего.

Шаман ушёл по своим шаманским делам, а я поехал обратно в Чусовой, по дороге набрав Лешего. Пришлось ему иносказательно предложить поучаствовать в авантюре, достаточно рискованной, чтобы попасть в эпопею про Индиану Джонса, но, в отличие от фильма, благоприятное завершение приключения я гарантировать не смогу. Надо было знать Лешего достаточно хорошо, чтобы заранее предвидеть его реакцию: он согласился, не задавая лишних вопросов. И его боевой УАЗ был на ходу, ещё проходимее и злее после очередного тюнинга.

9. Загадочные вогуличи

Поскольку остаток дня и вечер у меня были свободны (Шаман ещё не прислал список покупок), я решил посвятить время изучению матчасти. Проще говоря, собрать максимум информации о вогулах, их обычаях, верованиях и особенно – о их богах, божках, духах и прочих нематериальных сущностях. Да и вечер не за горами, а я был уверен, что во сне мне снова придётся встретиться с моим другом-шаманом и его армией тьмы. Хотя Шаман (который настоящий, а не во сне) дал мне амулет из медвежьего когтя с какими-то не то письменами, не то рисунками, надеть его на шею я не решился. Пусть полежит рядом с кроватью, на тумбочке. А против кошмарных снов у меня с детства есть чудесное средство: во сне нужно закричать, и ты проснёшься. Если уже совсем всё плохо, разумеется. Итак, о вогулах.

Про три мира (верхний, средний и нижний) в верованиях манси я уже знал. Главный в верхнем мире – Нуми-Торум, который создал и землю, и людей. Ему помогла гагара, которая достала со дна океана комок ила, увеличившийся и превратившийся в землю, но это уже детали.

В Верхнем мире живут, кроме Нуми-Торума, его брат, громовержец Сяхыл-Торум, Этпос-ойка (месяц) и Хотал-эква (солнце).

В Среднем мире (на земле) обитает Калтась-эква, жена Нуми-Торума, низвергнутая за связь с Куль-отыром, владыкой Нижнего мира, а также богиня огня Най-эква (Най-сянь). Жизнью людей заведует сын Нуми-Торума Мир-сусне-хум, который ездит на шестиногом лосе. На земле также живут бог-кузнец Сехрынг-ойка, духи-покровители паулей (территориальных групп и отдельных семей), лесные духи – менквы и мис-хумы. В качестве духа-покровителя могли быть родовые тотемы (лось, трясогузка, филин, ястреб и т.п.), а также кто-нибудь из богов (вплоть до Куль-отыра).

К существам Нижнего мира относятся возглавляющий его Куль-отыр и подчиненные последнему кули – духи болезней.

Если свести смысл отношений вогулов с духами к одной фразе, это будет «ты мне – я тебе». И тут были возможны два варианта: либо человек приносил духу жертву, удовлетворяя его «потребности» в еде и одежде, а дух давал взамен то, что просит человек. Если же дух не давал просимое – человек мог на него обидеться и высечь его изображение, к примеру. А то и вообще сжечь в огне. Второй вариант – сначала человек просит, а потом, когда дух удовлетворяет просьбу, его ждут щедрые жертвы.

Жертвоприношения делились на кровавые (йир), бескровные (пори), при которых жертвой являлась пища, а также могли выражаться в преподнесении подарков: одежды, ткани, других атрибутов, денег. Практиковалось и сочетание этих видов жертв. Просьбы же вогулов были связаны в основном с бытовыми нуждами: чтобы ловилась рыба, чтобы была удачная охота и т.п.

Это всё было безумно интересно, но меня больше занимали мифические сущности вогульского пантеона, которые могли быть опасны для нас в лесу. Таким был, к примеру, вор пупыг – лесной дух трехсаженной высоты, враждебно настроенный к людям; образ, равнозначный менкву . Его кожа была покрыта мехом, плотным, как у белки. В лесу не полагалось напрасно рисовать какие-либо изображения и свистеть, в противном случае мог появиться этот замечательный персонаж. Что ж, учту. Да и свистеть/рисовать в лесу у меня нет привычки.

Вторую опасность представляли менквы – лесные людоеды, которые имеют человеческий облик, только головы у них заострены. Они сильные и злые, но глупые. Считается, что в менквов могут превращаться погибшие в лесу люди. Кроме того, по разным источникам, их отличает огромный рост (с высокое дерево), наличие нескольких голов (от одной до семи), физически крепкое, железное тело, длинные руки и ноги с огромными когтями. Когда менкв идёт по лесу, его слышно издалека: скрипят деревья, ломаются сучья, завывает ветер. Менквов также называли «лиственничным народом», они гораздо более крепкие, чем люди, им почти невозможно нанести урон. По одной из версий менква можно было убить только стрелой с медным наконечником. По другой, человек вообще не мог убить менква, это мог сделать лишь Сяхыл-Торум (бог грома) своими огненными стрелами.

«Где-то у меня завалялся бронзовый наконечник стрелы… бронза – не медь, но хоть что-то», – подумал я, и с ужасом понял, что это всё серьёзно. Точнее, я воспринимаю это всерьёз: готовлюсь, как в последний бой с нечистой силой…серебряные пули, святая вода…о, а ведь это мысль! Святая вода в литровой банке осталась с крещения, а серебра у меня всякого достаточно. Можно расплавить газовой горелкой, наделать мелкой серебряной дроби и зарядить ей холостые патроны от пистолета!».

Газовый пистолет у меня был вполне официально, с лицензией, куплен в «лихие девяностые», когда приходилось мотаться по командировкам. Время тогда было неспокойное, и увесистый «Кольт Дабл Игл» приятно холодил подмышку. Правда пользоваться мне им, к счастью, не пришлось. Да и время газовых пистолетов прошло, теперь я его хранил чисто по привычке, ну и возможно из-за извечной тяги мужчин к игрушкам: машинкам и пистолетикам. Но для защиты от лесной нечисти он подходил идеально.

А вот лесная нечисть, которая, по легендам, доброжелательная к людям. Мис-хум – «лесной человек». Самка мис-хума называется мис-не. Отличить лесных людей можно по высокому росту (по некоторым источникам – «выше деревьев») и семи пальцам на руках. Обитали в труднодоступных таежных местах, охотились на зверей, а вместо собаки, по представлениям манси, им служил соболь с шёлковым шнурком на шее. А вот интересно – считалось, что их дочери, вступающие в связь с людьми, приносят богатство (при условии, если их не увидит посторонний). Представить мис-не, ростом выше дерева, вступающую в связь с человеком, мне не удалось. Несмотря на богатое воображение. Такой ценой богатство мне не нужно.

Ещё информация относительно кровавых жертвоприношений (йир) – по мнению манси, с помощью кровавого жертвоприношения устанавливалась прямая связь с божеством. Лесным духам (менквам , мис-хуму ) приносили в жертву мясо лося (без соли) или боровой дичи. Избегали жертвовать им мясо домашних животных, считая, что тогда лесной дух ночью будет мучить человека. Где же взять мясо лося, чтобы задобрить эту нечисть? Хотя, боровую дичь может и получится добыть…интересно, у Лешего есть ружьё в багажнике его УАЗа? Думаю, да. Спиннинг и удочка там есть точно.

Я посмотрел на часы – 21.40. Надо проверить почту, Шаман должен прислать список. Открыл почтовую программу – точно, есть. Список оказался не таким уж и большим, но включал в себя, помимо обычного экспедиционного шмурдяка, неожиданные позиции. К примеру, «дешёвые дезодоранты в баллончиках, 10 штук». «Одноразовые зажигалки, лучше Крикет, 10 штук». «Бензин – 5 литров». «Бисквитный торт – 1 штука (свежий!!!!)». Именно так, с четырьмя восклицательными знаками. Но всё перечисленное имелось в магазинах или на рынке, и за два дня я без проблем подготовлюсь к экспедиции. Позвонив Лешему для уточнения содержимого багажника УАЗа и осмотрев свои запасы, я вычеркнул из списка примерно треть позиций (имеющихся в наличии), достал из ящика газовый пистолет (чтобы не забыть про серебряную дробь) и завалился спать.

10. «Культур – мультур»

Ну и как думаете, какой мне приснился сон? Правильно, про болото, святилище и давно покинувшего наш мир шамана. Но теперь я был подкован, понимал, что святилище не полностью находится в нашем, среднем, мире. Оно наполовину здесь, наполовину в нижнем мире, царстве злых духов и их предводителя – Куль-отыра. Я ещё вечером, изучая мифологию вогулов, расшифровал ещё одно слово, услышанное от злобного шамана. Правда, воспринял я его на слух, как «культур-мультур», и не стал повторять и позориться перед Шаманом. Но теперь совершенно очевидно: говорил мерзкий старик о нём, и святилище Куль-отыру посвящено, и идол с серебряным блюдом вместо лица изображал владыку нижнего мира. В общем, ворота в царство нечистой силы. Портал в ад, каким его представляют христиане. И открыл этот портал, судя по всему, я. Ну, с помощью алкоголика Михалыча, который приволок мне иттерму.

Серый свет, сумерки, туман, болото. Я перепрыгиваю с кочки, на кочку, стараясь не промочить ноги. Хотя – какая разница во сне? Я ведь осознаю, что это сон. Вот, ноги у меня босые, и одет только в трусы семейные. Так, двойную ёлку прошёл, обход трясины, ага – еле видимый проход на остров среди болота. Вот оно, вогульское святилище. Где же шаман? Почему я его не слышу? Я осторожно, стараясь не хрустеть ветками, обошёл истукана со спины. Ну, со стороны, противоположной блюду-лицу. Лучше, чтобы он не услышал моих шагов. Увидел на пеньке небольшой меч, наподобие тех, которые скифы клали в могилы своим усопшим. Взять что ли? Конечно! В хозяйстве всё сгодится! Немного ржавый – но это ничего. Или это не ржавчина, а кровь?

Тишину болота прорезал тяжелый скрип. Так старые сосны в тайге скрипят, раскачиваясь от ветра. Деревянный истукан поворачивался вокруг оси, взрыхляя землю у своего подножия. Только вместо лица у него уже было не блюдо сасанидское, а личина. Маска шамана. Похоже, душа шамана вселилась в изображение Куль-отыра так же, как она жила в злополучной иттерме. Только иттерма маленькая, а истукан большой. Но сути это не меняло – шаман становился всё сильнее, особенно здесь, в нижнем мире.

Я ждал, пока идол повернётся окончательно, выставив в его сторону свой жалкий ржавый меч. Голову пришлось задрать, в высоту он был метра три, а то и четыре. Наконец я увидел горящие красным светом отверстия в личине, и из рта-прорези загрохотали непонятные слова на вогульском языке. Я разобрал только прежнее «культур-мультур» и «иттерма». По голосу было понятно, что шаман-истукан немного сердит на меня. Ну или не немного.

Неожиданно мне в голову пришла парадоксальная мысль: пусть это и не совсем сон, но всё же сон. МОЙ сон! Значит, я могу управлять событиями…ну или хотя бы попытаться управлять. Я набрал в лёгкие побольше воздуха, поднял меч над головой, и заорал:

– Слушай меня, лесное чудище! Это мой сон, и я здесь устанавливаю правила! повелеваю тебе говорить по-русски!

Что удивительно – подействовало! Из прорези пророкотало: