И большего не надо. История одной любви

И мы ушли, я и мой сын. Андрус отвел меня к Виторгу. Мы простились с ее величеством и ушли, под ее улыбкой я смутилась и даже покраснела.

На следующее утро я отправилась к нему, моему мужчине, Алексу. В записке короля был только адрес нового места жительства. Небольшой городок в шести часах езды на поезде от столицы, Тульск. Город был разделен на две части рекой. Милый, по-своему уютный. Сонный извозчик доставил меня до нужного дома. Светлый, одноэтажный домик, газон перед ним и живая изгородь из вечнозеленого кустарника по периметру. Я уже знала, что этот домик купил мой отец, как откуп за мою жизнь и свободу. Знала, что Алекс не принимал этот подарочек. Знала, что отец оформил все без его участия с разрешения самого короля и самолично перевез маму и сестру Алекса пока мы были с ним вместе. Знала и том обмане, в который поверил Александр и из-за которого ушел. Отец сказал, что я дала согласие на брак с тем милордом, которого впервые увидела на королевском приеме. Отец сказал, что я была с ним знакома с детства, и он всегда был не равнодушен ко мне. А сейчас я ответила на его предложение. Все те визиты семьи были лишь театром для Алекса. Когда матушка заговорила о браке, я думала она говорила о моем браке с Алексом. А она добивала ложью моего мужчину внушая ему мысль, что он лишь временная блаж. Утешение после случившегося несчастья. Он поверил, поверил, что визиты моих родных не их наглое вмешательство, а мое желание вернуться в семью, в род. Он и без того во всем винил себя, а теперь видимо захотел уйти с дороги не мешая прорастать той лжи, которую ловко взрастили мои родители. Было обидно. Как мог Алекс поверить во все это. Как мог уйти молча решив за нас двоих. Но я давила обиду на корню. Лишь бы он вернулся в мою жизнь. Лишь бы не отвернулся. Лишь бы не ушел навсегда. Вот и стояла у вымощенной камнем дорожки ведущей к порогу его дома. Стояла и боялась сделать шаг. Шаг назад не сделаю точно, не уйду пока не прогонит. Да и если прогонит, вряд ли уйду. Но и вперед никак не могла отважиться сделать шаг. Боялась, что прогонит. Было еще совсем раннее утро и в соседних домах все только просыпались. Где-то лениво лаяли собаки. Само солнце еще лениво выглядывало из-за горизонта играя бликами на стеклах. Ранняя весна посеребрила округу ночной изморозью, солнце играло и превращало округу в сказку. Дом, перед которым я стояла еще спал. Я не заметила, как подошла к порогу и замерла уже тут. Я замерзла и уже не чувствовала ног, но все так же стояла не подвижно смотрела на дверь и окна. Стояла и трусилась, не знаю от чего больше, от страха или холода. Я ждала, искала в окнах хоть какое-то движение. Дверь открылась внезапно и резко. За ней не было ни звука и вот она распахнулась передо мной. На пороге стояла всклоченная дама. Седая, худая. Ее платье висело на ней, словно было не просто велико, а больше на пару размеров. Волосы не чесаной патлей сбились на одну сторону. На ее лице еще были следы недавнего свидания с подушкой.

– Ну и чего стоишь, мнешься. Небось еще и замерзла до чертиков. Входи уже, раз пришла. Зря что ли ехала всю ночь.

Я отмерла и сделала не смелый первый шаг, затем второй. Я не только боялась, но и замерзла. Мои ноги замерзли настолько, что шаги отражались болью. Но я упрямо шла. Шла и тряслась от страха, от боли, но шла. А если Виторг ошибся. А если я сама все придумала. А если в его жизни есть другая. Молодая, красивая и без позорного прошлого как у меня. А я через короля, даже не спросив у Алекса сама все решила. Видимо все эти мысли ярко отразились на моем лице. Потому что дама, впускавшая меня ухмыльнулась и заговорила.

– Нет никого другого и быть не может. Вы же как две половинки одного. Словно истинная пара благословленная самими богами. Я видела вас вместе еще, когда он был у меня под сердцем.

Когда она договорила я уже стояла в гостиной спиной к двери. Поэтому подпрыгнула от громкого хлопка закрывшейся за спиной двери.

– Смотри под ноги и будь осторожнее. Тут не убрано. Не буду врать, что я еще не разобрала еще вещи. Или что мы не ждали гостей. О твоем приходе я знала. Я зависима. Мой покойный муж, ты с ним знакома – Седой, он подсадил меня на эту дрянь. – Она указала на столик у камина рядом с диванчиком. Там стояли пузырьки, порошки и травы. – Я уже на той стадии, когда бросить значит умереть в болях и мучении. А продолжить, умереть в забытие, лишь изредка возвращаясь разумом к реальности. Вот и доживаю свои жалкие остатки жизни в вечном тумане. Не пугайся. Я знала, чем закончится моя жизнь почти с первых дней, когда проснулся дар пророчества. У меня был выбор, этот путь и прекрасные дети. Или иной, где я умру от старости в роскоши известной провидицей, но одинокой и несчастной женщиной, не познавшей ни любви, ни материнства. Я выбрала. Как и ты в свое время. Мне осталось не долго, просто знай. И да, мой дом притон для таких как я – зависимых. Так что не задерживайся здесь.

Я уже поняла, но мне просто до дрожи надо было спросить. Я прокашлялась.

– Вы его мама. Вы видели нас. Это значит…

– Да. Это значит, что он твой. Что ты заберешь его от сюда навсегда. Без оглядки. Ты дашь ему будущее. И его отец, я знаю, вы знакомы, и он открылся тебе, поможет ему достичь своих целей. Уже помогает и потакает ему во многом. Это он скрывал все взломы академии и закрытой библиотеки. Ты же понимаешь, что каким бы сильным ни был маг, такое ему не по плечу. И уж тем более портал в покои их величества, не будь он с ним одной крови и не открой доступ ему лично королем. Забери его от сюда. Ему тут не место. Тут он погибнет. Без тебя он погибнет. Да и ты без него не сможешь уже.

– Привет.

Из ниоткуда выскочила девчонка. Как две капли похожая на Алекса, только ярко рыжая. Огненые волосы, конопатый носик и щечки. Худышка с зелеными глазами. Только это их и отличало. В кружевном зеленом платьице не по размеру.

– Ты же за Алексом пришла?

– Это моя дочь, Милана. Милая, пойди погуляй или займись чем-то полезным.

– А я уже мамочка. Я всех кукол еще вечером собрала. Я же уеду с Алексом и леди.

– Нет. – скорее неверяще, чем отрицая приговорила хрипя мать Алекса и этой малышки. – Я не могу остаться сама.

– Не бойся мамочки. Я видела тебя. Ты очень скоро уйдешь к папочке. Он очень ждет тебя. Он тебя любит и жалеет о чем-то. Я это точно знаю. Если бы он мог, все сделал бы иначе. И если я с леди и Алексом не уйду, ты меня бросишь тут одну. Поэтому я лучше уйду сейчас с леди. Хорошо?

Она молча кивнула соглашаясь с дочкой и садясь на диванчик рядом со столиком, тем самым с травами, порошками и зельями. По ее щеке прокатились слезы оставляя мокрые дорожки. Девочка подошла к маме, обняла и поцеловала.

– Все будет хорошо мамочка. Пойдем. – Уже мне сказала Мила. Алекс еще спит. А мы ему сюрприз сделаем.

– Милана, Ланочка, милочка, как тебе больше нравиться?

Я боялась, так боялась, что пыталась заполнить тишину разговором с ребенком, пока она тянула меня в глубь дома. Мы проходили по коридору открытых дверей. Там спали люди. Мужчины, женщины, они спали в одежде. На кроватях, полу, диванах и в креслах. Такое чувство, что их словно кукол, не живых, разложили или бросили. Да, это притон и все они тут… О боги, как же жилось Алексу, как жилось этому милому ребенку, тянущему меня вперед на прицепе в самый конец коридора.

– По-разному нравится. Я сладкое люблю, а ты? А ты в куклы играешь? А у тебя большой дом? А там дети есть?

Она засыпала меня вопросами не давая шанса ответить. В самом конце коридора она замолчала, а мы остановились у закрытой двери. Единственной закрытой двери. И Милочка доверительным шепотом заговорила:

– Мой брат маг. Он зачаровал дверь в нашу комнату. Войти могут только я и он. А вынести из нее вообще кроме него никто не может. Но я знаю один секрет, ты мою руку не отпускай и тоже сможешь войти.

И она открыла дверь крепче сжав мою руку и не дав мне даже шанса задуматься. Малышка шагнула внутрь и втянула меня. Лишь, когда я зашла она отпустила мою руку и вывернувшись закрыла дверь за моей спиной. В отличии от всего дома тут приятно пахло цитрусом и ванилью, а еще было чисто и светло. Большое окно с полупрозрачной занавеской светло розового цвета, рядом небольшая девичья кровать с ярким светло-сиреневым покрывалом. На ней лежали три куклы в ожидании хозяйки и узелок из розовой простынки, видимо с вещами девочки. Рядом маленький столик с чаем и бутербродами. Милочка подошла к ним и села на крохотный розовый стульчик и занялась бутербродами. Посредине, одним боком касаясь стены, стояла длинная этажерка с множеством полочек. На верхней была знакомая мне сумка Алекса. Ниже на полках лежали его рубашки, подштанники и брюки. Еще были книги, конспекты. Самые нижние занимала обувь, его и Милочки. А удобные полочки по высоте для Милы уже пустовали. По другую сторону этажерки стояла кровать, не широкая, для одного, но в отличии от первой – эта явно была больше, для взрослого человека. На ней спал Алекс. Одеяло на половину сползло на пол. Он лежал на животе. Одна рука свисала касаясь пола. Другая обнимала подушку. И как ранее у меня, подушка была одета в мою нижнюю рубашку. Он лицом утопал в ней. Я улыбнулась. Только сейчас, увидев его таким, спящим с моей рубашкой, вдыхающим мой запах, только сейчас все мои страхи растаяли. Сразу и без возвратно. Он был в одних белых подштанниках, на белых простынях, бледный, худой, нет, истощенный моими поисками и волнениями. Со спрятанным лицом, уткнувшимся в подушку. Такой домашний. Такой родной. Так близко. Я тихо, дыша через раз, подошла к нему, села на самый краешек кровати. Провела рукой от шеи до самого белья вдоль позвоночника. Погладила руки от шеи по плечам и до ладошек. Он засопел с недовольством, глубже зарываясь в подушку и передергивая плечами. Я наклонилась. Прижалась к его обнаженной спине обнимая и целуя. Его мышцы на спине напряглась. Я ослабила объятия и приподнялась. Он перевернулся. Мы смотрели друг на друга. Он лежал. Я сидела над ним. Мы молчали.

– А вы целоваться будите, да?

Сияя словно медный таз и выглядывая из-за этажерки спросила Милочка. Мы оба посмотрели на нее и улыбнулись ей в ответ. Алекс резко притянул меня к себе и действительно поцеловал. Горячо, требовательно, но при этом трепетно крепко сжимая в объятиях. Он быстро оделся. Собрал свои вещи. Забрал сумку, два узла с вещами, своими и сестры, ее кукол и мы втроем перенеслись домой. Ни с кем не прощаясь.

Послесловие.

Долго и счастливо.

Наше венчание было важным событием для всего высшего общества не только столицы, но и всего королевства. Так как король дал Алексу имя рода своей ветви, Рух, и за неимением старшего рода принимающего женщину в род, то король делал это лично, благословлял и принимал в род женщину. Сначала он принял в род самого Алекса, торжественно и красиво. А потом благословлял на брак и принимал меня как его жену. Было много прессы, не ведомых мне гостей и все мои ученики. Сам король на нашей свадьбе сиял от счастья. Пусть и незаконно рожденный, но сын, пусть и не признанный, но сын, которому он дал род и женил. И в храме он был просто гордым и счастливым отцом. Правда кроме узкого круга, семейного, об этом никто не знал. И его радость все списывали на пророчество. Он сиял не хуже Милочки, порой казалось, что он радовался нашей свадьбе больше нас самих.

Мой сын и наследный принц торжественно вели меня по проходу храма к алтарю. Впереди счастливая в припрыжку скакала огненно-рыжая девчонка в нежно розовом пышном платьице, щедро осыпая всех лепестками цветов. Ее величество умилялась и радостно улыбалась она была стояла на месте моей семьи и отдавала меня в замужество. Ведь от родителей я отказалась, точнее от их рода и передавать меня было не кому. Поэтому у нас, как обычно, все не как у людей, не по традициям. Отдавала замуж королева вместо отца, принимал сам король. А вообще, король, мне казалось, что если бы не свидетели, то он скакал бы от счастья вместе с рыжей кнопкой. У алтаря стоял мой, тот самый, любимый, любящий, настоящий, мужчина не из мечты, из жизни, пусть сложной и не гладкой, но настоящей, нашей. Через месяц король издал указ о принятии в наш с Алексом род, Рух, Виторга и Милочку. Принеся указ лично, он притворно ворчал, что счастливые молодожены ни о ком кроме себя не думают, вот его величеству и приходится все решать за них. Хотя, как мне по секрету призналась королева, приходил он проверить мою ауру, уж очень он ждал внуков. Мой муж, Александр Рух, для всей общественности стал названым сыном самого короля. А в дальнейшем возглавил королевских гвардейцев. Через год нашего счастливого брака у нас появилась красавица дочь, Алина Рух. Светлокожая девчонка с черными словно тьма омутами глаз как у отца и каштановой гривой как у меня. Король почти сразу после свадьбы признался Алексу в своем отцовстве, ему и наследному сыну. И это стало началом прекрасной дружбы между братьев, да еще и моего сына.

Милана Рух имела слабый дар провидицы, к тому же не постоянный. Поэтому рода ее не лишили и к провидицам не отправили. Она закончила мою школу и вышла замуж за сына купца. Познакомились они в школе, отец отдал его учиться в мою школу. Вообще королева озаботилась тем, что теперь образование стало обязательным и в школах учились все. Только богатая и горделивая высшая знать по-прежнему обучала детей на дому, но таких было в меньшинстве. Кстати муж Миланы, безумно влюбленный в нее чуть ли не с первого взгляда, балует воплощая все мечты своей рыжей бестии. Как и его отец, пусть и редкие, но надежные предсказания невестки сделали их самыми успешными купцами королевства. За это тесть не просто балует эту хитрую бестию, но будучи благодарным за невестку, щедро помогает школам по всему королевству. Ну а двух сорванцов с рыжими макушками вообще боготворит, внуков, как известно любят больше чем детей.

Наша с Алексом дочь учится в школе и, как и Витог увлекается артефактами и книгами больше чем сверстниками и игрушками. Она постоянно гостит у своего деда и только там превращается в обычного ребенка, маленькую, милую девочку. Чему несказанно рада ее величество, ведь только став дедом, король отстал от королевы с предложением стать вновь отцом. Да и наследный принц не радуя ни браком, ни внуками очень обрадовался Алиночке, от него тоже отстали, хоть на время. Вот и приходится с самого рождения нашей дочери впитывать всю любовь, заботу и ласку от царственных бабушки и дедушки. Только ее это вот ничуть не расстраивает. Вьет веревки из всей родни и получает все что только попросит и даже больше.

Мой сын, Виторг Рух, по окончанию академии наладил производство своих артефактов и первыми заказчиками стали гвардейцы и стражи королевства. А потом вообще вернулся в академию преподавать. Его избранницей стала обычная девушка, сирота без рода обучавшаяся в моей школе. Со дня на день они ждут своего первенца, и король уже скупил половину детского магазина для ожидаемого внука. Ведь Милана сказала, что будет именно мальчик. О том, что мы с Алексом тоже ждем сына через восемь месяцев, Милана сказала только нам. Предупредив о том, что у нас не больше пару месяцев свободы от гипер заботы его величества. Поскольку мой сын ожидается с тяжелыми родами и токсикозом, а увидит это их провидица через месяц, максимум два.

А еще, мы подружились с супругой Андруса Мирос, Николетой. Боги не одарили их брак детьми, и она нашла себя в преподавании в моей школе. Дети ее обожали, а она обожала их. И наше прошлое с Андрусом не мешало быть нам друзьями. Это было словно сон, прошлым не имеющим значения.

Вот так и сложилась моя, нет наша жизнь. Пророчество оправдалось и все сложилось замечательно и для моей семьи и королевства в целом.

Я счастлива, я самая счастливая на свете женщина, мать и в скором бабушка. Я любима и люблю того, без кого не мыслю своей жизни. И пусть за глаза нас осуждают, пусть я старше его, мы рады каждому новому дню вместе, каждому новому рассвету и закату. Пусть моя история началась не так как у других. Пусть жизнь сложилась не гладко и сладко словно в сказке. Пусть я лишилась семьи, одной семьи, я обрела больше, я создала свою семью сама. Настоящую, любящую, заботливую. Я люблю, я любима. И большего не надо.

Сентябрь 2019 года.

Фото обложки взято с tr.pinterest.com

так же изображение размещено в свободном доступе

gr.pinterest.com/pin/7f3ef3d29739d78e22b6701c2c02535b

zen.yandex.ru/media/vasilisawise/liubov-ne-bol-5da5d91eddfef600adf880c9

behance.net/sarahghare7c4b/projects