Инженер из Кирпичевска

– Да какой там обстрел, это вон, из вашего НИИ кошмарного, – Агафья Петровна показала на стоявшего в стороне сотрудника в белом халате. Он, судя по всему, разговаривал с участковым.

– Понятно, значит это то самое, про что мне Сашка говорил, – понял Игорь и отошел в сторону, где стоял его бывший коллега.

Это был малознакомый ему Сергей Окулов, с которым он никогда не работал, но пересекался в коридорах.

– Здравствуйте, – сказал Платонов участковому и инженеру из НИИ.

– Здрасьте, – ответил милиционер, – вот, составляем протокол о чрезвычайном происшествии.

– Я вас, кажется, помню, – сказал Окулов.

– Да я ваш бывший коллега, – заявил Игорь, – вы же из НИИ К.О.Ш.М.А.Р.?

– Да, мы, мы во всем виноваты. Разбираться будем, – сказал Сергей.

– Вы нам это, мешать нам не надо, – заявил участковый, – у нас тут работа.

– Ладно, – инженер развернулся, – я просто… мне интересно, думаю, мои же коллеги…

– Любопытной Варваре, сами помните что оторвали, так что идите, голубчик, – махнул рукой милиционер.

«Надо же, ничего себе, – думал Игорь, – какой проект задумали! Это даже не то, что я у меня, у себя делал. Только что у них должно было по плану получиться? Неизвестно. Эх, надо у Сашки спросить».

На следующий день Платонов встретил своего приятеля и стал расспрашивать про ЧП. Парень все рассказал.

Оказалось, что это должен был быть новейший компактный тепловой двигатель на ракетном топливе, правда, он должен был двигать, а не двигаться сам, причем вверх и по параболической траектории. Оказывается, он стартовал с испытательного полигона, что располагался за зданием НИИ, на окраине города. Просто облачная погода не позволила свидетелям понять, откуда вылетел этот бак.

– У вас, вы уже как, дело рассматриваете? – спросил инженер.

– Не знаю, начальство знает, но к нам милиция приходила, наверное, уголовщину завели, там же убытки вон какие, стекла побило, пожар устроило. Так что обязательно найдут виновного, главное, чтобы не меня. Но я там вообще ни одним боком не при чем, я совсем другим занимался. А вот тебе повезло, что ты не начал этот проект делать, – заявил Сашка.

– А я свой в гараже продолжаю. Правда не выходит, – сказал Игорь с печалью.

– Ну ладно, я буду держать тебя в курсе. Ты же наш. По-прежнему наш, – похлопал по плечу Васильков.

Прошло несколько дней, и на местном канале новостей появился сюжет про падение опытного образца НИИ К.О.Ш.М.А.Р.

В репортаже сказали про халатность на производстве, про то, что ведется следствие, а также показали кадры, снятые пожарными во время тушения. У Агафьи Петровны даже взяли интервью:

«Это было где-то в десять, – говорила она, – я сидела вот тут, как всегда. И вдруг вижу так, краем глаза, летит что-то огненное, как смерть. А потом как рванет! Я перепугалась, побежала, смотрю – мой сосед стоит, как аршин проглотил,… но, слава Богу, никого не задело. Очень страшно было, думала уже, что бомбить нас начали»…

Вскоре во дворе забыли о страшном происшествии. Лишь выжженная трава и пустота вместо кустов напоминали о неудачном запуске опытного образца НИИ.

Зато в голове Ипполита стали активно плодиться тараканы. Он начал говорить о том, что его картина – «Триумф хаоса» призвала с неба дьявола, но потом он почему-то переключился на инопланетян, начав заявлять о вторжении пришельцев, что этот взрыв был попыткой убить его, как самого знающего о пришельцах в доме.

Башмачкин нарисовал много картин того, каким он увидел тот день. Они, на удивление, были реалистичнее, на них можно было разглядеть летящий огненный шар и пожар.

А вот жизнь Платонова никак не изменилась. Он по-прежнему собирал металлолом и надеялся на лучшее. Денег становилось все меньше, и вот он уже ходил в магазин, покупая только уцененные товары.

А подсвечник все стоял на комоде и ждал своего часа.

«Вот продам я его и что? Я же все равно когда-нибудь…ну… закончатся эти деньги, – думал Игорь, – и что? Нового то у меня нет, и вряд ли еще появятся. А так, пусть стоит, я же столько сил на него положил, есть что вспомнить, есть чем гордиться».

Но прошло еще несколько недель, и Сашка рассказал приятелю удивительную новость: Хвостова подозревают в халатности и воровстве.

– Да, ты представляешь? Милиция стала разбираться, и оказалось, что у зама половина документов не сходятся, – заявил Васильков, – так что, чую, попрут его, а то и посадят. Все-таки происшествие гласное, так что все, конец сериала, последняя серия.

– Какого сериала? – удивился Игорь.

– Какого-какого, твоего ненавистного. Наташка твоя, небось, Хвостова бросит. На кой ей мошенник нужен? Так что ты не расстраивайся, Игорек, – Сашка похлопал его по плечу, – все будет супер, может быть, и тебя вернут.

– Меня? Вернут? – обомлел Платонов, – это ну прямо, ну сказка какая-то, честное слово!

– Да какая сказка, это справедливость, приятель.

Глава 13 Про возвращение

И действительно, по прошествии пары недель Хвостова взяли под арест, а администрация НИИ начала пересмотр всех дел, которые курировал Василий.

Владлен Макарович, наконец, понял, что дело о хищении инвентаря инженером Платоновым оказалось сфабрикованным.

– Скажите, Наташенька, – попросил директор, – вы помните Игоря Платонова, которого уволили три месяца назад?

– Помню, конечно, помню, – сказала расстроенным голосом девушка.

Она до сих пор не могла справиться с эмоциями после того, как ее любимого человека арестовали по причастности в краже и халатности. Хорошо, что ее не тронули, а ведь могли, ведь часть ложных документов и описей составляла она.

– Только не плачьте, Наташа, – попросил Владлен Макарович, – для меня и самого это удар в спину, я ведь так сильно доверял Хвостову, – так что, этот Платонов заслуживает возвращения в институт?

– Думаю, да, – сказала Дорофеева, – он очень любил свою работу, если вам надо, вы спросите его коллегу, Александра Василькова, они с ним, кажется, до сих пор общаются.

На следующий день утром Игорю позвонили.

Телефон героя давно пылился на комоде, и неожиданный звонок удивил инженера.

– Здравствуйте, – сказал Платонов.

– Здравствуйте, это Игорь Платонов? – спросил знакомый хрипловатый голос.

– Да. Владлен Макарович, это вы? – удивленно спросил герой.

– Да, это я. Я слышу, что вы рады. Я хочу обрадовать вас еще больше. Я приглашаю вас назад в наш институт. Вы будете восстановлены в должности, с вас сняты все подозрения.

– Ничего себе, вот это подарок, спасибо вам, Владлен Макарович, – заявил радостно инженер, – так это я могу уже завтра приходить?

– Вы можете приходить уже сегодня, если вы можете. Насколько я знаю, вы безработный.

– Да, я без работы, так что я… вы меня ждите, я скоро буду, – засобирался Игорь, – спасибо вам еще раз.

«Все, работа нашлась! – сияя улыбкой, подумал герой, – вернули меня, наконец-то. Да, вот, правду говорят, что было бы несчастье, да несчастье помогло. Надо же, как все сразу… все сразу зашевелились. Наташа! Я же ее увижу, наконец! Я ей столько стихов написал, только это же письма. А зачем письма, когда вы в личную видитесь?»

Через час Игорь был на работе. Его тут же отправили в кабинет директора, где Стопольский уже вживую продолжил разговор.

– Еще раз извините, Игорь Степанович, мы были неправы. Вы нужный сотрудник. Когда ваш коллега сказал мне, что вы в своем гараже свой проект делаете…, я понял, вы ценный сотрудник. Побольше бы таких.

– Скажите, а вашего зама уже посадили? – спросил Платонов.

– Ох, не знаю, пока, но арестовали. И скоро будет суд. Меня вызывают в качестве свидетеля. Вы можете пойти туда как потерпевшая сторона, не хотите?

– Да нет, что вы. Я не злопамятный. Тем более… знаете, вот я одно потерял, а другое нашел. Я за эти три месяца очень многое понял. Да. Это был урок жизни. Так что не надо, мне лишь бы работать. И все, институт – это мое все, – заявил инженер.

Герой вошел в родной кабинет, где трудился Сашка и обнял приятеля.

– Ну, с возвращением! – поздравил Васильков.

– Спасибо, – Платонов вдохнул запах мастерской и понял, что он на своем месте, – я сейчас понял, здесь даже запах свой, особенный. Пайкой пахнет и деревом. Это вон, наш паркет. Я раньше привык, а сейчас вот давно не был и почувствовал.

Игорь зашел в бухгалтерию за документами и, естественно, увидел там Дорофееву.

– Ты совсем не изменилась, Наташа, – сказал с теплом герой.

– О, привет Игорек, – сказала с какой-то маленькой радостью девушка, – ах, да вот твои документы, – героиня протянула папку, и Платонов коснулся ее ладони своей рукой.

Она была такой теплой и нежной, а рука Игоря, напротив, была грубой и стертой.

– Наташа, как я рад тебя снова видеть, – с улыбкой сказал герой.

– Игорь, скажи мне, – попросила девушка, – а твои чувства все еще такие же крепкие, как та роза?

Она смотрел на героя как-то загадочно: не осуждающе, но и не с восторгом.

– Думаю, да. А может даже и прочнее, – сказал Игорь, – а ты до сих пор ее… она у тебя?

– Да, она стоит у меня дома. Это очень красиво, Игорь.

Инженер стоял и смотрел на девушку своей мечты. Теперь она была так близко, она, наконец увидела его, поэтому можно было сказать ей то, чего он так долго ждал, но сказать он не мог. У Платонова перехватило дух, поэтому он просто пошел на выход.

– Это я… думаю, мне… я, наверное, уже пойду, – сказал, заговариваясь, Игорь, – у меня еще работа. Ты прости, что так, я просто не готов ко всему вот так вот сразу.

– Я понимаю, столько счастья в один день, – улыбнулась девушка.

***

Теперь жизнь Платонова пошла привычным чередом. Ему разрешили продолжить его «гаражный» проект. В столовой на него поглядывали, но обсуждали Игоря гораздо меньше, чем Хвостова и нового зама. Им стал бывший руководитель отдела научных разработок Вячеслав Рынников. Он вполне заслуживал этой должности, поскольку ни разу не вызывал подозрений со стороны начальства и, что важно, не оказался замешанным в деле о хищении средств из НИИ, как руководитель финансового отдела, который был заодно с Хвостовым.

Инженер стал чаще общаться с Наташей. Теперь она позволяла приближаться к себе, но пока была очень осторожна. Она еще не отошла от пережитого, поэтому все еще пребывала в каком-то полупечальном настроении.

Но все шло к тому, что Дорофеева принимала тепло со стороны Игоря, а значит, могла начать с ним встречаться.

Глава 14 Про встречу

В один день в обеденный перерыв инженер увидел Наташу сидящей за столом и, подойдя, спросил: «Можно я сяду?»

– По-моему, ты не спрашиваешь, когда садишься, – то ли с шуткой, то ли с раздражением произнесла девушка.

– Да? Прости, я не хочу лезть к тебе без разрешения, – сказал Игорь, – скажи, вот как ты думаешь, ты была бы не против, например, чтобы мы с тобой пошли куда-нибудь вместе, может быть в кино? Ты любишь кино?

Дорофеева улыбнулась, подумала что-то и ответила:

– Да, думаю, можно, кино я люблю.

– Давай после работы. Там вроде вечерний сеанс бывает, – предложил Платонов.

– Хорошо, Игорь, а кто будет платить? – спросила Наташа.

– Я, конечно, я,… я же тебя приглашаю, – заявил инженер.

– Ну ладно, пойдем, – как-то загадочно сказала девушка.

Вечером герои встретились у выхода и пошли вместе к кинотеатру.

– Я вот, правда, не смотрел афишу, я даже и не знаю, на что и на куда мы идем, – сказал Платонов.

– Да ничего, главное, что идем, – с улыбкой сказала Дорофеева.

Она улыбалась чаще, чем обычно, и это не могло не радовать Игоря.

– Наташ, скажи, а вот как ты теперь думаешь, что ты думаешь про Хвостова? – спросил герой.

– Да что я могу про него думать? – вздохнула девушка, – даже не знаю, как это описать, мне тяжело о нем думать. Васька поначалу такой заботливый был, галантный, он меня любил. А потом вдруг бац. И все. Он, правда, пообещал, что будет ждать и обязательно вернется. Но мне уже, если честно, не очень хочется его ждать.

– А мне кажется, да, что он просто…он просто…

– Кто? – спросила героиня.

– Да не знаю, как это сказать. В общем, он пытался тебя заманить деньгами. Он купить тебя хотел, – заявил Игорь.

– Может и так, – задумчиво произнесла Дорофеева, – я уже теперь и не знаю, что думать. То ли это все была игра, то это была настоящая любовь, я теперь не знаю.

– Ну не печалься, Наташа, иногда бывают в жизни такие моменты, когда вот не везет, не везет и вдруг бабац, и повезло. Вот у меня так было, я ходил по помойкам собирал ну, металл цветной…

– Ты по помойкам ходил? – удивилась девушка, – какой ужас!

– Да, я привык, – махнул рукой Платонов, – и вдруг мне, значит, подсвечник попался, я смотрю, а он бронзовый. Я вон, сходил к этому… ну к старьевщику, он мне сказал там,… назвал какую-то заоблачную сумму, говорит дорогой. Но я его сберег.

– Покажешь? – спросила Дорофеева.

– Обязательно, мы в следующий раз, может это,… ко мне домой сходим? Я тебе наш подъезд покажу, мой дом, – предложил герой.