Инженер из Кирпичевска

– Толик, да ладно, слезай, а то разобьешься, – сказал Игорь.

– Ничего я не разобьюсь, – заявил друг и начал раскачиваться как маятник.

Поняв, что не сможет сделать оборот, Каштанов все-таки спрыгнул и спросил:

– А помнишь, как я тебе очки портфелем сбил. Это было вообще в каком классе? Ты еще заплакал, я помню.

– Толик, ну что ты вспомнил, я не люблю эту историю, мне как это…ты меня смущаешь. Это было в третьем классе вроде бы.

– Да, весело у нас было, столько всего есть, что вспомнить, – сказал Толик.

– Да, а как ты с Иркой из параллельного, не общаешься больше? – спросил Игорь.

– Нет, она сказала, что я ей не нужен, что я алкоголик, что я лодырь. Мымра болотная, тоже мне королева, – презрительно заявил герой.

Друзья шли по направлению к НИИ. Как-то раз Платонов попытался устроить туда Каштанова, но тот на третий день работы случайно врезался в котельную трубу у выезда, и все залило водой. Толика вышвырнули подальше.

– Вот именно, мымра, что она тебе… владеет она тобой, хозяйка она тебе, чтобы тебе говорить, что ты можешь, что она хочет? – поддержал друга инженер.

– И вообще я понял: все бабы дуры! – заявил Толик.

– Нет, вот это ты так…неправильно говорить, не надо, не все, есть некоторые, но не все. И вообще, что за слово «бабы»? Девушки, дамы, женщины, – заступился Игорь.

– Игорь, ты что, опять влюбился в свою Наташку? – спросил недовольно герой.

– Почему опять? Я из нее и не развлюблялся, я как был в нее влюблен, так и сейчас есть, – сказал Платонов, – она сказочная, такая милая, такая хорошая.

– Вот именно, что сказочная. Из какой только сказки она? Про царевну-Несмеяну или про бабу-ягу? – пытался пошутить Толик.

– Из самой прекрасной сказки, – заявил Игорь, – о, а мы к моему институту подошли.

Герои увидели охранника НИИ, который, узнав врага в лице Каштанова, тут же засвистел в свисток и пошел навстречу героям.

– Уходите прочь! – скомандовал сторож, – Игорь, уводи своего бездаря, пока опять чего не случилось.

– Так а мы просто мимо гуляем, мы к вам не пойдем, – сказал Платонов, – мы уже уходим, все.

Герои ушли, и инженер сказал:

– Эх, не любят нас, не любят здесь.

– Да тебя ж вроде любят в НИИ твоем? – возразил друг.

– Да что там, уважают скорее, как работника, а любить… никому я не нужен. Вот уйду я куда-нибудь, пропадусь в лесу в каком-нибудь, и даже искать меня никто не будет, это вот точно, – сказал Платонов.

– Так ты проверь, кто тебя искать будет. Возьми и останься дома, возьми и не приди на работу. Жди, пока тебе не позвонят, – предложил Толик.

– Вот это ты хорошую мысль говоришь, да, только я не могу так. У меня дела. Завтра доделаю, может и тогда уйду. Уйду домой, прям уйду и останусь, – решил Игорь и махнул рукой.

Иногда бестолковый друг мог быть полезным, и инженер это понимал. Поэтому он не переставал дружить с этим вечно пьяным и лихим человеком.

Чуть позже герой понял, что ходит на работу не понятно ради чего. Он делает свою работу, но кому нужна эта работа? Его чертежи отвергают, его заказы плохо оплачивают. Он просто пешка, от которой мало толку. Поэтому его отсутствие на работе может показать, кому этот никчемный сотрудник действительно важен и нужен. И Игорь решил проверить этот метод на практике.

Глава 4 Про хождение вокруг да около

На следующий день инженер принялся за выполнение своего плана и доделал его в срок. Он был чист от заданий, и со спокойной душой ушел домой. Герой решил не появляться в НИИ, пока ему не позвонят. Его телефон знают все, кому это нужно, так что, если надо, дозвонятся.

Игорь встал попозже, хотя и не спал уже час, а просто лежал в мыслях и мечтаниях. Он не спеша позавтракал и лег на кровать в ожидании звонка, поглядывая на телефон, который стоял на комоде.

Но звонка все не было и не было. Видимо, никому Платонов не был нужен. Или же просто заказов просто не поступало.

«Что же это, даже Сашка не звонит? – удивился инженер, – он тоже, что ли про работу забыл? Он же со мной в одной работе работает, сидит напротив моего места, и он даже не видит, что я… что меня нет? Вот коллега! Странный…»

От скуки герой решил включить музыку, но негромко, чтобы соседи не услышали, что он дома.

За окном шел мелкий дождик, который должен был скоро прекратиться, потому что с юга уже виднелось ясное небо.

Вдруг раздался телефонный звонок. Игорь тут же выключил проигрыватель и снял трубку.

– Алло, это Игорь Степанович? – спросил знакомый милый голос.

– Да, это я, Наташа, это ты? – приятно удивился Платонов.

– Да, это я, Игорь. Почему тебя нет на работе? Твой коллега о тебе беспокоится, – заявила девушка.

– Сашка что ли? – спросил герой.

– Да, Саша, – сказала Дорофеева.

– У меня с утра… как пыльной картошкой треснули, голова болит, ноги прямо не держатся, – начал сочинять Игорь.

Для естественности картины инженер вчера выпил за ужином, и сегодня у него ощущалась легкая головная боль.

– Игорь, тебе в счет отпуска оформить или за свой счет? – спросила Наташа.

– А у меня там… работу принесли? – спросил Платонов.

– Да, у тебя новый заказ на детали.

– Тогда я могу прямо сейчас выйти, мне уже легчает, если надо, говорите, я приду, – сказал Игорь.

После короткой паузы послышался ответ Сашки:

– Игорек, выходи, если можешь. Я сам не сделаю, там твоя голова нужна.

– Ладно, Саш, я приду. Через час где-нибудь меня подождите, я приду, – сказал герой уставшим голосом, для правдоподобности, положил трубку и взбодрился.

«Значит, все же я кому-то нужен, – понял инженер, – главное – Сашке. И ведь Наташа мне позвонила. Мог бы и сам позвонить, значит, она, может тоже обо мне переживала».

Герой вышел на работу, и жизнь потекла по привычному, рутинному руслу. Сашка не особо благодарил Платонова за помощь в работе, а Дорофеева не обращала внимания на его ухаживания.

После того случая с тюльпаном Игорь задумал новый подарок – цветок, но не обычный, а металлический.

Как-то раз он свил из остатков медной проволоки некое подобие стебля с сучком и подумал, почему бы не смастерить целую розу.

Делать это герой, разумеется, решил в свободное время в гараже. Там было немного места, зато много инструментов, по большей части доставшихся от отца.

Платонов достал моток медной проволоки и медный лист. Из листового металла он решил сделать лепестки, а из проволоки – стебель.

Работа растянулась на несколько дней, потому что в будние у Игоря оставалось мало сил и времени.

Лепестки и листочек он приварил к стержню из плетеной как канат проволоки, шипы решил вовсе не делать, чтобы не доставить неудобств даме.

Медная красота была готова к тому, чтобы быть подаренной, только вот не хватало красивых слов. И инженер решил написать небольшое послание. Сначала он думал сделать его в стихах, но потом понял, что ничего не выходит, и оставил прозу.

«Мои чувства к тебе прочны, как эта роза. Они не увянут и не сломаются. Просто поставь ее на видное место и помни, что я ослеплен твоей красотой.

Твой Игорь».

Игорь пошел с этим подарком в институт. Его лицо сияло в предвкушении чего-то. Он собирался оставить подарок, пока Наташи не будет в каморке.

К счастью, герой увидел, что девушка стояла в коридоре и с кем-то разговаривала. В этот момент Платонов зашел в кабинет Дорофеевой и огляделся.

«Если зайдет Хвостов, то он сломает мою розу на щепки, – подумал герой, – положу-ка я ее в укромное место».

Игорь положил подарок в стол и быстро вышел из каморки. Наташа, кажется, увидела инженера, но не придала этому значения. Она привыкла видеть этого недотепу возле себя и своего кабинета.

А Платонов вернулся на рабочее место, где уже трудился Сашка.

– Что, опять к Наташке ходил? – спросил коллега.

– Тихо, – прошептал Игорь, – молчи, а то услышит.

– Кто услышит? Все уже знают, – удивился Васильков.

– Хвостов, зам директора. Он такой тип коварный, ууу, окрутил он Наташку, ох окрутил, – заявил инженер.

Сашка усмехнулся и продолжил работать.

– Ты бы поосторожнее с ним был, он ведь и уволить может, – сказал после недолгой паузы Васильков.

– Может. А что мне… и-из окна повеситься? Я люблю Наташку, понимаешь? И никуда я отсюда не уйду. Только в могилу.

– А если она уедет? – спросил Сашка, – ты за ней поедешь?

– Не знаю. Если с Хвостовым, то никуда я не поеду, а если одна… то может быть и да…

– А если одна, то он за ней, – усмехнулся Васильков.

– Даа, вот незадача… – вздохнул Игорь.

Глава 5 Про несправедливость

Реакции на подарок инженер так и не дождался. Было неясно, оставила ли Наташа розу или выбросила. Но после этого случая на ее лице даже ничего не изменилось. Она смотрела на Игоря просто как на коллегу, коих в НИИ сотни.

Разочаровавшись в подарках и отношениях, Платонов чуть охладел в стремлении привлечь внимание Дорофеевой и принялся за разработку нового аппарата. Средства на это были выделены лично директором института – Владленом Макаровичем Стопольским.

Он занимал пост директора уже двадцать лет, начинал свою карьеру еще в шестидесятых, когда НИИ был совсем молод, как и он сам. Сейчас Стопольскому было шестьдесят четыре. Он был очень опытным и мудрым человеком, который, однако, слишком сильно доверял своему заму – Хвостову. Директор был лично знаком с отцом Василия, поэтому и устроил его на высокую должность. Обо всем, что происходило в институте, начальнику докладывал Хвостов, от этого некоторые вещи не доходили до Стопольского, а некоторые были безбожно перевраны его замом.

Так вышло и с Платоновым. Об этом подробнее.

Игорь занимался разработкой своего проекта. Все шло более чем удачно, и он планировал доработать его к концу квартала. В свободное от работы время герой общался с коллегой Васильковым и пытался подойти к Наташе. Она совсем перестала слушать инженера. При виде него Дорофеева разворачивалась и уходила. Если же она заходила к нему по делу, то разговаривала сухо и только в деловом ключе.

Игорь совсем разочаровался. Он чувствовал, что не может без Наташи. Она была его светом, воздухом и водой. Каждый вечер Платонов ложился спать, думая о девушке. Он просто мечтал о том, как они вдвоем поедут на велопрогулку, как будут пить чай вместе, как будут слушать музыку и радоваться пребыванию вместе. Но, увы, этим мечтам не суждено было сбыться.

Один раз инженер взял со своего рабочего стола паяльник. Он нужен был ему в гараже, чтобы починить освещение. Его паяльник сломался, а без света было никак нельзя.

На выходе Игоря почему-то встретил Хвостов и попросил показать содержимое сумки.

Герой показал, и Василий задал вопрос:

– Почему это у вас паяльник лежит? Вы что его украли?

– Нет, что вы, он у меня просто всегда лежит здесь, это мой, я его это… беру, когда что вдруг понадобится. А то вдруг вот возьмет и сломается наш, а я возьму и доделаю, что начал, – пытался оправдаться инженер.

Хвостов взял паяльник и рассмотрел на нем штамп НИИ К.О.Ш.М.А.Р.

– Вы лжец! Вы воруете оборудование из института! – Разразился зам директора.

– Да я просто взять хотел, мне дома в гараже надо запаять там, лампочка…все, я верну, честно, – смятенно произнес Игорь.

– Вернете, и прямо сейчас, – Василий отобрал вещь и сказал, – приходите завтра к директору, мы все с вами выясним, если вы еще что украли, то вы точно штрафом не отделаетесь, ясно?

– Я-ясно, – кивнул герой, – я приду, обязательно.

Платонов пошел домой расстроенный и обиженный.

«Ну взял я попользоваться и что? Я же не красть, это же мой личный паяльник, я им свое рабочее место паяю», – подумал инженер.

Утро следующего дня, как и предполагалось, было недобрым.

В НИИ Игоря тут же встретили и повели к директору.

Владлен Макарович сидел за своим столом и покручивал усы. Его седые волосы на голове были зачесаны вбок. Потухшие глаза смотрели в стену.

– Вот он, явился, не запылился, – заявил Хвостов, приводя в кабинет провинившегося инженера, и начальник обратил взгляд на него.

– Здравствуйте, Макар Владленович, ой, Владлен Макарович, меня оклеветали, – начал Платонов.