Помоги проекту - поделись книгой:
– Скорее второе, – подумав, сказал Корней. – Ведь парни знают, что за лишнюю болтливость я увольняю сразу. И пусть они считают, что я сейчас под арестом… все же не думаю, что они так быстро успели бы осмелеть и взялись бы так рисковать рабочим местом, да еще под носом у Влада сплетничать с его женой. Все знают, что у Элки язык без костей, и несколько печальных примеров сотрудники уже получали на практике, в назидание всем остальным. Так что… Одно дело – это болтать между собой, позволив кое-кому подслушать о приезде Кристины, – Корней усмехнулся Женьке. – И совсем другое кинуться названивать хозяйке сразу после отъезда очень разгневанного хозяина. Да еще и делать это при втором своем напарнике! Нет, Жень. Думаю, что это Элка просто увидела, как Влад сегодня вылетел от тебя, психанув, потому что успела позаботиться о том, чтобы получать из твоего дома наружную информацию. Ты ведь тут живешь уже не первый год, не знать об этом доме она не может… а ненавидит тебя она, больше, чем всех остальных женщин Влада вместе взятых.
– Меня? Да я ведь стараюсь вообще ей никак не напоминать о себе…
– Ты – да. Но Элка прекрасно видит, как Влад к тебе относится. Начнем с того, что тебя, первую и единственную, он даже приводил к себе домой, и это уже после их свадьбы! Правда, Элка тогда была в Италии, но вспомни, как быстро она оттуда прилетела, едва ей шепнули о тебе! И с тех пор уже не уезжает на юга на всю зиму! Потому что в отличие от предыдущих девочек Влад с тобой уже не первый год!
– Ну да… – Женька печально усмехнулась, вспоминая вчерашнее утро и яркую помаду. – Потому что со мной очень удобно в качестве запасного аэродрома! Неужели Элла этого не понимает? Того, что я ей не конкурентка, а скорее подруга по тем несчастьям, какие Влад может нам причинить? – Она не сдержала вздоха, вырвавшегося, казалось, из самой души: Загоров словно бы и не осознавал, на какие страдания он способен обрекать тех женщин, которые были к нему привязаны. Просто обеспечивал их, проявлял необходимую заботу и брал все, что ему нужно взамен, без оглядки на наносимые при этом сердечные раны. И жил так, как ему нравится, ни в чем себя не ограничивая.
– Жень, это у тебя на первом плане чувства, – возразил Корней. – А Элка слишком трезво относится к жизни, чтобы гоняться за какой-то там любовью. Нет, она ревниво готова отстаивать гораздо более материальные вещи! То есть богатого мужа и все, что к нему прилагается. Так что я не удивился бы, что она пытается следить за тобой! Поэтому вполне возможно, что где-то вблизи твоего участка есть камера… – Взяв листок и карандаш, Корней профессионально, легко и подробно, словно с натуры, начертил схему дворов, окружавших Женькин. Пояснил: – У тебя во дворе никто ничего не смог бы влепить, без нашего с Владом ведома. Да и смысла нет, потому что с такого угла обзор минимальный. Значит, остаются соседи, с которыми можно было договориться либо сделать все тайком от них. Этот и этот двор, – Корней очертил на бумаге штрихом, – отпадают, потому что с тех точек в твою сторону обзор вообще никакой. Остается вот это дерево… Тут крыша… и вот тут флигелек. – Он поставил на чертеже три жирных креста. – Запомни эти места! А когда будешь гулять с Туманом, аккуратно к ним приглядись. Особенно к последнему. Именно оттуда можно было бы лучше всего разобрать, что Влад вылетел сегодня из твоих дверей злющий, как стая мракобесов. А возможно, даже его голос уловить, когда он тут орал. Теперь нам всем надо следить за тем, чтобы голос не повышать, даже днем, когда охраны нет во дворе. Ну, а я, совершая вылазки, буду избегать этих мест с особой тщательностью.
– То есть, если я найду камеру, трогать ты ее не станешь?
– Ни в коем случае! Убирать ее чревато. А так она даже может еще оказаться полезной. Эх, знать бы, как и куда передается сигнал, если это в самом деле камера! И посоветовать Владу, чтобы покопался в Элкином телефоне… и в ноутбуке. Ведь не исключено, что там могут оказаться даже кадры позапрошлой ночи! На которых могли мелькнуть наши незваные гости.
– Но тогда… Корней, да если Элла знала о них… и промолчала, не предупредив Влада о том, что кто-то лазил под его машиной…
– Жень, предупредить его означало признаться, что она за тобой следит! Да она скорее Владом бы рискнула, чем собой, зная, как он на такое отреагирует. Себя она очень любит! А Влад для нее лишь источник доходов и престижного положения. И в случае чего она одна из основных его наследниц.
– Да не может быть, Корней! Чтобы она… вот так к нему относилась?!
– Ох, плохо ты ее знаешь, Жень! Не пытайся судить о ней по себе! Она совсем другого полета птица, поверь на слово, ведь я имею удовольствие наблюдать за ней каждый день. Впрочем, может, ты в чем-то и права, она могла просто не понять, кто это был у тебя во дворе и чем они тут занимались. Элка очень продвинутая особа в житейском и в экономическом плане: может красиво дом обустроить, принять гостей, сделать качественные покупки или что-то грамотно организовать себе в удовольствие. Но просто в жизни она очень недалекое существо, истинная гламурная куколка. Из тех, про кого издевательские клипы в интернет выкладывают про уровень их образования на тему, как Гитлер с Наполеоном против России сговаривались, а Лжедмитрий держал им планшет.
– Мне кажется, ты просто ее не любишь, – заметила Женька.
– И это тоже, – не стал отпираться Корней. – Но скажи еще, что не за что! Я же вижу ее насквозь, потому что умею разбираться в людях.
– Точно? А мне показалось, что Кристина сегодня сумела тебя здорово удивить! Хоть ты ее и знаешь не первый год!
– Кристина – да, сумела! Она одна из тех немногих, кто не относится к Владу потребительски. Я всегда был уверен, что он ей дорог именно как родной человек. Поэтому сейчас даже предположить не берусь, а что это все-таки было с ее стороны? И по какой причине?
– Я прямо слышу сейчас твои мысли: «Эх, побеседовать бы с ней! Или хотя бы на нее взглянуть», – усмехнулась Женька. – Но ты сейчас не можешь перед ней появиться, потому что официально ты не покидал тюремных стен. Мне Влад тоже дал совершенно четкую команду, чтобы я никуда не выходила из дома. Но если он узнает, что я все-таки съездила к Кристине как к врачу на прием… ну не убьет же он меня за это?!
– Думаю, нет. – Корней улыбнулся. – Меня ведь сегодня не убил. И даже психовал не слишком долго, включил обратную передачу под давлением новостей. Не такой уж он и самодур на самом деле, каким иногда кажется.
Женька покивала в ответ. Потом взглянула на часы:
– Кристине сегодня уже поздно звонить, попробую завтра с утра с ней договориться о встрече. А пока, чтобы время зря не терять, пойду прогуляюсь с Туманом по саду. Быть может, сумею что-то найти?
7
Чтобы позвонить Кристине с началом рабочего дня, Женька поставила себе будильник. Без него опасалась проспать, потому что очень поздно легла накануне. Вначале бродила по саду, давая возможность засидевшемуся дома псу как следует размять лапы, а попутно пытаясь высмотреть камеры на указанных Корнеем местах. Потом, так ничего и не сумев обнаружить, по возвращении домой долго обсуждала с Корнеем как это, так и свой предстоящий разговор с Кристиной. Который едва не сорвался еще на начальной стадии: Крис, как оказалось, была совсем не настроена на беседу с Женькой. Отговаривалась плотным графиком приема и неотложными делами, как никогда! Женьке тоже пришлось упирать на то, что ей необходима помощь Кристины как специалиста. Особенно после пережитых событий, о которых Крис тоже должна знать. Такое заявление заставило Кристину сдаться и буркнуть:
– Ну ладно, приезжай! Только сразу предупреждаю, что много времени тебе уделить не смогу. К одиннадцати успеешь?
– Конечно! Спасибо! – Женька принялась собираться, выслушивая последние наставления Корнея. На что стоит обратить внимание, о чем спросить, если подвернется случай. Но главное – не переусердствовать и не засветиться, ни на минуту не забывая о том, что ей известно гораздо больше, чем можно предположить, но Кристина об этом не должна заподозрить!
Женька неустанно прокручивала в голове все наставления Корнея, пока добиралась до клиники. Опасалась, что Кристина, опытный специалист, сразу заметит, что с ней сегодня что-то не так. Но при встрече сама обратила внимание на то, что Крис не такая, как обычно. Это можно было объяснить, учитывая недавние события. Но еще более странным Женьке показалось то, что не было сегодня у Кристины никакого плотного графика приемов, которыми она пыталась отговориться. Кабинет выглядел так, как будто его открыли только что, прямо перед Женькиным приходом.
– Прости, что я сегодня была такой навязчивой, – едва присев в свое кресло, сразу извинилась Женька.
– Ничего, все нормально, – отмахнулась Крис. Она никогда не пыталась выказывать Женьке каких-либо дружеских чувств, относилась к ней ровно, как профессионал. Женька не раз задумывалась: а не скрывает ли Кристина в глубине души раздражение против нее, серой мышки совершенно не из того контингента, к которому принадлежали основные посетители клиники? Против проблемы, просто навязанной братом, которому Крис не смогла отказать? Но голос врача звучал ровно и спокойно, когда она спросила: – Так что у тебя случилось?
– Я два дня уже как на иголках. – Женька нервно сцепила руки. – Влад ни с того ни с сего вдруг запретил мне выбираться в лес! А дома с каждым днем все хуже! Я там задыхаюсь, я не могу! Особенно с теми проблемами, которые сейчас появились… Влад весь на взводе! Он тебе вчера ничего не говорил про Корнея?
– Жень… Давай определимся: ты приехала ко мне за помощью или хочешь какую-то информацию получить?
– За помощью, конечно. – Женька уже знала по опыту, что Кристина никогда не станет смешивать прием и беседу на личные темы. Но информацию она уже получала, сама! Оценила обувь Крис, с высокой голенью, и руки с наглухо застегнутыми манжетами: та пыталась скрыть следы от врезавшегося в тело скотча, которых не могло не остаться, потому что Корней организовывал сцену в квартире как можно правдоподобнее. А вот маникюр был чуть отросший! В рамках допустимого, конечно, но если приглядеться, то уже заметно. Сама Женька про такую мелочь никогда бы не подумала, но не успевший вчера детально все рассмотреть Корней едва ли не в первую очередь проинструктировал ее присмотреться к ногтям собеседницы, сообщив заодно вчерашний цвет гель-лака. Что оказалось весьма информативно! Ведь раз Крис не поторопилась все исправить, то вряд ли она накануне с кем-то боролась в квартире, ломая ногти. А еще грудь, лицо, шея – все было в порядке, без малейшего намека на попытки замаскировать синяки или царапины косметикой либо одеждой. Этого Корней вчера мог и не заметить в виду плачевного состояния Крис и размазанного по ее лицу макияжа, но сегодня любая мелочь проявилась бы в ее безупречном внешнем виде. Оставалось теперь наблюдать за женщиной во время разговора. «Дети, – инструктировал Корней. – Обязательно постарайся выяснить, все ли с ними в порядке. Это очень важно! Потому что ведь не исключено, что Кристину пытались шантажировать при помощи сыновей!»
– Я успела узнать, что Корнея за что-то арестовали, – выдохнула Женька, глядя Кристине в глаза. – Ты ведь тоже наверняка это знаешь, потому что дело касается твоей семьи? – И тут же сменила тему: – Я с этого момента места себе найти не могу! Его! За что?! Даже Влад ничего не знает и психует из-за этого! А мне что остается? Если в лес нельзя? И если я не могу нарушить его запрет, потому что он и без того раздраженный? Только к тебе! Так что прости… Чтобы я у тебя время не отнимала, можешь ты мне хотя бы такие таблетки выписать, какие в самом начале назначала?
Антидепрессанты, которые Женька только складировала и никогда не пила, и уж тем более не собиралась! Потому что раньше у нее всегда оставался лес, а теперь и вовсе лекарства были противопоказаны! Но Крис, казалось, была рада отделаться от Женьки так быстро и просто.
– Действительно, если лес пока наглухо исключается, то давай начнем с них, – согласилась она, доставая бланк рецепта: лекарства отпускались как учетные. – А дальше посмотрим.
– Спасибо, – вздохнула Женька, наблюдая, как врач твердой рукой выписывает препарат. Дать расслабиться… не спешить… а потом вдруг прошептать, когда от тебя этого уже совершенно не ожидают: – Влад заикнулся, что Корнея взяли за убийство…
«Оцени ее самый первый взгляд, прямо сфотографируй! – говорил Корней. – Все остальное будет уже притворством».
– За что?! – Кристина быстро сумела подавить страх, мелькнувший в ее глазах. И сказала, возвращаясь к рецепту: – Жень, я и правда ничего об этом не знаю. Да, у Влада сейчас проблемы. Но ты знаешь, что он не любит о них говорить! А мне еще вполне хватает своих!
– Твои мальчишки?.. – решилась уточнить Женька, поскольку они уже касались этой темы раньше, в присутствии Влада.
– Да нет. – Крис отмахнулась так легко, даже немного рассеянно, что Женька сразу и поняла, и почувствовала: проблемы заключаются действительно не в них, а в чем-то другом. Но в чем именно? Женька не могла спрашивать лишнего, да Корней и не надеялся сразу много узнать. Как главного по охране в семье Влада, его в первую очередь интересовали Кристинины сыновья. Но Женька получила лишнее подтверждение того, что с ними все в порядке, когда, уже попрощавшись, успела расслышать, как Кристине звонит старший из них. И как та буднично, приветливо отвечает ему:
– Да, Максапеткин!
Уменьшительно-озорное от Максим Петрович, данное сыну матерью! Женька улыбнулась, уже скрывшись за дверью: какая бы пропасть ни разделяла ее с родственниками Влада, некоторые мелочи из их жизни она успевала узнать, а чему-то даже и умилялась.
Зато оказавшись на улице, Женька сразу ощутила какое-то неосознанное напряжение. Словно кто-то смотрел ей в спину. И это вовсе не было похоже на давние чувства лесной дикарки, когда, выбираясь в город, она шла по улицам, сжимаясь в комок, и ей казалось, что на нее смотрят
Сосредоточившись на ощущениях позади себя, Женька вначале не обратила внимания на стремительно подъехавшую и плавно затормозившую возле тротуара машину. Но на дверце быстро опустилось стекло, а из салона раздался короткий мелодичный свист и нарочито развязный голос:
– Эй, малышка, тебя подвезти?
Женька растерялась, отшатнувшись: до остановки она еще не дошла, и, кроме нее, обращаться тут водителю было не к кому. Но она-то чем могла привлечь внимание человека на дорогой иномарке? И лишь через пару мгновений сообразила: да это же Влад! Собственной персоной! Просто она настолько привыкла видеть его за рулем большого внедорожника, что не сразу смогла связать с этой вот легковушкой, навороченной, скоростной… но непривычной и не подходящей ему даже по габаритам. Казалось, ему тесен этот роскошный салон, из которого он кинул Женьке уже командирским тоном:
– Садись, не задерживай движение!
Женька быстро проскользнула внутрь и при этом, пользуясь случаем, оглядела тротуар с площадью, только что бывшие у нее за спиной. Показалось ли ей, или в самом деле мужчина с черной бородой, в бледно-голубой рубашке под черной курткой, рефлекторно дернулся ей вслед? Но Влад уже увозил Женьку, так что голубая рубашка мелькнула и скрылась вдали.
– Ну, здравствуй! – кивнул Загоров Женьке. И добавил не без иронии: – Надо же, какая неожиданная встреча!
– Прости! – покаянно выдохнула она, даже не смея ему заикнуться, что он и сам без охраны, чего Корней точно бы не одобрил. Пояснила: – Я только к Кристине, и то ненадолго.
– Я уже понял. Иначе каким бы еще ветром тебя в этот район занесло? Вот только, Женька… черт возьми, я же тебя просил! Какими еще словами это надо было делать, чтобы ты меня услышала?! Ты вообще хорошо понимаешь русский язык или нет?!
– Прости, Влад! – взмолилась Женька. – Но в лес ты мне тоже запретил, так что пришлось выбирать меньшее из двух зол! Потому что самостоятельно сейчас я с собой справиться не могу! Не в четырех стенах, да когда еще и ночью дополнительно в саду незнакомые люди!
– Все ты можешь! Просто набила тараканов себе в голову! Женька! Ведь раньше ты жила в этом самом городе! И училась в нем, и общалась с себе подобными! Все ведь было? Но раз ты умудрилась от всех сбежать и почти одичать, то ведь должен же быть у этого процесса и обратный ход? Чтобы ты снова начала просто жить, а не метаться между врачом и своими деревьями? Смогу я дождаться и однажды это увидеть?
– Да, наверное. – Женька взглянула на него. Он, урбанист, вряд ли хоть когда-нибудь сможет понять ее глубокую, идущую из самых недр души привязанность к лесу! Но как она обожала такие минуты, когда рядом с ней он переставал быть властным миллионером и хозяином жизни и начинал разговаривать так вот просто, хоть и резко, но как-то по-человечески. Порой всего в нескольких фразах ухитряясь выказать ей больше участия, чем все психотерапевты вместе взятые и все любопытствующие соседи, безуспешно пытавшиеся завязать с ней знакомство. Именно такого Женька и полюбила его когда-то! Когда, проигнорировав до этого весь его магнетизм богатого мужчины, всю его ухоженность и шарм, вдруг рассмотрела в нем человека.
– Будем надеяться, что скорее все-таки просто «да». – Сменяя гнев на милость, Влад усмехнулся, покосившись на нее. Потом, пользуясь тем, что они ненадолго замерли на очередном перекрестке, вытащил и кинул ей на колени простой кнопочный телефон, из тех стариков, про которых уже даже Женька начала забывать. – Вот, раз уж встретились, то, пользуясь случаем, передашь Корнею этот раритет, пусть им пока пользуется, так надежнее. Ну а заодно расскажи, что там у вас да как?
– А ты сам сейчас не заедешь?
– Нет, времени в обрез. Я даже к Крис сейчас не заскочил, хотя и проехал мимо. Так что тебя высажу во дворе – и сразу обратно.
– Ну, тогда… – Женька изложила предположения Корнея насчет камер и передала Владу его совет порыться в гаджетах Эллы.
– Это можно. – Влад скривился. – Хотя я такое копание терпеть не могу! Будто роешься в грязном белье! А знаешь, – он вдруг озорно усмехнулся, – есть еще один способ, дополнительный, проверить, прав ли в своих догадках Корней. Если только ты, Зверек, не обидишься.
– На что?! – удивилась Женька.
– На мое поведение. Парней сейчас в саду нет, будем только мы двое. Если я привезу тебя и, для красивого кадра, буквально выволоку из машины, зашвырнув на крыльцо, как будто еще злее на тебя, чем вчера? Ты как к этому отнесешься?
– Ну ты же не всерьез… и если это нужно для пользы дела. – Женька развела руками, соглашаясь. Потому что догадалась, чего он этим хочет добиться: – Сегодня ябедничать на тебя будет некому. Значит, остается только камера. И если она действительно существует, то вечером Элла наверняка просмотрит эти кадры. А ты узнаешь обо всем по ее реакции, как и вчера?
– Зачет тебе по сообразительности. И значит, этот вопрос решили. Переходим к следующему. Так как я сейчас не зайду, а по телефону на такие темы болтать не стоит, то ты передай Корнею информацию от Самойлова. Он по-прежнему занимается этим делом: было бы странно, если бы мой адвокат вдруг потерял к нему интерес. Так вот, он выяснил, что убитый – некий Вадим Снетков, сорок один год, не судим. И не женат. Убит тремя ударами ножа в левую половину груди, теперь уже точно – за час до появления в квартире полиции. Били сильно, так что даже рукоятка отпечаталась, из стоячего положения. И ударили внезапно – следы борьбы незначительные. Отпечатков в квартире почти нет, в основном жертвы, и всего парочка – Корнея. О девице ничего не удалось узнать, вообще… хотя очень и очень хотелось! Но этот вопрос остается открытым, так же как и тот, за коим хреном Корнея туда понесло. Тебе он тоже ничего об этом не говорил?
– Нет, отмалчивается, – соврала Женька. И тут же спросила, переводя разговор на другое: – А про угнанную машину тебе ничего не удалось узнать? Про ту, которая вас подрезала по пути на ремсервис?
– Где не надо, Корней Георгиевич прямо соловьем заливается, – ядовито прокомментировал Влад Женькину осведомленность. – Нет, по той машине совсем ничего. Ни следов, ни показаний с регистратора… который вообще оказался оторван.
– Ясно… – Так как они снова притормозили, перед светофором, Женька рассеянно посмотрела за лобовое стекло. В этот сырой и пасмурный день в лесу было свое очарование: в звуках, в запахах, в податливой мягкости тонких веток. А вот в городе становилось еще непригляднее, чем Женьке виделось в обычные дни. Даже на сверкающем капоте Владовой машины собирались мутные капли, которые, казалось, автомобиль брезгливо стряхивал с себя, тихо вибрируя двигателем на холостом ходу. А потом в капоте отразилось нечто, заставившее Женьку вздрогнуть и тревожно выдохнуть:
– Влад, едем! Прямо сейчас!
Он, отслуживший в свое время в тех войсках, где вначале действуют, а уже потом задают вопросы, а еще доверявший Женькиным лесным инстинктам, сразу газанул, выворачивая с дорожной полосы на обочину. Машину качнуло, немного пронесло по сырой земле, но он сумел ее выровнять, ускориться, и, уже стремительно удаляясь, поинтересовался:
– Зверек, что случилось?
– Какая-то гадость летела сверху, прямо на твой капот. Неживая!
– Похоже, это был квадрокоптер. – Снова выехав на асфальт, Влад сбросил скорость и, пока еще позволяло расстояние, попытался оценить покинутый участок дороги в зеркало заднего вида. Там, где они еще недавно были, в плотном потоке машин образовался просвет, который почему-то никто не стремился занять. Наоборот, машины теперь огибали этот участок, и вроде там даже что-то дымилось. – Больше просто нечему быть. И неоткуда было взяться. А сейчас он, похоже, рухнул, сорвавшись в пике.
– Но в самом начале он летел к нам! Снижался над машиной и отразился в капоте! – Женька нервно заломила руки. – Что ему было нужно?!
– Поди угадай! С развитием технологий у этих штук все больше возможностей. Но в любом случае ты молодец, Зверек. Держишь нос по ветру!
Женька ничего не ответила, просто зябко передернула плечами. Эта летающая штука могла быть просто потерявшим управление шпионом, пытавшимся их отследить, в чем тоже было мало приятного. А могла быть чем и похуже! Где гарантия, что она, например, не взорвалась бы, упав на капот?!
– Жень… я думаю, не стоит тебе еще раз повторять? Чтобы больше со двора ни ногой! Продукты тебе будут привозить. Без остального пока обойдешься!
– Я… А ты?! Снова ездишь один! А на тебя ведь охотятся в первую очередь!
– Я знаю, – ответил он без тени волнения. – Но мне не привыкать. Так что я о себе позабочусь, а ты просто не усложняй мне задачу.
– Да что же это творится! – Прерывисто вздохнув, Женька нервно переплела пальцы. – Ну почему все так происходит?! Кому ты опять помешал?!
– Зверек, не заводись! Еще древние говорили, что за все в этой жизни надо платить. И у меня своя цена за то, что я имею. Ты думаешь, в этом городе мало таких людей, кто меня люто ненавидит уже просто за то, что я есть?! Полно! Жизнь мне это уже не раз демонстрировала кучей примеров. И если бы я, образно говоря, когда-нибудь вдруг споткнулся, то вряд ли кто-то кинулся бы ко мне на помощь, как к кому-нибудь другому, кто мог оказаться на моем месте. По крайней мере, я от окружающих такого чуда не жду. Это жизнь, Зверек! С ее страстями и подводными течениями. Редко когда чистыми.
– Но… это же ужасно, Влад!
– Это нормально. Все как в твоем лесу, только среди зверей, а не среди деревьев. Если говорить честно, то и я не лучше большинства, только в своем репертуаре. Тоже хищник. А между такими иногда случаются схватки.
– Это ужасно, – повторила Женька, невидящими глазами глядя на то, как отползают в стороны створки ворот перед ее домом. Потом вскинула взгляд на Влада: – Будь осторожен! Я тебя очень прошу! Особенно сейчас, когда Корнея нет рядом!
– Я постараюсь. – Въехав во двор, он посмотрел на Женьку и усмехнулся. – Потому что моментами я и сам себе дорог. И всегда был готов к неприятностям, просто они сейчас слишком уж откровенно о себе заявили. Ну, а теперь – приступим к нашей инсценировке! У меня мало времени, Зверек! Через полчаса очередная встреча в центре.
– Принято! – Не желая его задерживать, Женька быстро выскользнула из машины, захлопнула дверцу и прижалась к ней спиной, изображая испуг при виде Влада, в несколько шагов обогнувшего капот и оказавшегося возле нее. Взглянула ему в лицо, зажмурилась в ожидании того, что ей предстояло, и попросила:
– Ты только слишком сильно меня не швыряй, хорошо?
– Хорошо… – Он взял ее за подбородок, как делал не раз. А в следующий миг Женька, ожидавшая ради красивых кадров для Эллы рывка и толчка к крыльцу, ощутила, что он крепко прижимает ее к себе и целует. Они замерли посреди двора. А потом он отстранился и озорно, по-мальчишески ей подмигнул: – Реакция ведь может быть разной. Мне главное увидеть, будет она или нет, чтоб зря не копаться в файлах. Ну а теперь… жаль, что и в самом деле времени нет. – Он еще раз, но уже гораздо целомудреннее, скользнул по ее губам поцелуем. Потом, уже садясь в машину, бросил вполголоса: – Корнею передавай привет! И скажи, чтоб кончал валять дурака! Я хочу знать, что в той квартире случилось!
«Я тоже хочу!» – подумала Женька. А вслух сказала ему, пока он еще мог ее слышать:
– Береги себя! Я тебя прошу! Пожалуйста, береги!
Он захлопнул дверь, обрывая ее мольбы, и несколько раз мигнул ей фарами, прощаясь. После чего быстро выехал со двора, послав сигнал на закрытие ворот. А Женьке ничего не оставалось, как поспешить к запертым на ключ дверям, за которыми ее ждали.
8
Женьку встретили сразу за порогом. Туман ткнулся носом ей в руки, сопровождая это взмахами своего роскошного хвоста. Корней понимающе улыбнулся и спросил:
– Светлость сегодня в настроении, как я погляжу? Но где он тебя отловил?!
– На остановке, – ответила Женька, смущенно потупив глаза. Раздевшись, прошла в ванную, вымыть руки. И уже оттуда пояснила: – А то, что сейчас было во дворе… это мы заранее договорились разыграть. На камеру!
– Зря Влад провоцирует Элку, особенно сейчас, – вздохнул Корней, выслушав Женькины объяснения. – Хотя, конечно, в этом есть практическое зерно. Но как бы однажды она не вспылила и снова не перешла от подглядывания к более откровенным гадостям. Нам сейчас только этого не хватало.
– Снова? – удивилась Женька. – Ты о чем?
– О том, Жень… – Взяв под локоть, он проводил ее в столовую, где оказался накрытый стол, и вкусно пахло чем-то свежепожаренным. В другое время у Женьки, еще не сталкивавшейся с такими чудесами, как умеющий готовить мужчина, от удивления пропал бы дар речи. Но сейчас ее больше волновало другое:
– Что она такого уже сделала?
– А ты не догадываешься? Ведь всего лишь стоило задаться вопросом: когда Тяпу убили, почему Влад не принял все меры, чтобы сделавшего это мерзавца достать даже из-под земли, если потребуется? Он ведь любил твоего лохматеныша, а возможности у него… не мне тебе расписывать какие. Но он даже не попытался дать делу ход. А когда я заикнулся, что мог бы поискать хоть какие-то следы, распорядился не соваться, куда не просят. У такой его реакции может быть только одно объяснение: он догадывался, кто за всем этим может стоять. Не исполнитель, которого наверняка наняли, а заказчик. И Влад не хотел убеждаться в том, что его догадки верны. Иначе… что ему оставалось делать? Убить Элку на месте? Или жить с ней и дальше, но уже твердо уверенным в том, что она еще хуже, чем он о ней думает?
– Господи! – Женька заломила руки, буквально падая на стул. – Но как она могла?! Тяпу! За что?! А я ей все это время еще сочувствовала, что невольно встала между ней и Владом…
– Лохматеныш оказался наиболее доступной жертвой, на которой она смогла оторваться, выплеснуть свою ненависть. Но в итоге просчиталась, только наказала сама себя! Ведь именно после этого случая Влад заставил тебя переехать из Лесного озера сюда, в этот дом. В итоге ты стала еще ближе, чем раньше. И Элке это очень не понравилось. Камера об этом лишний раз говорит.
– Если она действительно установлена.
– Да наверняка! Я в этом уверен почти на все сто. Но подождем вечернего звонка от светлости, что он теперь еще скажет. А пока давай-ка перекусим, не зря же я тут старался. Потом ты мне расскажешь, как съездила. Сейчас только один вопрос: с мальчишками все в порядке?
– Насколько я могла судить, с ними – да.
Поделиться книгой: