Лиорская мельница

Чтобы успокоиться, парень занялся починкой миски. Очистил от остатков каши, обтер тряпочкой. Долго и старательно дышал полной грудью, пока голова не начала кружиться. Взялся за металл руками, напрягся. Дождавшись, пока миска не покраснеет от жара, медленно и аккуратно принялся выправлять вмятину пальцами. Процесс неторопливый, металл миски хоть и тонкий, в полпальца, но поддается тяжело. Соседи по столу внимания не обращали, ели и негромко общались. Лишь один из рабов, покосившись на калеку, продышался, и принялся сводить из куска ракушки какую-то игрушку. Так многие делают, клепают всякую ерунду, после чего впаривают под видом настоящих клановых оберегов и амулетов. Благо, торг под боком.

Брак почти закончил с миской, когда долгое ожидание закончилось. Со стороны "Мамаши" к костру вышел потасканный Гарпунщик, таща за собой здоровенный обломок прута и кусок обшивки тарги. Судя по его лицу, в яростной ночной схватке с алкогольными парами последние одержали убедительную победу. Дотащившись до костра, старший загонщик шумно прислонил железный лист к основанию решетки. Поплевал на руки, взялся за прут и, заранее болезненно скривившись, шарахнул со всей дури железкой об железку.

БО-О-О-М!

Дури в Гарпунщике, даже в таком плачевном состоянии, много. Бряцнул многочисленными висюльками жилета, воинственно встопорщил бороду и шарахнул еще раз.

БО-О-О-О-М!

– ...аргову мать, Гарпунщик!

Рыжий недовольно посмотрел на крикуна за вторым столом, ковырнул в ухе и снова шарахнул. Но уже без огонька.

БО-ОМ!

– В третий раз вяленько, но в целом ничего так.

– Мне твоя жена то же самое вчера сказала.

За столами заржали над дежурной шуткой. Убедившись, что привлек всеобщее внимание, загонщик выпустил тяжеленную железяку из рук и зычно заорал:

– Рейд на пузыри! Северная Подмышка! Через полчаса у Глотки! Загонщики и сборщики нужны все, кто на ногах стоять может. Остальные к Чегодуну.

Он закашлялся и смачно сплюнул в костер. Принял из рук Отбивки кружку, жадно отпил. Шлепнул жену по заднице свободной рукой, увернулся от подзатыльника и громко добавил:

– Гряземесы тоже в деле. Стая большая, на всех хватит. Срач с ними не разводить, после сочтемся. И помните, они Гряземесы. И никак иначе.

За вторым столом оживленно загудели. Часть Нашедших соскочила с лавок и рванули к стене форта. Будить движки.

– Гарп, где вписываться? Что по долям?

– Чегодуна ловите, он где-то тут бродит. Я жрать пошел.

У Брака отлегло. Охота все-таки состоится. Паршиво только, что идут две семьи. Чем больше охотников, тем меньше шансов осуществить задуманное. Оставалась надежда, что после бессонной ночи пойдут немногие. Да и слова Гарпунщика о том, что участие обязательно для всех сборщиков и загонщиков... Это могло означать лишь то, что собрать всех он и не надеется. Никто не будет выводить из форта столько людей ради одной охоты. Теперь остается только ждать и надеяться, что Логи не подведет.

Толстяк не подвел, сделал все идеально.

Вокруг выпрыгнувшего откуда-то Чегодуна уже собрались. Отвратительно бодрый, хотя и взъерошенный, старший сборщик ухитрялся одновременно жевать, говорить, делать какие-то пометки планшете и время от времени прикладываться к объемистому жбану с пивом.

Логи заявился к костру громко. Поинтересовался, из-за чего шухер. Не дожидаясь завтракавшей с мужем Отбивки, навалил себе здоровенную миску каши. Окунул палец, почмокал, громко удивившись, что на вкус не такое дерьмо, как обычно. Ощущая на себе скрестившиеся взгляды, гордо выпятил из жилетки пузо и вразвалочку пошел к третьему столу. Криво повязанный на самодельной перевязи жахатель нещадно стукал оное пузо при каждом шаге, но толстяк не обращал внимания. За спиной болтался хорошо знакомый Браку тканевый сверток, из которого зыркало глазом оголовье Там-Тама. Подойдя к столу, невероятно гордый собой владелец жахателя плюхнул на стол кашу и начал шумно жрать. Оружие он положил на стол, а на калеку старательно не обращал внимания.

На лавке неподалеку из ниоткуда материализовались близнецы.

– С добрым утром, Логи. – заискивающе улыбнулся Ивен.

– Ум-гум.

– Толстый, откуда такая дура? – Близнецам заходы издалека претили – Ты кого ночью грабанул?

– Кого надо грабанул, – отрезал толстяк. Выгреб остатки каши и деликатно вытер ложку об штанину Ивена. – Где взял, там больше нет.

– Это ты в Поиск?

– Жахал уже?

Кивнув на оба вопроса, Логи изучающе глянул в сторону стола старших, где окружившая Чегодуна толпа начала потихоньку рассасываться.

– Не сломанный? Ты Браку покажи, он починит.

– Как назвал? Лупит сильно? Медузу свалит?

– Вот сейчас и проверим. Гарпунщик тут что-то про медуз орал.

– Орал. С Гряземесами в Подмышку пойдут. Ты тоже хочешь? – у Левой загорелись глаза.

– Хочу. Мне перед Поиском отказать не посмеют. Какой я к шаргу клановый, если даже сраных медуз не бил. И Дум-Дум испытать надо.

– А что за клякса на прикладе?

– На глаз похожа. Нет, погоди… на жопу с ресничками, – Правый попытался втихомолку сцапать оружие, но получил по рукам и обиженно надулся.

– Так надо. Сам ты малолетняя жопа с ресничками. А на приклад я буду отметины ставить. За каждого врага.

– Ты к прикладу топор приделай. Сначала жахнешь, а потом топором. И кровищей черточки рисовать удобно.

– Неудобно, он железный. Ша, малолетки. Пойду в рейд проситься. – Толстяк грузно поднялся из-за стола, сграбастал жахатель и потопал к Чегодуну. Но внимательные близнецы успели заметить задумчивый взгляд, которым Логи одарил приклад.

Глава 7

– Привет, Чегодун. Как спалось?

– Отлично спалось, Жирный. Чего приперся?

Вокруг старшего сборщика почти никого не осталось. Сам он, прихлебывая пиво, задумчиво водил кончиком железного прутка по пластине планшета. На Логи взглянул колюче, но с интересом. Задержал взгляд на жахателе, после чего вновь уткнулся в планшет.

– Я не Жирный. Это отец Жирный, я просто большой.

– Да мне плевать. Ты жирный, значит буду называть тебя Жирным. Или ты против?

– Да называй как хочешь, хоть принцессой. Я в рейд хочу. На пузыри.

– А я хочу свой гравицеп и трех канторских красоток. Рано тебе в рейд. Из Поиска вернешься, будет тебе рейд.

– Я же не с пустыми руками, балластом. Во! – Логи сунул жахатель Чегодуну под нос. Тот брезгливо отвел железку от лица. – Мне еще искать, с кем ехать. Если медузу пришибу, легче будет. Будут знать, что вот этот парень не какая-то шаргова плесень, а в охотничий рейд ходил.

– Не пойдет. И вообще, где ты жахатель достал? Только не говори, что отец подарил.

– Сменял на торге у свободных. Я давно хотел, кри копил. Повезло.

– Прям с утра сменял? Я тебя раньше обеда никогда не видел.

– С утра. Поиск же через неделю. Хотел урвать подешевле, если будет что стоящее. Вот, урвал.

– Дай гляну. – Протянул руку Гарпунщик, с интересом прислушивающийся к разговору. В его лапищах оружие казалось игрушкой.

Изучал со знанием дела. Прикинул к плечу, пощелкал. Зачем-то простучал ствол. Логи смотрел выжидающе.

– Делал новичок, но старательно. И талантливо. Баланс паршивый, банку менять замучаешься. Рычаг спусковой туговат, скоба дурацкая. Приклад слишком длинный. Зато дури много, ствол отличный. Тут еще вокруг банки усиление, если с металлом не накосячили – выдержит повышенное давление.

Гарпунщик кинул жахатель обратно толстяку. Тот поймал.

– Хорошая игрушка. Надежная. Почем брал?

– Три синих с мелочью.

– И даже не нагрели. Повезло.

– В рейд все равно не пущу. – вклинился в разговор Чегодун. – Там стволов и без тебя хватает.

– Чегодун, ты сдурел? Пусти мальца по малой доле. Не видишь, его аж распирает. Я со своим первым стволом разве что в постель не ложился, песни ему на ночь пел.

– Не завидую ему. От твоего пения катраны на берег выпрыгивают. По малой доле, говоришь? – Чегодун задумчиво потыкал прутком в планшет. – Отец знает?

– Спит он. Как с вечера завалился, не просыпается. Трак от пердежа ходуном ходит.

– Динь-динь-ди-инь… – Чегодун на удивление мелодично изобразил колокольчик. Видно было, что для себя он все уже решил и просто говнится. – Если отец будет требовать увеличить долю, не дам.

– Да он и не узнает. Мало-ли, куда я ходил.

К столу, неся миски с едой, подошли Часовщик с Холиком. Механик остро взглянул на жахатель в руках толстяка, глаза на секунду округлились в изумлении. Но промолчал, тихо сел и начал неторопливо натирать лепешку сушеной колючкой.

– Ладно, я согласен. Иди, постреляй пузырей. Тебе малую долю, или трофей? – Чегодун занес пруток над планшетом.

Логи облегченно выдохнул. Самое сложное, убедить Чегодуна, позади. Спасибо Гарпунщику. Отбивка, правда, смотрит исподлобья, не забыла поруганной каши. К счастью, за этим столом у нее власти нет, она просто ест вместе с мужем. Но в будущем обязательно припомнит, либо в миску плюнет, либо еще как нагадит. Она тупая, но злопамятная.

Выбор между трофеем и долей не стоял. Нет, толстяк с удовольствием захапал бы малую долю и радовался жизни, но Брак настаивал на обратном. Разница значительная. В рейде за долю, ты гарантированно получаешь часть добычи. Там сложные расчеты, делится на всю семью, но свой кусок всегда урвешь. А вот соглашаясь участвовать за трофей, от доли отказываешься. То есть, можно впустую потратить время и припасы. Зато, если добудешь трофей сам, да еще и в одиночку – будет полностью твоим. Или наполовину. Свои особенности там есть, но смысл именно такой.

В их с Браком ситуации, трофей был нужнее. Не получится добыть медузу – не страшно, малая доля с рейда им двоим не сильно поможет. А вот если удастся сбить хотя бы одну, да еще и самостоятельно – разом решат половину проблем с подготовкой.

– Трофей хочу.

– Уверен? Ты с этой штуки стрелял хоть раз?

– Найду кого-нибудь, кто стрелял, поможет. Так ведь можно? А то у меня банок мало.

– Можно, хоть весь лагерь с собой бери. Если согласятся, – обрадованный перспективой за бесплатно получить в рейде лишний ствол, Чегодун пришел в благодушное настроение. Чиркнул в планшете раскаленной палочкой. – Только колеса и плащ сам ищи. И поторопись, ждать не будем.

– Я уже. – Логи договаривал через плечо, уже разворачиваясь.

Старшие проводили взглядом обрадованного толстяка. Тот, вприпрыжку добежав до третьего стола, уже яростно жестикулировал и что-то орал, указывая пальцем в сторону Глотки.

– Ну а почему нет? – Чегодун захлопнул планшет и убрал штырек за пояс. – Охота парню впустую горбатиться, пускай горбатится.

– Хоть постреляет. С одним жахателем на трофей с медуз идти – только банки переводить. Но первое оружие, это как первая женщина, изучить ее перед первой ночью нужно как можно тщательнее.

– Ага, вдруг там член.

– Иди ты к шаргу, Час. Все опошлил. Сам то что думаешь? Жирдяй возьмет трофей?

Старый механик задумчиво потеребил аккуратную бородку.

– Посмотрим.

Вспомнил знакомый жахатель в руках лысого толстяка, усмехнулся в усы и повторил.

– Посмотрим.

Радостную рожу приближающегося лысого Брак встретил с небывалым облегчением. Все время, пока длился разговор со старшими, он сидел как на иголках, мял в руках злосчастную миску. Да и почти все за третьим столом, за исключением старших рабов, смотрели во все глаза. Молодняк так уж точно. Шутка ли, хамоватый толстяк разжился где-то настоящим стволом и пошел проситься в рейд.

Обитателей третьего стола не то, чтобы не брали в рейды. Брали. Но как довесок, рабочие руки. Доверять рабам или детям что-либо важное не рисковали. Потаскать чего, собрать, напилить. Последить за машинами, всякое такое. Долю за рейд они не получали, шло в зачет либо хозяину, в случае рабов, либо родителям. Если тот же Жирный пойдет в рейд за долю, притащив с собой все семейство, все равно получит лишь обычную долю, на всех.

А вот Логи всех удивил. Явно ходил проситься в рейд самостоятельно. Такое вообще-то не запрещено, но никто так не делает. Если бы на охоте присутствовал его отец, не сработало бы точно, участие сына пошло бы в счет Жирному. Но толстяк все верно рассчитал, идеально выбрал момент, когда отца нет, а свободных охотников в лагере мало. Теперь лучится самодовольством.

– Э-гей, неудачники! Угадайте, кто будет сегодня пузырей гонять? – лысый бухнул на стол жахатель и триумфально оглядел присутствующих.

– Ты?

– Ага. Пора эту малютку испытать в деле. Шаргова плесень, да я и сам засиделся. Прям чую, как мышцы силой наливаются.

– Это тебя от жира распирает.

– Ссать так сильно хочешь? – Близнецы выпалили одновременно и уставились друг на друга. Правый снова незаметно потянулся рукой к перевязи лежащего на столе оружия.

– За долю вписался? – завистливо протянул Ивен.

– Бери выше, за трофей. Собью медузу, вся моя будет. Проставлюсь вечером.

– Ты ее сбей сперва. Это не молотком махать, уметь надо.

– Там Гряземесы будут. Всю стаю накроют. Тебе медузы точно не достанется. – Правый, сцапав вожделенный жахатель, глубокомысленно посмотрел вглубь ствола. Колупнул грязным ногтем приклад.

– Достанется, это же я. Хотя, верно. Ща.

Логи набрал полную грудь воздуха и заорал, обращаясь с высоты своего роста к сидящим:

– Котобои! Кто из вас, недомерков, умеет с жахателем обращаться?