Лиорская мельница

– Ну что там?

– Тебя уже отчегодунили?

– Угу. Точно, отчегодунили. Во все отверстия. Вон, весь измазался. Я все видел.

– Фу! Ничего ты не видел. Я бы тоже видела.

– Бра-а-ак! Расскажи, что было?

– Чего старшие хотели? Тебе рассказали, кто бадангу сломал?

– Правда, что на “Горбатом Холме” теперь заправляют Гряземесы?

– Видел, как флир в море гребнулся?

– Я бы хотел посмотреть.

– Я то-о-оже.

Брак почувствовал себя в сердце песчаной бури. Когда песок лезет в уши, ноздри и глаза, ни шарга не видно и пытаешься вдохнуть. Левая требовательно и очень метко вогнала под ребра острый кулачок, Правый обтер измазанную кашей руку об штанину калеки.

– Какой флир гребнулся? – Брак достал из сумки флягу и принялся неспешно скручивать крышку. Болтовня близнецов действовала успокаивающе.

– Черных! Он на юго-восток летел.

– На восток! Я по компасу смотрел.

– Откуда у тебя компас, у тебя даже трусов нет.

– Есть. Просто я их в траке забыл. А компас у Холика одолжил.

– А Холик об этом знает? – Брак, справившись наконец с крышкой, отпил воды. Стук сердца начал стихать, хотя нога по-прежнему болела невыносимо.

– Конечно знает, я же не вор. Точнее, узнает. Скоро. Да и зачем Холику компас?

Левая задумчиво покачала головой:

– У него вообще много штук всяких. И пузырьков.

– Я пузырьки не трогал. Только один раз было. И тогда это был не я.

– А с флиром что? – напившись, Брак принялся за мясо.

– Он гребнулся!

– Летел, летел – и погас. Точно гребнулся.

– Просто фонарь выключил? – предположил калека.

– Зачем?

– Зачем?

– Брак, ты что-то знаешь?

– Мы все равно узнаем.

– Да ничего я не знаю, – не выдержав, Брак рассмеялся. Близнецы обладали удивительной способностью доводить до исступления любое существо, способное к восприятию речи. Угрюмые мысли из головы выметало напрочь. Если не считать Логи, близнецы были ему ближе всех. Будь они постарше, он мог бы назвать их друзьями, – Я предположил. Понятия не имею, зачем флиру гасить фонари. Может, эйр забыли долить. Или светильники сдохли.

– Гребнулся!

– В мясо! И катраны сожрали!

– Давно? – перебил Брак.

– Пока сюда шли.

– Мы всегда следим за флирами по ночам.

– И за Холиком.

– За Холиком только днем. Мы не из этих.

– И у нас ничего не болит.

В этот момент, как по заказу, со стороны гигатраков ударили в небо широкие лучи света. Некоторое время постояв вертикально, три луча синхронно наклонились и принялись обшаривать небо над океаном. Четвертый остался недвижим.

– Во, забегали! – Левая восторженно ткнула пальцем в небо, – Ищут!

– Ага. Не экономят. На “Звере” светильник три зеленухи в час сжигает! – с важным видом добавил Правый.

– А ты откуда знаешь? – Брак отвоевал у жесткого, как подметка, мяса очередной кусок и неспешно его пережевывал.

– Мне Лада из Чернолапых хвасталась. Они его весной поставили. Говорит, Глотателя забили огромного. Его штормом на отмель вышвырнуло и медузы обожрали. А он все равно не помирал. Подъезжать страшно, со “Зверя” бадангой жахнули. А с удочки эйнос выдрали. Красный!

– Брешет твоя Лада, – насмешливо протянула Левая, – Красный светильник они бы на север толкнули. Мы бы точно толкнули.

– Так то мы. Мы маленькие, жалкие и у нас Чегодун. А Чернолапые могут себе позволить, у них Чегодуна нет. Видишь, как ярко шарашит? Брак, ну скажи, ведь правда ярко?

Брак внимательно осмотрел обшаривающие небо над океаном лучи света. Один из них действительно светил заметно ярче остальных. Парень не был уверен, что это тянуло на красный эйнос, но он в светильниках гигатраков вообще не разбирался. История про Глотателя вполне могла быть правдой. Как и безумный расход эйра.

Подумать только, чтобы дурацкий светильник сжигал за час работы более четырехсот литров жидкого эйра. Но результат потрясающий. Ослепительное копье света пронзает темноту насквозь, до самого горизонта. Тут никаких баков не хватит, скорее всего действительно палят зелень. А может и синьку, с Чернолапых станется. Среди Гиен только у них есть целых два гигатрака, да и людей в Семье больше. Они даже пытаются пропихнуть на Совете Старших лишний голос для себя, но вроде пока не преуспели.

В клановой кухне Брак разбирался плохо, так что мог ошибаться.

Мысли вновь перескочили на Джуса и Чегодуна. Если близнецы не врали, а они могли, завтра будет большая охота на гребневых медуз. Упускать возможность Котобои не станут, ведь охота на пузырей приносит огромную прибыль. Вообще Семья занималась всем понемногу, от доставки грузов до грабежей, но основным заработком оставались медузы.

Медузы это хорошо. Медузы это замечательно. Медузы возможность достать то, что нужно для завершения плана Брака. Если не получится с пузырями, или рейд не состоится, станет намного сложнее. Все еще решаемо, но это может оказаться еще одним камнем на чашу весов, которая ведет к пожизненному рабству.

Что тут думать, Браку срочно нужна помощь. Близнецы не подойдут, слишком маленькие. И заинтересовать их нечем. Здесь нужен тот, кого Брак сможет намертво зацепить на крючок. Кто-то, кто будет не меньше него заинтересован в успехе. И выбор, к сожалению, очевиден. Вряд ли калека сможет за ночь отыскать того, кому сможет достаточно доверять.

Близнецы, завороженно наблюдавшие за беспорядочным танцем света над океаном, отмерли. Правый задумчиво почесал лохматую голову, запустил руку в карман штанов и что-то долго нащупывал, после чего вновь почесал голову. Левая смотрела с любопытством. Наконец, Правый извлек из кармана небольшой круглый компас на цепочке.

– Я пошел, – мальчишка спрыгнул со скамейки.

– Куда? А я?

– Тебе не надо.

– Не я куда. Ты куда?

– К Холику. Компас верну и трусы заберу. – с этими словами Правый бесшумно растворился в темноте.

Левая пожала плечами и пошла за ним.

Брак усмехнулся, обвел глазами фигуры присутствующих, ища самую крупную.

И решительно похромал в сторону Логи.

Глава 5

– О, Бракованный! Долго шел, – толстяк раздобыл солидных размеров флягу, побулькивающую таинственным содержимым. Судя по блестящим глазам и размашистым жестам – явно не водой. Завидев Брака, он прекратил что-то увлеченно втирать понурому Ивену и переключил свое внимание на калеку. – Всех баб успел ощупать? Или не догнал?

– Только твою сестру. И мамашу заодно. – Брак не стал садиться на лавку, остановившись рядом с Логи. Стянул из миски на столе горсть медузок и захрустел. Оставшись без каши, он чувствовал голод, который одинокая полоска мяса лишь подогрела.

– Тогда понятно, чего так долго. Там пока общупаешь, состариться успеешь. Видел батю? Башка лысая, пузо до пола, а все еще не дощупал. А ведь был красавцем, прям как я.

– Ты тоже лысый, и пузо у тебя до пола. – заметил Брак.

– Но-но! Это у него презренная лысина, а у меня благородный бритый череп. У него расплывшееся брюхо, а у меня подтянутая беговая складка. – продемонстрировал подтянутость своей складки толстяк, – Шаргова плесень, Брак, ты же вроде умный, а разницы не видишь.

– Какая-какая складка? Ты когда в последний раз бегать пытался?

– Каждую ночь, пока все спят. Чтобы не завидовали моему молодому, сильному телу. А складка помогает удерживать равновесие.

– Понятно теперь, почему тебя никто до обеда не видит, – Брак потянулся за новой порцией медузок, – Убегиваешься. И складкой своей всех распугиваешь.

– Нет такого слова – убегиваешься. Ты вечно всякую херню выдумываешь, а сам стоишь с умным видом. Но такого слова точно нет. И зря ты так о сестре. Подожди пару лет, и когда этот пухлый бутончик распустится, сам к ней прибежишь. Прихромаешь, – Логи хохотнул и глотнул из фляги. В воздухе расплылся аромат забродивших в яме с помоями портянок, – Будешь?

– Давай.

Брак крепкое не любил, пример Джуса слишком ярко маячил перед глазами. Предпочтение отдавал пиву, но у рабов его не допросишься. Пахло незнакомо, значит Логи добыл пойло на одной из соседних стоянок. Уж в чем-чем, а в запахе бухла Брак поневоле разбирался. Надышался в траке всяким. Выдохнул, зажмурившись сделал глоток, после чего резко выпустил из груди остатки воздуха. Повезло, все сделал правильно. Огненный комок провалился прямиком в желудок, минуя большую часть вкусовых рецепторов. С дрянным самогоном по-другому нельзя, задержится в горле на секунду – и все. Слезы, сопли. Хотя, если глотка луженая, как у Джуса, разницы нет. Тому плевать что и как пить.

– У Безногих сменял. Прозрачная, как мысли Барташа, – Логи уважительно кивнул, принимая флягу назад. – Я им канистру отработки принес.

– Откуда у тебя отработка?

– У Жестянщика позаимствовал. Он в кузове забыл, еще на прошлой неделе.

– Не боишься, что узнает?

– Не-а. Я зачем схода дожидался? Безногим все равно, кто вещи на обмен тащит. А у Жестянщика мозгов не хватит по стоянкам пройтись. Садись уже, чего стоишь? Или ногу новую отрастил?

Брак с сомнением взглянул на Логи. Растреплет ведь. Хотя, выбора все равно нет. Либо с толстяком, либо в одиночку. Самогон сделал свое дело и парень решился.

– Логи, пойдем к траку. Поговорить надо.

– Чем тут плохо? А! А-а-а, – толстяк сделал карикатурно страшные глаза и понизил голос, – Тайны! Заговоры! Предательство! Давно ты работаешь на Котов? Что они тебе пообещали – прекрасную однорукую воительницу? Эликсир от пьянства? Давай подскажу. Смешиваешь две доли навоза, долю жженого гразга и ложку желчи Чегодуна. Главное, довести его сперва, чтобы ядренее была. Заливаешь все мочой и кипятишь трое суток. Остужаешь и вливаешь спящему Джусу в глотку. Если выживет – пить точно бросит.

Однако, собрался Логи моментально. Слез с лавки, едва не опрокинув вцепившегося в кружку Ивена, сгреб со стола здоровенную миску с медузками, вызвав недовольный гул. На недовольство толстяк не обратил ни малейшего внимания. Среди собравшихся за столом не было никого старше его, если не считать Брака, а по габаритам он превосходил даже взрослых рабов. Сунул флягу в один из необъятных карманов жилета, выволок Там-Там из под стола и, вскинув кувалду на плечо, потопал за Браком.

– Чего хотел-то? – Логи на ходу хрустел острыми медузками.

– Ты в Поиск идешь?

– Издеваешься? Я до конца жизни на отца пахать не собираюсь. И без баб паршиво. Вдруг встречу свою единственную, а она на меня даже не взглянет. Увидит пустые уши, спросит меня, мол, где твой гигатрак, красавец? А я что отвечу? Что зассал в Поиск сходить, и теперь у меня даже задрипанной тарги не будет? И семьи тоже не будет. Я скорее в океан прямо с утра сброшусь. Если проснусь.

– А на чем поедешь? У тебя скиммер где-то припрятан?

Дойдя до трака, Брак проверил пломбу на двери. Не сорвана, значит Джус еще не вернулся. Присел на широкую ступеньку, вытянул правую ногу и принялся распутывать ремешки.

– Откуда у меня скиммер? Из задницы достану? – Логи прислонил Там-Там к стенке кабины и сел рядом.

– У меня своего только вот, – толстяк указал на кувалду. – На отца надежды нет, разве что кри даст. Или пинка на прощанье. Нам в траке уже тесно становится. И воняет.

– Пешком пойдешь? – Брак снял опостылевший протез и теперь с наслаждением чесал там, куда раньше не дотягивался.

– Не хочу пешком. Где я, и где пешком? Напрошусь к кому-нибудь. У черных кто-то на тарге поедет, подкинут до Ямы. Или на скиммер к кому, нажопником.

– Ты парень, куда тебе нажопником?

– А если девка красивая? Я с такими всегда готов. Особенно, если пощупать есть где. Буду защищать в пути, от банды спасу. Она за это в меня влюбится и отблагодарит. Может даже не раз. Да я и к парню готов вторым номером, лишь бы на колесах. Пешком в Поиск – глупая смерть или сплошное позорище, что равноценно.

– А если не будет свободных скиммеров? Не ты один такой умный, да и жахателя у тебя нет. Толку от тебя, как от застрельщика, никакого. Только жрешь и гравку грузишь.

– Бракованный, вот что ты пристал? Ты за этим меня сюда притащил? Придумаю что-нибудь. По голове кого стукну, скиммер отберу. Или сопру. Впереди еще неделя, всякое произойти может. Это тебе без ноги в Поиске делать нечего, а я болтаться на дне не хочу.

Логи выудил из кармана флягу и задумчиво ей поболтал. Судя по звуку, оставалось не больше половины. Вопросы его задели. Толстяк неоднократно продумывал свое путешествие и триумфальное возвращение из Поиска, представлял всякое. В основном размытые героические образы, собственную таргу, восхищенных соклановцев, груды жрачки на столах. Но дальше мечтаний дело не доходило. Время отправки близилось, а нормального плана все нет. Перспектива идти пешком маячила все ближе, а тут еще калека докопался.

– С чего ты решил, что мне в Поиске делать нечего? Я тоже не горю желанием остаться без метки.

– А что ты там забыл? Колес нет. Ты калека, даже убежишь толком. Охотиться не можешь, драться не умеешь, кри у тебя точно нет. Уверен, что Папаша Джус об этом позаботился. То есть, купить проезд ты тоже не сумеешь. А даже если чудом найдешь идиота, который тебя возьмет – сгинешь в первой стычке. Или тобой откупятся. У тебя даже ведь тоже жахателя нет.

– С чего ты взял, что у меня нет жахателя? – Брак чувствовал, что Логи почти готов. Еще немного, и можно гарпунить.

– Брак, ты, как бы это помягче сказать, брешешь. Откуда у тебя жахатель? Тебе Джус даже новую куртку не в состоянии купить.

Парень оглядел свою драную куртку. Он всегда сильно мерз. Но из последней куртки, которую дарила еще Сима на четырнадцатилетие, Брак давно вырос. Он, конечно, по мере сил пытался ее расшить, удлинить рукава, но выходило плохо. Без куртки холодно, а в куртке он выглядел пугалом навроде тех, что ставят на полях северяне. И новую не купишь, хотя кри у Брака были. Джус обязательно задастся вопросом, откуда такая роскошь. Ничем хорошим это не закончится. Зато в лоскутной калеке из мира одежды было легко спрятать кучу незаметных карманов, да и позариться на нее мог только вор с полным отсутствием самоуважения. Или слепой.