Цена ошибки. Вернуть дочь

И всё равно это ничего не значит! Пыталась убедить я себя. Я вытащила номер Игоря из чёрного списка. Он звонил. Каждый день, по нескольку раз. Впрочем были звонки и с чужих номеров, но на них я тоже не отвечала. Самым последним было сообщение: «Будь счастлива», и после него звонки прекратились. А потом его забрали в армию.

Я смотрела фотографии, которые скинула мне Надя. Игоря на них было не узнать. Одинаковая форма делала его неотличимым, на первый взгляд, из огромного количества новобранцев. Игорь был гладко выбрит и выглядел совсем юным, таким, каким я помнила его ещё в школе. На серьёзном лице выделялись глаза, обрамлённые густыми ресницами, тёмные брови. Другие парни улыбались или выражали какие-то эмоции, но на лице Игоря не было ничего. Оно не было безразличным или холодным, а казалось бездушным, безжизненным, и это по-настоящему пугало. Провела пальцем по экрану, словно хотела прикоснуться, но от движения изображение перелистнулось. Как же я напугалась, что оно исчезло совсем! Дрожащими руками нашла и сохранила все присланные Надей фотографии в памяти телефона.

Настя проснулась, и мне пришлось вернуться к дочери, но в любую свободную минуту я снова и снова смотрела на эти снимки. Каждый раз заставляла себя не делать этого, и каждый раз проигрывала самой себе.

***

Время шло, дочка росла. От моей маленькой гномочки уже ничего не осталось. Даже смешные шапочки давно стали ей малы, но бабуля навязала новых, всяких разных: с рюшечками, с кисточками, с ушками, и теперь моя девочка была похожа на куколку, которую я и прабабушка любили наряжать. На спицах бабуля вязала очень быстро, и за то, что моей малышке будет нечего надеть, можно было не переживать. Пухлые щёчки доченьки умиляли, а пока ещё жиденькие волосики были такими очаровательными, что на неё нельзя было смотреть без нежности.

Необычные костюмчики, связанные бабулей, не остались незамеченными. Так у ба появились первые заказы на продажу. Бабуля ворчала, что они отнимают у неё время от любимой правнучки, но работу выполняла – деньги лишними не бывают. Пришлось и мне вспомнить, как нужно держать спицы. Бабуля ещё в детстве научила меня вязать, и вот сейчас это умение пригодилось. Она вязала основные элементы, а я обвязывала их и делала декор из лент, бусин, кружев, параллельно выкладывая снимки готовых работ, как своих так и связанных на заказ, на страничке в интернете. Пришлось приловчиться одной рукой укачивать Настю, а второй отвечать на вопросы и согласовывать детали.

Настя, как только научилась переворачиваться, полюбила спать на животе, поджав под себя пухлые ножки и выставив попу. Ба долго не разрешала её присаживать, аргументируя тем, что девочкам рано сидеть нельзя. С бабулей спорить всегда было сложно, и я старалась не усаживать дочь в подушки или ходунки, как уже давно мог сидеть Надин Ромка. Только лежать на спине Насте нравилось всё меньше, и никакие игрушки, висевшие перед глазами, не так привлекали её внимание, как всё то, что было вокруг. Сейчас, когда носить мою пышечку на руках стало тяжеловато, Настя упрямо просилась на руки.

Никогда не забуду, как проснулась и увидела её, сидящей в кроватке. Настя смотрела на меня своими огромными серо-голубыми глазами и пыталась что-то «сказать» своим любимым «ы-х» с придыханием.

– Где моя ягодка… Где моя куколка… Мама спит и не слышит, что наше Солнышко проснулось…

Настя, услышав ласковый голос бабули, начала нетерпеливо подпрыгивать на попе, хотя до этого сидела бесшумно, и тянуть свои ручки, чтобы её скорее взяли.

– Вставай, мать. Дитё кормить пора, а ты ещё не умывалась, – получила я мягкий упрёк.

– Встаю, ба. Доброе утро. Который час?

– Так уже девять доходит.

– Сколько?! – Я резко подскочила и села на своём жутко неудобном диванчике. – А что так много-то? – потёрла виски, пытаясь проснуться. – Насть, ты чего так долго спишь?

Настя обычно вставала в шесть, а то и в пять, но сегодня почему-то решила проспать своё утреннее кормление.

– Растёт ребёнок. Вот и начинает понимать, что ещё успеет «навставаться» по утрам, да и тебе часик-другой лишним не будет.

Лишним, конечно, не будет, но потом, мне может не хватить как раз именно этого часика. Я прошерстила весь интернет в поисках заработка на дому. Хомячков, попугайчиков и прочую живность разводить я не собиралась. К этому же списку можно было добавить комнатные цветы и прочую растительность – мне за глаза хватило бабушкиного огорода, и я с лёгким содроганием ожидала нового сезона. Это точно не моё. Так же как и сомнительные виртуальные магазины. А вот платные курсы фотошопа меня привлекли. Пройдя бесплатный курс, я поняла, что с этим вполне могу работать, и поискала занятия по углублённой программе. Они были, но, к сожалению, только платно. Взвесив все «за» и «против», пришла к выводу, что в любом случае денежных затрат не избежать, посоветовалась с бабулей и, получив добро, записалась на платные курсы, продолжая совершенствовать умения на пробных, пока бесплатных, работах. Эти занятия отвлекали от грустных мыслей, но и требовали много времени, которое у меня было только когда Настя спала.

По крайней мере у меня появилась возможность иметь небольшой, но более или менее стабильный заработок прямо сейчас (заказы были всегда, а в праздники их было намного больше), а вот моему красному диплому экономиста придётся пока полежать до лучших времён.

Глава 10

– Лиза, – донеслось откуда-то издалека, и я почувствовала, как меня осторожно трясут за плечо. – Иди ложись на диван.

– А? – пробормотала сквозь сон.

Сон? Я что уснула? Видимо так. А ведь хотела всего лишь дать минут пять отдохнуть глазам, и вот результат: глаза не открылись. Пыталась проморгаться, но ничего не получалось.

– Лиза, ложись спать. Ты на привидение похожа. Ведь нет такой острой необходимости в деньгах, можно и отдохнуть немного, – пожалела меня ба.

Острой необходимости не было – тут она права.

– Бабуль, я людям обещала. Не хочу подводить.

Заказов было много, и я действительно не хотела подводить своих клиентов. Только вот мне катастрофически не хватало ещё одной себя, а лучше двух.

– Иди поспи. Если свалишься, то точно всех подведёшь. Я завтра заберу Настю и мы дадим тебе денёк поработать.

– А вы куда?

– Женя там что-то придумал, – ответила ба уклончиво.

Наверное, бабуля права – надо поспать. Я посмотрела на часы: начало второго. Это что получается, я почти полчаса спала сидя за ноутом? Тут же бросила обеспокоенный взгляд на экран и облегчённо выдохнула – работа на месте. Иногда бывали перебои с электричеством, и раза четыре точно мне приходилось начинать всё сначала, но и сохранять в середине процесса не всегда было удобно, если что-то приходилось потом подправлять. Но сейчас без вариантов: работник из меня уже точно никакой. Я сохранила файл и выключила ноут. Завтра, точнее уже сегодня, но только утром, посмотрю свежим взглядом и решу, стоит ли продолжить или лучше начать сначала.

Спать. Волшебное слово. Какими бы короткими не были у меня промежутки на сон, это было единственное место, где я могла видеть Игоря. Новостей о нём почти не было. Он поздравил Ирину Викторовну с Новым годом и женским днём, о себе же ограничивался короткими ответами, что у него всё в порядке. Хотя бы это. Но даже такие мелочи я узнавала через Надю, с которой мы заметно сблизились. Разница у наших детей была три дня, и у нас с Надей появились общие темы и интересы, но мне не хотелось сильно ей навязываться.

Лето пролетело незаметно. Точнее я не заметила, как оно пролетело, но зато ощутила катастрофическую нехватку бабули, когда она уезжала на свой огород, а мне приходилось одной справляться с маленьким ураганчиком по имени Настя. Иногда мне казалось, что это не девочка, а чёртик в вязаной юбочке. Без присмотра оставить её нельзя было ни на минуту. Бабуля как-то решила взять её с собой на огород, чтобы я могла поработать, но это был единственный и, кажется, последний раз. Мало того, что ба не смогла ничего там сделать, а после того, как увидела у Насти во рту землю, бабуле стало плохо. Настя тащила в рот всё что можно и что нельзя тоже, совершенно не отличая одно от другого.

Сзади меня что-то упало, заставив меня вздрогнуть.

– Настя! – вырвалось на автомате.

Иногда мне казалось, что я даже когда сплю всё равно произношу дочкино имя. Потому что днём только и слышно: «Настя!», «Настя!», «Настя!» с небольшим перерывом, когда эта самая Настя спит.

Моя маленькая проказница сидела на попе, закрыв ладошками свои глазки. Всё – нет Насти! Спряталась!

На каталку – увлекательную, развивающую игрушку-лабиринт, которую посоветовала мне Надя, и с которой её Ромка мог самостоятельно играть часами, моей девочки хватило минут на десять, не больше. Пришлось поднять дочь и усадить к себе на колени. Я подняла брошенную каталку и показала своей непоседе.

– Смотри, как жёлтый шарик у нас сейчас поедет вверх, а потом вниз, по пружинке, опять вниз и приехал. Да?

– Дя! – обрадовалась моя шалунишка.

– А теперь зелёный… – Второй шарик проделал тот же путь и остановился рядом с жёлтым. – А теперь Настя?

– Неть! – Дочка демонстративно спрятала свои ручки подмышки. – Ма!

– Мама? – переспросила.

– Дя! – обиженно буркнула Настя, будто я её огород перекапывать заставила.

– Хорошо. Давай мама, – согласилась со вздохом и покатила по металлической пружинке красный шарик.

Видимо до приезда бабули поработать у меня не получится. Мы переместились с Настей на бабушкину кровать, чтобы можно было лечь и уже в удобном положении катать шарики по спиралям.

После десятого раза, доча нетерпеливо запрыгала на попе и заявила:

– Я! Я! Я! Дяй!

Я охотно передвинула игрушку ближе к ней. Моя умница с серьёзным, сосредоточенным выражением лица пыталась справиться с важной задачей, и, когда шарик благодаря её огромным усилиям вернулся на место, дочь взвизгнула от радости, опять меня напугав. Похоже, я чуть задремала с открытыми глазами, пока следила за шариком. Настя, поёрзав от нетерпения, принялась двигать следующий, но насупилась, когда шарик застрял. Пришлось ей помочь – сдвинуть её же ручкой, а дальше она справлялась уже сама. Я, облокотившись на подушку, просто лежала рядом.

Даже в такой позе, держа голову на весу, я умудрилась уснуть. Меня разбудила подозрительная тишина, царившая в комнате. Если был бы грохот – это нормально, а вот затишье пугало. Я в ужасе распахнула глаза – дочки на диване не было. Игрушка, ставшая ненужной, лежала рядом. Резко подскочила и села, пытаясь сфокусироваться.

Маленькая егоза сидела на моём рабочем месте и осторожно нажимала своими шаловливыми пальчиками кнопочки на клавиатуре. Я облегчённо выдохнула, поняв, что всё это время не дышала.

– Настя, – позвала шёпотом, чтобы не напугать дочь.

Даже если она там что-то и натыкала, ругать её не буду. Я сама виновата, что не закрыла ноутбук, а режим самовыключения никогда не ставила.

Настя, поняв, что её опять поймали с поличным, закрыла ручками личико. Опять спряталась!

– Ой, а где Настя? – Я решила поиграть с дочкой в «прятки», которые она обожала. – Нет нигде! И здесь нет… И где же у нас Настя?!

Дочка убрала ладошки от лица.

– Вот она Настя! – обрадованно воскликнула и «нашла» свою дочь.

Заливистый смех звонкими колокольчиками рассыпался по комнате.

– Иди к мамочке, моя радость! – Я подняла её на руки, и мою шею тут же обвили самые нежные объятия.

***

Я не раз видела неприязненные, даже злые взгляды молодых мам, обращённые на своих детей, и не понимала, зачем нужно было рожать, если ты так ненавидишь своего ребёнка? Да, он занимает практически всё свободное время, но только потому, что очень нуждается в поддержке и любви близкого. А самый близкий человек для малыша – это его мама. И папа. Но тут если повезёт. Моей девочке в этом не повезло, но это не значит, что она обделена вниманием и заботой. Нет. Я готова дать ей всё за двоих. А ещё у неё есть суперпрабабушка и дед Женя, который смастерил сам для моей дочки детский столик, маленький стульчик, а в коридоре стоит самодельная деревянная лопатка, почти с её рост. Дядя Женя долго извинялся, что немного «не угадал» с размерами, и хотел укоротить ручку, но отобрать новую игрушку у Насти было невозможно, да и бабуля отговорила, оставив лопатку «на вырост».

Я считала, что любви, заботы и внимания моей крошке вполне достаточно. А папа… Ну что ж… У меня самой вроде бы и есть папа, и никогда не бросал, а на самом деле я уже даже и забыла, когда мы с ним созванивались. У него своя семья и свои заботы, а у меня своя, и я уже давно не маленькая, беспомощная девочка. Но иногда я всё же с завистью смотрела, как папы играют со своими детьми. Наверное, это здорово.

Прошёл уже год и месяц, как Игорь ушёл в армию, но никто до сих пор не знал, вернулся он или нет. Его мама неожиданно уволилась прямо посреди учебного года, и теперь даже Ирина Викторовна не могла ничего узнать. Всё-таки в глубине души я не хотела, чтобы Богатырёв оставался по контракту.

Насте вчера поставили прививку. Обычно она легко их переносила, но бабуля всё равно устроила ей карантин, и мне пришлось оставить дочь дома, а самой поехать к отцу, у которого сегодня был день рождения. В прошлом году у меня не получилось его поздравить, Настя была мала, да бабуля не совсем восстановилась после травмы, но в этом году я решила, что обязательно приеду, пусть меня даже никто не приглашал. Я специально выбрала время до обеда, чтобы застать папу на работе, а вот общения с мачехой избежать.

Здание, где находился офис ООО «Светал» занимало почти весь четвёртый этаж. В нём я была не раз и дорогу знала прекрасно. О своём визите решила не предупреждать, а сделать маленький сюрприз. Предъявив документы на стойке охраны больше для правильности, чем для соблюдения порядка, поднялась на лифте и прошла по длинному светлому коридору почти в самый конец. Дверь с табличкой «Главный инженер ООО «Светал» Каминский А. В.» была приоткрыта. Заглянув в приёмную, к своему удивлению не увидела там никого. Обычно Эльвира Павловна, которая уже давно работает у папы секретарём, никуда не отлучалась, а всегда стояла на страже, не пропуская посторонних к своему начальнику.

Немного замешкавшись, ждать или не ждать, решила заглянуть в кабинет сама. Если папа занят – подожду, а нет, быстро поздравлю и поеду домой. Приложила ухо к двери: вроде тихо, голосов никаких не слышно, значит никакой планёрки, летучки и прочего нет. Бесшумно приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Радостный возглас: «С днём рождения, папа!» остался неозвученным. На рабочем столе, закинув ногу на ногу, сидела какая-то девица. Лица папы я не видела. Ничего неприличного между ними не было, но то, что она так сидит перед ним, говорило само за себя – ей это позволено.

Я прикрыла дверь и замерла в замешательстве, не зная, что делать: развернуться и уйти или всё-таки подождать пока папа «освободится»?

– Лизонька, ты что тут стоишь? – Голос Эльвиры Павловны заставил меня вздрогнуть.

– Здравствуйте. Хотела папу поздравить. – Я показала небольшую коробку с подарком, которую продолжала держать в руках, и замялась. – Но, может, он занят…

– Ирина у него. Она от наших финансистов зашла его поздравить, а я на минутку отлучилась. Так что смело можешь заходить, – разрешила Эльвира Павловна.

Поздравить? Ясно. Значит, теперь это так делается.

– Всё-таки лучше предупредите его, пожалуйста, – попросила я.

– Как скажешь… – Эльвира Павловна прошла на своё рабочее место. Она так гармонично смотрелась на нём, что даже внешний вид кабинета изменился, став таким, каким я привыкла его видеть. – Андрей Владимирович, Лиза просит разрешения… Да, конечно! – Эльвира Павловна положила трубку внутренней связи. Иди. – Махнула мне рукой.

Нехотя вошла в кабинет. Девица стояла уже на ногах, а при моём появлении тут же исчезла. Но весь настрой у меня пропал. Я смотрела на папу и совершенно не знала что сказать. Молча протянула ему подарок и кое-как выдавила:

– С днём рождения, пап.

– Спасибо! Вот так сюрприз! Не ожидал.

«Я тоже не ожидала… сюрприза», – проскочило в голове, но пришлось заставить себя улыбнуться.

– Ты как? – поинтересовался папа.

– Нормально.

– С работой что?

– Пока ничего. Подрабатываю. Вроде хватает.

Наверное, напоминать, что моей дочери нет ещё двух лет, не стоит. Владу, вон, уже двадцать, а моя мачеха до сих в «декрете».

– Может, заехала бы к нам.

– Нет, пап. Спасибо. Мне домой надо. Настя после прививки… Вдруг температура… Да и работать надо.

В смешанных чувствах вышла из здания и жадно вдохнула свежий холодный воздух, словно всё время, что я была там, мне не хватало кислорода. Домой. Скорее домой! В свою маленькую, уютную вселенную, которая так отличается от той лжи и лицемерия, в которых многие так и живут.

Я не хотела думать о том, что увидела, но у меня не получалось. Пока ехала в маршрутном такси, бесцельно смотрела в окно на мелькавшие мимо пейзажи, но перед глазами стояла совсем другая картинка, и я изо всех сил старалась не дать волю воображению. Ведь ничего «такого» я не увидела, но при этом для себя уже всё решила, и уже жалела, что не спросила папу об этом прямо. Ведь он всегда учил меня быть честной. Тогда почему я промолчала и сейчас мучаюсь от неприятных догадок? С другой стороны меня это никак не должно касаться, это папина жизнь. Но как бы я не относилась к мачехе, обманывать её подло.

В таком разбитом состоянии, когда мир вокруг тебя снова дал трещину, совершенно не замечая ничего вокруг, шла к дому.

– Лиза!

От звука своего имени, произнесённого таким знакомым голосом вздрогнула и резко остановилась, решив, что мне померещилось. Медленно, словно боялась вспугнуть, повернулась, и, не веря своим глазам, смотрела как быстрыми шагами приближается Игорь.

– Лиза…

– Здравствуй, Игорь.

Глава 11

Вернулся! Именно эта мысль вертелась в голове, пока я разглядывала любимое лицо. Нет, я не оговорилась. Я по-прежнему любила Игоря, и за всё это время так и не смогла разлюбить, как ни старалась. Любила, люблю и буду любить. Но уже не смогу поверить.

Игорь изменился. И дело даже не в том, что его густые волосы, которые мне так нравилось пропускать сквозь пальцы, сейчас были коротко стрижены, а в какой-то необъяснимой грусти, застывшей в его глазах.

Некоторое время мы просто смотрели друг на друга. Без слов. Без эмоций. Без чувств на лице. Но они громыхали в груди. У меня. И у него. Я это чувствовала. Сейчас, когда он рядом, я снова могла его чувствовать.

– Каминская? – Женский голос, раздавшийся рядом, заставляет меня оторвать взгляд от Игоря и повернуться.

– Да. Здравствуйте, Вероника Сергеевна.

Вероника Сергеевна – детская участковая медсестра.

– Как Настя? Температура есть?

– Нет. Всё хорошо, – ответила утвердительно, потому что если бы у Насти поднялась температура, бабуля бы мне позвонила.

– Вот и чудненько. Тогда не буду к вам заходить. Не болейте! – улыбнулась молодая девушка, которая работала на нашем участке первый год.