Анарх

— Если фесов ордос вынюхивает кровь Колеа, — тихо сказал Бонин, — тогда донесение шефу не поможет. Они заберут его. Это то, что они сделают.

— Развеселил, — сказал Домор.

Бонин пожал плечами. В нем не было ничего веселящего. С исчезновением Макколла, Бонин стал главой разведчиков. Но это было только название. Обстоятельства не позволили Домору, Баскевилю и Бонину воссоединиться с главными полковыми силами в Милгейте. Они все чувствовали разочарование от того, что застряли, пассивные, вдалеке от своих рот. Там, в поле, Каобер и Вивво будут проводить разведывательные операции.

Капельмейстер Еролемев тоже выглядел мрачным. Старый, однорукий сержант- майор методично работал с вещмешками. Якуб Вайлдер был его прямым начальником. Баскевиль мог ощущать стыд, повисший на плечи старика, и ответственность. Еролемев был действующим командиром Роты V на какое-то время.

— Черт, — прошептал старик. Он только что расстегнул застежку-молнию на вещевом мешке.

— Что? — спросил Домор.

— Это Макколла, — ответил Еролемев.

— Я его заберу, — сказал Бонин. — Не разбирай.

Еролемев закрыл мешок и отдал его разведчику.

— Ты знаешь процедуру, Мах, — мягко сказал Баскевиль.

Бонин кивнул.

— Знаю, — сказал он. — Но Макколл пропал без вести. Он не мертв. Не мертв, пока мы не нашли его тело. До этого времени, я позабочусь об этом.

— Что ты делаешь? — спросил Далин.

Он нашел свою сестру, стоящую в одиночестве в коридоре снаружи территории размещения. Она пристально смотрела на широкую лестницу, которая вела во дворец.

— Папа идет, — прошептала она, не отводя глаз от ступеней.

Далин тяжело выдохнул. У Йонси была привычка называть всех «папа» или «дядя». Он устал от этого. Это было мило, когда она была маленькой, но теперь она была молодой женщиной. С коротко подстриженными волосами после недавних проблем со вшами, она выглядела, как пилигрим-подросток. Как они их там называли?

Эшоли?

Далин хотел сказать ей прекратить эту инфантильную болтовню. Это было раздражающе. Она все еще не показывала признаков половой зрелости, но она стала выше. Она была только на голову ниже, чем он.

Но он удержался. Что-то плохое случилось с ней у Низкого Острия. Он решил дать ей небольшую слабину.

— Гол будет здесь достаточно скоро. Тона тоже, — сказал он.

— Папа сказал подождать его, Дал, — сказала она. — Он пришлет сообщение. Мне нужно подождать и послушать его.

— Что произошло у Низкого Острия, Йонси? — спросил он.

— Папа сказал, что настало время. Я не хотела, чтобы настало время. Я этого не хотела, Дал. Но он сказал, что настало. И он сказал, что я должна быть храброй. Затем пришли люди, и тень упала.

— Тень?

— Плохая тень, глупый.

Далин стиснул зубы. — Пожалуйста, прекрати этот детский лепет, Йонс, — сказал он. Он вспомнил ужин на борту Высочества Сира Армадюка, теперь неподдельно годы назад, и рисунок, который она сделала для Гола Колеа. Она говорила о плохой тени, как будто это была ее новая страшилка.

Конечно, она тогда была всего лишь ребенком.

Йонси посмотрела на него.

— Это не детский лепет, Далин, — сказала она. — Ты знаешь. Ты тоже знаешь, что говорит Папа.

— Что это у тебя на шее? — спросил он, потянувшись вперед. Она отпрянула.

— Ничего, — сказала она.

Он мог видеть язву на ее шее.

— Это опять экзема? Йонси? Она вернулась?

Перед миссией на Предел Спасения, Далин дал ей медальон, сувенир Святой. Она гордо носила его на шее, пока он не потерялся. Металл которого, без сомнения, был дешевым, массово изготавливаемая медаль, которая вступила в реакцию и дала ей экзему.

— Все в порядке, — сказала она. — Не болит.

— Пошли внутрь, — сказал Далин. — Найдем какой-нибудь еды.

— Мне нужно ждать здесь, — твердо сказала она. — Папа сказал мне ждать его здесь. Пришло время, и он хочет поговорить со мной. Ты тоже должен подождать, Далин. Он с тобой тоже захочет поговорить.

— Гола может не быть еще какое-то время, — сказал Далин.

— Я не имела в виду Гола. Не Папу Гола. Я имела в виду Папу.

— Кто... кто такой Папа, Йонси?

Она посмотрела на него так яростно, что это заставило его слегка отшатнуться.

— Ты знаешь, — сказала она. — Разве ты его тоже не слышал?

Далин поднял руки и отошел назад. Она, явно, была намного более расстроена инцидентом, чем он думал. Он должен спросить об этом кого-нибудь еще. Может быть Доктора Керт, когда она вернется. Это была какая-то травма. Он видел такое в солдатах раньше.

— Хорошо, — сказал он. — Хорошо. Ты оставайся здесь и жди... Папу. Я пойду и принесу тебе немного супа.

Она кивнула.

— Спасибо тебе, — мягко сказала она. — Я люблю тебя, Далин.

— Я твой брат. Предполагается, что ты должна.

— Я делаю то, что должна, — сказала она, а затем повернулась, чтобы опять пристально смотреть на ступеньки.

IV. ВЭЙПОРИАЛЬНЫЙ КВАРТАЛ

Выстрелы раздались снова. Лазерные заряды, короткая очередь.

Пригнувшись в укрытии, Вес Маггс бросил взгляд на Каобера.

— Здание в конце улицы, — сказал он. — Второй или третий этаж.

Старший разведчик кивнул. — Случайный огонь, — сказал он. — У них нет цели, но они заметили, что мы приближаемся.

Держась стены, Гански несся к их позиции, и упал рядом с ними.

— Сообщение от Фейпса, — сказал он. — Он завершил вокс-проверку. Из наших в этой зоне никого нет.

— Значит никаких отставших Хеликсидцев, — сказал Маггс.

— Еще Сековские ублюдки, — сказал Каобер. — Отрезанные, когда они отступали. Нам нужно смыть их.

Он выглянул за кучи каменных обломков, которые предоставляли им ограниченную защиту. Видимость была плохой. Сильный дождь все еще шел, и три дня постоянного ливня подняли густой туман в Милгейте и Вэйпориальных кварталах. Большей частью тумана был пар от бесконечных пожаров и выгоревших зданий, остальной был дым, плывущий от пылающих заводов и пожаров на Северном Династическом Конклаве.

— Возьми отделение, — сказал Каобер Маггсу. — Иди туда слева.

Маггс кивнул, и выскользнул из укрытия. Каобер постучал по микробусине.

— Ларкс, это Каобер. Ты видишь это?

— Жди, — протрещал в ответ вокс.

На дальней стороне исковерканной улицы, Ларкин и Нэсса перемещались, пригнув головы, по третьему этажу торгового дома, который был разрушен танковыми снарядами. Они пробрались через сломанную мебель и частично сгоревшие кучи инвентарных документов, и остановились у одного из окон. Стекла не было. Удар выбил его наружу, как барабанную перепонку. Дождь монотонно капал из дыр в потолке, как будто где-то оставили открытый кран.

Снайперы направили свои лонг-лазы, и подстроили свои прицелы.

— Шеф? — прошептал Ларкин в свою микробусину. — Определенно третий этаж. Опа! Ага, это была вспышка из ствола.

— Ты можешь навестись с этого угла?

— Жди, — ответил Ларкин. Он переместился к другому окну. Нэсса, так же, переместилась дальше по разрушенному офису.

— Я не могу чисто выстрелить, — жестами показала она. — Я не могу увидеть.

— И стена слишком толстая, — согласился Ларкин, показав жестами в ответ.

— Если мы пойдем дальше, — предложила Нэсса, — к следующему зданию...

Ларкин помотал головой. — Там нет «следующего здания», Нэсс, — тихо сказал он, повторяя слова жестами. — Только куча кирпичей, которая была зданием до того, как его жизнь переменила случайная встреча с авиационными боеприпасами.

— Ах, — произнесла Нэсса Бурах, вспоминая. Она устала. После трех дней, одна оболочка жилого дома выглядела, как следующая.

Она прислонилась спиной к стене на мгновение, и вытерла дождь с лица, действие, которое сделало немного большее, чем переместило грязь на нем.

— Дерьмово, — сказала она.

— Согласен, — сказал Ларкин.

— Когда они собираются отвести нас назад? Мы на остром конце этого. Фесовы Хеликсидцы ушли.

— Мы – специалисты, так ведь? — ухмыльнулся он. — Они хотят, чтобы эта зона была зачищена. Наш опыт востребован.

Нэсса объяснила четкими, анатомически терминами, что высшее командование может сделать с их опытом. Ларкин тихо рассмеялся, и скользнул к следующему окну.

— Мы отдохнем, — сказал он, — раньше или позже. — Он снова навелся, водя своим оружием, смотря немигающим глазом в мощный прицел.

— Каобер? — воксировал он.

— Говори.

— Мы не можем стрелять отсюда.

— Понял. Маггс передвигается слева от цели.

Ларкин подстроил прицел.

— Я вижу его, шеф, — прошептал он. — Скажи ему, что если он пойдет по той аллее, она приведет его к задней части обнесенного стеной двора позади целевой зоны.

— Продолжай присматривать за ним, — ответил Каобер по связи.

Аллея была с высокими стенами и почти по лодыжку в воде и обломках. Маггс шел во главе своей команды, с лазерной винтовкой у щеки. Он сделал серию быстрых, четких сигналов рукой Призракам позади себя.

Ворота. Идите вокруг меня. С обеих сторон.

Они разошлись веером вокруг него, направляя оружие на старые деревянные ворота в высокой стене двора. Ворота были единственным входом. Перелезание через стену может привлечь огонь из здания.

Маггс указал на Гански, подал сигнал «выбить» и поднял три пальца, чтобы начать отсчет.

— Маггс, оставайся на месте!

Маггс замер. Он подстроил свою микробусину.

— Ларкин? — прошептал он.

— Держи позицию, — ответил Ларкин по воксу. — Я могу видеть тот двор. Определенно движение за стеной.

— Понял, — сказал Маггс. Он бросил взгляд на свой отряд и вытащил гранату из сумки.

— Я запрашиваю, не в первый раз, — сказал Роун, — разрешение отвести Танитский Первый с этой линии.

— Я не несочувствую, полковник, — сказал Майор Мопин. — Но приказы лорда генерала конкретны. Танитский должен держаться здесь еще немного.

Роун осмотрел Нарменианского офицера сверху до низу. Одежда Мопина была чистой, и он побрился этим утром. Несколько часов назад он спал в кровати где-то. Возможно, в Урдешском Дворце.

— Мы держали эту линию и нас помяли, — сказал Роун. — Теперь вы здесь для укрепления. Время сменить нас.