Чудовищная любовь

Марк Новак

Чудовищная любовь

Изящной поступью девушка ходила между рядов, приветствуя торговцев и блуждая взглядом по прилавкам. Она уже обошла все интересующие продуктовые стойки и теперь решила наведаться к ремесленникам. Маленькая бледная ручка ощупывала ткани, пока ткачиха вытаскивала из вороха тряпок новые товары. Пытливые зелёные глаза рассматривали яркие узоры, а аккуратные розовые губки сложились в лукавую улыбку, с которой девица торговалась за вязаный платок. Но опытная торговка не собиралась задарма расставаться с изделием, и красавица зашагала дальше, звонко постукивая каблуками. Подол так и норовил запутаться в ногах, поэтому аккуратным движением девушка его приподняла, и тоненькая лодыжка в одно мгновенье захватила взгляды и плотника, отвлекшегося от своего рубанка, и стражника, патрулирующего рынок, и юного паренька, тащившегося за мамой с кучей свертков в руках.

Щурясь от солнца, девушка резко повернула голову и ее глаза встретились с другой парой глаз, что уже минут пять неотрывно наблюдают за ней. Она по инерции сделала ещё шаг и остановилась, сильнее сжимая в ладони подол платья. Не отводя взгляда, прелестница игриво приподняла уголок губ и немного опустила подбородок, чтобы прядка волос соблазнительно спала на лицо. Хрясь! – и молоток резко обрушился на пальцы, пытавшиеся удержать гвоздь.

– Твою ж! – парень схватился за травмированную руку и скривил лицо, стараясь сдержать ругань. После секундного шока он встрепенулся и стал вглядываться в торговые ряды, пытаясь отыскать глазами причину своей боли, но девушка уже успела затеряться в толпе.

– Коль руки не жалко, хоть гвозди не трать, нам ещё полкрыши перестелить надобно, – старик на другой стороне крова в отличие от юнца был сосредоточен на работе и явно собирался закончить до заката.

– Просто солнце ослепило, вот и промазал, – рабочий начал активно трясти рукой, в надежде охладить опухшие пальцы.

– У каждого из нас свои светила, хотя девка и вправду вымахала красавицей, жаль ты её и облапать теперь не сможешь, – с насмешкой сказал старший.

– А я и с одной рукой справлюсь, – юноша начал поочередно сгибать пальцы на здоровой руке, показывая её возможности.

– Да, Ивар, кроме руки тебе ничего и не светит, – опытный мастер вернулся к работе и возобновил монотонные постукивания молотком.

– Слушай, Гурр, а ты её знаешь? – образ девушки всё ещё стоял у покалеченного перед глазами.

Гурр не хотел отвлекаться от работы, но всё же замедлился – постукивания стали реже и тише.

– Её не особо, но к семье захаживал пару раз. Отца мы уже года три как упокоили, а матушка жива. Сестра есть у неё старшая, если помнишь, у колодца раньше молоко продавала. Дааа, фигурка была видная, столько мужиков к ней лапы тянули, а она с городским умотала! Но хоть младшенькая осталась да глаз радует. Прям интересно, в кого сестрицы такие смазливые пошли, мать то красотой на славилась.

– А зовут её как? – Ивару хотелось узнать гораздо больше, но его наставник был не из болтливых, и нужно узнать самое важное, пока Гурру не наскучило трепать языком.

– Младшую, вроде, Сильвой кличут.

Молоток загрохотал с новой силой, заглушая тихое бормотание парня, в котором слышалось только одно имя.

* * *

Домой Ивар вернулся под вечер. Отец ушёл к дружкам в таверну, а мать ждала его с уже остывшей похлёбкой. Помешивая ложкой неаппетитную жижу, он всё ещё думал об увиденной утром девушке. От размышлений его отвлёк голос матери.

– Утром пойду к Марте, занесу еды да поболтаю с бедняжкой, – женщина сосредоточено собирала котомку, укладывая рядом с небольшой капусткой три яблока, – завтра ещё молока надою и надо не забыть ей хлеба взять.

Ивар пару секунд вспоминал, кто такая Марта и зачем к ней нужно идти. Среди промелькнувших в его голове событий последних дней он таки нашел нужное и понял, почему мать так беспокоится об этой женщине.

– Её мужа ещё не нашли? – Ивар постарался сделать голос сочувствующим. Не сказать, что ему совсем не было её жалко, но он действительно не понимал, почему должен сопереживать человеку, чьё имя узнал только на прошлой неделе.

– Нет, сегодня мужики ещё раз прошлись вдоль русла, но ничего так и не нашли, – мать копошилась на кухне, осматривая все полки и мешки в поисках, чем бы ещё поделиться.

– А в лес ходили? – Ивар с недовольством наблюдал как женщина располовинила засоленную рыбину и теперь заворачивает кусок, чтобы положить в сумку.

– Да, но глубоко не забредали. Его как только искать начали, дождь пошёл, поэтому следы если и были, то их уже смыло.

– А у этой Марты что ли совсем родни нет, раз ты с ней так возишься?

Хозяйка не отрывалась от своей ревизии. Перебирая сушёные грибы, она, не глядя на сына, ответила:

– В тяжёлые времена пригодится любая помощь: кусок хлеба, пара яблок или просто доброе слово… Я не могу найти её мужа, да и утешить толком не получится – знаю её лишь несколько дней, но я не хочу, чтобы она чувствовала себя одинокой в своём горе.

Ивар хотел ещё немного поворчать, но тут он на мгновенье представил, что пропала его мать или отец. Он бы, конечно, не стал лить слёзы и понапрасну стенать, он бы тут же бросился на поиски, он бы пошёл и в лес, и в город, перебрал бы каждый камешек на берегу в попытках найти хоть что-то, но кто знает, может, в какой-то момент и ему бы захотелось, чтобы кто-то поделился с ним яблоками или даже отдал половину рыбины. Похлёбка стала ещё хуже на вкус.

* * *

На следующий день Ивар отпросился с работы, сославшись на ушибленный палец, и целенаправленно пошёл на площадь. Он ходил между торговых рядов и напряжённо вглядывался в проходящих мимо людей. Глаза выискивали в толпе одного конкретного человека, но вот уже порядка часа он как умалишённый бродит между лавок, распугивая прохожих своим напряженным лицом. Наконец-то вдали мелькнула светло-русая макушка, и Ивар ускорился, чуть ли не распихивая людей на своем пути. Поравнявшись с миниатюрной фигуркой, он сначала неуверенно кашлянул, и когда девушка обратила на него внимание, заговорил.

– Как много-то народу сегодня… здесь, – Ивар старался не смотреть на юную особу, но после секундной паузы всё же повернулся в её сторону и столкнулся взглядом с удивлёнными зелеными глазами.

– Да не особо, вчера побольше было, – она посмотрела по сторонам, убеждаясь в своих словах.

В молчании они прошли несколько торговцев, прежде чем Ивар глубоко вдохнул и спросил.

– Ты каждый день сюда приходишь?

Немного задумавшись, девушка уже более расслаблено заговорила.

– Почти. Мы утром с мамой молоком торгуем, а как всё раскупят, я отпрашиваюсь погулять. Иногда у приезжих торговцев можно найти что-то интересное, я вот на прошлой неделе браслетик видела – там чередуются светло-розовые и голубые камешки. А ещё этот мужик такие шляпки красивые продавал! Мне понравилась одна сиреневая, думала даже купить, но у меня все платья простенькие, так что всё равно не надену…

Ивар заслушался её тоненьким голоском, неловкость осталась позади, и он жадно впитывал информацию, в надежде узнать больше о своей собеседнице. Заметив, что дорога торговцев заканчивается, он решился перебить её увлекательный рассказ о странных расписных вазочках у городского купца.

– Тебя ведь зовут Сильва? – он постарался сказать это без выраженного интереса.

– Да, Сильва. А тебя как зовут? Я несколько раз тебя видела – ты у соседей лестницу чинил и в сторожевой крышу перекладывал.

– Я – Ивар. А тебе в какую сторону?

Они уже прошли торгашей и остановились у перекрёстка. Сильва аккуратным движением отвела руку в направлении уходящей вверх дороги.

– Я уже домой иду, так что туда.

– Ааа, мне как раз по пути, нужно зайти кое к кому на той улице. Давай проведу тебя, – Ивар стоял весь красный, а голос его слегка подрагивал.

– Да, как раз о себе расскажешь, а то я кроме имени о тебе ничего и не знаю. Ну, только что ты у Гурра трудишься.

За этим разговором они миновали несколько десятков домов. Ивар успел рассказать о своей семье, работе, любимых блюдах, вспомнил, какие игрушки он больше всего любил в детстве, поделился секретом, как в двенадцать стащил у отца охотничий нож, чтобы покрасоваться перед друзьями. Сильва же, в основном, говорила о приезжих чудесах: диковинки с рынка, труппа бродячих артистов, богатая повозка, в которой наверняка была знатная супружеская пара или даже городской священнослужитель. Остановившись у скромного деревянного дома, девушка повернулась к своему спутнику и грустно сказала:

– Мне сюда. А тебе ещё далеко идти?

Парень махнул рукой куда-то в сторону и промямлил:

– Да мне ещё… туда… в той стороне… ближе к концу улицы. А… ты завтра тоже на рынок пойдёшь?

– Наверное. Завтра должен подъехать ремесленник с резными поделками, там обычно много шкатулочек красивых. Так что, если дождя не будет, схожу посмотрю, может даже выторгую себе какую-нибудь безделушку.

Ивар радостно воскликнул.

– Даа, мне тоже нужно будет завтра купить всякого! Может и встретимся снова.

Он старался сделать последнюю фразу неуверенной, но так и не смог скрыть предвкушения от будущей встречи.

– Ага, если судьба сведёт, то увидимся. Хотя, может не будем надеяться на случай? Я вот завтра ближе к ночи хотела вдоль реки пройтись, а одной страшновато бродить. Не составишь мне компанию? – девушка мягко улыбнулась и посмотрела Ивару в глаза. Такой открытый и доверительный взгляд завораживал, и он, не отводя глаз, ответил.

– К… конечно. Нечего тебя в одиночку ходить, тем более сейчас. В последнее время многовато людей пропало, вот у Марты мужа всё никак найти не могут.

– Да, я слышала о нём – наверняка просто напился да в каком-нибудь овраге шею свернул. Так вот, если завтра захочешь прогуляться, приходи к причалу как солнце зайдёт, – ещё одна обезоруживающая улыбка и Сильва зашагала к дому.

– Ага, – Ивар ещё секунд десять смотрел на удаляющуюся спину, и только когда входная дверь закрылась, он зашагал прочь. Внезапное предложение выбило почву у него из-под ног, на своём пути он умудрился вступить во все лужи, зацепиться за несколько коряг, споткнуться о шныряющую во дворе кошку, но ни одно препятствие не сумело испортить ему настроение.

* * *

На улице уже стемнело, и Сильва, стараясь не шуметь, аккуратно вышла из дома. Мать уже спала, но даже незначительная возня могла потревожить её слишком чуткий сон. Дверь закрывается с едва слышным скрипом, и девушка спокойно выдыхает и уже более раскованно отправляется в сторону реки. Она успела пройти несколько домов, как вдруг путь ей преградила мощная слегка сутулая фигура. Человек возник более чем в десяти метрах от Сильвы, но даже далёкий силуэт заставил её испуганно отшатнуться назад. Тот в свою очередь шагнул навстречу, и так и продолжил сокращать дистанцию – на один её шаг назад он делал два вперед.

– Не поздновато ли гулять намылилась? – человек подошёл достаточно близко, чтобы его можно было разглядеть. Крупный мужчина лет тридцати с грубоватыми чертами лица и небольшими залысинами смотрел на девушку с гаденькой улыбкой, которую он старался выдать за дружелюбную.

– А, Лютер, это ты, не пугай так больше, я уже была готова закричать. Нужно подруге кое-что отдать – днём не успела, вот и пришлось на ночь глядя к ней переться. А сам-то чего не дома? – хоть Сильва и узнала своего преследователя, напряжение не ушло полностью. Этот навязчивый ухажёр уже несколько недель подбивает к ней клинья.

– Засиделся в трактире. Туда на днях эль подвезли новый, хозяин так его нахваливал, что я не удержался и хлебнул кружечку, – чем ближе он подходил, тем больше девушка понимала, что одной кружкой дело не обошлось. – И не страшно тебе в такую темень шляться? Могу проводить. Где эта твоя подруга живёт?

– Недалеко, так что я и сама дойду. А вот тебе стоило бы поспешить домой, пока ноги держат. Я слышала, что этот эль знатно в голову бьёт, – Сильва хотела побыстрее отвязаться от назойливого ухажёра.

– Ничего, я крепкий, меня никакое пойло не возьмёт. А вот пройтись мне бы не помешало, а то давно не гулял, – он подошёл так близко, что теперь можно в деталях разглядеть его красное от алкоголя лицо.

– Знаешь, я в ближайшее время буду сильно занята, но на следующей неделе наверняка выдастся свободный денёк. Как раз потеплеет, и мы могли бы пройтись, – Сильва теперь не просто отошла, но и выставила вперёд руку, не желая сближаться с мужчиной.

Такое предложение мигом утихомирило настойчивого ухажёра. После небольшого мыслительного процесса, который он сопровождал почёсыванием своего щетинистого подбородка, Лютер всё-таки сумел упорядочить свои мысли.

– Ага, на следующей неделе. А когда? Ну, типа, в какой день? – он пытался сообразить, какая ещё информация ему может понадобиться для будущего свидания.

– Я точно не знаю, когда буду свободна… – девушка заметила, как собеседник тут же напрягся, готовый снова донимать её расспросами. – В субботу. В субботу у меня, вроде, дел особо нет.

– Хорошо, я зайду за тобой в субботу, – Лютер даже не думал, есть ли у него какие-то планы на этот день, все заботы могут подождать.

– Нет… – от внезапного несогласия взгляд мужчины стал жёстким. – В смысле не нужно за мной заходить, встретимся у причала. И лучше, наверное, не рассказывать никому, мало ли что люди подумают.

На усвоение информации у мужчины ушло не меньше пяти секунд, но как только смысл добрался до его головы, он уверенно кивнул. Сильва мило улыбнулась и сделала несколько шагов в сторону, чтобы обойти назойливое препятствие.

– Договорились. Можешь идти домой. Пока, – уже отдаляясь от собеседника она обернулась и помахала ему рукой, а затем быстро зашагала прочь, не дожидаясь ответного жеста.

* * *

Река сегодня была на удивление спокойной. Только недавно рыбаки жаловались, что из-за сильного течения они уже три дня не выходят на работу, и вот теперь чистые и дружелюбные воды держали на своей поверхности отражение луны. Ивар успел досконально изучить рисунок на водной глади, а его руки уже полчаса как мёрзли от ночной прохлады. Но ожидание подошло к концу, как только из сумрака появилась стройная фигура.

– Рада, что ты пришёл, – Сильва подошла настолько близко, что парень мог почувствовать её дыхание – его озябшая кожа сейчас была особо чувствительна к теплу.

– Я не мог упустить возможность ещё раз увидеть тебя.

– Тогда пойдём, на фоне леса я буду смотреться ещё лучше.

– Я конечно люблю пейзажи, но предпочту более безопасное место.

– Не переживай, просто пройдём чуть дальше по реке, там есть уютное местечко – сможем посидеть, поболтать, – девушка уже сделала несколько шагов вперед и обернулась, ожидая решения своего спутника.

– Тебе невозможно отказать.

Неспешно пара направилась дальше от поселения. Разговор завязался на удивление быстро, стоило только перемыть косточки нескольким общим знакомым, как беседа приобрела непринуждённый характер. Иногда Ивар позволял себе задавать вопросы личного характера, пытаясь выведать больше о прошлом девушки.

– В детстве я постоянно бегал к Барну, было конечно далековато, но тогда мне было с ним интересно. Сама понимаешь, я – единственный ребёнок в семье, а по соседству если дети и были, то ещё не умели ходить, с такими в догонялки не поиграешь. Сейчас то я понимаю, что Барн – та ещё скотина, но тогда выбора у меня особо не было: или с ним шататься, или в одиночку искать развлечения. Ну, тебе это, наверное, не понять, ты же с сестрой росла. А она старше или младше тебя? – Ивар решил, что родственники – это вполне безопасная тема для разговора.

– Старше. На три года. Да, с ней скучать не приходилось. Родители постоянно работали, и мы с сестрой всё время были вместе. Она, как старшая, присматривала за мной, учила с хозяйством обращаться, хотя сама не особо то и умела, – тут она не удержалась и проронила смешок, – защищала от соседских мальчишек, а как подросла стала и на свидания с собой таскать.

– Наверное, неловко было, – Ивар представил себя третьим человеком на чьём-то свидании и ему от одной только мысли стало не по себе.

– Нет, обычно эти ребята надолго не задерживались – как только понимали, что им ничего не перепадёт, быстро уходили по «внезапно возникшим невероятно важным делам», – Сильва немного покривлялась и сама же начала смеяться от нелепости своей пародии.

– Неужели прям все парни были такими легкомысленными?

– Почти. Последний вот оказался очень настойчивым, – Сильва сразу погрустнела.

– Это тот, с которым она в город уехала?

– А ты откуда знаешь? Уже наслушался сплетен? – девушка разочарованно отвела взгляд от собеседника.

– Нет, просто друг рассказывал… Ты не подумай, я не расспрашивал, просто заболтались. И я не вижу в этом ничего плохого! Ради любви иногда приходится идти на жертвы.

– Ага… ради любви. Остальные жители считают совсем по-другому – осуждают её, говорят, что она бросила семью, променяла на городскую жизнь, – в её голосе звучала не столько грусть, сколько злость и обида.

– Думаю, если бы я кого-то полюбил, по-настоящему, я бы бросил всё, что у меня есть: дом, работу, близких. Ради любимого человека можно и жизнь отдать.

– Вот уж не думала, что ты такой романтик, – столь трогательная речь поразила Сильву и немного расстроила. – А что, если твоих жертв будет мало? Готов ли ты положить на этот алтарь чужие мечты, желания… чужую жизнь?

Этот вопрос заставил парня погрузиться в размышления. Какое-то время пару сопровождало молчание, но пусть беседа и прекратилась, в голове Ивара происходил оживлённый спор. Два голоса рассматривали эту дилемму с разных сторон, искали аргументы, приводили примеры, перебивали друг друга, а иногда в эту дискуссию врывалась третья сторона, которую мигом затыкали основные докладчики. Оппоненты так и не пришли к единому мнению.

– Не знаю, да и вряд ли я столкнусь с подобным. Незачем ломать голову бесполезными раздумьями, – слишком много сил отняли эти рассуждения, захотелось вернуться к тихой реке, вдоль которой так приятно гулять, легкому ветерку, обдувающему лицо, и красивой девушке, смотрящей на него с нежностью и едва уловимой грустью.

– Согласна, лучше подумать о том, насколько здесь холодная вода. А ещё лучше пойти проверить, – меланхоличное настроение внезапно сменилось дурачеством.

– Рискну предположить, что мы посинеем в этой реке, – Ивару стало неловко от такого предложения.

– Тогда последи за моими вещами, – она тут же скинула туфли и принялась расшнуровывать платье.

Сначала парень завороженно следил за движениями соблазнительницы, но чем больше тела оголялось, тем краснее становилось его лицо. Решив всё-таки не искушать себя, Ивар отвернулся и лишь по шуршанию одежды понимал, насколько велик риск его срыва. Но вот шорох прекратился и мгновение спустя раздался плеск воды. Незначительные колыхания волн подсказывали, что девушка неспешно маленькими шажками заходит в реку. Далее последовал шумный вдох и громкий плеск – набравшись смелости она полностью погрузилась в воду. Молчание напрягало, поэтому Ивар решил его нарушить.

– Не холодно? – чтобы Сильва услышала, он практически выкрикнул свой вопрос, и голос его сорвался на высокие ноты.

– Разве что слегка. Не надумал присоединиться?

– Нет, я лучше подожду тебя здесь, – Ивар ещё больше убедился, что девушка с ним флиртует, но риск ошибиться останавливал его от ответных действий. Вдруг он сейчас начнёт заигрывать, и окажется, что это была просто шутка? Тогда придётся оправдываться, говорить, что он тоже не всерьёз это затеял.