Мегаполис мертвых

— От чего? От магии?

— Квист, ты же не думаешь, что вся эта рокировка с телами проходит бесследно? Это одна из причин, почему я больше не хочу отправлять тебя в тюрьму…

— Какие последствия?

— Такие же, как у всего на свете.

— Смерть?

Ласковая Тень промолчала.

Блять. Ничего не может быть хуже того, чем делать такой выбор.

— Послушай. Если ты переместишь меня обратно в тюрьму, а в назначенное время обратно… Последствия будут поправимыми?

— Не знаю… — она посмотрела на тарелку, в которой было зелье из моей крови и клыка воительницы. — Можно… Берегись!

Мне по голове чем-то припало, а осколки от этого «чего-то» разлетелись в разные стороны. Шатаясь от сильного удара, я обернулся и увидел Эрка с разбитой бутылкой в руке.

— А вы не простая парочка, правда? — спросил он и наставил на меня острое стекло.

Кажется, эльф наконец-то пришел в себя. Он довольно долго находился под влиянием Ласковой Тени и Ланы.

— Послушай, Эрк, — я отполз к самому краю лодки, чтобы пришедший в себя эльф не прищучил меня на месте. — Никто не желал тебе зла. Сейчас ты находишься на своей яхте, как и планировал. Оставь нас на берегу и плыви в Аркалис.

— Ну уж нет, — отказался наотрез Эрк. — Я натерпелся унижений за этот день. Пожалуй, я сдам вас полиции, а тех мертвяков и пса, что находятся в каюте, убью. Свяжите друг друга.

Он бросил нам веревку, которых на палубе было вдоволь и направил в нашу сторону маленький арбалет.

— Ну! — рявкнул он. — Свяжи эту дрянь.

Ласковая Тень протянула мне руки, и я сделал несколько узлов.

— А теперь ты. Обернись.

Я слышал, как на моих руках за спиной щелкнули наручники. Похоже старина Эрк был извращенцем — я чувствовал приятное прикосновение стали, обмотанной мехом.

Дела обстояли хуже некуда. Мы уже плыли среди вставших на якоре больших судов и пришвартованных к пирсу лодок. Везде в порту ходили военные и не позволяли каждому желающему моряку спокойно войти в город. Эльф встал за руль на другом конце своей яхты и внимательно следил за нами. Арбалет висел у него на поясе.

— Ты не договорила, — я обратился к Тени. Мои губы почти не шевелились. — Еще два перемещения ты переживешь?

— Может произойти что угодно. После первого перемещения я могу упасть в обморок, Квист, — ответила она. — Ты понимаешь, что, если ты снова окажешься в тюрьме, а Лана на свободе, вы можете больше никогда не поменяться телами.

— Будем верить в лучшее. Сейчас же тебе удалось меня вернуть.

— Она глупая маленькая девочка, Квист. Нам повезло, что она захотела навсегда привязать себя к твоему телу. Если бы заклинание не требовало особого подхода, она бы не выпустила жезл из рук даже на эту секунду.

— Но и артефакта у нее больше нет, правда?

Тень промолчала.

— Послушай, — снова начал я. — Там, в тюрьме, женщин двух рас хотят казнить сегодня вечером самым жестоким способом. Им, еще живым, разрежут грудь, вытащат ребра и достанут сердца. А они ни в чем не виноваты, понимаешь? Одна из них вообще спасала меня и только поэтому оказалась в тюрьме. Если уж кто и должен умереть из всех нас, то это я.

— Проклятье, Квист.

— Эй, вы! — кажется Эрк заметил, что мы разговариваем. — Если сейчас же не заткнетесь, я выкину одного из вас за борт.

— Мне нужен час, Тень! — продолжил я, как только эльф отвлекся на виды постоянно несущихся к берегу волн. — Мы не успеем даже добраться до причала.

— Ты знаешь, на что давить, — ответила эльфийка. — Ладно. Я сделала все, что в моих силах.

Она, пристально смотря в сторону Эрка, с нескольких попыток подвинула тарелку с магическим зельем внутри ближе и произнесла:

— Gruaell’e Titdy shial’a werdy ta dishealla!

Я оказался в тюрьме и стоял над трупом седой гоблинши, но с ключами в руках. Голова рабыни была наполовину раздавлена ботинком Сенны, а тело дергалось в предсмертных конвульсиях. Лана не теряла времени даром. Мне терять его тоже было нельзя.

Я аккуратно отпер замок и вышел наружу.

— Где тотем? Где тотем? Как его найти… — бубнил голосом воительницы я себе под нос и озирался.

Внезапное прозрение снизошло на меня, и я как будто через тепловизор увидел лежащую в камере фигуру. Эта фигура находилась за пределами нашего, первого блока. У меня оставалось примерно пятьдесят минут, а вот на связке ключей был брелок с цифрой один. Чтобы освободить Эйлу мне нужна точно такая же связка, только с цифрами, обозначающими другие блоки.

Я пошел в сторону королевских покоев. Орра вздымала короткую грязную простыню на своем животе и громко сопя не подозревала о моем приближении. Интересно, как рабыне удалось незаметно украсть эти ключи?

Я вошел в камеру и осмотрелся. На тумбе лежала орочья библия. Я открыл, припоминая, что внутри вырезанных страниц могут быть спрятаны запрещенные вещи. Но нет. Я нарвался лишь на картинку огромного рогатого существа с шипастой дубиной в руке, а у него под ногами была целая орда орков, где самый высокий из них доставал существу только до колена. Отбросил. Рядом находилась небольшая тетрадь с заметками — судя по всему она была для учета провизии. Где же ключи?

Ароматические свечи своим приятным запахом пытались успокоить и говорили о том, что местный монарх не лишен природных женских слабостей. На стене висело разного рода холодное оружие — топор, мачете, шпага, кинжал. Они были до блеска начищены, а на всех лезвиях, кроме шпаги, были нанесены непонятные мне руны. В углу стоял сундук с большим амбарным замком и, судя по всему, все ценное хранилось в нем.

Что ж. У меня не оставалось выбора. Возможно, я навлеку на себя еще больший гнев, но я пришел освободить Эйлу и ничего теперь мне не должно помешать. Поэтому я медленно снял со стены кинжал и приставил его к горлу храпящей Орры.

— Только заори, и я воткну этот кинжал тебе в башку, — произнес я, когда королева открыла глаза и почувствовала, как холодная сталь упирается ей в подбородок.

Она хотела открыть рот, но я тут же двинул ей по лицу рукоятью кинжала и рассек бровь. Кровь начала заливать лицо орчихи.

— Где ключи от остальных блоков? — спросил я и показал связку, украденную у нее рабыней.

— В сундуке.

— Как открыть его?

Она сделала движение. Я размахнулся, но выставив руку перед собой она остановила меня.

— Я не собираюсь угрожать тебе. Ключ у меня в заднице.

Что? Я и раньше слышал про разные необычные места, в которых завсегдатаи подобных учреждений переносят ценные вещи, но ключ от этого замка должен был быть довольно-таки большим.

— Если хочешь, достань сама, — Орра подняла руки и улыбнулась. Кровь из брови уже залила всю простынь.

— Нет уж, — дёрнул кинжалом я. — Давай сама.

Орчиха полезла к себе в зад. Я с отвращением наблюдал как меняется ее лицо от того, как она елозит там этим ключом и наконец королева достала небольшой сверток.

— Разверни! — приказал я.

Она послушалась. Это был действительно тот самый ключ.

Некоторое время я смотрел на Орру. Я не был убийцей. Вернее, не хотел им быть. Просто воспоминания понеслись в голове друг за другом и ни одно из них не говорило в пользу того, чтобы оставить ее в живых. Поэтому я сделал совсем небольшой, но резкий замах, а острие кинжала показалось из затылка королевы. Орчиха была мертва.

Я уложил ее обратно в койку и подбежал к сундуку. Открыл. Здесь было много всего — пистолет с патронами, темные купюры и баночка с гоблинскими центами. Еще сигареты, несколько сигар; порошок — скорее всего наркотики; кастет, налезающий только на орочий кулак; фаллоимитатор; шкатулка с золотыми цепочками, браслетами, перстнями и серьгами; карманные часы — время на них говорило, что у меня осталось всего тридцать минут. Связки ключей… Связки ключей! Орра не обманула. Я взял все самое необходимое и вместе с деньгами, распихал по карманам тюремной робы.

Я уже собирался выйти на улицу, как мне в голову пришла гениальная идея. Я вырвал листок из тетради с записями и написал признание в убийстве королевы. Когда Лана вернется в тело Сенны ее будут ждать адские врата. Затем я засунул это признание в глотку сдохшей Орре и выбежал на улицу.

Оказавшись на открытом воздухе, я еще раз напряг зрение, чтобы сквозь стены увидеть Эйлу.

Уже проснувшиеся заключенные вокруг смотрели на меня как на рабыню, а не как на беглянку. В том, что все ждали казни только эльфийки, было свое преимущество. Пока никто не догадывался, что Орры больше нет.

Я добежал до здания, на корпусе которого черной краской была нарисована цифра два. Еще раз использовал дар воительницы. Эйла была внутри.

Этот корпус оказался не таким разрушенным, как тот, из которого сбежал я. Все стены и даже крыша были на месте. Входы в здание контролировали лысые татуированные заключенные — женщины человеческой расы. Нужно было пройти внутрь. Я засунул руки в карманы, нащупал пистолет, взял его за рукоять и подошел к охраняющим вход девицам.

— Ты куда это намылилась? — спросила меня одна из них.

— Королева прислала меня за эльфийкой, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие удава. Кажется еще не все в тюрьме знали новую рабыню.

— Ты больно рано. Я слышала казнь состоится не раньше шести.

— Орра решила не тянуть. Все уже проснулись.

— Пусть проходит, — сказала вторая. — Нужно найти Райни и отпроситься посмотреть…

Я медленно вошел в открытую передо мной дверь, скрещивая пальцы на свободной вспотевшей руке.

— Постой! — вдруг окрикнула меня одна из сторожил. Мое сердце сжалось, и я приготовился достать пистолет и расстрелять их. — У тебя ключ-то есть?

— Есть! — внутри кармана я отпустил ствол и схватившись за связку ключей достал ее, показав им.

Девицы кивнули и отвернулись. Я выдохнул. Двадцать минут, чтобы освободить Эйли и не сдохнуть. Снова использовав инстинкт жертвенности, я точно узнал камеру, в которой находилась эльфийка.

— Эйли, это я, — руки Сенны уже пытались подобрать к камере соответствующий ключ.

— Что? — она подошла ближе к решетке. — Я думала…

— Меня казнят.

— Нет. Я не позволю!

— Не спорь со мной, глупая! Нет времени объяснять! — ключ подошел. Замок щелкнул. — Уходи!

— Нет!

Я выдохнул. Видимо с упрямыми эльфийками нельзя было по-другому.

— Послушай, Эйли. Я не Сенна. Меня зовут Квист Мерлоу, и я оказался в теле Сенны совершенно случайно. Поэтому я ничему не смогу научить того орчонка, которого ты так оберегаешь.

Эльфийка не отвечала. Кажется я сделал только хуже. Я посмотрел на часы, взятые из сундука Орры. Время уходило предательски быстро.

— Ты желаешь Сенне добра?

Молчание.

— Ты желаешь Сенне добра?! — я сорвался.

— Да! Да! — Эйла сорвалась тоже.

— Тогда послушай меня и сделай так, как я скажу.

Эльфийка смотрела на меня испуганными глазами.

— Возьми эти деньги и оружие, — я достал все, что было у меня в карманах. — И запри меня здесь. С минуты на минуту в этом теле окажется самая кровожадная убийца, которую ты только можешь себе представить. Когда Сенне… Вернее этому телу будут открывать адские врата, здесь не будет ни воительницы, ни меня. Заперев в этой камере тело орчанки, ты окажешь миру большую услугу.

Я видел, что концентрация эльфийки теряется, поэтому взял ее за подбородок большими пальцами Сенны и тряхнул как следует, а затем продолжил:

— В этом блоке есть заброшенный туалет. В третьей кабинке за унитазом плитка убирается, а кирпич можно разобрать. Где-то в канализации ты найдешь убежище одной гоблинши…

— Рабыни…

— Это неважно. Гоблинша уже мертва. Возьми своего мальчишку с собой и оставайтесь там. Денег что я дал тебе, должно хватить на первое время. Дальше…прости… Дальше тебе придется придумать что-нибудь самой…

Напряженное молчание. Всюду о чем-то разговаривали заключенные, из коридора за моей спиной слышался стук баскетбольного меча о бетон, а по всему блоку разносился запах травки.

— Меня могут переселить в любую минуту, Эйла. Нет времени. Пожалуйста. Поверь мне, — сказал я после долгой паузы.

Эльфийка медленно вышла наружу. Она не торопилась, словно делая каждое действие на автомате и все еще раздумывая над тем, что я ей рассказал.

Замок щелкнул два раза.

— Хорошо. Молодец. Теперь брось ключи подальше. Чтобы я не достал.

Эйла послушала, а затем подошла ближе к решетке и сказала:

— Я не знаю, кто ты и откуда, Квист Мерлоу, но… Спасибо тебе. Я буду верить, что мы встретимся в следующей жизни и я отдам тебе долг.

Я кивнул и дотронулся рукой Сенны до пальчиков эльфийки. Она еще раз посмотрела в мою сторону и убежала.

В моих руках до сих пор тикали карманные часы. Время подходило. Я вот-вот должен закрыть глаза и оказаться в своем теле. Где же ты, Тень? Давай. Переселяй меня.

Прошел уже час с тех пор, как мы с Ланой должны были поменяться телами, но я до сих пор находился в камере. Только не это! Если бы я не написал такое откровенное признание, еще оставались бы шансы на то, чтобы выжить… Теперь я точно труп…