Ошибки всех 2: Грехи Голливуда

– Может и так, только у Харриса пропало практически всё состояние. А до этого какие-то ублюдки ограбили банк.

– Да, я читал статью в Интернете про это ограбление. У банка была хреновая система защиты. Грубо говоря им как-то повезло такое провернуть.

– Или кто-то хорошо знал, что нужно первым вырубить.

– Правду знают только они, отец. Тем более нам не до этого. – сказал я.

Отец потушил сигарету ногой. Резко обнял меня и сказал:

– Я так тебя и не поздравил с премьерой фильма. Прости!

– Это сейчас не так важно! Сейчас меня не радует вообще ничего! У меня сейчас состояние «мёртвого духа»! Я не могу поверить, что её теперь нет с нами! Это очень больно! Большую часть жизни заниматься спортом и вознаграждение – сердечная недостаточность!

– Я знаю, сын. Знаю! Но нам нельзя раскисать, будет только хуже. Будем на связи! Мне нужно ехать.

– Ты только осторожнее! Не хватало ещё и тебя потерять.

***

Беверли-Хиллз. Особняк Тулзов. Наши дни. За полгода до выступления на шоу.

Мэри сидела в своей комнате и читала книгу. Мы долго не говорили об «инциденте» с Валери. Не каждый день можно застукать свою жену с другой девушкой, которая когда-то давно была той самой полицейской, запрещавшая мне позвонить, когда я ударил её коллегу. Сколько лет прошло, а помню, как вчера.

Живём, как два сожителя в общаге, а не в дорогом особняке как пара. Выгнать я её не могу, я же не тварь какая-то. Сейчас сезон карантина, какая-то неизвестная болезнь начала ходить по миру. Хоть я и знаю заработок Мэри, я всё равно позволил остаться тут.

Сейчас небезопасно искать квартиры. Странно, что она ещё тут, учитывая её крепкий и гордый характер – она должна была уйти ещё в первый миг. Даже несмотря на карантин.

– Выпить хочешь? – спросил её я, постучав по дверному проёму.

– Нет! Там лежит моё вино, не трогай пожалуйста! – сказала она, не отрывая взгляд от книги.

Ей карантин особо не мешал. Сейчас она: сытая, одетая, с крышей над головой. А меня этот карантин хорошо ударил. Студии закрылись, предложения перестали поступать, а полиция силой загоняет людей в свои дома. Выходить нельзя совсем, а если без маски, выпишут штраф, который даже состоятельный не оплатит.

За окном гостиной пролетел легковой самолёт с воздушной рекламой: «Активно мойте руки и носите маски! “COVID-21” рядом».

Пошёл на кухню, окна выходили на панораму города. Как же тут красиво, не забуду первые дни, когда я выбирал этот участок.

Забавно, ещё вспоминается тот день, когда я «заново» познакомился с Мэри…

***

Лос-Анджелес. Голливуд-Боул. 2019 год.

– Стой-стой! Вот тут прелесть можно!

– Нет, там охранник ходит! – начал Тодд.

Последние пару лет я пропал в съёмках фильмов. Гулять я выходил ночью, чтобы меня не фотографировали каждое мгновение. Даже в носу поковыряться нельзя, сразу мемом стану.

С социальных сетей мне пришлось удалиться. Невозможно физически всем ответить на сообщения или на пожелания. Я конечно очень ценю каждого фаната, но это невыносимо. Нет смысла. Плюс мой агент говорит, что активности в соц. сетях очень хорошо могут покормить ненавистников. Поэтому всё так хорошо совпало.

Через некоторое время я вернулся в соц. сети, но вместо меня ведут активности только «Пиар-специалисты» – это люди, которые отвечают за актёров на сообщения или комментарии с очень нейтральной позиции. А учитывая какой я острый на язык, то пусть будет лучше так.

Мы с Тоддом решили пролезть в Голливуд-Боул. Тут ночью всегда спокойно и мало людей. В идеале, если никого не будет.

– Вот этот разрез! Тут ребята оставили метку. – сказал шёпотом Тодд.

– Отлично, лезем!

Как тут красиво и просторно, все ряды были свободны. Никого не было. Пока я не заметил силуэт девушки. Знакомый силуэт. Я узнаю эту спину где угодно и эту родинку на верхней части руки, с правой стороны, сзади. Мэри?

– Эй, ты куда? – шёпотом спросил Тодд.

– Тссс! Посиди тут! – шикнул я.

Я подкрался к ней. Она сидела от нас на десять рядов впереди. Одета была в какою-то белую кофту и джинсы. Когда я к ней приблизился, то услышал – плач. Тихий плач, такой, который пытаются скрыть, чтобы не показаться слабой. Она плакала, очень сильно, но при этом очень тихо.

Я ощутил чувство неловкости. Подойти или нет?

– Мэри? Это ты? – спросил мягким тоном я.

Она напугано посмотрела на меня. Вздрогнула даже.

– Откуда ты знаешь моё имя?

Пыталась стереть свои слёзы, но только размазала тушь. А без косметики и тонального крема – она выглядела не так эффектно. «Непрезентабельно» – сказала бы Кэролин.

Учитывая, что она занимается стримами, она тоже не хочет опозориться в мелочах. Интересно, а она меня помнит? Ну, до того, когда я стал значимым для Американской киноиндустрии.

– Спокойно-спокойно! Я ничего и никому не скажу. Минуты слабости проявляют все, особенно самые сильные! – пытался этими словами приободрить её.

– Дрейк? Дрейк Тулз? – заплаканный и неуверенный голос прозвучал вопросительно.

– А ты помнишь меня?

– Ну да, я слышала о тебе. Ты вроде – актёр.

– Да, всего лишь. – слегка съязвил я.

Тодд шиканьем подзывал меня. Я не хотел отходить от Мэри. Не могу бросить девушек в слёзные моменты. Слабость у меня их утешать, хоть и не всегда удачно выходило.

Мэри хотела убежать от меня, но я сказал ей шёпотом, что тут недалеко охранник и лучше остаться со мной. Так можно вместе избежать штрафа.

– Что случилось у тебя? – сказал я и протянул руку к ней.

Она оттолкнула мою ладонь. А я всего-то хотел протереть её слезы и тушь в районе щеки. Девушка уважала своё личное пространство и это даже хорошо – значит кого попало не подпускает. Достойно!

– Я не хотела, чтобы меня такой видели, поэтому я ушла сюда. Охрана обходы делает редко.

– Понимаю тебя, я тоже хочу от всех спрятаться. Чем ты увлекаешься? – спросил я, сделав вид, что я не знаю её.

– Я – стример, косплеер. Мне нравится фотографироваться в разных образах. Мои подруги по учёбе меня поддерживают. – ответила Мэри. – Так откуда ты меня знаешь?

– Мы учились вместе. Уилсон. Университет. Помнишь?

– Нет!

– А клуб помнишь? Наш танец?

– У меня память плохая. – с лёгким смехом сказала она.

И о чем я думал? Это же было очень давно. Конечно она не помнит. Улыбается – хороший признак.

– Вот, а Деннис Лунд? Помнишь его?

– О, нет! Зачем ты его упомянул? – она очень отвержено произнесла свой вопрос.

– Ну я перечисляю варианты, связанные со мной. А что не так с ним?

– Нет! Я не так тебя хорошо знаю, чтобы делиться чем-то.

Положил свою ладонь на неё.

– За это приличное количество времени в шоу-бизнесе, я понял самое главное правило!

– Какое? – спросила она и отодвинула свою руку к себе.

– Молчание – золото!

Она промолчала, я тоже. Мы молча смотрели на звезды. Было очень красиво.

– Ты тут один? – спросила она.

– Нет, я тут… – не закончил я. – Да, один!

Тодд ушёл, скорее всего обиделся на меня. Черт! Мы столько лет не виделись, и я променял его на красивую девушку. Ладно, завтра извинюсь перед ним.

Через какое-то время общения, я расположил к себе Мэри. Хоть это было и сложно, очень замкнутая особа для стримера.

Она рассказала, что рассматривает это как заработок. Настоящее её хобби – это фотографии. Она очень любит это. И судя по её рассказам – это очень увлекательно. Я бы слушал её часами, но надо уходить. Охрана скоро начнёт обход.

– Поехали в клуб? – предложил я.

– Я не знаю. – неловко произнесла она. – Мы незнакомы. Я плохо тебя знаю.

– Не волнуйся! Я же не насильник. Я просто хочу побыть с тобой в более «легальной» обстановке. А если изнасилую, то радуйся, что хоть известный это делал.

Мэри неловко засмеялась, прикрывая лицо.

Через некоторое время она согласилась. Мы перелезли через забор, пока охранник делал обход.

Я подсадил её. Как приятно было прикасаться к ней. Трогать за талию или просто слышать запах её парфюма. Благо, был повод – железный, старый забор.

Сели в мою машину. Чёрная Ауди последней модели этого года. Она похвалила машину и спросила:

– Можно я фото сделаю или историю?

– Нет! Ты же хочешь, чтобы это было строго между нами? Тогда воздержись!

Она не послушалась, начала снимать видео от стекла дверей. Потом перешла на лобовое, но меня при этом не захватывала. Умница, с пониманием отнеслась.

– Как ты смотришь на клуб «Galaxy»?

– Положительно. – уверенно ответила она.

Голос Мэри стал смелее. Пока мы ехали в клуб она успела привести себя в порядок. Больше не было размытой туши и слёз. Были только её старые добрые острые стрелочки на глазах.

Я припарковался недалеко от клуба, на том самом месте когда-то давно. Где недалеко валялся Дрейк из 2016-го года.

– Теперь нужно поднять тебе настроение. – с улыбкой сказал я.

Она смотрела на меня всё ещё недоверчиво. С посторонним всё же, – а то, сколько парней пытается залезть в трусы девушкам под дешёвыми предлогами и алкоголем?

Снял свою куртку и надел на неё. Она сначала противилась, но согласилась. Воздух стал прохладный, а для ночной прогулки она легко одета.

– Сэр! Вы в чёрном списке этого клуба! – сказал строго охранник и остановил меня ладонью. – Девушка может войти, а вы – нет!

– Друг, ты ослеп?! Ты не видишь с кем говоришь?! – начал грубо я.

Мэри молчала, её глаза бегали в разные стороны. Сначала на меня, потом на охранника.

– Зови управляющего или хозяина! – сказал я.

Хозяин клуба откликнулся быстро, он как будто стоял у главного входа и ждал чтобы выскочить.

– Мистер Тулз! Прошу входите-входите! Простите нашего друга, у него старая информация. – прозвучал лицемерно голос хозяина клуба.

– Знаешь, пожалуй, я куплю ваш клуб! Чтобы больше не было такой проблемы! Сколько вы хотите?

Люди начали обращать на нас внимание.

– Клуб не продаётся! – сказал хозяин.

– Назови цену! – мой тон звучал очень гневно.